Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Путешествие из Оренбурга в Бухару
.pdf
ÿăĂõĈõāĂòøõø÷þĀõýñăĀóðòñăąðĀă
рьи, в том месте, где она отделяется от этой реки. Другие
утверждают, что Джаныдарья была засыпана песками
Кызылкумов, и это более правдоподобно. Может быть,
исчезновение воды объясняется тенденцией к испарению или просачиванию сквозь песок. Какова бы ни была
причина, факт потрясающий — Джаныдарья исчезла.
Вода, сохранившаяся в углублениях древнего русла, имеет неприятный запах и очень вредна, тем более что в течение пяти дней перехода через большую пустыню Кызылкумы, лежащую на пути в Бухару, нет ни одного
источника. От этой воды у наших солдат болели животы,
а один даже умер.
Покинув Джаныдарью 3 декабря, мы оказались на
большой дороге в Бухару. Я называю ее «большой» потому, что ширина ее около 3 сажен и проторена она множеством проезжающих. Эта дорога шла сначала через
саксауловый лес; там на глинистой равнине, кончающейся в 57 верстах от Джаныдарьи, она делается менее
заметной и снова становится проезжей в Кызылкумах,
где проходит по долинам, образуемым песчаными буграми. По дороге часто проходят караваны, идущие из
Бухары в Орск или Оренбург, а также киргизы, обитающие в западной части степи, ведут своих животных на
бухарские базары. Они стараются пересечь Кызылкумы
в наиболее узком месте и на обратном пути запастись водой из знаменитых буканских колодцев, расположенных
у южных границ пустыни.
Берега Джаныдарьи образуют природную границу
страны, раскинувшуюся между Оренбургом и Бухарой.
61
хъьхщхэфюĀĄ
Глинистая местность здесь, несмотря на сухость, тем не
менее значительно плодороднее: почва лежит на глинистых породах, тогда как в киргизской степи она покрывает песчаник или известковые породы.
Климат здесь также сильно отличается. Земноводные черепахи, редкие к северу от Джаныдарьи, весьма
обычны в Кызылкумах. Там зимой выпадает мало снега,
и он никогда долго не держится. Одним словом, все свидетельствует о жарком климате. Поэтому берега Кувана
и Джаныдарьи, особенно в районе Араль ского моря, также заселены киргизами, платящими дань Хиве.
Но сухость там поразительна: от Джаныдарьи до возделанных земель на протяжении 500 верст не встречается
ни одной реки, и воду находят только в более или менее
обильных колодцах, по большей части лишь солоноватую.
Кызылкумы в том направлении, в каком мы двигались, имели в ширину 100 верст. Длина их весьма значительна: она начинается от Сырдарьи, где пустыня
сильно расширяется, до Аральского моря и Амударьи.
Пустыня эта бесплодна: нигде нет воды. Утверждают,
что когда- то возле дороги, по которой мы следовали,
было три колодца, но их засыпали, чтобы ими более не
пользовались разбойники, которые прятались среди соседних холмов. Разбойников изгнали из Кызылкумов,
но теперь они скрываются в ущельях Буканских гор
и иногда нападают на проезжающих и даже убивают их
в случае сопротивления.
Буканские колодцы ныне так же опасны, как в былое
время Кызылкумы, тем более что участок дороги между
62
ÿăĂõĈõāĂòøõø÷þĀõýñăĀóðòñăąðĀă
Бухарой и Оренбургом ближе всего к Хиве, а хивинцы
постоянно находятся во вражде с бухарцами или киргизами, или даже с теми и другими, как в 1820 году. Поэтому мы выслали патрули в теснины Букана. К счастью,
этот опасный переход прошел без происшествий. Но через десять дней после нас караван бухарцев и киргизов
был ограблен хивинцами, спрятавшимися у буканских
колодцев. Они преследовали караван до Кызылкумов,
где столкнулись с отрядом киргизов и вступили с ним
в бой. На обратном пути мы нашли на дороге более сотни трупов, которые стали добычей собак и птиц. Разбросанные по песку осколки фаянса и фарфора, доски от
ящиков и поломанные котлы свидетельствовали о месте
нападения.
Кызылкумы покрыты песчаными буграми высотой
в 3, 4, иногда 10 сажен, а на Беш- тепе, или «Пяти холмах», — около 30. Бугры расположены вдоль дороги, по
которой мы следовали. С вершины самого высокого из
них открывается огромное пространство, похожее на
бурное море, внезапно превращенное в песок. Найти
там какой- либо предмет, на котором мог бы остановиться взор, невозможно; повсюду видна лишь однообразная
песчаная пустыня. Очень мало кустарников, несколько
колючих растений, отсутствие травы осенью, весной же
растительность настолько жалка, что быстро высыхает
и превращается в пыль.
Здесь живет множество ящериц различных пород,
хамелеонов, черепах, крыс, байбаков, тушканчиков,
сорок, ястребов, большое число птиц голубоватого
63
хъьхщхэфюĀĄ
цвета, похожих на ворон, но меньших по размеру. Следующей весной мы их не встретили. Таковы живые
существа, отважившиеся обитать в этой бесплодной
пустыне.
Почвы Кызылкумов — красноватая глинистая порода, выступающая в нескольких местах. Отсюда название пустыни: «кызыл» — «красный», «кум» — «песок». Эта подпочва размельчается и превращается
в желтоватый песок, покрывающий ее, но не залегающий глубоко.
Покинув берега Джаныдарьи, попадаешь в обширную необитаемую область, заканчивающуюся в 40 верстах от Бухары и простирающуюся от берегов Сырдарьи против Туркестана и Ташкента до побережья
Амударьи. Это пространство отделяет Бухарию от киргизских степей и Кокандское ханство от Хивинского.
На севере Бухарии расположены плодородные земли. Но страх перед хивинцами, народом смелым и жестоким, мешает киргизам строить здесь поселения. Кроме того, Бухария располагает лучшими пастбищами,
и ежегодно много киргизских семей, в основном бедных,
оставляют родные края и устраиваются в пустынях Бухарии, спокойствие и более мягкий климат которых обещают им более счастливую участь.
По ту сторону Джаныдарьи мы совершали путешествие, как я уже говорил, по часто посещаемой дороге. Почти ежедневно мы встречали киргизские караваны, направлявшиеся из Бухары. Киргизы, продав
баранов, везли из города ячмень, крупу, табак, одежды
64
ÿăĂõĈõāĂòøõø÷þĀõýñăĀóðòñăąðĀă
и хлопчатобумажные ткани. Мы с удовольствием болтали с базарчи, то есть с людьми, возвращающимися
с рынка, расспрашивали о новостях в Бухаре, интересовались, когда они выехали из столицы. Таким образом нам удавалось высчитать срок окончания столь
долгого и тягостного пути, начинавшего нас сильно
утомлять.
Мы проходили по Кызылкумам от 42 до 46 верст
в день — переходы очень значительные, если учесть, что
нам приходилось все время пересекать пески. Тем не менее нам необходимо было спешить, чтобы не остаться
без воды.
Наши лошади, находившие в Кызылкумах весьма
скудный корм, заметно похудели; башкирские лошади
были истощены: они не в состоянии были везти 6 телег,
которые остались у нас из 24, которыми мы располагали
при отъезде из Оренбурга. Этих лошадей пришлось заменить казачьими, ранее нагруженными вьюками. Мы
до крайности исхудали, особенно пехотинцы. Одним
словом, все желали одного: поскорее закончить путешествие. Лед и джаныдарьинскую воду мы держали в кожаных мешках или бочонках, а между тем было очень трудно везти с собой запас воды, которого могло хватить на
четыре с половиной дня.
После прибытия в Юз- кудук одна лошадь начала
пить с такой жадностью, что упала и поднялась только
через несколько часов. Несмотря на многочисленные
трудности, ни одна верховая лошадь не пала. Зато мы
потеряли много упряжных лошадей, раз даже восемь за
65
хъьхщхэфюĀĄ
день: изнуренные усталостью, они не могли следовать
за нами.
Расстояние от Джаныдарьи до Юз- кудука составляет 211 верст. Мы прошли его за пять дней с артиллерией по песчаной пустыне, лишенной травы и воды,
с очень большой быстротой, предварительно сделав более тысячи верст. Правда, наших пехотинцев по очереди везли верблюды, но для военного отряда совершить
подобный поход в столь краткий срок было весьма
трудно.
ǐǘǍǏǍǥǒǞǟǍǬ
Золотой рудник. — Агатма. — Прекрасная страна. —
Встреча с жителями. — Русские пленники. — Свидание
с куш- беги. — Торжественная встреча в Бухаре
ройдя через Кызылкумы, мы пересекли на отрезке
в 40 верст равнину, покрытую полынью, справа
ограниченную Буканскими горами. Сопровож-
ǜ
падения хивинцев, убеждали нас избегать буканских колодцев — места очень опасного. Следовало держаться
самого короткого пути и идти прямо к Юз- кудуку. Это
помешало мне видеть Буканские горы вблизи; я смог их
исследовать только будущей весной, во время нашего обратного пути. Они поднимались, подобно Мугоджарам,
приблизительно сажен на 100 над уровнем равнины;
очень крутые и каменистые, они сложены из кварца,
смешанного с сиенитом и диабазом
численные и очень узкие ущелья. Возле буканских колодцев имеется небольшой ручей, который вытекает из
давшие нас бухарцы, опасаясь неожиданного на-
1
, и образуют много-
1
Сиенит, диабаз — изверженные горные породы. — При-
меч. ред.
67
хъьхщхэфюĀĄ
гор и исчезает, пробежав несколько сот сажен по равнине. Лучшая и вместе с тем более короткая дорога — та,
которая ведет из Кызылкумов к буканским колодцам
вдоль гор того же названия и доходит до Юз- кудука.
После перехода через равнину, о которой я только
что говорил, мы оказались в гористом районе, где тянутся
Буканские горы, Юз- кудук, Капкан- таш и т. д., которые
представляют собой разветвления высоких хребтов, расположенных к югу от Коканда и к востоку от Бухары.
Возле буканских колодцев эта горная цепь поворачивает на запад; она продолжается до Амударьи и образует у ее берегов горы Чавасвали и Василькара
1
, известные своими золотыми жилами. Они прельстили, говорят,
Петра Великого, когда он повелел осуществить экспедицию Бековича
1
Судя по приложенному к французскому оригиналу указателю, опущенному в настоящем издании, Чавасвали именуется
также Шахбазвали. По- видимому, речь идет о гряде Шейхджели,
составляющей западную часть хребта Султан- Уиздага. По моему
мнению, это название автор спутал с названием селения ШейхАббас- вали, и оно превратилось в Шахбазвали.
Горы Василькара, вероятно, не что иное, как северо- западная
оконечность названного хребта, известная под именем Алтынтау. См.: Гиргафельд, Военно- статистическое описание Хивинского ханства, ч. I, Ташкент, 1902, стр. 44–46.
2
Экспедиция Александра Бековича- Черкасского была
в 1717 г. отправлена Петром I в Хиву для поисков золота и ведения переговоров о принятии хивинским ханом подданства Российской империи. А. Бекович- Черкасский и большая часть его
спутников были предательски убиты в ханстве, не выполнив поставленных перед ними задач. — Примеч. ред.
2
. Хивинский хан противился тому, чтобы
68
ÿăĂõĈõāĂòøõø÷þĀõýñăĀóðòñăąðĀă
разрабатывали золото Василькары, боясь вызвать интерес русских. Эти рассказы, возможно, несколько преувеличены; я видел в Оренбурге кусок серного колчедана, найденного в Василькаре, который можно принять
за золото.
Горы были сложены из сиенита, диабаза или кварца,
смешанного с известняком, и были в основном темнозеленого цвета. Эти камни расслаивались на пластинки,
подобно шиферу. Данные горы более округлой и менее
конической формы, чем Мугоджарские; долины и грунт
здесь гораздо суше, даже полынь редка в них.
Дорога в нескольких местах очень крута, но широка
и удобна. Юз- кудук, или «Сто колодцев», — узкая долина, в которой находятся два колодца примерно в три сажени глубиной. Вода в них превосходна и обильна. Есть
еще 30 других, поменьше; большинство из них высохли.
Гористая область начинается в 7 верстах не доходя
Юз- кудука. Она простирается на 34 версты до Капканташа, где мы снова вышли на равнину, оставив слева невысокие холмы Веш- булак и Букбульдук. Название
«Букбульдук» буквально «перепелка», и киргизы образовали его путем звукоподражания, имитируя крик
этой птицы.
В Капкан- таше много серных источников, вода которых плохо пахнет и очень соленая. Наши лошади почти
не пили ее; но на обратном пути в марте одна лошадь
осушила пять ведер этой гнилой воды. Так как было
очень жарко и все страдали от жажды, нам стоило большого труда в течение нескольких минут сдерживать сол-
69
хъьхщхэфюĀĄ
дат, прежде чем позволить им пить эту отвратительную,
но очень холодную воду.
В 22 верстах от Капкан- таша начинаются пески
Баткак- кумы, которые тянутся на 27 верст: они глубоки
только на протяжении последних 4 верст. В 26 верстах от
этих песков мы снова вступили в гористую область; ее называют «Сусыз- кара», то есть «черная, безводная». В самом деле, эти горы черного цвета, а поверхность их обнажена. Вода здесь имеется только в двух колодцах,
оставшихся приблизительно в 10 верстах слева от нас.
Когда наша вода кончилась, ее заменили снегом, который лежал на холмах, где, несмотря на небольшую высоту, ощущалась заметная разница в температуре. Мы
прибыли наконец в Кара- агач, сделав последние 40 верст
по ровной местности, окруженной высотами.
В двух верстах от Кара- агача навстречу посольству
вышли четыре бухарских таможенника. Они приветствовали нас, произнеся в наш адрес обычную формулу
«Хуш амедид!» («Добро пожаловать!»), и уведомили, что
хан, их государь, выслал продовольствие для нас в Агатму, в 38 верстах от Кара- агача. Г- н Негри учтиво выразил
нашу признательность, и мы снова пустились в путь вместе с таможенниками.
В Кара- агаче мы впервые увидели деревья: сотня старых тутов окружала серный источник, где температура
воды была примерно 15 °. Эти деревья были посажены
каким- то мусульманским святым, который жил и погребен здесь. Вода эта слывет чудотворной, и все сопровождавшие нас мусульмане искупались в ней. Источник
70
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]