Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Аутентификация и верификация в цивилистическом процессе
.pdf
Глава 3. Аутентификация и верификация в иных формах цивилистического процесса
бесспорном характере обязательств, поэтому на этапе установления
личности, проверки представленных документов нотариусом должна
быть проделана масштабная работа.
Также необходимо помнить об исключении из общего порядка
удаленного установления личности нотариусом. Так, в случаях направления уведомлений о залоге движимого имущества или заявления о выдаче выписки из реестра уведомлений о залоге движимого
имущества в электронной форме личность обратившегося гражданина устанавливается посредством проверки его квалифицированной
подписи, в том числе подтверждения ее принадлежности такому лицу
в соответствии с Федеральным законом «Об электронной подписи».
После проведенной процедуры установления личности обратившегося за совершением нотариального действия заявителю через ЕИС
направляется уведомление о том, что нотариусом его заявление и приложенные к нему электронные документы приняты.
Следует также иметь в виду, что, возлагая на нотариуса в соответ
ствии со ст. 42 Основ законодательства РФ о нотариате обязанность
удостоверить личность обратившегося за совершением нотариальных
действий, закон исчерпывающим образом не предусматривает методы
и способы такого удостоверения и проверки подлинности документов, а также перечень применяемых при этом технических средств.
На это указывает и Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ в своем Определении от 16 апреля 2019 г. № 49-КГ19-13,
а именно: закон оставляет «вопрос о полноте и достаточности такой
проверки на усмотрение самого нотариуса, который несет профессиональный риск ненадлежащего совершения нотариальных действий. При
этом обязанность доказать надлежащее исполнение своих обязанностей
возлагается на нотариуса». Данная особенность должна приниматься
во внимание нотариусом в случае необходимости удаленного установления личности обратившегося за совершением нотариальных действий.
В частности, в соответствии с обстоятельствами этого дела суд приходит
к выводу, что нотариус могла и должна была обратить внимание на несоответствие личности обратившейся за совершением нотариального
действия Ф. предъявленному ею паспорту на имя П., в частности, ввиду
явного несоответствия возраста1. Это же решение приводится и в одном
из обзоров судебной практики Верховного Суда РФ за 2021 г.
2
-
1
СПС «КонсультантПлюс».
2
См.: Обзор судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2021), утв. Президиумом
Верховного Суда РФ 7 апреля 2021 г. // СПС «КонсультантПлюс».
121
Н.Н. Маколкин. Аутентификация и верификация в цивилистическом процессе
Приведем другой пример из практики. Так, Определением от
16 марта 2021 г. № 49-КГ20-25-К6 Судебная коллегия по гражданским
делам Верховного Суда РФ постановила, что нотариусом не были представлены доказательства надлежащего исполнения своих обязанностей: полноты и достаточности проверки, проводимой при удаленном
установлении личности. Следовательно, суд не находит оснований для
освобождения нотариуса от обязанности возмещения вреда1. Виновными были признаны действия нотариуса и по решению Ангарского
городского суда Иркутской области от 17 января 2017 г. № 2-69/2017
по делу № 2-69/2017. Для удостоверения личности был представлен
не паспорт, а лишь временное удостоверение личности, что, как отмечает суд, «должно было вызвать сомнения и подлежало проверке
в пределах полномочий нотариуса, предоставленных ему законом,
а именно: направления запроса в органы миграционного контроля
о факте выдачи временного удостоверения личности, а на период истребования указанных сведений в соответствии со ст. 41 Основ законодательства о нотариате отложить совершение нотариального действия».
Однако нотариусом эти действия совершены не были, следовательно,
и достоверность представленного временного удостоверения проверена не была. Поэтому суд устанавливает вину нотариуса в форме
неосторожности2.
В Обзоре судебной практики Верховного Суда Чувашской Республики по гражданским и административным делам № 2/2020 приводится конкретное дело (апелляционное определение Судебной коллегии
по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики –
Чувашии от 1 июня 2020 г. по делу № 33-1883/2020), в мотивировочной части которого суд прямо указывает на наличие у нотариуса необходимых ресурсов, благодаря обращению к которым можно было
проверить представленные документы, а именно полномочия представителя М.Ю.: «Нотариус, обладая большим информационным ресурсом для проверки полномочий лиц, обратившихся за совершением
нотариального действия, должен использовать все возможности для
верификации нотариальных документов в рамках сформированного
к этому времени общероссийского нотариального информационного
пространства»3.
1
СПС «КонсультантПлюс».
2
URL: https://sudact.ru/regular/doc/OaVmTw1AhKYJ/ (дата обращения: 13.03.2024).
3
Обзор судебной практики Верховного Суда Чувашской Республики по граждан-
ским и административным делам № 2/2020 // ЭПС «Система ГАРАНТ».
122
Глава 3. Аутентификация и верификация в иных формах цивилистического процесса
Интересным, на наш взгляд, с точки зрения полноты и достаточности проверки соответствия приложенных к заявлению документов
является и следующее дело: апелляционное определение судебной
коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда
от 26 октября 2021 г. по делу № 33-5071/2021. Суд приходит к выводу
о неправомерности отказа в совершении нотариального действия,
который был обусловлен фактом предъявления В.Н. Хабаровым для
установления нотариусом его личности одновременно двух паспортов гражданина РФ. Но само по себе нахождение у заявителя двух
паспортов, один из которых должен был быть погашен, и их предъявление для установления его личности не являются препятствием для
такого установления в порядке, который предусмотрен ст. 42 Основ
законодательства РФ о нотариате. Кроме того, нотариус М.В. Скоропад ни в мотивированном постановлении об отказе в совершении
нотариального действия, ни в возражении на заявление В.Н. Хабарова не конкретизировал сомнения в личности заявителя, которые
возникли в связи с предъявлением для проверки двух паспортов
гражданина РФ1. Более того, суд пришел к выводу о том, что нотариус не воспользовалась и правом видеофиксации и в целом законодательно предусмотренные возможности установления личности
гражданина или уточнения данных о нем им исчерпаны не были, что,
разумеется, не может служить основанием для отказа в совершении
нотариального действия2.
Все эти факты крайне важны с точки зрения института ответственности нотариуса. Так, например, в результате ненадлежащего установления личности гражданина, от имени которого выдана доверенность
на продажу недвижимого имущества, нотариус отвечает за имущественный вред, причиненный покупателю такого имущества3.
В другом случае Конституционный Суд РФ встал на сторону нотариуса, признав его отказ в совершении нотариального действия,
требуемого Н.И. Мельниковой, в силу того, что «разорванное и вновь
склеенное свидетельство о тождестве не может рассматриваться как
документ, исключающий любые сомнения относительно личности
гражданина, обратившегося за совершением нотариальных действий». Таким образом, установление личности гражданки нотариу-
1
ЭПС «Система ГАРАНТ».
2
См. решение Ленинградского районного суда г. Калининграда Калининградской
области от 16 июля 2021 г. по делу № 2-3051/2021 // ЭПС «Система ГАРАНТ».
3
См. п. 7 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2021).
123
Н.Н. Маколкин. Аутентификация и верификация в цивилистическом процессе
сом было затруднено, что препятствует совершению им нотариальных
действий1.
Нередко в судебном решении оценивается достаточность предпринятых нотариусом действий для установления личности гражданина. Так, определением судебной коллегии по гражданским
делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 10 февраля 2020 г. по делу № 8Г-5666/2019 подчеркивается, что нотариус,
проверив с помощью сервиса ЕИСН личность гражданина согласно представленному паспорту на имя А.Ю. Березина, правомерно
удостоверил доверенность, так как «иных процедур установления
личности гражданина, обратившегося к нотариусу за совершением
нотариального действия, законодательством не установлено, а доказательств того, что паспорт на имя А.Ю. Березина имел явные
признаки подделки, суду предоставлено не было»2. Но все-таки чаще
всего в мотивировочной части мы можем найти следующее выражение, лишенное конкретизации средств и способов удаленного
установления личности обратившегося за совершением нотариальных действий: «…поскольку нотариус мог и должен был провести
соответствующую проверку»3.
Несмотря на то что представить убедительные доказательства
в подтверждение личности обратившегося гражданина нередко бывает очень затруднительно, нотариусом должны быть совершены все
действия, необходимые для удаленного установления личности. И такие действия не ограничены использованием лишь технических либо
программно-технических средств, эти действия могут осуществляться
в форме запросов о действительности представленного электронного
документа в соответствующие федеральные органы государственной власти, полномочные выдавать такой документ. Кроме того,
нотариусы наделены правом при совершении нотариальных действий использовать соответствующие средства видеофиксации, что,
1
См.: Определение Конституционного Суда РФ от 13 октября 2009 г. № 1280-О-О
«Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб граждан Мельниковой Нины Ильиничны и Цирюльниковой Натальи Энверовны на нарушение их конституционных прав
статьей 42 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате» // СПС «КонсультантПлюс».
2
ЭПС «Система ГАРАНТ».
3
Апелляционное определение СК по гражданским делам Санкт-Петербургского
городского суда от 30 ноября 2021 г. по делу № 33-23300/2021; решение Благовещенского городского суда Амурской области от 27 июля 2021 г. по делу № 2-5853/2021 //
ЭПС «Система ГАРАНТ».
124
Глава 3. Аутентификация и верификация в иных формах цивилистического процесса
по мнению М. Скосарева, может помочь доказать обоснованность
профессионального риска как ненадлежащего совершения нотариальных действий, так и необоснованного отказа в их совершении1.
Таким образом, при установлении личности нотариусом учитываются
обстоятельства каждого дела: осуществляется правовой анализ документа и полученной информации.
Кроме приведенных судебных решений считаем необходимым
отметить постановление Суда по интеллектуальным правам от 10 ноября 2017 г. № С01-775/2017 по делу № А82-14610/2015, в котором
определенный акцент сделан на тех участниках отношений, личности
которых требуют установления в случае, если таковые, например,
полномочны подписывать доверенность, а именно рукоприкладчика,
переводчика, сурдопереводчика, тифлосурдопереводчика2. В целом это
согласуется с положениями письма Федеральной налоговой палаты
от 22 июля 2016 г. № 2668/03-16-3 «О Методических рекомендациях
по удостоверению доверенностей»3.
Вторым способом установления личности лица, обратившегося
за совершением нотариального действия удаленно, является установление посредством Единой системы идентификации и аутентификации и Единой биометрической системы, что предусмотрено ч. 6 ст. 42
Основ законодательства РФ о нотариате и ст. 10 Федерального закона
от 29 декабря 2022 г. № 572-ФЗ «Об осуществлении идентификации
и (или) аутентификации физических лиц с использованием биометрических персональных данных, о внесении изменений в отдельные
законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской
Федерации». Этот способ актуален и в тех случаях, когда у нотариуса
возникают сомнения относительно личности лица, обратившегося
за совершением нотариальных действий. Однако существует запрет
на проведение нотариусом идентификации и (или) аутентификации
без личного присутствия физического лица, если такое лицо отказалось использовать шифровальные средства для предоставления своих
биометрических персональных данных. Он находит отражение в ст. 19
Федерального закона № 572-ФЗ. Потому мы солидарны с мнением
1
См.: Скосарев М. Страхование ответственности нотариусов // Жилищное право.
2022. № 1. С. 49‒55.
2
СПС «КонсультантПлюс».
3
Утверждены решением Правления ФНП от 18 июля 2016 г., протокол № 07/16
(СПС «КонсультантПлюс»).
125
Н.Н. Маколкин. Аутентификация и верификация в цивилистическом процессе
М.И. Штапакова, О.С. Скачкова, утверждающих, что биометрическая
идентификация в современных российских реалиях не всегда возможна в силу сознательного нежелания многих граждан распространять
свои биометрические персональные данные в виде изображения лица,
данных голоса и т.п.
1
В целом порядок аутентификации гражданина, его представителя
или представителя юридического лица с помощью Единой биометрической системы, согласно положениям ст. 42 Основ законодательства РФ
о нотариате, имеет, можно сказать, не только межотраслевое значение,
но и межотраслевое регулирование: устанавливается федеральным
органом юстиции совместно с ФНП и по согласованию с федеральным
органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере информационных технологий.
Приказ Минюста России от 30 сентября 2020 г. № 228 наделяет
нотариусов правом получения информации о номере устройства лица,
обратившегося за совершением нотариальных действий, т.е. о номере
его смартфона, мобильного телефона, который содержится в Единой
биометрической системе2. Этим же Приказом установлен сам порядок
того, как нотариус на основании полученной им через ЕИСН информации о результатах проверки соответствия представленных биометрических персональных данных обратившегося лица осуществляет
установление личности гражданина. Так, в первую очередь нотариус
получает от обратившегося за совершением нотариальных действий
информацию о его абонентском номере устройства подвижной радиотелефонной связи, который содержится в Единой биометрической системе. Далее нотариус, используя специальные технические средства,
осуществляет сбор биометрических персональных данных гражданина
(изображение его лица, данные голоса). Всю полученную и зафиксированную информацию он как раз и направляет в Единую биометрическую систему для сопоставления, сравнения – соответствия. Личность
1
См.: Штапаков М.И., Скачкова О.С. Проблемы электронного нотариата // Между-
народный журнал гуманитарных и естественных наук. 2020. № 4–3. С. 232‒234.
2
См.: Приказ Минюста России от 30 сентября 2020 г. № 228 «Об утверждении Порядка установления личности гражданина, его представителя или представителя юридического лица посредством единой информационной системы персональных данных,
обеспечивающей обработку, включая сбор и хранение биометрических персональных
данных, их проверку и передачу информации о степени их соответствия предоставленным биометрическим персональным данным гражданина Российской Федерации» //
СПС «КонсультантПлюс».
126
Глава 3. Аутентификация и верификация в иных формах цивилистического процесса
гражданина при этом будет считаться установленной только в случае
положительного результата проверки соответствия. В противном же
случае личность лица, обратившегося за совершением нотариальных
действий, будет считаться неустановленной.
Важным считаем отметить тот факт, что согласно ч. 5, ч. 7 ст. 42
Основ законодательства РФ о нотариате согласия обратившегося
лица на обработку его биометрических персональных данных в описанном случае не требуется. Ведь, по верному замечанию Д.В. Углицких, сам факт обращения к нотариусу в данном случае является
согласием на обработку персональных данных1. Кроме того, Единая
биометрическая система есть государственная информационная система со всеми гарантиями защиты, какие предусмотрены нормами
соответствующего отраслевого законодательства, что, в свою очередь, закономерно повышает ставку на доверие граждан, в том числе
представителей юридического лица, обратившихся за совершением
нотариального действия удаленно с применением информационных
технологий.
Установление личности посредством Единой биометрической
системы, согласно положениям Приказа Минюста России № 228,
возможно без предъявления документов, удостоверяющих личность
гражданина РФ, обратившегося за совершением нотариальных действий. И в случае отсутствия у такого лица паспорта это является
логичным выходом из ситуации. Однако не всегда существует воз
можность прибегнуть к такому способу проверки, особенно когда потенциальный заявитель находится в изоляции от общества. Приведем
в пример решение Центрального районного суда г. Тулы Тульской
области от 31 мая 2021 г. по делу № 2-583/2021. Так, судом установлено и не оспаривалось сторонами, что В.Г. Изотов находился под
стражей и отбывал наказание в виде лишения свободы. Из-за утери
своего паспорта гражданин не имел возможности обратиться к нотариусу с надлежаще оформленным заявлением о принятии наследства,
о чем сообщил нотариусу в ответ на его извещение с разъяснением
В.Г. Изотову его наследственных прав. Судом учтено, что паспорт
отсутствовал в юридически значимый период, а иного способа установить личность В.Г. Изотова и надлежаще подать заявление у него
не было. Кроме того, в мотивировочной части прямо указано изъятие: «Отсутствие документов (за исключением паспорта) не мешает
наследнику подать заявление нотариусу о принятии наследства».
-
1
См.: Углицких Д.В. Указ. соч. С. 40‒44.
127
Н.Н. Маколкин. Аутентификация и верификация в цивилистическом процессе
Таким образом, в данной ситуации только паспорт судом признан
документом, исключающим любые сомнения относительно личности
гражданина РФ. Поэтому в этом случае его потеря являлась не только
препятствием для обращения В.Г. Изотова к нотариусу А.В. Кленниковой, но и ограничением для осуществления наследственных прав
в полной мере. Исследовав все доказательства, суд пришел к выводу о признании причины пропуска срока для принятия наследства
уважительной1.
Безусловно, данный пример является единичным, но возможный
механизм его преодоления в виде возможности электронного установления личности, например через портал «Госуслуги», способен стать
решением. Помимо этого, данный механизм способен предоставить
удаленный доступ к нотариальным услугам в дистанционном формате
для маломобильных категорий населения, а также в условиях самоизоляции и иных ограничений перемещения, что, безусловно, является
драйвером, способствующим повышению доступности нотариальных
услуг. Также в развитие данной концепции представляется возможным
предусмотреть разные «доступы» в зависимости от подтвержденности
профиля на портале «Госуслуги», что будет способствовать минимизации ситуаций, когда не только юридически, но и социально значимое
нотариальное действие совершено помимо воли лица, от имени которого оно совершено. Параллельно с этим нотариальные услуги также
возможно предоставлять с использованием систем прокторинга, что
будет способствовать установлению не только личности через ЕСИА,
но и фиксируемого визуального контакта.
Подводя итог проведенного анализа, приходим к следующему выводу. Правила, письма и методические рекомендации устанавливают
достаточно эффективный, действенный и вполне работоспособный
механизм верификации и аутентификации в нотариальной деятельности. Введение удаленных и дистанционных нотариальных действий
называют цифровой нотариальной революцией, а 2021 г. – первым
ее годом. Однако существующей практике и нотариусам, и самим
гражданам еще только предстоит оценить явные плюсы не просто
дистанционного, а в данном случае именно удаленного совершения
нотариальных действий. Следовательно, она требует популяризации,
развития тех способов, методов, технических средств, в которых, согласно законодательному вектору, не ограничен нотариус при удаленном установлении личности, удостоверении и проверке подлин-
1
ЭПС «Система ГАРАНТ».
128
Глава 3. Аутентификация и верификация в иных формах цивилистического процесса
ности прилагаемых к заявлению документов. Только выявленные
практическим путем казусы, неопределенные ситуации, как, например,
с изоляцией человека от общества, могут помочь в развитии не только
данного направления электронного нотариата, но и всей его цифровой
системы, включая усовершенствование форматно-логического контроля сведений, поступающих в Единую информационную систему
нотариата. Более того, на наш взгляд, это может помочь в развитии
специальных нотариальных архивов, законопроект о формировании
которых внесен в Государственную Думу РФ.
На данном этапе необходимо следить за цифровыми трансформациями, пилотными проектами, новыми идеями, передовыми технологиями, призванными помочь не только частным лицам, но и бизнесу
в целом; мониторить результаты апробаций и динамику спроса среди
лиц, обращающихся за совершением нотариальных действий, ведь
невозможно протестировать, оценить систему без прямого взаимодействия с ней.
В качестве дополнительных и потенциальных траекторий развития
нотариальной деятельности с точки зрения аутентификации и верификации можно назвать предоставление как государственным, так
и третейским судам доступа к системе нотариата1, чтобы они имели
возможность моментально проверить достоверность той или иной нотариальной доверенности, а также отсутствие факта ее отзыва в режиме
реального времени, что может обеспечить соблюдение прав и законных
интересов всех участников судебного процесса, а также способствовать минимизации ситуаций, когда интересы представляются лицом,
не имеющим на это полномочий.
Дополнительно в рамках данного вектора развития системы нотариата также возможно и упрощение верификации доказательств
для судов и приставов. Так, действующее законодательство предусматривает, что любой нотариальный документ или действие имеют установленное законом значение до тех пор, пока они не были
оспорены в установленном законом порядке. Указанное обстоятельство может быть воспринято в рамках взаимной интеграции
суперсервиса «Правосудие онлайн» и систем иных юрисдикционных
органов с системами нотариата в качестве механизма верификации
сведений, который не только предоставляет возможность в режиме
1
См. также об этом: Правовые основы нотариальной деятельности в Российской
Федерации: учебник / под ред. Е.А. Борисовой. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Изд. дом
«Городец», 2019. 560 с.
129
Н.Н. Маколкин. Аутентификация и верификация в цивилистическом процессе
реального времени удостовериться в существовании того или иного
нотариального действия, но и способствует реализации принципа
процессуальной экономии и упрощает процесс рассмотрения того
или иного спорного правоотношения конкретным юрисдикционным
органом.
Совокупность вышеприведенных траекторий развития, сформулированных на основе анализа текущей ситуации в нотариальной
деятельности и существующих технологий, приводит к выводу о том,
что у системы нотариата есть огромный потенциал развития посредством интеграции и совершенствования процедур аутентификации
и верификации, который способен повысить доступность нотариальной деятельности, снизить их стоимость и опосредованно повысить
доступность правосудия.
§ 3. Исполнительное производство в контексте
аутентификации иверификации
Исполнительное производство, будучи частью цивилистического
процесса, также входит в предмет рассмотрения в рамках настоящего
исследования.
Вопрос о месте исполнительного производства в системе цивилистического процесса и гражданского процессуального права
в широком его понимании был предметом множества исследований. Представляется, что мнения, высказанные по этому поводу
М.К. Треушниковым1, А.Г. Коваленко2 и А.Т. Боннером3, являются
авторитетными, и к ним возможно присоединиться и воспринять
исполнительное производство как часть цивилистического процесса.
Данную точку зрения также разделяют Л.Ф. Лесницкая, Ю.Л. Мареев,
И.Б. Морозова, Е.Г. Натахина, С.М. Пелевин, А.К. Сергун, А.В. Цихоцкий, Д.М. Чечот, М.С. Шакарян и др.
4
1
См.: Гражданский процесс: учебник / под ред. М.К. Треушникова. 3-е изд., пере-
раб. и доп. М.: Изд. дом «Городец», 2010. С. 32.
2
См.: Гражданский процесс: учебник / под ред. д.ю.н., проф. А.Г. Коваленко,
д.ю.н., проф. А.А. Мохова, д.ю.н., проф. П.М. Филипова. М.: Юрид. фирма «Контракт»,
2008. С. 321.
3
См.: Исполнительное производство: учебник для магистров / В.А. Гуреев, В.В. Гу-
щин. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт, 2014. С. 17.
4
См.: Загидуллин М.Р. О содержании понятия «цивилистический процесс» // Жур-
нал российского права. 2020. № 5. С. 120‒130.
130
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]