Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

«Пора читать». Буквари и книги для чтения в предреволюционной России, 1900-1917 гг. Сборник научных трудов и материалов

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
07.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
Учебник для начальной школы 1900—1940-х гг.
11
Образ детства и ребенка во всей его многогранности является од­ним из таких стереотипизированных педагогическим идеалом образ­цов личностного становления. Будучи заложен в тот или иной учеб­ник, эволюционируя от учебника к учебнику, он отражает эволюцию образов детства в обществе и стремится на нее определенным обра­зом воздействовать, вступить в активный диалог с потребителями учебника. Помещенные в учебник концепты «властью места» неиз­бежно приобретают массовый и прескриптивный характер независи­мо от степени дескриптивности или схематизма. Образы детства ста­новятся не только изображениями детства, но и своего рода «инструк­циями», «руководствами» по обращению с ним. Неизвестное ребенку детство планируется стать «узнаваемым через символы и ассоциации, которые воплощают уже сложившееся знание или создают знание но­вого качества на основе сочетания известных форм»10. Исходя из во­площенного (сконструированного) в учебной книге образа детства (гештальта), обучение на основе того или иного учебника обусловли­вает и упорядочивает восприятие, «прочтение» и оценку многообраз­ных явлений окружающего детскую личность контекста. Оно фокуси­рует внимание на желательных ценностях официальной культуры, за­тушевывает нежелательные явления окружающей действительности либо обучает стратегиям совладания с ними.
Учебники рисуют одновременно и желательный, идеальный мир, в котором должно жить следующее поколение, и мир реальный, в ко­тором оно уже существует вместе со своими старшими наставника­ми, «гидами» и руководителями, опирающимися на опыт своего соб­ственного детства в конструируемых для учеников «экскурсиях» в мир. Необходимый учет различий между а) протоколами использова­ния учебников (программы, методические руководства), б) собствен­ным характером учебных книг, в) реальной практикой их применения и интерпретации всеми сторонами педагогического процесса придает особую глубину исследованиям учебника как посредника между мно­гими участниками образовательного процесса.
Учебная книга как единый предмет, порожденный культурой, педа­гогикой, религией, политикой, этикой и философией, практикой пре-
гуманитарной летней школы / Под ред. Т. Д. Венедиктовой. М.: Изд-во МГУ, 2003. С. 9—16.
10
Семененко И. С. Образы России: восприятие, осмысление, формирова- ние // История и традиции народов России / Сост. Е. Н. Калачева, И. Л. Андреев. М.: Дрофа, 2007. С. 38—47. Здесь С. 41.
12
Баранникова Н. Б., Безрогов В. Г., Макаревич Г. В., Маркарова Т. С.
подавания, стереотипами повседневного воспитания и т. д., — учеб­ник как таковой, однако, почти не рассматривается в работах по исто-
11
рии образования и его современному состоянию
. Вероятно, счита­ется, что содержание школьных книг стандартно, неизменно и мало информативно, что достаточно программы предмета, чтобы полу­чить представление о содержании образования. Подобного рода под­ход представляется нам несколько односторонним, поскольку часто именно учебники наглядно показывают, насколько может быть далека моделируемая с их помощью практика от принятых теорий обучения. Они нередко проговариваются об идеях, которые данные теории или представляющие их власти хотели бы лишь имплицитно имплантиро­вать в новое поколение учеников — подрастающих взрослых ближай­шего будущего. Учебники по чтению для начальной школы выбраны основным видом источников данной работы в связи со следующими их особенностями:
— они в большей степени отражают желаемый педагогический идеал, нежели другие учебники начальной и средней школы, посколь­ку при определении собственной структуры и содержания исходят, прежде всего, из задачи формирования «культурного человека», а не из логики и содержания соответствующей области научного знания;
— выполняющие социализирующую роль тексты и визуальные образы, находящиеся в данных изданиях, могут быть подвергнуты единообразному количественному и качественному анализу (в отли­чие от более гетерогенных учебников для среднего звена).
Ис сл едо ванИя Исто рИИ от ражен Ия
пе дагог Иче скИ х И деа лов в уче бно й л Ите ратуре
В научной литературе все исследования, связанные с рассмотре­нием учебников для начальной школы, можно разделить на два прин-
11
В самое последнее время стали появляться работы, посвященные истории тех или иных видов учебника. См., к примеру: Суматохин С. В. Учебник биоло­гии в российской школе (конец XVIII — конец XX вв.). М.: МГОУ, 2004; Учеб­ный текст в советской школе: Сб. ст. / Сост. С. Г. Леонтьева, К. А. Маслинский. СПб.; М.: Ин-т логики, когнитологии и развития личности, 2008; Макарова Е. П. Советские буквари для взрослых конца 1920-х годов как исторический источник: Постановка проблемы // Взаимодействие культур в историческом контексте: Сб. ст. по мат-лам межвуз. науч. конф., 27—28 ноября 2003 г. / Отв. ред. А. О. Чуба­рьян. М.: ГУГН, 2005. С. 176—193; Она же. Кампания по ликвидации неграмот­ности: буквари для взрослых и методики обучения // Источниковедческие иссле­дования. Вып. 4 / Отв. ред. А. О. Чубарьян. М.: ИВИ РАН, 2008. С. 98—108 и др.
Учебник для начальной школы 1900—1940-х гг.
13
ципиально разных направления. Одно из них рассматривает учебник как источник для реконструкции социальных, исторических, культур­ных процессов, не имеющих к нему прямого отношения, но которым он служит в качестве их отражения, фиксации и сохранения сведений о них. Например, изучение развития гендерных стереотипов и их ре­презентации, отражение в учебниках тех или иных социальных норм и ценностей целиком или во фрагментах и т. д. Гендерная социоло­гия и культурология, политология, социология учебного плана, исто­рия понятий, социальная история, история ценностей и эмоций — эти направления гуманитарных наук прежде всего прибегают к исследо-
12
ваниям учебников в русле первого подхода
. Другое рассматривает учебник как целое, эволюцию и отражение в нем тех моментов, без которых тот или иной характер, тип или вид учебной литературы не смог бы состояться как таковой. В этом случае исследования истории понятия «учебник», истории принципов формирования его структуры и отбора содержания и т. п. работы можно отнести ко второму из ука­занных подходов. Книговедение, история литературы (литературно­го канона) и методики преподавания, история педагогической мысли, учебного плана, общая история и теория педагогики, социология зна­ния, история чтения — такие направления гуманитарных наук в пер­вую очередь прибегают к целостному изучению учебника как таково­го. Изучение педагогического идеала в учебнике для начальной шко­лы относится к обоим подходам, поскольку и отражает нечто внеш­нее, и показывает обоюдную зависимость всей структуры учебника от высказанных и невысказанных ожиданий. Оно должно учитывать ме­тоды обоих направлений, поскольку концептом «идеальный ученик» определяется создание всего учебника в целом. С одной стороны, речь идет об учебнике как источнике для реконструкции образа ребенка в культуре определенного периода и региона. С другой стороны, экс­плицитный и имплицитный образ ребенка-ученика обусловливает ка­чественные характеристики всего учебника как конструкции.
12
Thomas S. Mann-Frau-Stereotype in Lesebüchern 1933—1945. Göttingen: Georg-August-Universitaet, 1983; Bericht über die Maßnahme «Darstellung der Fa­milie und der Rolle der Frau im Schulbuch». Hannover: Nidersächs. Kultusminister, 1988; Ederhof A. Die Darstellung der Rollen von Mädchen und Frauen in heutigen Fibeln. Hildesheim, 1993; Окольская Л. А. Трудовые ценности и нормы в содержа- нии начального образования (по материалам анализа школьных учебников): Дис. … канд. социол. наук. М.: ИС РАН, 2006; Келли К. «Папа едет в командировку»: репрезентация общественных и личных ценностей в советских букварях и «кни­гах для чтения» // Учебный текст в советской школе. СПб., 2008.
14
Баранникова Н. Б., Безрогов В. Г., Макаревич Г. В., Маркарова Т. С.
В России изучение учебников для начальной школы замыкается в основном вокруг дидактических, книговедческих, реже — психо­логических и филологических проблем, в итоге почти не выходя на исследование учебника как продукта педагогической культуры в це­лом, места встречи государственной политики в образовании, педаго­гической теории и практики, культурных стереотипов и ожиданий
13
Отсутствует гуманитарная экспертиза начальных школьных учебни-
14
. В зарубежной историографии учебную литературу активно рас-
ков сматривают с точки зрения ее функций в культуре, исследуют ее в качестве своего рода транслятора культурных ценностей и образцов из поколения в поколение, ценного историко-культурного источника для реконструкции представлений о детском возрасте, его характери­стиках, границах и возможностях, о реальном и идеальном мире дет-
15
. Конструирование учебника выступает при таком подходе как
ства
13
Бейлисон В. Арсенал образования. Учебные книги: проектирование и кон- струирование. М., 2005.; Беспалько В. Теория учебника: Дидактический аспект. М., 1988; Зуев Д. Д. Школьный учебник. М., 1983; Каким быть учебнику: дидак­тические принципы построения: В 2 ч. / Под ред. И. Я. Лернера, Н. М. Шахма­ева. М., 1992; Скаткин М. Проблемы современной дидактики. М., 1984; Он же. Проблема учебника в советской дидактике (1974—1988) // Справочные материа­лы для создателей учебных книг. М., 1991; Хуторской А. В. Место учебника в ди­дактической системе // Педагогика. № 4. 2005; Композиция изданий: Проекти­рование научно-технических, научно-популярных и учебных изданий / Под ред. Е. Б. Адамова. М., 1989; Художественное конструирование и оформление книги / Под ред. А. Д. Гончарова. М., 1971; Рывчин В. О художественном конструирова­нии учебников. М., 1980; Осорина М. Идеологическое лицо книги: психологиче­ский анализ обложек советского «Букваря» и «Азбуки» А. Бенуа // Детский сбор­ник: Статьи по детской литературе и антропологии детства. М., 2003; Учебный текст в советской школе. СПб., 2008.
14
В отличие от меняющейся ситуации в сфере учебников для вузов и для средней школы. См.: Зверева Н. Ю. Конструирование культурной идентичности в учебных текстах постсоветской России: Автореф. дис. … канд. культурологии. М.: РГГУ, 2009; Гендерная экспертиза учебников для высшей школы / Отв. ред. О. А. Воронина. М., 2005; Зверева Г. И. Конструирование культурной памяти: «наше прошлое» в учебниках российской истории // Новое литературное обозре­ние. 2005. № 74. С. 67—86 и др. См. также материалы журнала «Вестник учебной и детской литературы» за 1999—2007 гг. (http://www.vestnik-udl.ru/default.asp).
15
См.: O’Dell F. A. Socialisation through children’s literature. Cambridge UP, 1978; Houston R. A. Literacy in early modern Europe. Culture and Education, 1500—
1800. L.: Longman, 1988; Parmegiani Cl.-A. Les petits français illustrés 1860—1940. L’illustration pour enfants en France de 1860 à 1940, les modes de représentation, les grands illustrateurs, les formes éditoriales. Paris: Éditions de Cercle de la Librairie,
.
Учебник для начальной школы 1900—1940-х гг.
15
исключительно важная культурная практика, связанная с самосозна­нием социума и моделированием культурной идентичности, подвер­гающаяся воздействию многих факторов, — начиная от государствен­ной политики в образовании и кончая принятыми обычаями воспита­ния и отношения к ребенку. Исследования французских историков и социологов (Ф. Арьес, П. Бурдье, М. Ферро) раскрывают роль соци­альных институтов (семьи, школы) в формировании образовательно­го и политического дискурсов. Работы немецких педагогов и соци­альных антропологов эксплицируют гендерный аспект в конструиро­вании детских, взрослых и семейных образов (A. Ederhof, S. Ehlers, V. Lindner, W. Rothemund).
К. Келли (C. Kelly), В. Срока (W. Sroka) и У. Нотарп (U. Notarp) рас-
сматривают эволюцию отраженных (сконструированных) в учебниках
16
ценностей и горизонтов (моделей) для формирования личности
1989; Alwall E. Der Dichter im Schulbuch. Die Auswahl von Dichtern in Deutschen Lesebüchern 1875—1964. Stockholm-Lund: Alwqvist & Wiksell, 1993 (Scripta Mi­nora Regiae societatis humaniorum litterarum Lundensis, 1992—1993: 2); Idem. The Poet in the Reader. The Selection of Poets on English and Scottish Schoolbooks 1850—1974. Stockholm-Lund: Alwqvist & Wiksell, 1991 (Scripta Minora Regiae so­cietatis humaniorum litterarum Lundensis, 1990—1991: 2); Crain P. The Story of A. The Alphabetization of America from The New England Primer to The Scarlet Letter. Stanford: Stanford UP, 2000; Bai L. Shaping the ideal child: children and their primers in late imperial China. Hongkong: Chinese UP, 2005; Korte H., Zimmer I. (Hrsg.). Das Lesebuch 1800—1945. Ein Medium zwischen literarischer Kultur und pаеdagogischem Diskurs Vortrаеge des 2. Siegener Symposions zur literaturdidaktischen Forschung. Frankfurt am Main; Berlin; Bern; Bruxelles; New York; Oxford; Wien: Peter Lang, 2006 (Siegener Schriften zur Kanonforschung. Bd. 3) etc.
16
Ederhof A. Die Darstellung der Rollen von Mädchen und Frauen in heutigen Fi- beln. Hildesheim, 1993; Ehlers S. Der Umgang mit dem Lesebuch: Analyse — Katego- rien — Arbeitsstrategien. Hohengehren, 2003; Lindner V. Geschlechtsrollenstereotype im deutschen Schulbuch. Eine inhaltsanalytische Untersuchung von Schulbüchern für Grund-, Haupt- und Realschulen der Fächer Deutsch, Mathematik, Heimat- und Sach­kunde sowie Religionslehre in Bayern, Nordrhein-Westfalen und der ehemaligen DDR zugelassen im Zeitraum 1970 bis 1992. Regensburg, 1994; Rothemund W. Das Bild der Familie in den Lesebüchern der Deutschen Demokratischen Republik. Frankfurt am M., 1991; Келли К. «Папа едет в командировку»: репрезентация общественных и личных ценностей в советских букварях и книгах для чтения // Учебный текст в советской школе. СПб., 2008. С. 154—179; Sroka W. Familienbilder in Russlands — Kontinuität und Veränderungen seit den 1960er Jahren // Die Familie im Schulbuch / Hrsg. E. Matthes, C. Heinze. Bad Heilbrunn, 2006; Notarp U.Der Russische Interdis­kurs und seine Entwicklung. Eine kultur- und diskurstheoretische Analyse am Material von Schulbüchern (1986—1991 und 1993—1997). München, 2001.
. В от-
16
Баранникова Н. Б., Безрогов В. Г., Макаревич Г. В., Маркарова Т. С.
ечественной науке работы подобного уровня пока единичны, а систе­матическое изучение эволюции педагогических идеалов в учебной ли­тературе для начальной школы почти полностью отсутствует. В рос­сийской историографии к изучению исторической эволюции буква­рей и книг для чтения спорадически обращаются пока лишь некото­рые ученые (М. В. Осорина, А. А. Штец, Д. Н. Мамедова, А. И. Щер­бинин и др.). Наиболее существенный вклад в данное направление был внесен С. С. Шведовым, к сожалению, рано ушедшим из жизни
17
С. С. Шведов описал некоторые лексические и визуальные идеоло­гические конструкции сталинского букваря и учебников по русскому языку и литературе 1930—1950-х годов, предположил их психолого­педагогическую значимость для идеологии воспитания нового чело­века и, соответственно, для предвоенной и послевоенной культуры в целом. Коллектив участников проекта планирует продолжить работу С. С. Шведова на новом этапе и с привлечением более широкой источ­никовой базы, представляя учебник по чтению как коннотативную мо­дель социального мироустройства. Шведов показал, что учебник мо­жет быть одновременно проанализирован как конструктор, вылеплен­ный педагогическим идеалом, и как продукт культуры, предлагающий такой идеал в качестве сознательного ориентира и принципа.
17
Осорина М. В. Цит. соч.; Штец А. А. История дореволюционной отече- ственной букваристики. М.: АСТ-ПРЕСС ШКОЛА, 2007; Он же. Отечественная букваристика XVIII в. // Начальная школа плюс до и после. 2008. № 7; Он же. Идеи развивающего обучения в отечественной букваристике 70—90 гг. ХIХ века (методические системы письма-чтения) // Учебное занятие: поиск, инновации, перспективы. 2008. № 2 (10). С. 46—54; Он же. Идеи развивающего обучения в оте чественной букваристике 70—90 гг. ХIХ века (методические системы обуче­ния первоначальному чтению) // Там же. 2008. № 5(13). С. 10—16; Штец А. А., Сабодах Р. В. Системно-антропологический подход к изучению истории буквари­стики // Философия в ХХI веке: Междунар. сб. науч. трудов / Под общ. ред. проф. О. И. Кирикова. Вып. 16. Воронеж: ВГПУ, 2008. С. 20—28; Мамедова Д. Персо­нажи власти в литературе для детей советского времени // Культура и власть в условиях коммуникационной революции XX века. М., 2002. С. 131—157; Она же. Наша книга детская, детская, советская // «Неприкосновенный запас». 2002. № 1 (21). С. 114—117; Щербинин А. И.С картинки в твоем букваре, или Аз, Веди, Глагол, Мыслете и Живете тоталитарной индоктринации // Полис. 1991. № 1. С. 116—136; Он же. «Я русский бы выучил только за то…» (Изучение языка как средство конструирования картины тоталитарного мира в сознании советских школьников) // Там же. 2001. № 1. С. 124—141; Шведов С. Сталинский букварь и воспитание нового человека // Сюжет и время. Коломна. 1991. С. 56—61; Он же. Уроки букваря // Знание — сила. 1991. № 11. С. 41—47; Счастливые люди, или Чему нас учили в школе // Горизонт. 1991. № 10. С. 21—27.
.
Учебник для начальной школы 1900—1940-х гг.
17
Западная историография имеет более чем вековую традицию изу-
чения школьной учебной книги как продукта культуры.
Систематическое изучение истории книги для чтения было нача­то в конце XIX века в Германии. Затем оно распространилось на дру­гие страны Европы и в США. Одной из основополагающих работ ста­ла «История развития книг для чтения, предназначенных для началь-
18
ных школ» Фердинанда Бюнгера (1898)
. В ней прослежена история книг для чтения начиная с 1524 по 1895 годы. Автор делает акцент в основном на истории авторства, содержания, структуры и аудитории школьных книг для чтения. Работа Бюнгера заложила основу рассмо­трению истории школьных книг для чтения с различных точек зрения. Прежде всего, ее стали рассматривать, реконструируя эволюцию объ­ема понятия «книга для чтения», исторические и региональные из­менения использования учебника в качестве педагогического инстру­мента. Прошло несколько оживленных дискуссий на тему о том, что понимать под книгой для чтения, как формулировать ее задачи. К та­кому подходу близко рассмотрение творчества отдельных особо вы­дающихся авторов и составителей популярных книг для чтения, сы­гравших большую роль в истории педагогической культуры, разви­тии книг для чтения, в их влиянии на культуру той или иной эпохи и
19
на понимание сущности и задач данного книжного жанра
. Однако основным предметом изучения в данном направлении является кни­га для чтения в средней школе. Начальная школа не попадает в сфе­ру исследовательского интереса, хотя книга для чтения в целом в ряде стран уже вошла в список важных тем для обсуждения на уровне на-
20
циональных научно-практических вопросов
.
18
Buenger F. Entwickelungsgeschichte des Volksschullesebuches. Galshuetten im Taunus: Detlev Auvermann, 1972 (repr.). Работа Бюнгера перевела в историческое поле уже сложившийся в педагогической науке интерес к используемым в тот или иной текущий момент книгам для чтения и к перспективам создания новых.
19
Helmers H. (Hrsg.) Die Diskussion um das Deutsche Lesebuch. Darmstadt: Wiss. Buchgesellschaft, 1969; Geiger H. (Hrsg.) Lesebuchdiskussion 1970—1975. München: Wilhelm Fink, 1977; Zaegel S. Literaurvermittlung im frueen 19. Jahrhundert. Die neue Ansatz in den Lesebuechern von Heinrich Dittmar. Essen: Institut fuer Jugend- und Volksliteratur Universitaet-Gesamthochschule Essen, 1992; Ehlers S. (Hrsg.) Das Le­sebuch. Zur Theorie und Praxis des Lesebuchs im Deutschunterricht. Hohengehren: Schneider, 2003; Schirmer D. Am Beispiel Eichendorff: zur Didaktik eines Autors der Romantik im Dritten Reich. Frankfurt am Main: Peter Lang, 2004 etc.
20
См.: Arnold H. L. Das Lesebuch der 70er Jahre. Kritik und Neuenntwurf. Köln: Kiepenheuer & Witsch, 1973. В данной работе не рассматриваются исследования
18
Баранникова Н. Б., Безрогов В. Г., Макаревич Г. В., Маркарова Т. С.
Дискуссии об объеме понятия «начальные книги для обучения чте­нию» (reading primers, Erstlesebuch etc.) неизбежно привели к тому, что образовалось отдельное направление исследований, изучающее состав книг для чтения, перечень авторов, их произведений, которые включались в данные пособия, и т. п. Можно сказать, что указанное направление занимается изучением литературного канона детской (и недетской) литературы, опрокинутого не только в детство вообще (этим занимается смежная дисциплина — история чтения), но именно
21
в учебник для того или иного класса (= возраста)
. Литературный ка­нон для чтения, трансформированный в учебник как ориентационно­рекомендательный для учителей, учащихся, родителей, издателей и всей публики, становится школьным литературно-дидактическим ка-
22
ноном
. В нем находят свое прибежище традиционные педагогиче­ские идеалы, отражающие ушедшее состояние общества либо никог­да не бывавшее, но чаемое как исконно присущее «народу». Один из наиболее продуктивных проектов в данном направлении ведется по­следние пять лет Зигенским университетом, хотя входящие в проект авторы ограничиваются в основном изучением программ, а не самих учебников, в единстве текстуального и визуального показывающих, чтó именно и как (в каком содержательном аспекте) было использова-
23
но из произведения того или другого автора
.
по методике обучения чтению, в которых затрагиваются специальные дидакти­ческие вопросы (см., например: Dehn M. Texte in Fibeln und ihre Funktion für das Lernen. Zur Sprache eines Lernmittels. Christian-Albrechts-Universität zu Kiel, 1974).
21
См., к примеру: Diehl E. Deutsche Literatur im franzoesischen Deutschlese­buch 1870—1970. Ein Beitrag zur literarischen Kanonbildung. Wiesbaden: Athenaion, 1975; Rentner G. Wesenszüge und Wandlungen des literarischen Kanons in den Deut­schen Volksschullesebüchern. Frankfurt am Main: Peter Lang, 1993.
22
В отличие от канона детской литературы (понимания, что она такое, где ее границы) и от канона литературного чтения (представления о составе «списков произведений», которые должен прочесть ребенок определенного возраста) под каноном литературного образования можно понимать разновидность литератур­ного канона, связанную с представлением о том, какие литературные произведе­ния, в каком классе и в какой последовательности должны быть изучаемы школь­никами. В рамках именно третьего вида литературного канона разворачивается перед ребенком топография окружающего и воображаемого мира.
23
См. в серии «Siegener Schriften zur Kanonforschung» следующие издания: Korte H., Zimmer I., Jacob H.-J. (Hrsg.). «Die Wahl der Schriftsteller ist richtig zu leiten». Kanoninstanz Schule. Eine Quellenauswahl zum deutscen Lektuerekanon in Schulprogrammen des 19. Jahrhunderts. Frankfurt am Main: Peter Lang, 2005; Kor- te H., Zimmer I. (Hrsg.). Das Lesebuch 1800—1945. Ein Medium zwischen litera-
Учебник для начальной школы 1900—1940-х гг.
19
Помимо истории развития в книгах для чтения литературно­дидактического канона в них исследуется отражение тех или иных аспектов социокультурной и даже социоприродной действительно-
/
сти (сложного отражения этой действительности в сознании
мен­тальности авторов-составителей, их заказчиков и т. д.). Среди широ­кого спектра тем такого рода исследований содержания книг для чте­ния, проводящихся в Германии, Австрии, Швейцарии, Франции, Ис­пании, США, Аргентине и других странах, — образы мужчин и жен­щин, гендерная терминология, тема родины, национальной идентич­ности, культурного разнообразия, изображения природы и окружаю­щего мира, отражения военной тематики и т. д. Педагогический иде­ал, образ ребенка в учебнике, однако, пока не представлен в качестве
24
отдельной, самостоятельной темы исследования
. Была проведена лишь некоторая самая предварительная работа по изучению образа ребенка в западногерманских букварях 1970-х гг. в свете его функци­онала как инструмента по проецированию педагогического идеала в
25
личностное самосознание ученика
. Несколько лучше обстоит дело с наличием исследований по истории книг для чтения как таковых. В 1987 г. Герд Бауэр написал диссертацию, посвященную глубинно­му социокультурному исследованию трех книг для чтения в началь­ной школе: 1776, 1952 и 1982 годов. Подвергая издания «критикоиде­ологическому» анализу с позиции «социальных наук», автор вскрыл
rischer Kultur und paedagogischem Diskurs. Vortraege des 2. Siegener Symposiums zur literaturdidaktischen Forschung. Frankfurt am Main: Peter Lang, 2006; Dawidow- ski C., Korte H. (Hrsg.). Umbrueche, Literaturkanon und Literaturunterricht in Zeiten der Modernisierung. Die 1920er und 1960er Jahre. Frankfurt am Main: Peter Lang,
2009.
24
Schaerer F. Père, mere, roi et sorcière. La representation des deux sexes et la ca- tégorie du genre dans les manuels scolaires de l’école primaire de la Suisse alémanique et de la Suisse romande. Bern: Peter Lang, 2008; Ehni J. Das Bild der Heimat im Schul­lesebuch. Tuebingen: Tuebinger Vereinigung fuer Volkskunde, 1967; Kaemmer C. Um­welterziehung in globaler Perspektive? Natur und Umwelt in Grundschullesebuechern aus der Volksrepublik China und Taiwan. Frankfrut am Main: Peter Lang, 2006; Bro- kerhoff K. H. Mit Liedern und Granaten. DDR-Schullesebuecher ueber Soldaten in Ost und West. Bonn: Hohwacht Verlag, 1972; Hebling B. Eine Schweiz für die Schule. Nazionale Identität und kulturelle Vielfalt in den Schweizer Lesebüchern seit 1900. Zü­rich: Chronos, 1994; Senn D. «Bisogna amare la patria come si ama la propria madre». Nationale Erziehung in Tessiner Lesebüchern seit 1830. Zürich: Chronos, 1994 etc.
25
Bauer S. Erste Pichtlektüre. Die Fibel als Instrument der Sozialisation // Gei-
ger H. (Hrsg.). Lesebuchdiskussion 1970—1975. München: Wilhelm Fink, 1977. S. 54—56.
20
Баранникова Н. Б., Безрогов В. Г., Макаревич Г. В., Маркарова Т. С.
важные символические и ментальные характеристики данных изда­ний, но не разобрал их детально по отраженным в них темам и кон-
26
цептам
. Указанные и подобные им работы были использованы в на­шем исследовании как примеры возможных методологий подхода к аналогичным материалам.
В западной историографии есть и исследования российских учеб­ников. Они специально посвящены анализу русских азбук и книг для чтения ХХ века: механизмам репрезентации общественных и личных ценностей, предлагаемым в них темам, способам социализации че­рез литературу, методикам дискурсного анализа элементарных учеб-
27
ных текстов и др.
В них показана взаимосвязь учебника начально­го звена с государственной идеологией и образовательной политикой. Ф. O’Делл, анализируя советские учебники и периодику, демонстри­рует применение приема идентификации учеников с персонажами и сюжетами, предложенными в текстах книг по чтению. Создавая поло­жительные социальные роли, составители пособий предлагали детям «целевые объекты идентичности», ориентиры, с кого «делать жизнь». Аналогично, но в противоположном направлении, должны были ра­ботать модели социальных ролей, интерпретируемые составителями учебников в качестве отрицательных. И в первом, и во втором случа­ях, конечно, налицо, как правило, сложная палитра взаимодействия разных педагогических идеалов, имевшихся у заказчиков, создате­лей, потребителей учебников. Через заявление о типичности персона­жей в учебниках авторами подобных исследований строились интер­претации социальной действительности, пребывания книги для чте-
26
Bauer G. Lesen ohne Erlebnisse. Sozialwissenschaftliche Untersuchungen zu
Konzept und Funktion des Grundschul-Lesebuches. Katholischen Universität Eichstätt,
1987. Данная работа продемонстрировала возможности глубинного типологиче­ского анализа и валидного сравнения небольшого числа показательных (репре­зентативных с точки зрения исследования) для развития жанра учебников.
27
O’Dell F. A. Socialisation through children’s literature. The Soviet example.
L.: CUP, 1978; Sroka W. Wo leben wir? Wie sprechen wir? Wie schreiben wir? Zu Konstruktion von kultureller Identität und Differenz in Leselernbüchern Russlands und Estlands der 1980er und 1990er Jahre // Matthes E., Carsten H. Interkulturelles Verstehen und kulturelle Integration durch das Schulbuch? Die Auseinandersetzung mit dem Fremden. Bad Heilbrunn: Klinkhardt, 2004. (Beiträge zur historischen and systematischen Schulbuchforschung / Hrsg. von M. Depaepe, C. Heinze, E. Matthes, und W. Wiater). S. 201—228; Idem // Matthes E., Carsten H. (Hrsg.). Die Familie im Schulbuch. (Beitrage zur historischen und systematischen Schulbuchforschung) Bad Heilbrunn: Julius Klinkhardt, 2006 etc.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]