Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Психологическая коррекция и реабилитация. Учебное пособие (курс лекций)

.pdf
Скачиваний:
1
Добавлен:
08.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
☆
2. Какова главная функция наблюдающегося симптома?
3. Чего именно опасаются в семье, что лежит в основе страха
открыто воспринимать конфликты?
4. Каким образом актуальная ситуация связана с травматиче-
ским переживанием прошлого?
5. Как можно было бы определить конфликт одной фразой?
После первого этапа специалист-психолог принимает решение о том, кого включить в коррекционный процесс [5].
Далее следует второй этап – этап осознания. На этом этапе формируется семантическое поле, посредством метода свободных ассоциаций. Непосредственно диагностика осуществляется с по­мощью таких психодиагностических методик как: ИТО, ДМО (опросник Лири), СМИЛ (ММРI), Люшер (Собчик). В качестве проективных используются методики: «Изобрази свою семью в виде животных», «Изобрази свою семью под дождем», которые предназначены для детей и позволяют выявить скрытые кон­фликтные ситуации в семье.
На третьем этапе происходит ослабление конфликта, форми­руется доверие к специалисту-психологу, очевидной представля­ется семейная картина с вытесняемыми аспектами отношений, установками и особенностями семейного сценария. В дальнейшей работе возможно чередование индивидуальной и семейной сессий в целях того, чтобы для членов семьи стали очевидны перемены их близкого человека, они не блокировали их и способствовали изме­нению семейных отношений.
Работа с клиентом, являющимся носителем симптома семьи и отличающегося неадаптивным – асоциальным или аддиктивным поведением, наличием психического или психосоматического рас­стройства, проводится в формате психоаналитической терапии. В свою очередь, коррекция семейных взаимоотношений, в кото­рых такое состояние нашло свой выход, осуществляется на семей­ных сессиях. Анализу специалиста подвергается связь текущей проблемы и ситуаций из детско-родительской семьи.
Работа с семьей как с индивидом проводится в следующих случаях:
1. в предразводной ситуации;
2. ввиду проблем с детьми;
3. при наличии психического или психосоматического рас-
стройства у одного из членов семьи;
61
4. в ситуации угрозы статусу представителя семьи и/или се-
мьи в целом.
В процессе коррекционной работы осуществляется осознание ранних объектных отношений (отношений в детско-родительской семье), бессознательных желаний, сопротивления, переноса и контрпереноса, формируются предпосылки для выхода из кризиса как отдельных членов семьи, так и всей семье в целом.
Таким образом, можно заключить, что семейный психолог, работающий в психоаналитической модальности, в своей деятель­ности сталкивается с многоаспектной, кризисной ситуацией, отли­чающейся по своей специфике и степени выраженности [2].
5. Коррекция и реабилитация лиц с ПТСР в рамках психо-
аналитического подхода
После Первой мировой войны внимание З. Фрейда привлекла проблема психической травмы. В своей книге «По ту сторону принципа удовольствия» исследователь анализирует основные ас­пекты психотравмы. Опираясь на достижения Жане, З. Фрейд в качестве центральных элементов посттравматического стрессового расстройства описывает симптомы вторжения и избегания, пред­ставляющие собой способы снижения травматического воздей­ствия. Им была пересмотрена теория сновидений с последующим включением в нее класса посттравматических сновидений, осно­ванных на явлении навязчивого повторения [4].
А. Кардинер, изучивший сотни участников боевых действий тех времен, был полностью согласен с выводами З. Фрейда отно­сительно психической травмы. Исследователь подчеркивал тесную связь биологических и психологических факторов, что нашло свое отражение в ведении им нового термина – физионевроз участни­ков боевых действий. Успешное применение психоаналитической концепции повысило интерес к психоанализу в послевоенные годы во всем мире.
Реалии Второй мировой войны заставили ученых обратить вни­мание на воздействие психологической травмы не только на участни­ков сражений, но и на иных лиц, напрямую, не связанных с военными действиями. Так, исследование людей, переживших Холокост, пока­зало, что трагические события могут привести к утрате переживших их людей основных способностей, необходимых для эффективной
62
жизнедеятельности. Аффекты у таких личностей приглушенные, имеют ярко выраженный неадекватный характер. Распространенное последствие таких изменений – алекситимия – расстройство, в основе которого лежит разрыв между словами и чувствами.
Книга М. Кляйн осветила попытки области психического сба­лансировать любовь и ненависть в рамках отношений между Я и окружающими людьми. Не смотря на то, что многие психоаналитики так и не смогли найти клинические соответствия влечению (инстинк­ту) к смерти, описанному Фрейдом, теория Кляйн предлагает к осмыслению вопрос о том, каким образом это влечение определяет дисбаланс в посттравматической модуляции агрессии и аффекта.
Попытки объяснить природу психической травмы предпри­нимал и Х. Кохут в своей психологии Я. Согласно его концепции, стабильное чувство Я совершенствуется в ходе нормального нарциссического развития, но может быть разрушено переживани­ями, носящими угрозу значимости самого Я. Теория объектных отношений, описывающая развитие внутрипсихических функций и структур в контексте межличностного взаимодействия, содержит мнение относительно того, каким образом разрушенные личные убеждения, отношения, социальные связи могут способствовать образованию психопатологии. Несколько авторов (Д.В. Винни­котт, Кадлер) указывают на то, что большую роль в преодолении страха физического или психологического уничтожения, играет поддерживающее окружение, представляющее собой то, что З.Фрейд описывал в термине стимульного барьера [1].
С позиций психоаналитической концепции, очевидно, что при столкновении с травматическими событиями психика мобилизует свои защиты. К первичной защите от таких ситуаций относится попытка справиться с травматическими воспоминаниями их избе­ганием. Такая защита активизируется также в случаях пережива­ния утраты, при нарушениях адаптации и при остром стрессовом расстройстве. Когда интенсивность таких состояний снижается, тогда можно говорить о том, что защиты сработали успешно и был достигнут новый баланс. При посттравматическом стрессовом расстройстве восстановить баланс зачастую не удается ввиду того, что сам адаптивный процесс подвергается разрушению. Защиты переплетаются с травматическими впечатлениями, от которых они должны были защищать.
63
Коррекция посттравматического стрессового расстройства – серьезная проблема, которая требует понимания и вмешательств на уровне человеческой природы. Психоанализ обращается к ПТСР со стороны психики, и в силу этого предлагает особый под­ход к лечению психологической травмы и реабилитации личности, пережившей ее [4].
В исследованиях, посвященных описанию психодинамиче­ской психотерапии для переживших травму, психоаналитические корни не всегда очевидны. Часто границы между этими видами лечения и поведенческими подходами размыты. При этом, оче­видно, что различные виды интервенций можно применять на раз­ных стадиях лечения. Широкий спектр психодинамических мето­дов допускает разнообразие лиц переживших травму, наличие специфических потребностей у отдельных пациентов и рассмотре­ние специальных целей реабилитации
Мэнн указал, что лица, задействованные в коррекционной ра­боте длительное время, часто достигают значительных успехов, приближаясь к выздоровлению. Он предположил, что приближа­ющаяся сепарация со специалистом-психологом вынуждает кли­ента осуществить прорыв на пути к улучшению состояния. В связи с этим он заключил, что благоприятно проведение краткосрочной психодинамической психотерапии, ускоряющей сепарацию по­средством постоянного акцентирования внимания клиента на том факте, что остается все меньше и меньше сеансов. Этот метод мо­жет оказаться особенно полезным в случае, когда проблемы сепа­рации и потери выступают на передний план в высказываниях са­мого клиента, пережившего травму.
Методы краткосрочной психодинамической психотерапии
разрабатывались также и специально для лечения переживших травму такими учеными как Хоровиц и Кэлтрейдер. Они предста­вили модель терапии, основанной на переносе и состоящей из 20 сеансов, в последствие сокращенной до 12. Согласно модели, осо­бое значение имеет то, каким образом личностные особенности и защитный стиль пережившего травму клиента, имевшие место до травматизации, вступают во взаимодействие с его травматически­ми переживаниями и вызывают определенные конфликты и спе­цифические виды отношений.
64
Немного позже Хоровиц переработал свое руководство по краткосрочной психодинамической терапии стрессового синдрома. Его теория взаимодействующих систем, способных ускорять разви­тие симптомов или снимать их, увеличивать способность к преодо­лению или уменьшать ее и в конечном результате перестраивать структуру характера – яркий пример мультимодального метода краткосрочной терапии, основанного на надежной, валидной стра­тегии. В описанной модели систематическое формулирование ин­дивидуальной проблемы дает специалисту понимание того, когда и каким образом следует использовать поведенческие техники для формирования механизмов совладания, когда – когнитивных мето­дов для изменения убеждений и планов, а когда – динамических для снижения сопротивления переработке травматического материала. Специалист применяет эту модель для управления изменениями в эмоциональной саморегуляции клиента и облегчения пересмотра схемы его идентичности и реорганизации связей.
Наименее экспрессивной формой работы в рамках психоди­намического подхода является поддерживающая терапия. В рам­ках этого вида терапии, в меньшей степени акцентируется внима­ние на выявлении бессознательных конфликтов, и в большей – на сохранении внутрипсихического баланса. Проблемы разрешаются в контексте «здесь-и-сейчас», а не посредством расширенной про­работки жизненной картины и психической структуры. Интервен­ции специалиста-психолога в данном случае опираются на психо­динамическое понимание проблем клиента и паттернов его отно­шений (включая явления переноса и контрпереноса) и на понима­ние того, как поддерживающие вмешательства влияют на внутри­психический баланс.
Интерперсональная психотерапия (ИПТ) – это ограниченная во времени терапия, как правило, сочетаемая с психодинамической терапией, но включающая и поддерживающие элементы. Специа­лист находится на исследовательской позиции и фокусирует свои интервенции на отношениях пациента с его окружением, а не на переносе. В настоящее время исследователи разрабатывают ИПТ в качестве метода групповой терапии для женщин с посттравмати­ческим стрессовым расстройством, которое сформировалось вследствие интерперсональной травмы сексуального или физиче­ского характера, полученной в результате насилия. Ввиду того, что
65
интерперсональная травма способна привести к посттравматиче­скому стрессовому расстройству, а ПТСР связано с нарушением социального функционирования, ученые полагают, что метод, поз­воляющий пережившим травму найти новые пути понимания и осуществления межличностных отношений, позволит также сни­зить симптоматику ПТСР.
При работе с пережившими травму иногда используются суг­гестивные технологии и другие методы, связанные с отреагирова­нием, направленные на вскрытие материала, который был вытес­нен сознанием. Такие интервенции могут быть полезным дополне­нием к психодинамической терапии.
Хоровиц и его сотрудники провели несколько эксперимен­тальных исследований, направленных на проверку гипотезы о том, что у лиц, переживших травматическое событие, возрастают симп­томы вторжения и избегания, связанные с травматическими вос­поминаниями и рассуждениями на эту тему. В этих исследованиях применялась пошаговая краткосрочная психодинамическая психо­терапия. Результаты показали, что эта двухфазная реакция порож­дает интенсивный конфликт по мере того, как личность стремится интегрировать травматические воспоминания, одновременно за­щищаясь от внешних и внутренних опасностей. Хоровиц и его со­трудники обнаружили, что когда тема, относящаяся к травматиче­скому событию, возникает в ходе сеанса психоаналитической те­рапии, она сопровождается вторжениями и избеганием, эмоцио­нальной лабильностью, фрагментацией значимых воспоминаний, вербальным и невербальным защитным поведением и подавлени­ем невербальных проявлений эмоциональных переживаний. Нали­чие таких реакций способно навести специалиста-психолога и клиента на мысль о появлении в терапии травматических ассоциа­ций и способствовать более эффективной переработке этого мате­риала. Оно может также помочь клиенту осознать неадекватность или патологичность его попыток совладания, препятствующих проработке посттравматической проблематики.
Было установлено, что ключевым показанием к экспрессив­ной психодинамической психотерапии является неспособность пациента отойти от своей позиции и посмотреть на себя со сторо­ны (отсутствие «наблюдающего Я»), как правило, усиливающегося в ходе лечения [5].
66
Показаниями к более поддерживающей психодинамической терапии являются следующие:
продолжительная слабость Эго;
актуальный жизненный кризис;
низкая фрустрационная толерантность или слабая толерант-
ность к тревоге;
низкая способность к инсайту;
недостаточное тестирование реальности;
серьезные нарушения отношений с объектами;
ограниченный контроль над импульсами;
низкий интеллект или органическая когнитивная дисфункция;
трудности с интроспекцией;
слабая способность к образованию терапевтического альянса.
И экспрессивная, и поддерживающая терапия может быть ли­бо длительной, не имеющей конкретного срока окончания, либо краткосрочной. Выбор зависит от таких факторов как:
возможности медицинского обеспечения и финансовые ре- сурсы;
договоренность о целях лечения;
ресурсные возможности клиента.
Краткосрочная терапия требует от клиента того, чтобы он был в состоянии быстро сформировать доверительные отношения со специалистом-психологом. Психолог и клиент должны догово­риться о конкретном фокусе психокоррекционной работы. По Лю­борски, эта «центральная конфликтная тема отношений» оказыва­ет большое значение на успех краткосрочной терапии, когда ин­терпретации специалиста тесно сопрягаются с этой ней.
Краткосрочная психодинамическая психотерапия – это преж­де всего, методически четко очерченный, высоко сфокусирован­ный терапевтический подход, рекомендуемый в тех случаях, когда клиент и специалист достигли полного согласия относительно ис­точника проблем и метода их преодоления. Этот вид психологиче­ской помощи требует от клиента наличия интеллектуальных навы­ков, способностей формировать высокую степень доверия, разви­той рефлексивности.
Понятие комплексного ПТСР основывается на понимании то­го, что травма, пережитая в ранние периоды жизни, имеет серьез­ные последствия для дальнейшего развития. Для большинства па-
67
циентов посттравматическое состояние сочетает симптоматику ПТСР с более общими трудностями в регуляции аффекта, с им­пульсивностью, диссоциативными тенденциями, нарушенными восприятием себя и других, соматизацией и изменениями в смыс­ловой сфере.
Маккэн и Перлмэн, Рот и Бэтсон детально представили крах центральных убеждений и образа Я, лежащие в основе психологии взрослых людей, переживших травму в детстве. Маккэн и Перлмэн указывают на то, что проблемы переноса и контрпереноса в лечении таких пациентов оказываются тягостными и мощными, детермини­руя трудности в области безопасности, доверия и зависимости, ува­жения и независимости. Дэйвис и Фроули описали использование диссоциации в защитных целях, когда взрослая пациентка, пережив­шая в детстве инцест, предъявляет травматический материал с одно­временным подавлением травматических воспоминаний, аффектов и фантазий. Они также предполагают, что сам по себе страх способен стать эротизированным настолько, что глубоко влияет на жизнь па­циентки и ее отношения со специалистом, что может выступать в ка­честве фактора повторной виктимизации (паттерн травматизации, повторяющейся на протяжении жизни) [1].
Маккэн и Перлмэн, подводя итоги исследований, предпола­гают, что лица, пережившие в детстве травму, могут быть особен­но уязвимы к последующей виктимизации и составляют группу повышенного риска возникновения ПТСР при повторной травма­тизации в последующей жизни. При этом ИПТ (интерперсональ­ная психотерапия), сфокусированная на помощи пациенту в пони­мании и изменении паттернов взаимоотношений, может снизить потенциал повторной виктимизации в последующей жизни.
Когда предъявляемая проблема имеет комплексный характер, более показанной может быть длительная терапия, не имеющая конкретного срока окончания. Руководствуясь рядом соображе­ний, можно сделать выбор в пользу либо классического психоана­лиза, либо другой формы длительной психотерапии. Если пациент стремиться проходить классический анализ, то он должен быть готов иметь дело с разнообразными проблемами и обладать требу­емыми для этого свойствами, связанными с выявлением и интер­претацией переноса. Такое решение должно основываться на тща­тельной оценке целей пациента и его способностей.
68
Поскольку травматический опыт и определенные личностные нарушения предрасполагают к эмоциональной нестабильности, может потребоваться период поддерживающей терапии для подго­товки пациента к более интенсивным, экспрессивным методам те­рапии. Подготовительная фаза помогает пациенту в большей мере овладеть своими эмоциональными и когнитивными реакциями и сформировать более прочный терапевтический альянс как базу для последующей экспрессивной работы.
Дэниели предположил, что в работе с жертвами Холокоста и их детьми может быть показана групповая работа. Однородные группы из переживших Холокост или их детей, а также смешан­ные группы, составленные из представителей разных поколений, могут создать временную «семью», которая поможет своим чле­нам вновь утвердить идентичность и переработать отношения с другими людьми. Мобилизация интернализованных и пораженных травматическим опытом объектных отношений внутри группы может дать столь необходимую возможность оплакивания и пси­хологического продвижения. Рекомендациям Дэниели вторит Шей, подчеркивающий важность разделения военного опыта дру­гими членами группы ветеранов по мере рассказывания о боевых эпизодах.
Противопоказаниями к применению психодинамических ме­тодов являются:
неспособность к образованию терапевтического альянса,
недостаточная способность к психологизации,
недостаточно развитое наблюдающее Я,
нарушенное тестирование реальности и неспособность вы-
носить сильные эмоции.
Доказано, что сочетание психодинамических и фармакологи­ческих методов имеет синергический эффект. Опыт клиницистов свидетельствует о том, что фармакологические воздействия, сни­жающие интенсивное возбуждение, тревогу и дисфорию и улуч­шающие сон, всегда оказывают благоприятное воздействие на клиентов, помогая в их подготовке к тому, чтобы выдержать столкновение с травматическими для них воспоминаниями, мыс­лями и чувствами в процессе коррекции в рамках психоаналитиче­ского подхода [5].
69
Выводы. Психологическая коррекция – вид психологической помощи, целью которого является исправление особенностей раз­вития, выходящих за рамки оптимального, при помощи конкрет­ных психологических средств.
С точки зрения психоаналитической теории, целью психоло­гической коррекции выступает снятие симптомов внутреннего конфликта, возникающего между «Я» и «Оно», посредством пре­кращения использования неадекватных механизмов психологиче­ских защит. Основная задача психоаналитиков – коррекция и реа­билитация невротических проявлений пациентов.
Психоаналитический подход в коррекции и реабилитации предполагает использование следующих методов и техник:
1. метода свободных ассоциаций;
2. интерпретации;
3. интерпретации сновидений;
4. переноса;
5. метода преодоления сопротивления.
Семейная психоаналитическая терапия является достаточно новым направлением, имеющим как теоретическое, так и приклад­ное значение. Цели семейной психоаналитической терапии – ана­лиз и коррекция межличностных отношений в семье, личностных свойств и психологических защит ее отдельных представителей; профилактика семейных конфликтов; реабилитацию семьи в це­лом и ее членов. В процессе аналитической терапии первоначаль­но внимание специалиста обращено на запрос семьи, в соответ­ствии с которым идет работа. Показаниями к поддерживающей психодинамической терапии при ПТСР являются следующие:
продолжительная слабость Эго;
актуальный жизненный кризис;
низкая фрустрационная толерантность или слабая толерант-
ность к тревоге;
низкая способность к инсайту;
недостаточное тестирование реальности;
серьезные нарушения отношений с объектами;
ограниченный контроль над импульсами;
низкий интеллект или органическая когнитивная дисфункция;
трудности с интроспекцией;
слабая способность к образованию терапевтического альянса.
70
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]