Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Цифра и власть цифровые технологии в государственном управлении. Коллективная монография
.pdf
Х. Цифровое правосудие: от смарт-контрактов к смарт-суду
уже позволяют не только создать основу для заключения смартконтрактов, о которых мы говорили в предшествующих разделах, но и упростить совершение многих односторонних сделок.
Вводится норма об использовании так называемых смартконтрактов: по условиям сделки, возникающие из нее обязательства, могут исполняться без отдельного волеизъявления сторон
путем применения информационных технологий: после идентификации пользователей в информационной системе дальнейшее
их поведение подчиняется алгоритму компьютерной программы. Лицо, приобретающее цифровое право, получит этот объект
автоматически при наступлении определенных обстоятельств.
Сделка будет исполнена без дополнительных распоряжений сторон: у продавца будет списано цифровое право, а у покупателя
деньги. Таким образом, воля лица, направленная на заключение
договора, включает в себя и волю, направленную на исполнение
обязательства.
Отдельно указаны возможности применения электронных
средств при голосовании на собрании, формировании документа, подтверждающего оплату товара, заключении договора номинального счета, договора страхования. Однако составление
завещания с помощью технических средств пока не допускается. Кроме того, в ГК РФ предусмотрены возможности договора
об оказании услуг по предоставлению информации введения
запрета на совершение действий, в результате которых информация может быть раскрыта третьим лицам. Нововведения разработаны, прежде всего, для сферы сбора и обработки значительных массивов обезличенной информации [131].
Смарт-контракты, безусловно, обладают значительными
преимуществами по сравнению с традиционными бумажными
формами заключения соглашений. В тоже время, как считает ЦБ РФ, стоит учитывать, что, насколько бы ни была совершенна технология, всегда присутствует риск уязвимостей в ИТсистемах, а также уязвимостей, связанных с непосредственными
исполнителями, ограничением времени и ресурсов на принятие
решения, неполнотой или недостаточностью данных.
Несмотря на наличие недостатков, популярность смартконтрактов увеличивается, удобство их применения растет, ряд
141
Цифра и влаcть: цифровые технологии в государственном управлении
организаций работает над совершенствованием технологий, использующих смарт-контракты. Основными путями оптимизации являются стандартизация «шаблонов смарт-контрактов» и
создание инструментов визуализации для формирования логики смарт-контрактов из готовых блоков.
Как отмечает ЦБ РФ в своем «Аналитическом обзоре по теме
smart-contract за 2019 год», смарт-контракты не могут быть
единственным инструментом обеспечения деятельности организации — всегда остаются неопределенные ситуации, для выхода из которых требуется взаимодействие в административном
режиме (например, возможно урегулирование возникших спорных вопросов по исполнению смарт-контракта путем проведения сторонами переговоров или разрешение споров в судебных
инстанциях).
При этом есть серьезные проблемы безопасности функционирования смарт-контрактов. В начале 2018 г. Центробанком
был проведен анализ 970 898 смарт-контрактов на платформе
Ethereum, показавший, что 34 200 контрактов подвержены уязвимостям, которые позволяют злоумышленникам украсть, заморозить или удалить активы, которые зафиксированы в смартконтрактах [132]. Как известно, уже зафиксированы случаи,
связанные с потерей имущества, на основе мошенничества. Однако вопрос не стоит об отказе от данного формата, а о его дальнейшем совершенствовании. Тем более, что мировой опыт развития контрактных отношений в различных сферах деятельности
на платформе Ethereum уже доказал свою состоятельность.
Проведенный анализ ясно показывает, что процессы внедрения цифровых технологий в органах государственной власти
осуществляются на основе экосистемного подхода, в обеспечении которого важная роль принадлежит всем участникам системы государственного управления. Впервые федеральные органы
исполнительной власти предпринимают столь масштабные и
системные действия, направленные на нормативное регулирование цифровой среды, когда для решения этой задачи создается
специальный федеральный проект. Более того его куратором является Заместитель Председателя Правительства РФ, а руководителем — Заместитель Минэкономразвития РФ.
142
Х. Цифровое правосудие: от смарт-контрактов к смарт-суду
Одновременно федеральными органами власти предпринимаются беспрецедентные шаги по формированию единой площадки для развития инновационного российского законодательства. Как заявил RBC 8 июля 2019 года Министр экономического
развития РФ, его Министерство планирует создание единой
цифровой платформы для разработки, обсуждения и принятия
нормативно-правовых актов. По словам Министра уже разработана Концепция платформы и подготовлены конкретные технические требования для ее проектирования. Проект уже получил название «Единая национальная среда взаимодействия всех
участников нормотворческого процесса при подготовке регуляторных решений». Создание цифровой платформы призвано сократить издержки, обеспечить прозрачность и контроль над процессом нормотворчества [133].
Поддерживаю идею в общем виде, авторы в тоже время вынуждены обратить внимание на то, что создатели новой платформы на первом этапе её развития пытаются ограничиться федеральным уровнем органов исполнительной власти, что приводит
к исключению из нормотворчества на этом, самом важном этапе
цифровизации страны, представителей региональных и муниципальных органов власти. Хотя их совместная работа с ФОИВ
могла бы стать источником обмена продуктивными идеями, и
позволила учесть те факторы регионального развития, которые
нередко остаются вне поля зрения столичных ведомств. На основе данной платформы могла бы сложиться федеральная «регуляторная теплица» (название альтернативное «регуляторной
песочнице») для законотворческих поисков и экспериментов,
что вполне соответствует духу национально проекта «Цифровая
экономика Российской Федерации».
143
ХI.
Риски цифровизации:
тревоги, страхи и реальные опасности
Не так страшен черт, как его малюют.
Русская пословица
Утвержденная Указом Президента РФ от 9 мая 2017 года
№ 204 Стратегия развития информационного общества в РФ на
2017–2030 годы предложила сбалансированный набор основных
принципов, среди которых четыре можно отнести к общечеловеческим правам и свободам, а два выражают то, что мы относим
к духовно-нравственным, национальным и культурным ценностям. Однако используются они в формате развития информационного общества, накладывающего свои рамки на традиции и
привычки граждан, их поведение в обществе и отношение друг к
другу. Через декларацию этих двух принципов устанавливается
баланс между прагматичным взглядом человека на технологически усложняющийся мир и окружающих нас людей.
При этом один из принципов подтверждает приоритет традиционных российских духовно-нравственных ценностей и соблюдение основанных на этих ценностях норм поведения при
использовании информационных и коммуникационных технологий. По сути, стратегия предлагает сохранение в развивающемся виртуальном мире правил и порядков постепенно уходящего в прошлое мироздания.
При этом, она как бы оставляет мостик между сегодняшним
днем и будущим, предлагает использовать временную поддержку в проверенном прошлом, призывая к сохранению традиционных и привычных для граждан (отличных от цифровых) форм
144
ХI. Риски цифровизации: тревоги, страхи и реальные опасности
получения товаров и услуг. В том, что таким образом предпринимается попытка, с одной стороны, облегчить переживание
фундаментальных изменений окружающей человека среды, а с
другой, сохранить гуманистический подход к сообществу себе
подобных есть серьезные причины, глубоко уходящие в культурные традиции русского народа, основанные на взаимопомощи и поддержке, внимании и заботы о своих соплеменниках или
согражданах.
Требование стратегии о сохранении отличных от цифровых,
привычных для граждан форм получения товаров и услуг, стало практически обязательным для всех сфер технологического
развития: от магазина, где автоматическое считывание штрихкодов сочетается с «уставшим от всех» продавцом, до МФЦ, где
большинство услуг выведено через приложения на персональные
гаджеты, но сохраняется «замечательная» возможность личного
общения с сотрудниками центра. А его, как раз то, что сегодня
особенно ценят одинокие люди, жители больших городов.
Обращая серьезное внимание на необходимость сочетания
цифровых и традиционных, не связанных с цифровизацией, методов обслуживания граждан, большинство крупных компаний
пришли к неутешительному выводу: сохраняя привычные для
населения методы обслуживания, они проигрывают своим более
продвинутым конкурентам. При этом технологический уровень
предприятия снижается, а качество обслуживания падает.
Первыми эту проблему особенно остро почувствовали банки.
В ноябре 2019 года КоммерсантЪ опубликовал отчет консалтинговой компании Вain. Она выпустила десятый ежегодный
доклад Customer Loyalty in Retail Banking, посвященный тому,
насколько потребители удовлетворены уровнем обслуживания
в банковской отрасли. Эксперты пришли к выводу, что «утечка
клиентов из банков в конкурирующие финансово-технологические компании становится угрожающей»
В докладе отмечается, что только с 2017 года доля тех, кто использует онлайн- и мобильный банкинг для покупок, выросла во
всем мире на 2–16% в зависимости от стран: до 18% опрошенных
в Мексике и 60% в Великобритании. При этом 7% опрошенных
в Южной Корее заявили о своих безуспешных попытках полу-
145
Цифра и влаcть: цифровые технологии в государственном управлении
чить какую-либо услугу у обычного банка при помощи цифрового канала. Больше всего пострадавших оказалось в Нидерландах — 18% опрошенных. При этом довольно много участников
опроса заявили о готовности использовать банковские услуги от
технологических компаний — от 29% во Франции до 89% в Китае.
Более тревожным индикатором для банков может стать и
высокая доля тех, кто уже использовал финансовые услуги от
технологических компаний за прошлый год: от 32% в Великобритании до 75% в Индии. В связи с этим банкам рекомендуется
до минимума сокращать использование бумаг в работе с клиентами, переводя их на цифровой или удаленный формат. Многие
уже идут этим путем. Например, в Великобритании Royal Bank
of Scotland разработал собственные ипотечные продукты, не требующие бумажной работы с клиентами, и теперь использует безбумажные процессы в 91% новых ипотечных продуктов [134].
Не лучшим образом обстоят дела в России. Как заявила 28
апреля 2018 года на Гайдаровских чтениях один из идеологов цифровой трансформации государственного управления
М. Шклярук, ситуация с поддержкой традиционных, не цифровых методов, получения услуг даже в МФЦ ухудшается. По словам Марии на вопрос, связанный с отношением граждан к сбору
информации в рамках единого информационного ресурса, более
72 процентов согласились с этим, имея ввиду, что им больше не
придется общаться с чиновниками [134]. Большинство совершенно спокойно относится к своей полной оцифровке, понимая,
что облегчает решение огромного количества проблем, включая
повышение качества медицинского обслуживания.
Очевидно, что дилемма выбора между традиционными «очеловеченными методами» получения товаров и услуг и высокотехнологичной услугой просуществует какое-то время, но вероятность победы «классического» варианта мизерно мала. Еще
более категорично поколение миллениалов. Как минимумов половина из них отдает предпочтение в голосовом общении в справочно-информационных системах роботу, а не человеку.
Есть основание полагать, что попытки удержать сложившееся соотношение между цифровыми и традиционными под-
146
ХI. Риски цифровизации: тревоги, страхи и реальные опасности
ходами к работе с клиентами закончится не в пользу традиционных методов оказания услуг. Достаточно, вспомнить, как на
первых шагах цифровизации в медицине значительная часть
старшего поколения сопротивлялось электронной записи на
портале госуслуг. Однако после активизации бесплатных обучающих программ в муниципалитетах, развертывании огромного количества платных курсов и помощи более молодых
членов семьи старшее поколение освоило и портал госуслуг, и
интернет, и многое другое, став продвинутыми пользователями гаджетов.
Вывод из вышесказанного очевиден: одновременное функционирование двух дублирующих систем услуг в рамках всего
государства наносит существенный ущерб бюджету. Думается,
что для проявления внимания и гуманизма к представителям
старшего поколения страна найдет более серьезные поводы, а
сэкономленные от ликвидации дублирующих структур средства
позволят это сделать достойным образом.
Применение цифровых технологий в деятельности руководящих органов является основным трендом современной концепции развития государственного управления. Безусловно,
использование информационно-коммуникационных инноваций
в процессе функционирования властных структур существующих социально-экономических формаций формирует большое
количество положительных эффектов, которые главным образом связаны с увеличением результативности, оперативности,
комплексности и системности реализации процессов принятия
управленческих решений. В тоже время, помимо создания ряда
рациональных трендов использование цифровых технологий в
деятельности органов государственной власти скрывает в себе
определенные угрозы. В этой связи важно понимать, что стремительная цифровизация мировой экономики влечет за собою
целый ряд неоднозначных социальных и культурных последствий, которые нуждаются в тщательном анализе. Колоссальные возможности для развития сопровождаются определенными социальными рисками.
Таким образом, повсеместное использование цифровых технологий в деятельности органов государственной власти спо-
147
Цифра и влаcть: цифровые технологии в государственном управлении
собно принести не только определенные результаты в области
оптимизации коммуникационных механизмов, но и формирует
комплекс рисков образования потенциальных негативных последствий их применения. Данные риски должны быть учтены и тщательно проанализированы, особенно в масштабах активизации цифровых процессов функционирования властных
структур существующих социально-экономических формаций и
максимально интенсивного внедрения информационно-коммуникационных технологий.
Цифровизация государственного управления — это общемировая тенденция. Сегодня работа в режиме реального времени в
органах государственной власти непосредственно связывается с
информационно-коммуникационными технологиями, облачными вычислениями, большими данными и интернетом [136].
Главная цель цифровизации государственного управления
заключается в значительном повышении его эффективности для
обеспечения прогрессивного развития экономики страны. Для
достижения этой миссии, связанной с реформированием и цифровой модернизацией институтов и механизмов государственного управления, требуется в первую очередь своевременное
внедрение цифровых технологий, управленческих инноваций и
платформенных решений в систему государственного управления и оказания государственных услуг населению. Таким образом, организация единых цифровых информационных платформ
будет способствовать достижению нового качества государственного управления на основе эффективного взаимодействия государственных органов управления федерального, регионального
и муниципального уровней между собой, государственных органов власти и общества, а также государства и бизнеса.
Высокое качество государственного управления является одним из главных факторов качественного роста экономики и конкурентоспособности страны.
Цифровая трансформация государственного управления подразумевает следующее:
— создание единой архитектуры государственной цифровой
платформы, основанной на едином массиве информационных данных [137];
148
ХI. Риски цифровизации: тревоги, страхи и реальные опасности
— перевод оказываемых населению государственных услуг
в электронный формат с системой дистанционной биометрической идентификации;
— использование технологии «больших данных» для пла-
нирования, мониторинга и оценки достигаемых результатов;
— равный доступ к государственным информационным ис-
точникам, электронным порталам, предоставляющим
сведения о порядке и условиях оказания услуг, которые
позволяют гражданам решать свои насущные проблемы,
не посещая государственный орган;
— перевод в цифровой формат контрольно-надзорную дея-
тельность;
— обеспечение прозрачности и открытости действий орга-
нов государственной власти;
— создание цифровых платформ направлено на удаленное
участие граждан в процессе государственного управления, снижение очередей, оперативное решение вопроса,
повышение качества государственных услуг. Например,
Единый портал государственных и муниципальных услуг,
который стал показателем модернизации государственного и муниципального управления в России, так как является инновационным инструментом помощи гражданам
при взаимодействии с органами исполнительной власти,
обеспечивающий общедоступность государственных услуг
для всех категорий населения и тем самым, способствуя повышению качества жизни жителей Российской Федерации
[138]. Также примером действенной цифровой платформой для улучшение государственного управления можно
считать Единую систему идентификации и аутентификации, призванную упорядочить и централизовать процессы
регистрации и авторизации физических и юридических
лиц, обеспечить защиту информации, делегировать полномочия по доступу к ресурсам системы уполномоченным лицам нижестоящих органов государственной власти. Кроме
того, положительная тенденция цифровизации заключается в сокращении издержек государства (табл. 2).
149
Цифра и влаcть: цифровые технологии в государственном управлении
Таблица 2
Результаты цифровой трансформации государственного управления [139]
2017 год 2018 год 2019 год
Количество государственных услуг
для бизнеса в электронном виде, в
млн шт. в год
Количество освобожденных благодаря цифровизации часов, в млн
часов в год
Экономия затрат государства и
бизнеса благодаря цифровизации
госуслуг, в трлн руб. в год
— экономия затрат государства 0, 21 0,22 0,23
— экономия затрат бизнеса 2,63 3,65 5,48
2,028 2,253 2,504
17 22 34
2,85 3,87 5,71
Можно выделить следующие направления развития государства, которые позволят перейти на новый уровень цифровизации:
— супер-сервисы: улучшение работы ведомственных инфор-
мационных систем;
— цифровой профиль: развитие единой системы идентифи-
кации и аутентификации, облачной электронной подписи, создание реестра полномочий и соглашений;
— единый фронт: интеграция официальных сервисных ин-
тернет-порталов и электронных приложений органов власти в единую систему;
— единый транспорт: совершенствование электронного до-
кументооборота;
— единая модель данных: разработка и последовательное
внедрение единого стандарта управления жизненным циклом информационных данных;
— единая платформа услуг и сервисов: унификация регио-
нальных и муниципальных услуги, контроль их качества
[140].
В целом, цифровое государственное управление призвано
уменьшить неэффективность и минимизировать ошибки, со-
150
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]