Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Противодействие преступлениям террористической и экстремистской направленности. Вопросы теории и практики оперативно-розыскной деятельности. Учебно-ме
.pdf
В августе 1917 г. Совет эсеровской партии включил Спиридонову в список обязательных кандидатов на выборах в Учредительное
Собрание. В августе—сентябре Спиридонова принимала участие в
работах губернских съездов и конференций ПСР. 16 августа на
Петроградском губернском съезде выступила с речью «О современном моменте». Во время мятежа Л.Г. Корнилова М.А. Спиридонова
пыталась наладить связь с социал-демократами, критиковала позицию своей партии, публично заявляя, что спасение революции —
в переходе власти к рабочим и крестьянам.
В сентябре 1917 г. она была избрана делегатом Петросовета.
Участвовала в работе Демократического совещания, осудив коалицию с кадетами («Долой коалицию, и да здравствует власть народа
и революции»!). Как представитель Совета крестьянских депутатов
(была избрана в начале лета 1917 г.) вошла в Предпарламент (Временный Совет Российской Республики), избрана гласным Петроградской городской думы.
В дни Октябрьской революции находилась в Петрограде. 25—
26 октября присутствовала на заседании II Съезда Советов. Как утверждала Н.К. Крупская, «за пару часов до открытия съезда»
В.И. Ленин пытался убедить ее войти в правительство, но получил
отказ. Н.К. Крупская потом вспоминала: «Какая-то комната в
Смольном... На одном из темно-красных диванчиков сидит Спиридонова, около нее сидит Ильич и мягко как-то и страстно в чем-то ее
убеждает».
Знаменитая и авторитетная эсерка Спиридонова нередко поддерживала большевиков, а большевики — ее. Но то, как они действовали, она категорически не принимала, о чем не замедлила
откровенно заявить возмущенным письмом в ЦК партии большевиков. «Вы, — утверждала она, — извратили нашу революцию!
Ваша политика — сплошное надувательство трудящихся! Ваше
многочисленное чиновничество сожрет больше, чем буржуазия!
Творятся, — негодовала Мария Александровна, — неслыханные
мерзости над рабочими, крестьянами, матросами и запуганным
обывателем!»
Октябрьская революция расколола партию эсеров: правые эсеры
выступили против захвата власти большевиками, левые эсеры поддержали Ленина, вошли в правительство, заняли важные посты в
армии и ВЧК. Спиридонова стала вождем левых эсеров. Первоначально В.И. Ленин дорожил союзом с левыми эсерами, которых
поддерживало крестьянство. Но постепенно это сотрудничество
сошло на нет, поскольку эсеры все больше расходились с большевиками, не спешившими раздавать землю крестьянам. Учрежден-
301
1
ные большевиками комбеды (комитеты бедноты) откровенно грабили зажиточных крестьян.
В то время Спиридонова выполняла важнейшую для левых эсеров задачу по привлечению на их сторону крестьянского большинства на Чрезвычайном и II Всероссийском съездах крестьянских
депутатов. «Нам необходимо как молодой партии, — говорила она
делегатам I съезда ПЛСР, — завоевать крестьянство».
Спиридонова выступала за созыв особого Всероссийского съезда левых эсеров. 28 октября вошла в состав Временного центрального оргбюро левого крыла партии эсеров. Работала в Петроградской организации, выступала в воинских частях, среди рабочих,
призывая к прекращению войны, передаче земли крестьянам, а
власти — Советам. Сотрудничала в газете «Земля и воля», была редактором журнала «Наш путь», входила в состав редколлегии газеты
«Знамя труда», выступала с программными заявлениями.
11 ноября Чрезвычайный Всероссийский съезд советов крестьянских депутатов избрал Спиридонову своим председателем. Она
была избрана председателем и на II Всероссийском крестьянском
съезде, возглавила исполком левого крыла (правое крыло возглавил
В.М. Чернов). Работала в ЦИК и в крестьянской секции ВЦИК.
Когда в ноябре—декабре 1917 г. левые эсеры вошли в Совнарком,
укрепив тем большевистские позиции, Спиридонова не стала народным комиссаром только потому, что ее работу в ЦИК эсеровское руководство посчитало более важной.
Ставка на Спиридонову была сделана левоэсеровским ЦК не
случайно. У нее неожиданно открылись ораторские и организаторские способности. К ореолу великомученицы она к тому времени
сумела прибавить, во многом благодаря популизму, известность
эмоционального оратора (важное качество для той говорливой эпохи), публициста и политического деятеля, отстаивающего крестьянские интересы. Когда Спиридонова выступала, в ее голосе звучали
истерические нотки, но в те годы такой накал страстей казался естественным. Джон Рид называл ее в тот момент «самой популярной
и влиятельной женщиной в России».
Осознавая необходимость сотрудничества с большевиками, так
как «за ними идет масса, выведенная из состояния застоя», Спиридонова, вместе с тем, была уверена, что влияние большевиков на
народ недолговечно, поскольку у них «все дышит ненавистью», и
что большевики обанкротятся на второй стадии революции. Такой
стадией, по ее мнению, станет «социальная революция», которая
скоро вспыхнет, но получит шансы на успех лишь в том случае,
если превратится в мировую. Октябрьская революция как «политическая» есть лишь начало революции мировой. Советы она характеризовала как «самое полное выражение народной воли».
302
Спиридонова — обязательный кандидат ПСР в Учредительном
Собрании (Петроград, Владимирский, Подольский округа). На заседании Учредительного Собрания 5 января она была выдвинута
фракциями большевиков и левых эсеров в председатели в качестве
альтернативы В.М. Чернову.
В январе 1918 г. Спиридонова призвала III Всероссийский съезд
Советов принять Закон о социализации земли.
Спиридонова активно участвовала в подготовке 2-го съезда
ПЛСР, входя в комиссии по его организации и открытию. 17 апреля Съезд избрал Спиридонову в президиум. 19 апреля она выступила на съезде с докладом по текущему моменту. Полемизируя с докладчиком Б.Д. Камковым, она призвала левых эсеров разделить с
большевиками ответственность за Брестский мир: «Мир подписан
не нами и не большевиками: он был подписан нуждой, голодом,
нежеланием народа воевать. И кто из нас скажет, что партия левых
эсеров, представляя власть, поступила бы иначе, чем партия боль-
1
шевиков?»
Спиридонова полагала, что заключение Брестского мира пойдет на пользу мировой революции: «После поступков правительств Англии и Франции заключение сепаратного мира будет тем
толчком, который заставит массы прозреть».
Спиридонова отмечала, «что в настоящее время главнейшим
социальным фактом нашей революции является земля и земельный
вопрос, и движущей силой нашей социальной революции является
крестьянство». «Главнейшей задачей текущего дня» было, по ее
мнению, «реальное воплощение в жизнь закона о социализации
земли, а воплощение это, как показала практика, невозможно без
участия в аппарате власти». Ввиду этого Спиридонова принципиально осуждала левых эсеров за выход из центрального правительства: «Как партия классовая, народная, ПЛСР не имеет права строить политику на основании личных переживаний и в эпоху социальной революции играть в политическую игру. Уходом от власти
левые социалисты-революционеры предали крестьянство».
Однако позиция Спиридоновой не получила поддержки большинства. Выдвинутая в ЦК, она взяла самоотвод, но он не был
удовлетворен; Спиридонова была избрана в ЦК. По ее собственным
словам, она была после выхода левых эсеров из Советского правительства единственным связующим звеном с большевиками и ушла
от них «позже других».
По сравнению с большинством членов ЦК ПЛСР Спиридонова
дольше других выступала за политический союз с большевиками.
Однако в период апреля—июня 1918 г. она круто изменила свою
политическую позицию. От сотрудничества с большевиками она —
1
Знамя труда. 1918. 19 апреля.
303
1
одна из немногих, резко осуждавшая выход левых эсеров из СНК,
перешла в лагерь политических противников большевиков. Окончательный разрыв с большевиками произошел из-за декретов ВЦИК,
принятых в мае—июне 1918 г. (о продовольственной диктатуре, о
комбедах, о смертной казни). В период с мая по июль 1918 г. в своих публичных выступлениях Спиридонова решительно осудила
внешнюю и внутреннюю политику СНК, критиковала аграрную
политику большевиков, говоря, что социализация земли подменяется национализацией. Спиридонова также обвинила большевистский
ЦК в организации продотрядов и насаждении комбедов.
В это же время резко изменилось отношение Спиридоновой к
Брестскому миру. Выступавшая вначале за заключение немедленного мира с Германией, она затем изменила свое мнение. Вместе с
эсэром Камковым Спиридонова вела переговоры с членами исполкома «Революционной интернационально-социалистической организации иностранных рабочих и крестьян» по вопросу об организации антинемецкого выступления на Украине.
Левые эсеры провели съезд и потребовали расторжения Брестского договора, считая, что он душит мировую революцию. 24 июня
на заседании ЦК ПЛСР было принято решение «в интересах русской и международной революции положить конец так называемой
передышке». «В этих целях — организовать ряд террористических
актов в отношении виднейших представителей германского империализма»
1
. Для проведения этого плана ЦК ПЛСР выделил Бюро,
в которое вошли Л.Б. Голубовский, И.А. Майоров и М.А. Спиридонова. В протоколе заседания, подписанном Спиридоновой,
оговаривалось: «Мы рассматриваем свои действия как борьбу против настоящей политики Совета Народных Комиссаров и ни в коем
случае как борьбу против большевиков»
2
.
Эсеры начали действовать привычными методами. Руководителю московских эсеров, члену ЦК партии Анастасии Алексеевне
Биценко поручили организовать громкий теракт. Крестьянская
дочь, она сумела окончить гимназию. Как и Мария Спиридонова,
вступила в Боевую организацию эсеров. 6 июля 1918 г. Анастасия
Биценко передала сотрудникам ВЧК, эсерам Якову Блюмкину и
Николаю Андрееву, бомбы. Имя изготовителя держалось в особом
секрете — это был Яков Моисеевич Фишман, будущий начальник
военно-химического управления Красной Армии.
В 2 часа дня Блюмкин и Андреев на машине прибыли в германское посольство, предъявили мандат с подписью Ф.Э. Дзер-
1
Красная книга ВЧК. Т. 1. 2-е изд. М., 1989. С. 185.
2
Òàì æå. Ñ. 186.
304
жинского и печатью ВЧК, потребовав встречи с послом Мирбахом.
Графу Вильгельму Мирбаху несколько раз угрожали, и появление в
посольстве сотрудников ВЧК он воспринял как запоздалую реакцию советских властей. Посол принял чекистов в малой гостиной.
«Я беседовал с послом, смотрел ему в глаза, — рассказывал потом Блюмкин, — и говорил себе: я должен убить этого человека.
В моем портфеле среди бумаг лежал браунинг. «Получите, — сказал
я, — вот бумаги», — и выстрелил в упор. Раненый Мирбах побежал
через большую гостиную, его секретарь рухнул за кресло. В большой гостиной Мирбах упал, и тогда я бросил гранату на мраморный пол...»
В левоэсеровском мятеже 6—7 июля 1918 г. Спиридонова проявила максимальную активность. Вечером 6 июля при ее непосредственном участии в штабе отряда ВЧК под командованием
Д.И. Попова был арестован Ф.Э. Дзержинский. Затем Спиридонова
вместе с Л.Б. Голубовским отправилась на Съезд Советов для оглашения декларации ЦК ПЛСР об убийстве В. Мирбаха. В Большом
театре под руководством Спиридоновой проходили совещания
фракции левых эсеров.
Во время V Всероссийского съезда Советов в ночь с 7 на 8 июля
1918 г. Спиридонова была арестована в числе других руководителей
левых эсеров и препровождена на гауптвахту в Кремль. («Я 12 лет
боролась с царем, а теперь меня большевики посадили в царский
дворец»).
На допросе в следственной комиссии при ВЦИК 10 июля она
взяла на себя ответственность за выступление левых эсеров на себя
и показала: «Я организовала дело убийства Мирбаха с начала до
конца, Блюмкин действовал по поручению моему». Находясь под
арестом, Спиридонова признала, что руководство ПЛСР допустило
ряд серьезных тактических ошибок. Сумела передать на волю «Открытое письмо ЦК партии большевиков», в котором обвинила своих противников в уничтожении власти Советов, власти трудящихся.
Осудила «красный террор»: «Вы скоро окажетесь в руках вашей
чрезвычайки, вы, пожалуй, уже в ее руках. Туда вам и дорога»). Назвала политику Ленина, Свердлова, Троцкого «подлинной контрреволюцией».
Левоэсеровский мятеж имел трагические последствия, прежде
всего для них самих. Левые эсеры были изгнаны из государственного аппарата и уже не имели возможности влиять на политику страны. Российское крестьянство лишилось своих защитников. Позднее
всех видных эсеров уничтожили.
27 ноября 1918 г. Верховный ревтрибунал при ВЦИК рассмотрел дело о «заговоре ЦК партии левых эсеров против Советской
власти и революции». Спиридонова была приговорена к году тюрь-
305
1
мы. Однако, приняв во внимание «особые заслуги перед революцией», Верховный ревтрибунал амнистировал и освободил ее.
Попытка угомонить таким путем несгибаемую Спиридонову не
удалась, она продолжала темпераментно выступать на рабочих митингах против «олигархии большевиков». Сохранился конспект ее
речи на заводе «Дукс», сделанный сотрудником ВЧК для доклада
наверх: «Рабочие задушены, связаны по рукам и ногам, вынуждены под-
чиняться декретам, кои издаются кучкой темных лиц во главе с Лениным, Троцким... Все комиссары — мерзавцы, жиреющие на бешеных жалованиях. В партию коммунистов записываются проходимцы, чтобы
получать лучший паек, лучшую одежду, галоши...». И каждое обвине-
ние, честно отмечал чекист, вызывало шумные аплодисменты.
Спиридонова осуждала большевиков, в частности, из-за их
ставки на «красный террор». Утверждала, что террор, который
применяла ее партия до революции, был средством борьбы угнетенных и стремящихся к свободе масс. Но «красный террор»,
применявшийся большевиками после того, как они завоевали
власть, — это ничем не оправданный террор победителей против
1
своего народа
. Озлобление народа она оправдывала «только во
время баррикадных боев».
22 января 1919 г. Спиридонова была снова арестована московской ЧК «за контрреволюционную агитацию и клевету на Советскую власть». Выступавший свидетелем обвинения Николай Бухарин заявил, что он «никогда не сомневался в ее субъективной честности». Московским ревтрибуналом Спиридонова была призвана
виновной в клевете на Советскую власть и помощи тем самым
контрреволюции. Ревтрибунал постановил: изолировать ее на год
«посредством заключения в санаторий». Спиридонова была отправлена в Кремлевскую больницу. В апреле 1919 г. она бежала оттуда с
помощью эсеровского ЦК и находилась на нелегальном положении.
26 октября 1920 г. Спиридонова снова арестована. 18 ноября
1921 г. отпущена под поручительство руководителей эсеров
И.З. Штейнберга и И.Ю. Бакала, с обязательством, что никогда не
будет заниматься политической деятельностью. Жила в подмосковной Малаховке под надзором ВЧК.
В 1923 г. неудачно пыталась бежать за границу. Была осуждена
на 3 года ссылки в калужскую совхоз-колонию. Болела туберкулезом и материально нуждалась. Затем находилась в ссылке в Самарканде (1925—1928) и Ташкенте (1928—1930).
В 1931 г. вновь осуждена на 3 года ссылки. Этот срок, продленный затем на 5 лет, Спиридонова отбывала в Уфе. Работала экономистом-плановиком в Башкирской конторе Госбанка, а также на
1
Родина. 1990. ¹ 5. С. 52.
306
других хозяйственных работах. Полностью отошла от политической
деятельности. В этот период вышла замуж за И.А. Майорова, члена
ЦК левых эсеров. Член коллегии наркомата земледелия, автор проекта закона о социализации земли, он тоже был репрессирован —
за несогласие с методами коллективизации.
В 1937 г. Спиридонова была снова арестована в Уфе. Содержалась в Уфимской тюрьме, а затем в Москве в Бутырской тюрьме.
В ноябре 1937 г. в большом письме руководству страны написала,
что в царское время ее личное достоинство не задевалось. В царское время она ощущала незримую поддержку народа.
На этот раз Спиридонова обвинялась в подготовке покушения
на правительство Башкирии и К.Е. Ворошилова. В начале января
1938 г. Военная коллегия Верховного Суда СССР утвердила приговор: М.А. Спиридоновой — 25 лет тюремного заключения,
И.А. Майорову — 10 лет. Военная коллегия Верховного Суда
СССР признала ее виновной в том, что она «до дня ареста входила
в состав объединенного эсеровского центра и в целях развертывания широкой контрреволюционной террористической деятельности
организовывала террористические и вредительские группы в Уфе,
Горьком, Тобольске, Куйбышеве и других городах…» Мария Александровна приговор не расслышала — она оглохла. Отбывала срок
Спиридонова в Ярославской и Орловской тюрьмах, причем в условиях неизмеримо худших, чем в царских тюрьмах.
Осенью 1941 г. И.В. Сталин дал поручение наркому внутренних
дел Л.П. Берии уничтожить «наиболее опасных врагов», находящихся в тюрьмах. 6 сентября Берия представил вождю список. Сталин в тот же день подписал совершенно секретное постановление
Государственного комитета обороны: «Применить высшую меру
наказания — расстрел к 170 заключенным, разновременно осужденным за террор, шпионско-диверсионную и иную контрреволюционную работу. Рассмотрение материалов поручить Военной коллегии Верховного Суда». Постановление приговоров в Военной
коллегии заняло один день. Всех перечисленных Л.П. Берией лиц
заочно признали виновными по ст. 58-10, часть вторая УК РСФСР,
приговор — расстрел.
М.А. Спиридонова была расстреляна 11 сентября 1941 г. сотрудниками НКВД в Медведевском лесу под Орлом вместе с другими 154 политическими заключенными Орловского централа (в
том числе А.Ю. Айхенвальдом, О.Д. Каменевой (родной сестрой
Льва Троцкого), Х.Г. Раковским, В.Н. Яковлевой, мужем
И.А. Майоровым) решением Военной коллегии ВС СССР по по-
1
становлению ГКО
. Тела на грузовиках вывезли в Медведевский
1
Известия ЦК КПСС. 1990. ¹ 1. С. 124—131.
307
1
лес, в 10 км от Орла, к которому уже приближались немецкие войска. Место захоронения Спиридоновой до сих пор не установлено.
Жизнь Марии Спиридоновой — одного из лидеров октябрьского переворота, оборвалась на 57-м году. Из них 34 года она провела
в царской и советских тюрьмах и ссылках. Собственно, после того,
как она расстреляла Г.Н. Луженовского, и до того момента, когда
ее саму расстрелял комендант Орловского областного УНКВД, она
провела на свободе всего два года.
М.А. Спиридонова реабилитирована частично в 1990 г. (по делу
1941 г.), полностью в 1992 г. (по делам 1918, 1923, 1924, 1937 гг.).
тор, мыслитель и общественно-политический деятель. Теоретик
«Братьев-мусульман», Саид Кутб разработал идею джихада против
правителей мусульманских стран и «неверного» Запада. По его
мнению, правители мусульманских стран на самом деле были агентами Запада, а не мусульманами, поэтому против них можно было
восставать.
Саид Кутб родился в 1906 году в египетской деревне Муша, в
районе города Гаха губернии Асьют, в 235 километрах к югу от
Каира. Его отец был видным землевладельцем в Муше, однако постепенно утратил свое состояние. Мать Саида Кутба, Фатима, была
родом из видной, но обедневшей семьи.
Когда Саиду Кутбу исполнилось шесть лет, родители отправили
его учиться в современную начальную школу. К десяти годам Кутб
выучил наизусть Коран. Заучивание такого большого объема текста
пошло ему на пользу: у мальчика отлично развилась память, он
приобрел внушительные знания по арабской грамматике.
В 1920 году тринадцатилетний Саид был отправлен в Каир, к
своему дяде, чтобы продолжить обучение в средней школе. Там он
посещал Дом наук (Dar al-Ulum) — учебное заведение, в расписание которого входили как традиционные предметы университета
Аль-Азхар (Al-Azhar University), так и новые предметы, изучавшиеся
в современном университете. Помимо различных наук Саид Кутб
там изучал и иностранные языки.
Успешно закончив обучение и получив диплом преподавателя
начальной школы, Саид Кутб начал свою карьеру в Министерстве
общественного образования в 1939 году. В первые годы своей службы он полностью посвящал себя литературе, будучи поэтом, прозаиком и литературным критиком, изучая западную литературу.
Одним словом, Саид Кутб стал человеком просвещенным и внешне
светским.
Кутб стал пробовать себя в поэзии, писать эссе, которые публиковались в таких египетских изданиях как «Новая жизнь» (AlHayat Al-Jadida) и «Воззвание» (Al Balag). Кутб-поэт писал роман-
308
тические стихотворения, героем которых был пессимистичный
мятежник, чья душа искала ответы на вопросы, касающиеся человеческого существования, значения жизни и смерти и прочих извечных философских тем. Герой стремился убежать из полного
тревог и переживаний реального мира в пространство, где он сумел бы обрести счастье.
В тот период Саид Кутб пишет большое количество книг по
различным аспектам Ислама и взаимосвязи религии с общественно-политическими реалиями современности. В них он подверг
ожесточенной критике психологию материального накопительства,
присущего западному образу жизни и доказывал, что подлинно
справедливое общество можно построить, только руководствуясь
идеалами Ислама. Этой теме он посвятил свою книгу «Социальная
справедливость в Исламе», которую издал в 1948 году.
В 1949 году Саид Кутб поехал в Америку, где прожил около 2 лет.
Увиденное в Америке потрясло его до глубины души.
В Америке Кутба раздражало решительно все: расизм, индивидуальная свобода разврата и пошлости, экономическая система неравенства, плохие стрижки, банальность, переходящая в вульгарность, бракоразводные процессы, «животное» смешение полов,
происходившее даже в стенах церквей в виде парных танцев.
В своих письмах, которые Саид Кутб отправлял оттуда своему
другу Тавфику аль-Хакиму, он критиковал образ жизни и идеалы
американцев, указывая, что их цивилизация лишена духовности,
возвышенных идеалов.
Наблюдая, с какой любовью жители Грили стригут лужайки вокруг своих домов, Кутб видел в этом открытое проявление эгоизма
и материализма. Под маской благополучия, думал он, скрывается
опасная реальность: простые американцы, считавшие себя свободными, на самом деле были потерянными душами, пойманными в
западню своих желаний и страстей.
Американское общество не развивается, не идет вперед, а утягивает людей за собой назад, к звериному примитивизму — к страстям. А самым страшным для Кутба было то, что подобная трансформация грозила произойти и в его собственной стране, Египте,
уже сдававшем свои патриархальные позиции перед западной
«культурой».
По возвращении домой из США в 1950 году Кутб скоро понял,
что извращенческая кафирская американская культура пускает корни и в Египте, соблазняя восторженное население дьявольскими
мечтами. В такой ситуации спасти страну могла только группа искренних муслимов, своеобразный политический авангард, способный смотреть сквозь эти иллюзии свободы, как делал он, когда жил
309
1
в Америке. Такая элита могла бы повести массы за собой к более
высоким идеалам — идеалам Ислама.
Кутб начинает проявлять политическую активность. Уволившись с государственной службы, он вступает в так называемое
«Мусульманское братство» (Al-Ikhwan Al-Muslimoon [Muslim
Brotherhood Movement]), выступающее за то, чтобы Ислам играл
основную роль в управлении египетским обществом.
«Ихван аль-муслимун» в дальнейшем ставшая наиболее сплоченной и массовой социально-политической организацией в Египте, была создана еще в 1928 году, всегда опиралась на массы религиозно настроенного населения, для которого были чужды «игры
эфенди», то есть прозападных правящих классов, были чужды слова
«демократия», «либерализм», «свободные выборы» и т.д. «Мусульманское братство» проповедовала возвращение к «истинно исламским ценностям», к следованию законам шариата. Она широко развернула сеть благотворительных учреждений — больниц, школ,
1
приютов
.
Саид Кутб стал идеологом и теоретиком «Братьев-мусульман».
В этот период, работая редактором газеты «Ихван аль-
муслимун», Кутб написал ряд книг на общественно-политические и
религиозные темы, такие как «Ислам и взгляд на мир», «Будущее за
Исламом». На страницах своей газеты он подвергал ожесточенной
критике светский образ жизни и идею отделения религии от государства, утверждая, что эти секулярные идеи противоречат сути исламской религии, которая является одновременно и верой и образом жизни для мусульман.
Саид Кутб также подверг критике традиционные методы подхо-
да к реалиям современности со стороны многих мусульманских
теоретиков из университета «Аль-Асхар». Он призывал их к реформированию их воззрений и методов к проблемам Ислама с позиции
изменившегося мира. В этом духе он написал свой известной комментарий к Корану под названием «Под сенью Корана», где он отказался от традиционных методов толкования священной книги,
принятой на протяжении столетий. По этой причине он даже не
назвал свой труд «тафсиром».
«Братья-мусульмане» находились в оппозиции в королевской
власти. В конце 40-х годов прошлого века, тогдашний премьерминистр страны пал жертвой их боевиков, а в ответ власти органи-
2
зовали убийство лидера «Братьев» — Хасана аль-Банны
.
1
Васильев А., Петров Н. Рецепты Арабской весны. М.: Алгоритм, 2012. С. 14—15.
2
Òàì æå. Ñ. 15.
310
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]