Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Аутентификация и верификация в цивилистическом процессе

.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

2 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 78 / 168 9 10 11 12 13 14 15 16 > Следующая >>>

Глава 2. Аутентификация и верификация в судебном цивилистическом процессе

нии не применяются. Внешние средства установления факта, в свою очередь, практически синонимичны по смыслу тому, что сегодня называют доказательствами. О них А.Х. Гольмстен высказывался так: «заключающиеся в указываемых сторонами основаниях, вне их лежащих, по которым суд может судить об истинности фактов, обосновывающих требования сторон»1. То есть фактически это можно воспринять как своеобразный прообраз деления доказательств на устные и письменные и вещественные. Таким образом, представляется, что в XIX в. была сформулирована классификация средств доказывания.

Е.В. Васьковский утверждал, что доказательствами называются те средства, с помощью которых проводится доказывание. В то же время автор уточнял, что слово «доказательство» употребляется еще и в других значениях. Во-первых, для обозначения самого процесса представления доказательств. Во-вторых, доказательствами называют те факты, которые приводятся тяжущимися в свою пользу и из которых ими делаются выводы2. Данная концепция фактически схожа с современным пониманием терминов «доказательства» и «средства доказывания», при этом дуалистическая составляющая рассматриваемого термина может восприниматься как прообраз идей о существовании понятия «доказывание» и еще один непоименованный прообраз допустимости.

Еще один подход к определению доказательств был сформулирован представителем казанской школы права Е.А. Нефедьевым, в трудах которого можно найти следующую идею: «Доказательством, способным убедить суд, является сведение о существовании факта, полученное судом из достоверного источника. Отсюда видно, что в доказательстве следует различать два элемента: сведение о существовании факта и источник, из которого это сведение получается»3. То есть Е.А. Нефедьев также говорил о цели по убеждению суда, при этом в его понимании доказательство состоит из двух элементов, один из которых «источник, из которого получается сведение», т.е. источник доказательства является прообразом критерия законности в современном его понимании. При этом видится возможным предположить, что данное разделение может быть воспринято как выделение категорий относимости

Гольмстен А.Х. Учебник русского гражданского судопроизводства.С. 194.

См.: Васьковский Е.В. Учебник гражданского процесса. Краснодар, 2003.

С. 289‒290.

Нефедьев Е.А. Гражданский процесс: лекции, чит. в Моск. ун-те орд. проф.

Е.А. Нефедьевым. М., 1900. С. 210.

Н.Н. Маколкин. Аутентификация и верификация в цивилистическом процессе

и законности. Соответственно, с относимостью соотносится элемент «сведение о существовании факта». Достоверность данного тезиса, по нашему мнению, может быть объяснена тем, что, говоря о существовании факта абстрактного, при формулировании термина понимается факт конкретный, если речь идет о рассмотрении конкретного дела, т.е. обосновывается определенный факт, связанный с рассмотрением спора по существу в судебном порядке.

В российской дореволюционной науке уголовного процессуального права центральное место занимало воззрение о формальном характере истины, которая подлежит установлению по результатам судебного разбирательства по уголовному делу. Так, Т.Г. Тальберг придерживался позиции о том, что «о полной несомненности не может быть и речи в области судебного исследования, и в делах судебных судья вынужден по несовершенству средств человеческого правосудия удовлетворяться по необходимости лишь более или менее высокой степенью вероятности»1. То есть в данном случае, говоря о доказательствах, ученый исходит из того, что они также нацелены на убеждение суда, при этом имеет место оговорка о том, что они не являются полностью достоверными, а лишь отвечают критерию «более или менее высокая степень вероятности», что по сути своей близко к воззрениям ученыхцивилистов.

Кроме того, данный подход может говорить о таком оценочном критерии доказательств, как достаточность, который не является предметом рассмотрения данного исследования, но одновременно с этим его необходимо упомянуть, так как он имеет значение наравне с другими критериями в контексте оценки доказательств. При этом подразумевается, что каждое отдельно взятое доказательство не является достаточным для установления обстоятельств дела, а требуется их совокупность, чтобы установить всю информацию относительно спорного правоотношения.

Другой российский ученый, занимавшийся проблемами уголовного процессуального права, определял доказательства исключительно как факты2. Свой подход Л.Е. Владимиров излагал лишь с той оговоркой, что не поставил определение доказательства в зависимость от его достоверности3. При этом при формулировании данного подхода явно

Тальберг Т.Г. Русское уголовное судопроизводство. Т. 2. М., 1891. С. 83.

См.: Владимиров Л.Е. Учение об уголовных доказательствах: части общая и осо-

бенная. СПб., 1910. С. 98.

См. там же. С. 99.

Глава 2. Аутентификация и верификация в судебном цивилистическом процессе

прослеживается влияние зарубежной процессуальной мысли. В частности, влияние воззрений Дж. Бентама, который также под доказательствами понимал факты. Так, рассуждая о доказательствах, он писал: «В этом слове есть нечто обманчивое <…>; под этим словом надо понимать только средство, употребляемое для установления истинности факта, средство, которое может быть и дурным и хорошим, и полным и недостаточным»1. Таким образом, можно предположить, что под «дурным и хорошим» зарубежный исследователь понимал законность доказательства, что, как выше отмечено, было реципировано в усеченном виде российским ученым.

Историческое развитие Российского государства, а также некоторые видоизменения системы управления государством, происшедшие после 1917 г., стали естественным триггером для трансформации как процессуального законодательства, так и процессуальной мысли. В частности, имело место и изменение представлений о том, что такое доказательство, в данный исторический период развития государства и права.

Так, представители советской юридической науки, в частности Ф.Н. Фаткуллин, работавший на стыке теории государства и права, а также уголовного процесса, писал, что «доказывание в советском уголовном судопроизводстве – это процессуальная деятельность указанных в законе органов и лиц, заключающаяся в определении возможных следственных версий, в собирании, проверке и оценке доказательств и их источников по этим версиям, а равно в обосновании достоверных выводов для установления объективной истины по делу»2. Данную точку зрения также разделяли и другие представители науки уголовного права и процесса, в том числе А.А. Пионтковский3, В.М. Савицкий4 и др.

В науке гражданского процессуального права5 того периода сложилось три подхода к пониманию доказательств и доказывания:

О судебных доказательствах: трактат Иеремии Бентама / пер. с фр. И. Горонови-

ча. Киев, 1876. С. 13.

Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. Казань, 1976.

С. 14.

См.: Пионтковский А.А. За дальнейшую разработку советской теории доказательств

в уголовном процессе // Социалистическая законность. 1955. № 7. С. 34‒35.

См.: Савицкий В.М. Государственное обвинение в суде. М., 1971. С. 149, 159.

См. об этом также: Юдельсон К.С. Проблема доказывания в советском гражданском процессе. М.: Госюриздат, 1951. 296 с.; Шакарян М.С. Понятие субъектов советского гражданского процессуального права и правоотношения и их классификация //

Н.Н. Маколкин. Аутентификация и верификация в цивилистическом процессе

1. Доказательства – это фактические данные, опираясь на которые суд устанавливает те или иные фактические обстоятельства, которые были неизвестны или нуждались в подтверждении. При этом делается оговорка о том, что эти фактические обстоятельства подтверждались в соответствии с нормами процессуального закона.

Так, обосновывая и поддерживая данную точку зрения, C.В. Курылев говорил, что «судебным доказательством является факт, полученный из предусмотренных законом источников и предусмотренным законом способом, находящийся с искомым в судебном процессе фактом в определенной связи, благодаря которой он может служить средством установления объективной истинности искомого факта»1. Анализируя вышеизложенный подход к трактовке термина, можно выделить несколько важных аспектов, отмеченных автором. Так, C.В. Курылев в термин «доказательство» интегрирует критерий относимости посредством использования формулировки «находящийся с искомым в судебном процессе фактом в определенной связи», а также критерий законности, который раскрывается так: «факт, полученный из предусмотренных законом источников и предусмотренным законом способом». Таким образом, справедливо утверждение о том, что наука гражданского процессуального права советского периода выделяет непоименованные критерии при определении термина «доказательство».

2. Доказательства – это дуальная материя, которая, с одной стороны, представляет собой фактические данные и процессуальные средства установления фактических данных, с другой стороны.

Так, А.И. Трусов, будучи сторонником данной теории, обосновывал двойственную природу доказательств следующим образом: «При определенных условиях источник сведений о фактах сам может стать таким же доказательственным фактом, как и все прочие факты, служащие средствами установления истины по делу»2. Указанная точка

Lex Russica (Русский закон). 2004. № 1. C. 19‒116; Процессуальные особенности рассмотрения отдельных категорий гражданских дел в суде: учеб. пособие / ред. Я.Ф. Фархтдинов. Казань: Изд-во Каз. гос. ун-та, 1989. 244 с.; Молчанов В.В. Свидетель в гражданском судопроизводстве (историко-правовой аспект) // Законодательство. 2006. № 5. С. 54‒63; Пучинский В.К. Признание стороны в советском гражданском процессе. М.: Госюриздат, 1955. 100 c.; Викут М.А. Проблема правового регулирования процессуального положения и деятельности сторон в советском гражданском судопроизводстве: ав-

тореф. дис. ... д-ра юрид. наук. Свердловск, 1971. 34 c.

Курылев С.В. Объяснения сторон как доказательство в советском гражданском

процессе: автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 1953. С. 9.

Трусов А.И. Указ. соч. С. 50.

Глава 2. Аутентификация и верификация в судебном цивилистическом процессе

зрения нашла поддержку и у других ученых, в том числе у А.К. Сергун1, а также у Д.М. Чечота, который указывал, что «судебными доказательствами являются все фактические данные (доказательственные факты) и источники сведений о фактах (средства доказывания), которые в предусмотренных законом процессуальных формах используются в суде для установления объективной истины по делу»2. Эти воззрения, несмотря на отличие от предыдущего подхода, также могут быть при детальном рассмотрении восприняты так, что и в них указываются изучаемые в рамках настоящего труда характеристики доказательств. Так, «источник сведений о фактах» видится элементом, сходным с критерием законности, а «фактические данные» и «прочие факты», так как презюмируется, что они не являются абстрактными, а тесно связаны с делом, сходны с критерием относимости.

3. Доказательства – это комплексное явление, элементами которого выступают одновременно и сведения о фактах, и средства доказывания.

Данный подход, сформулированный еще в советской процессуальной науке, был развит современными учеными. Кроме того, это воззрение очень близко к предыдущему подходу. При этом отличаются не сами характеристики, описывающие доказательства, а их природа, дуальность противопоставляется комплексности. И, несмотря на сходство дуальности и комплексности, второй подход позволяет посмотреть на исследуемый вопрос под большим числом углов, что очень наглядно продемонстрировано ниже в подходе И.В. Решетниковой.

Так, И.В. Решетникова, рассуждая о доказательствах, предлагает подход, согласно которому рассматриваемый термин должен включать в себя ряд компонентов: «1) сведения о фактах, 2) факты, подлежащие доказыванию для разрешения гражданского дела, 3) сведения, полученные из указанных в законе средств доказывания, 4) сведения, полученные в порядке, предусмотренном Гражданским процессуальным кодексом»3. Одновременно с этим формулируется авторское видение данного термина: «Доказательства по гражданскому делу – это сведения о фактах, подлежащие установлению для разрешения гражданского дела или для совершения отдельных процессуальных

См.: Гражданское процессуальное право России: учебник для вузов / под ред.

М.С. Шакарян. М., 1998. С. 174‒176 (автор гл. 11 – А.К. Сергун).

Гражданский процесс / отв. ред. Н.А. Чечина, Д.М. Чечот. М., 1968. С. 166 (ав-

тор гл. XIII – Д.М. Чечот).

Решетникова И.В. Доказательственное право в российском гражданском судопро-

изводстве: автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Екатеринбург, 1997. С. 30.

Н.Н. Маколкин. Аутентификация и верификация в цивилистическом процессе

действий и полученные из указанных в законе средств в порядке, предусмотренном Гражданским процессуальным кодексом»1. Таким образом, видится обоснованным тезис о том, что теория комплексности доказательств нашла свое отражение в трудах данного автора. Одновременно с этим авторский подход к трактовке изучаемого понятия включает в себя отсылки к критериям относимости («сведения о фактах, подлежащие установлению для разрешения гражданского дела»), законности («полученные в порядке, предусмотренном Гражданским процессуальным кодексом») и допустимости («полученные из указанных в законе средств»), что лишний раз свидетельствует о том, что исследуемые категории ставятся во главу угла при изучении института доказательств.

При этом видится возможным сделать некоторую оговорку, которая важна в рамках данного исследования, но не носит существенного характера. Безусловно, формулирование определения термина «доказательство» профессором И.В. Решетниковой напрямую связано с темой ее исследования и определяет вектор, в котором это проводилось2. Так, исследователь указывает на то, что доказательства получаются в порядке, предусмотренном ГПК. Лаконичность и корректность данного подхода не вызывает сомнений. Одновременно с этим и в целях рассмотрения критерия «законность доказательств» в рамках данного исследования видится возможным, принимая за основу подход И.В. Решетниковой, который, по нашему мнению, является основным во всем доктринальном массиве науки гражданского процессуального права, несколько его видоизменить и указать, принимая во внимание объективные факторы, такие как существование в Российской Федерации четырех процессуальных кодексов (ГПК РФ, АПК РФ, КАС РФ, УПК РФ), что доказательства получаются в порядке, предусмотренном процессуальным законодательством. Данная трансформация, по нашему мнению, может быть взята за основу при формулировании авторского подхода к определению критерия законности в дальнейшем.

Кроме того, мнение о том, что доказательства являются комплексным явлением, нашло отражение в трудах профессора М.К. Треушникова, который, говоря о доказательствах, использует следующий подход: «Доказательства имеют содержание, обладающее свойством

Решетникова И.В. Доказательственное право в российском гражданском судопро-

изводстве: автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Екатеринбург, 1997. С. 32.

См. там же.

Глава 2. Аутентификация и верификация в судебном цивилистическом процессе

относимости, процессуальную форму и определенный процессуальный порядок получения и исследования доказательственной информации. Именно эти составляющие определяют судебные доказательства. Устранение одного из этих составных частей ликвидирует судебное доказательство в целом»1. Данный подход также свидетельствует о том, что доказательства не являются дуальной материей, а включают в себя большее число элементов.

Одновременно с этим необходимо обратить внимание на легальные подходы, существующие в данной сфере. Так, на законодательном уровне определение термина «доказательство» отражено в положени ях процессуального законодательства (ч. 1 ст. 55 ГПК РФ, ч. 1 ст. 64 АПК РФ, ч. 1 ст. 59 КАС РФ, ч. 1 ст. 74 УПК РФ). Закрепление данного определения обусловливается как высокой практической значимостью данного института, так и дополнительным подтверждением того, что он является одним из краеугольных камней науки процессуального права.

Таким образом, наличие отдельной статьи, посвященной доказательствам, во всех процессуальных кодексах говорит о высокой значимости данного института. При этом следует отметить, что подходы к определению доказательств несколько разнятся в цивилистических процессуальных кодексах, а в УПК РФ позиция законодателя выражена посредством иной процессуальной конструкции.

Сравнительная характеристика законодательных подходов позволяет выделить некоторые особенности юридической техники, проявляющиеся при формулировании термина «доказательство» в различных процессуальных кодексах. В частности, УПК РФ расширяет состав лиц, исследующих доказательства, а также отсутствие упоминания критерия допустимости. При этом подобная формулировка в УПК РФ в части состава лиц, исследующих доказательства, обусловлена спецификой самого уголовного процесса и досудебных процедур, которые проводятся органами прокуратуры, Министерства внутренних дел, а также следователями, а отсутствие отдельно трактуемого подхода к критерию допустимости компенсируется посредством объяснения, что является недопустимым.

Таким образом, наглядно проиллюстрировано, что и в нормативноправовой базе, и в доктрине процессуального права имеет место плюрализм в вопросе определения трактовки термина «доказательство», что, в свою очередь, как определяет актуальность вопроса для юридической

Треушников М.К. Судебные доказательства. М.: Изд. дом «Городец», 2004. С. 96‒97.

Н.Н. Маколкин. Аутентификация и верификация в цивилистическом процессе

науки и практики, так и выступает основанием для возникновения разного рода споров, что и было отражено ранее.

Одним из основных же вопросов для настоящего исследования является изучение понятий относимости, допустимости и законности доказательств. И в связи с этим считаем необходимым рассмотреть как в рамках данного параграфа, так и далее, что данные понятия собой представляют и какова их роль в современной правовой действительности.

Начать рассмотрение данного вопроса видится возможным с иносказательного изречения профессора М.А. Гурвича о том, что «гражданский процесс, по сути дела, – медицина гражданского оборота, суд в гражданском процессе – клиника – лечебная и профилактическая»1. В данном случае можно предположить, что правоприменительный процесс – это медицина для правоотношений, суд – это доктор, применяющий лекарства – нормы права, которые в каждом случае назначаются в зависимости от показаний и противопоказаний, симптоматики и особенностей случая, т.е. относятся к тому или иному заболеванию и допускаются для применения в отношении отдельного пациента – конкретного спорного правоотношения, что очень схоже, в свою очередь, с относимостью, допустимостью и законностью и формирует анамнез, определяющий применение лекарств.

Переходя непосредственно к анализу роли относимости, допустимости и законности доказательств в современной правовой дей ствительности, видится необходимым обратить внимание на то, как данные понятия нашли свое отражение в законодательстве. При этом крайне важно понимать, что доказательственное право, а в частности вопрос законности доказательств, признается законодателем и гражданами РФ настолько существенным и основообразующим, что нашло свое отражение в ч. 2 ст. 50 Конституции РФ, согласно которой при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона. Данное обстоятельство, в свою очередь, также делает невозможной переоценку значимости как данного критерия самого по себе, так и научных изысканий, с ним связанных.

Так, исходя из действующей нормативно-правовой процессуальной базы, видно, что законодатель, формулируя подход к определению критериев относимости, допустимости и законности в цивилисти-

Гурвич М.А. О применении советским судом гражданских законов // Ученые

записки. Вып. ХVI. М., 1969. С. 265.

Глава 2. Аутентификация и верификация в судебном цивилистическом процессе

ческих кодексах, исходит из общих, базовых положений о том, что относимыми доказательствами являются только те, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела по существу, а допустимость, в свою очередь, раскрывается посредством обращения к обстоятельствам, где указывается, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами. В свою очередь, законность вытекает из понятия «доказательства» и характеризуется как полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах.

Одновременно с этим законодатель в процессе кодификации и унификации уголовного процессуального законодательства использовал иные приемы юридической техники. Так, критерий относимости не нашел отдельного закрепления в УПК РФ. При этом, как было отмечено выше, данный критерий затронут при формулировании определения термина «доказательство», и, исходя из анализа положений ст. 74 УПК РФ, видится возможным вывод о том, что в уголовном процессе под относимостью могут подразумеваться любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь и дознаватель устанавливают наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. То есть фактически подходы, сформулированные как в цивилистическом, так и в уголовном процессе, к критерию относимости очень близки. Критерий допустимости, в свою очередь, в уголовном процессуальном законе также обладает некоторой спецификой и построен от обратного. То есть законодателем сформулирован подход к тому, что не может быть доказательством по делу. Соответственно, принимая во внимание законы формальной логики, все, что не является недопустимым, может быть принято судом в качестве допустимого доказательства, а соответственно, быть принято во внимание при вынесении решения. Критерий законности в УПК РФ выражен иначе, формулируется для каждого вида доказательств по-разному и содержится в отсылочных нормах, регламентирующих процесс получения таких доказательств.

При этом следует отметить, что фактически законодатель не разделяет прямо в УПК РФ идеи законности и допустимости, определяя допустимость как соблюдение порядка получения доказательств, что фактически не соотносится с понятием допустимости, содержащимся в цивилистическом процессуальном законодательстве. Соответственно, говоря о концепции единых для процессуальных

Н.Н. Маколкин. Аутентификация и верификация в цивилистическом процессе

отраслей права категориях, требуется определенная унификация, но данный вопрос не является прямо относящимся к предмету настоящего исследования.

Подходы законодателя нашли свое научное обоснование и в юридической литературе. Так, в Комментарии к ГПК РФ, под общей редакцией В.И. Нечаева и руководством В.В. Яркова, содержится детальный разбор позиции законодателя, представленный И.В. Решетниковой. Так, общая размытость формулировок при законодательном закреплении критерия допустимости в цивилистических процессуальных кодексах может быть объяснена тем, что «приведенное законодательное определение допустимости доказательств может быть названо общим правилом о допустимости доказательств… Можно сказать, что допустимость доказательств носит общий и специальный характер. Общий характер допустимости свидетельствует о том, что по всем делам независимо от их категории должно соблюдаться требование о получении информации из определенных законом средств доказывания с соблюдением порядка собирания, представления и исследования доказательств. Нарушение этих требований приводит к недопустимости доказательств. Следовательно, допустимость доказательств прежде всего обусловливается соблюдением процессуальной формы доказывания»1. Данный подход в некоторой степени размывает критерий законности и интегрирует его в критерий допустимости, что представляется заслуживающим внимания подходом. При этом автором не конкретизируется, что следует подразумевать под специальным характером допустимости. Однако здесь необходимо оговориться, указав, что данный вопрос рассматривается автором отдельно.

Так, в труде «Справочник по доказыванию в арбитражном процессе» автор указывает, что «специальный характер допустимости доказательств оговорен в законе применительно к отдельным доказательствам по определенным категориям дел»2, что также близко по смыслу с идеями, изложенными в работе «Справочник по доказыванию в гражданском судопроизводстве»3. Данная отсылка к отдельным категориям дел, в свою очередь, служит подтверждением тезиса

Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу РФ / под общ. ред. В.И. Нечаева; рук. авт. кол., науч. ред. В.В. Ярков. 3-e изд., перераб. и доп. М.: Норма, 2008. 976 с.

Справочник по доказыванию в арбитражном процессе / под ред. И.В. Решетниковой. М.: Норма; ИНФРА-М, 2020. С. 31.

См. подробнее: Справочник по доказыванию в гражданском судопроизводстве / И.В. Решетникова. 6-е изд., доп. и перераб. М.: Норма; ИНФРА-М, 2017. 110 с.

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 78 / 168 9 10 11 12 13 14 15 16 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]