Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Симфония светотени, формы и колорита

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
искусстве фактически объемлет все виды человеческой деятель­ности. Устоявшийся закон жанра — «как в жизни», то есть сразу узнаваемые, типические характеры в типической ситуации.
Определением «жанровая живопись» широко пользовались уже в XVII веке, хотя примеры жанровой живописи присутствуют и в более ранние века. Практически вся живопись на религиозную тематику может быть причислена к жанровой, кроме явно пор­третных сюжетов.
Жанровая живопись отличается чаще всего простотой сюже­тов, повествовательностью и в то же время стремлением к психо­логической обрисовке изображаемых характеров. Передвижники практически все жанристы. П. Федотов, В. Перов, А. Иванов и его картина «Явление Христа народу» — пример монументаль­ной жанровой живописи (интересный факт — Александр Иванов (1806–1958) работал над этой картиной 20 лет, с 1837 по 1857 гг.).
Фотографы в свой ранний период — середина и конец XIX века — откровенно учились у живописцев и подражали им. Они учились у художников темам и композиционному построению, распределению света и теней в границах кадра-картины. Были и прямые заимствования (это плохо), но чаще заимствования твор­чески переосмыслялись (это уже лучше).
Во второй половине XIX — начале ХХ века фотохудожники часто разыгрывали действие перед камерой, выступая в роли и режиссера и фотомастера. В России много и интересно работали фотохудожники Карелин, Дмитриев, Лобовиков. Они работали как бы в сфере документального жанра, но, по сути, часто орга­низовывали действие перед камерой, то есть занимались поста­новочной фотографией. Их жанровая съемка — зачастую целая новелла, фоторассказ о личной или производственной жизни людей.
А сегодня считается удачей, когда камера мастера фиксирует эпизод врасплох, когда кадр по-настоящему репортажен. Отсюда и композиционная неприглаженность, отход от уравновешенных, классических композиций. Сравнительно недавно появилось по­нятие «шумы в кадре». Это как бы необязательные, часто смазан­ные или нерезкие элементы композиции, без которых вроде мож-
91
но обойтись, но они что-то добавляют, делают фотоработу более современной, как бы выхваченной из жизни.
Отношения между людьми, внешние проявления их внутрен­него мира, обличение отрицательных явлений в жизни и в то же время любые и особенно неожиданные эмоции — все это входит в понятие жанровая фотография. Успех жанрового снимка во мно­гом зависит от напряженности сюжета, динамичности (внутрен­ней и внешней), остроты ситуации.
Границы живописных и фотографических жанров условны и подвижны, даже несколько размыты. Часто то, что не попадает под точное определение других жанров относят к жанровой фото­графии. А жанровая фотография — это, пожалуй, половина всей производимой фотопродукции.
Кто может хорошо снимать жанр? Тот, кто нацелен на съемку, зажегся какой-то мыслью, определил тему, а не просто рассчиты­вает на удачный кадр. Работать в этом жанре трудно, ведь ты не можешь предвидеть реакцию тех, кого снимаешь. Можно попасть в неприятную ситуацию, многие расценивают съемку как вторже­ние в личную жизнь.
Но на фотовыставках зрителей всегда больше всего привлекают именно жанровые кадры, да ещё, если они сняты с юмором — ведь это кусочек жизни, возможность увидеть другого в самых разных, в том числе и пикантных ситуациях. Надо исходить из того, что интересное находится не где-то далеко, а здесь, совсем рядом, в нас самих, в нашей грешной повседневной жизни! Одним из лучших мастеров фотожанра, да ещё с острым чувством юмора я считаю творчество Петра Носова (1931–2002).
Жанровую съемку по характеру работы можно разделить на репортажную и постановочную. Сегодня явно преобладает репор­тажный принцип, это жизнь как она есть. Фотографическое изо­бражение, даже постановочное, в основе своей документально: ка­мера фиксирует только то, что находится в поле зрения объектива. В наше время в искусстве фотографии и документального кино на­мечена тенденция к слиянию постановочного и документального, то есть допускаются элементы режиссуры, постановки, и хорошо, если они не искажают суть происходящего.
92
А вот отношение документа и образа в искусстве — на сегод­ня ещё слабо разработанная область в эстетике. Произведение ис­кусства оценивается публикой с точки зрения заложенной в них информации и эстетической ауры, воздействующей на зрителя. Фотография способна остановить реальное время и запечатлеть миг жизни и показать главное с точки зрения фотохудожника, ког­да единичный факт становится художественным образом, фактом искусства, и мы испытываем (не всегда, но всё же) яркое эстети­ческое наслаждение. Фотография уже овладела искусством во­площать увиденное в совершенное художественное произведение. Она, фотография, имеет уже давно свой собственный творческий опыт и ей совсем не надо подражать другим видам искусства. Глав­ное учиться видеть в жизни интересное, важное и помноженное на совершенное владение фотографическими техническими воз­можностями. В конечном итоге должно произойти полное подчи­нение фототехники творческому процессу.
Фотоработы на жанровые темы всегда чувствительный баро­метр жизни человеческого общества. Жанровая фотожурналисти­ка идёт практически в ногу со временем.
Каковы же разновидности жанровой фотографии?
1. Бытовой жанр (съемка бытовых сцен);
2. Производственный жанр, отражающий деятельность лю-
дей во всех сферах труда;
3. Событийный жанр (фоторепортаж с места события);
4. Городской жанр (жизнь на улицах города);
5. Сельский жанр (жизнь вне города во всех проявлениях);
6. Любовно-лирический жанр (сцены любви, чаще инсцени-
рованные, переполняют большинство журналов);
7. Батальный жанр (если люди когда-нибудь, наконец, пере-
станут убивать друг друга, то и батальный жанр уйдёт в историю);
8. Съемка в интерьерах (в театрах, музеях и т. д.);
9. Спортивный репортаж;
10. Салонный жанр (постановочная, костюмированная съем-
ка модных сюжетов и сцен из жизни);
11. Съемка событий политической жизни (так называемая
«паркетная съемка» — журналистский сленг).
93
Номера 3, 7, 9, 11, по сути дела, давно выделились в самостоя-
тельные жанры. О них мы подробно поговорим ниже.
А теперь поступим так же, как и в предыдущих упражнениях: снимем не менее 15–20 жанровых фотографий, из них отберём 5 наиболее интересно и творчески решённых и положим их в своё портфолио.
ФОТОРЕПОРТАЖ
В ХХ веке, пожалуй, именно фоторепортаж стал главным век­тором профессионального фототворчества. Report — англ. сооб­щать, рапортовать. Фоторепортаж — это доведение до зрителя ин­формации о самом важном и интересном, происходящем в данное время, в данном месте. Новости — это прежде всего пища для ума, а не только удовлетворение любознательности. Благодаря кругло­суточной оперативной работе литературных, фото- и тележурна­листов, мы узнаем обо всем важном, что происходит в самых уда­ленных уголках земного шара.
Основной метод работы сегодняшних фотожурналистов — это конечно же репортаж, непосредственное исследование жизни. При этом не просто констатация события, а творческое исследо­вание. Существует два метода работы над репортажем — репор­тажный и постановочный.
Репортажный метод. Корреспондент не вмешивается в событие, а выбирая отдельные фазы события, фиксирует их. Чистый фото­репортаж — это основной метод работы фотожурналистов сегодня.
Постановочный метод связан с вмешательством фотожурнали­ста в событие. Такой метод предусматривает внедрение в группу людей человека (так называемой «подсадной утки»), провоциру­ющего запланированные фотокорреспондентом действия или проявление определенных эмоциональных реакций. Пример: ваш человек встает в определенном вами месте с плакатом, призываю­щим пить по утрам… Кефир. Естественно, прохожие останавли­ваются, читают, удивляются и улыбаются, обмениваются впечат­лениями. Это и снимает предприимчивый фотограф.
94
Но жизнь настолько интересна сама по себе, многогранна и непредсказуема, что придумать лучше, интереснее, живописнее, чем происходит в жизни, очень трудно. Поэтому надо научиться видеть происходящее вокруг и стараться фиксировать на плёнку самые изобразительно впечатляющие события. Для репортера важно уметь предугадать кульминацию события и быть там, где возможно что-то произойдет.
Илья Эренбург еще в 1934 году написал в журнале «Советское фото»: «Единственно ценная фотография — та, которая не зани­мается инсценировкой».
Интересно, одно и то же событие снимают многие, но отража­ют совершенно по-разному. Ведь репортаж — это не только само событие, но и авторское отношение к нему. Авторские акценты могут ослабить или усилить суть происходящего, заострить, а по­рой даже исказить смысл события. Поэтому фоторепортаж, лите­ратурная информация не могут быть объективными в принципе. Репортер должен стремиться к объективности, но через свое ви­дение, сформированное индивидуальной жизненной школой, об­разованием и собственным мировоззрением. Только так!
Трагедии происходят на нашем земном шаре почти ежедневно. Гибель теплоходов, аварии на транспорте, землетрясение в Спи­таке (Армения) — это трупы, рухнувшие дома. И вдруг кадр: мно­го пустых гробов, один на другом, а на верхнем сидят и чирикают воробушки! Это надо увидеть! И автор этого снимка кричит на весь мир: это трагедия, но жизнь продолжается! Н-да, подлинная жизнь очень далека от засахаренных рождественских открыток.
В профессиональном творческом репортаже единичный факт становится обобщающим, раскрывает типичные черты действи­тельности, приобретает образное звучание. Отсюда — образная фотопублицистика. Но может быть и «безобразная» публицисти­ка, присутствующая довольно часто в прессе и на наших голубых экранах. «Безобразная» — значит, без образа, без мыслей, без ху­дожественной формы.
Фоторепортажный метод стал доминирующим в эпоху пере­стройки, чего нельзя сказать о многих предыдущих десятилетиях ХХ века. Сегодня в прессе стало значительно меньше постановоч-
95
ных, срежессированных фотографий. Идёт активный поиск ново­го, главного в фотожурналистике. Преобладающей пока остаётся недавно ещё запретная тематика «мусора» жизни: грязь, тюрьмы, проститутки, наркоманы…
Язык фотоперестройки еще не найден, но нет сомнения, что это будет отрицание всем надоевшей «липы», хвалебных фотокриков «ура!», барабанного боя, бесконечных банкетов…
Появляются композиционные перестроечные новинки: сво­бодные разомкнутые композиции, динамизм рисунка кадра и от­ход от вылизанных уравновешенных композиций, на смену при­шла кажущаяся незавершённость кадра, игра светотени и резких и нерезких участков кадра.
В репортаже всё решает не стеклянный глаз камеры, а живой думающий глаз автора, то есть умение сфокусироваться на сути происходящего, выявить из жизненного потока главное. Почему один репортёр весь в «мыле», он бегом достигает верхних рядов стадиона, затем, не сняв толком с верхней точки, несётся вниз к старту забега, другой же не суетился, но он старался предвидеть, как и где произойдёт кульминация спортивного соревнования. Ре­зультаты у этих фоторепортёров будут совершенно разные и по­беждает всегда тот, кто думает во время съемки.
В процессе обучения необходимо научиться не только технике съёмки, а умению размышлять, оценивать обстановку, предугады­вать, где произойдёт главное событие.
Да, фоторепортаж — основное направление фотожурналисти­ки наших дней, предусматривающий показ действительных со­бытий с документальной подлинностью. Поэтому репортажные съёмки часто не претендуют на художественное произведение. Главное для них — информативность. Хотя многие фотографии, снятые, например, во время Великой Отечественной войны, со временем стали настоящими шедеврами.
Длиннофокусная оптика, съемка «скрытой камерой», «по­мехи в кадре» — «шумы», как бы нарушения композиционных устоявшихся канонов, часто придают особую прелесть жанровой репортажной фотографии. Репортажные фотосъёмки чаще все­го не претендуют на награды, высокое и длительное «звучание».
96
Важно, донести до миллионов зрителей значимый факт, проис­шедший сегодня, сейчас.
В ушедшем ХХ веке фотомастера часто вынуждены были лаки­ровать действительность, не замечать неугодные для издательств и редакций события. Этого не избежали даже фотографы военного времени. А в конце ХХ века многие фотожурналисты достали из своих архивов кадры, показывающие трагические сцены второй ми­ровой войны. У близко знакомых мне А. Гаранина, Ю. Чернышёва, Д. Бальтерманца, М. Савина оказались глубоко спрятанные очень достойные кадры. И сегодня уже пора сказать, что в те времена фо­тожурналисты снимали одни кадры для редакции, а другие прятали до лучших времён. И очень радостно, что это время пришло!
Фоторепортер и киножурналист должны идти всегда в ногу со временем, быть в гуще событий. Ныне человечество уже не смо­жет жить без обмена информацией. Новости — текстовые, фото­графические и телевизионные — главная пища для социума.
Документ всё в большей степени становится языком нашей ци­вилизации. И журналистика здесь впереди. Интерес к документу в искусстве неиссякаем. А отношение документа к художественному образу — пока еще слабо разработанная область в фотоэстетике.
Может быть, готовясь к съёмке репортажа, задать себе следую­щие вопросы: какова тема репортажа, количество кадров, каким будет колористическое, световое, энергетическое, монтажное ре­шения, то есть примерная композиция будущих кадров. И, снимая репортаж, ответить фотографическим языком, на все эти вопросы. Ведь фотокамера давно стала могучим изобразительным инстру­ментом в руках думающего, умного и честного фотожурналиста.
Хочу кратко упомянуть о некоторых великих фоторепортёрах ХХ века.
Это прежде всего француз Картье Брессон — ярчайшая фигу­ра современного фоторепортажа. Он декларирует: снимать всегда врасплох, никаких постановок и инсценировок, украшений дей­ствительности, естественное освещение, никаких блицев, под­светок. Словом, правдивое освещение ради правды изображения. Малоформатная «Лейка», мгновенная оперативность, умение выхватить кульминационный момент события. Брессону чужды
97
внешние эффекты и погоня за фотографической модой. Он не пользуется эффектными ракурсами. Вся работа над кадром завер­шается у Брессона в момент съемки — типично хроникально-ки­нематографический метод. Позитив равен негативу — это эстети­ческое кредо Картье Брессона (то есть никаких выкадровок, что снял, то и печатаю).
Выразительность достигается остротой схваченного момен­та, изумительным композиционным чутьем, умением не выстра­ивать композицию, а ловить ее на лету, в реальном жизненном пространстве, вписывая жизнь в прямоугольник кадра. Картье Брессон — поэт неповторимого момента. Мастерство, острота ви­дения, композиционное чутье, высокая страстность и одухотво­ренность делают его кадры произведениями фотоискусства. Фик­сируя факты жизни, Картье поднимается до больших обобщений. И в то же время большинство его фотопроизведений входит в по­нятие «бытовой жанр».
Робер Капа — великий репортер. Его рабочее место всегда было в самых горячих точках нашей планеты Его лучший кадр это «Смерть солдата», снятый во время гражданской войны в Испании. К сожа­лению, он и погиб во время съемки очередного сражения в Азии.
Роман Кармен (1906–1978) — фотожурналист, кинооператор, кинорежиссер. Он, как и Робер Капа, успевал попасть именно туда, где должны происходить важнейшие события. Испания 1936 года, Кармен снимает рядом с Э. Хемингуэем. Отечественная во­йна — Кармен в самых горячих местах. Нефтяные камни в Азер­байджане, пожар — Кармен в гуще событий, он снимает… Люби­мая фраза Кармена: «Снимать — значит думать».
Анатолий Гаранин — крупный российский фотожурналист. Результативно и много работал в прессе в прошедшем веке. Он снимал Великую Отечественную войну, но по каким-то своим со­ображениям почти не печатал и не показывал свои фронтовые снимки. Автору этой книги он однажды показал около 250 фото­графий, это были совершенно неизвестные страницы войны. Он так и ушел из жизни, не увидев в прессе свои бесценные фотора­боты, снятые во время страшной бойни ХХ века. Но кое-что из творческой папки Анатолия Гаранина попало в прессу. Например,
98
кадр «Смерть солдата» — один из трагичных по содержанию и лучших фотокадров, снятых во время Великой Отечественной. У Робера Капы тоже есть кадр на эту же трагическую тему. Василий Верещагин (1842–1904) — близкий передвижникам российский художник. В его творчестве много картин на военные темы. Это полотно («Смертельно раненный»), отражает как и две предыду­щие страшную кульминацию: смерть солдата.
Яков Халип (1907–1980) — автор удачных фоторепортажей. Я много десятилетий общался с ним в стенах редакции главного журнала, носившего название страны, ушедшей в тяжёлую стра­ницу истории — «Советский Союз».
Крупным всемирно известным мастером фотожурналистики ХХ века бесспорно является Дмитрий Бальтерманц. Он тоже мно­го снимал во время Великой Отечественной войны и несколько его фоторабот с полным правом можно отнести к классике военной фотографии. А в конце ХХ века Бальтерманц выбрал из брака, из негативных отходов «непричёсанные» портреты глав нашей стра­ны. Это и были настоящие репортажные фотоработы, которые очень украсили творческое лицо автора. Бальтерманц известен в мире как автор страшного фотокадра: жители города Керчи ищут среди расстреляных фашистами своих близких людей.
И в заключение хочу сказать: постановочный жанр проигры­вает, если видна неумелая постановка, да и «артисты» были так себе… Хотя есть фотографы, которые снимают постановочные ка­дры мастерски. Однако лучше пытаться найти и запечатлеть инте­ресные моменты, ситуации — и положительные, и отрицательные, и юмористические — в самой жизни, на улицах и площадях.
Мы часто пытаемся снимать как бы «снаружи», а иной раз надо попытаться снимать и «изнутри». Тема должна созреть, ее надо вынянчить, как ребенка. Вы — автор фотографии, и от вас за­висит, что будет на фотографии главным, в чем ее изюминка, где центр зрительского внимания, где расставлены смысловые, эмоци­ональные акценты. А все это и определяет, будет ли снимок твор­ческим или нет. Если вам мешает нерешительность, то проделайте следующее: достаньте фотокамеру и сделайте вид, что снимаете что-то, происходящее в другой стороне, но краем глаза держите
99
интересную для вас ситуацию на контроле и, поставив параметры выдержки и диафрагмы, резко развернувшись, снимайте «с лёту».
В кинематографе сложился стереотип репортера: нагловатый малый, от которого не отвяжешься (например, в фильме «Жур­налист» режиссера С. Герасимова — антиобраз антижурналиста). Такой взгляд вызвал естественное удивление в среде журналистов, тех, кто, досконально знает свою профессию.
Средний план господствует в жанровой фотографии, есть и крупный, и почти нет общих планов. В жанровой фотографии обязательны характеристика места действия (адрес, атмосфера со­бытия), но, главное — пристальное внимание к людям, к человеку, к интересной ситуации. Хорошо, если фотографу удается остаться незамеченным и передать «эффект присутствия», а зритель этих фоторабот как бы подключается к происходящему событию, ста­новится его участником.
Сегодня ведущие фотографы-журналисты отказываются от наработанных приемов, связанных и с традициями смежных ис­кусств, ищут свой образный язык. Рождается новая жанровая фо­тография: композиционно незавершенные, недосказанные, иногда даже грубоватые, нередко циничные (как и сама жизнь) фотора­боты. Стали востребованными психологическая заостренность характеров, драматизм жизни. Девиз художников «новой волны»: всё в сюжете и композиции. Кадр нередко как бы случаен, но в то же время дает ощущение времени, сегодняшнего дня. Разрушают­ся стереотипы, идет поиск новых форм и в жанровой фотографии. Однако… Бездумное щелканье множества кадров далеко не всегда переходит в качество. Талант — это и количественный показатель: снял мало и почти всё удачно. Вот это и будет показателем про­фессионализма!
ИЗ ИСТОРИИ
ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОГО ПОРТРЕТА
Из истории известно: сначала появилось изображение — на­скальные рисунки и много позже — печатное слово. В истории ис-
100