Философский анализ деструктивной деятельности человека

В настоящее время экологическим проблемам, проблеме де­структивного воздействия человека на природную среду уделяется все больше внимания, однако реальные меры для изменения ситуации предпринимаются далеко не всегда. Г.П. Мартин и Х. Шуман спра­ведливо указывают, что всемирная модель эксплуатации природных ресурсов остается неизменной со времен конференции ООН по про­блемам окружающей среды и развития, проведенной с большой пом­пой в 1992 г. в Рио-де-Жанейро. Процветающие 20 % стран исполь­зуют 85 % мировой древесины, 75 % обработанных металлов и 70 % энергии1. Несмотря на лавинообразный технологический прогресс, эффективность использования человеком природных ресурсов оста­ется удручающе низкой: в конечном счете лишь 1–1,5 % сырья стано­вятся готовой продукцией, а оставшиеся 99 % – превращаются в от­ходы, загрязняющие природную среду2.

Большинство негативных воздействий человека на природу яв­ляются не результатом целенаправленной деятельности человека по ее разрушению, а своего рода «побочным продуктом» деятельности, носящей в целом конструктивный характер. Однако в современном мире получают распространение такие явления, как экологическая преступность, экологический терроризм, экоцид, деструктивные по своей сути. По данным МВД России, в общей структуре регистриру­емой преступности экологические преступления составляют при­мерно 0,2 %, но их латентность, по экспертным оценкам, достигает 95–99 %2. Причинами этого являются: недостаточный уровень госу­дарственного контроля; несовершенство уголовного законодатель­ства; отсутствие официальных методик оценки причиненного ущер­ба; производственная политика предприятий, резко сокращающих в экстремальных условиях хозяйствования расходы на охрану окружа­ющей среды или прямо пренебрегающих природоохранными требо­ваниями в пользу производственно-технологических нужд.

ных землетрясений базируются на том, что для этого необходим ис­точник весьма значительной энергии, который в настоящее время от­сутствует. Однако в печати отмечается, что еще в начале 1970-х гг. или даже чуть раньше геофизики военных ведомств ряда стран, в частности США и СССР, разработали и применили метод выхода на поверхность накопленной в недрах нашей планеты энергии путем воздействия глубинных бомб-зарядов. «Идея заключалась в том, – пишет С. Айвазян, – чтобы «проткнуть» земную кору в наиболее ак­тивных зонах и вызвать высвобождение глубинной энергии, в не­сколько раз превышающей энергию самых мощных водородных бомб…. В 1987 г. США провели на Аляске испытание нескольких видов «геофизических бомб». Результат оказался незначительным, поскольку в тектоническом отношении было выбрано не самое удач­ное место: энергия недр, накопляемая периодически в тектонически активных зонах, оказалась здесь небольшой. В 1988 г. СССР тоже го­товился к испытаниям своих четырех типов «геофизической бомбы». Испытания предполагалось провести в районе Новой Земли или за Полярным кругом, однако анализ американских взрывов показал, что следует для большего эффекта выбрать сейсмически более активную зону. И как раз в конце 1988 г. 7 декабря Армению постигло земле­трясение, подобное своей необычайной силой взрыву атомной бомбы, и, пожалуй, не одной, а нескольких. В 11 часов 41 минуту два мощ­нейших подземных точка унесли жизнь 350 тысяч жителей Северной Армении: на две трети был разрушен Ленинакан, ушел под землю весь Спитак, разрушились сотни сел; вблизи превращенного в руины села Налбанд образовалась на пустыре впадина, которая сейчас же после «землетрясения была оцеплена войсками»1. По мнению С. Айвазяна, описание землетрясения в Ленинакане дает основание предположить, что здесь произошел взрыв «геофизической бомбы»2. Разумеется, данные о «геофизической бомбе» засекречены, но геофи­зика и другие естественнонаучные дисциплины говорят в пользу су­ществования «геофизического оружия» в его многообразных формах.