Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Уильям Шекспир. Человек на фоне культуры и литературы
.pdf
Акт II. Шекспир в Лондоне. Расцвет
вых ужасов и чередой насильственных смертей. «Макбет» незначительно уступает «Титу Андронику» в количестве преступлений и жестокости, а «Гамлет» или «Король Лир» — в изощренности преступлений. Другие
авторы трагедий мести тоже не слишком ограничивали
себя в количестве проливаемой на сцене крови.
Практически все мотивы из «Тита Андроника», связанные с насилием и смертью, впоследствии используются в
других произведениях. Отрубленные головы встречаются
в «Мере за меру» и «Цимбелине», изнасилование (планируемое или совершенное) фигурирует в «Двух веронцах»,
«Мере за меру», «Перикле», «Цимбелине». Одна из самых ярких фигур в трагедии «Тит Андроник», готская царица Тамора, жестока и амбициозна, как леди Макбет, но
чувственна, как Клеопатра. Заглавный герой, с легкостью
жертвующий своими детьми ради политических убеждений— или, скорее, заблуждений,— отчетливо предвосхищает короля Лира, а образ мавра Арона впоследствии
как бы распадается на два— злодея Яго и мавра Отелло.
Соперничество братьев и борьба за власть — типичная
ситуация не только для исторических хроник, но и для
трагедий Шекспира («Гамлет», «Король Лир») и встречается даже в комедиях, например в «Как вам это понравится» и «Буре». Конечно, случай каннибализма, описанный в «Тите Андронике», беспрецедентен для Шекспира,
зато в этой трагедии нет инцеста, как в «Перикле», убийства детей, как в «Макбете», групповых самоубийств, как
в «Антонии и Клеопатре».
При близком рассмотрении становится очевидно, что
Шекспир не просто мог— он не мог не написать такую
пьесу, учитывая его возраст, еще неустоявшееся положение в театральном мире, причудливую елизаветинскую моду на кровавые драмы и круг текстов, подпитывавших вдохновение молодого драматурга. Жестокие
221
О. В. Разумовская. УИЛЬЯМ ШЕКСПИР
Л
преступления, происходящие на сцене в трагедии «Тит
е
Андроник», не являлись порождением фантазии начина-
к
ц
ющего трагика, напротив, они все были заимствованы
и
и
из античной или современной Шекспиру елизаветинской
литературы и были освящены традицией, оправданы
P
R
своей давней историей.
O
История критики «Тита Андроника» иллюстрирует случай разительного расхождения зрительских симпатий и
оценок литературоведов. В период появления пьесы на
елизаветинской сцене публика еще не успела пресытиться кровавыми трагедиями и встретила новое творение молодого, но уже известного драматурга благосклонно.
«Тит» практически затмил предыдущий «хит» елизаветинской сцены, «Испанскую трагедию», и оставался в действующем репертуаре еще не один год, что было исключением из правил и признаком большого успеха. В1614году Бен Джонсон язвительно и не без зависти констатирует
в предисловии к своей пьесе «Варфоломеевская ярмар-
*
ка», что «Иеронимо»
и «Андроник» все еще считаются
лучшими пьесами, на протяжении уже двадцати пяти или
тридцати лет. Это замечание вносит некоторую путаницу в
вопрос датировки «Тита Андроника», поскольку подразумевает, что пьеса появилась около 1589 года.
Дата написания первой трагедии Шекспира до сих
пор представляет для литературоведов и историков загадку. Все возможные варианты датировки совпадают с
исторически значимыми событиями в Англии и позволяют предположить, какой была общественная и культурная атмосфера, породившая к жизни первое трагическое
творение Шекспира. Если Джонсон все же более-менее
точен в своем наблюдении, то пьеса появилась вскоре
*
«Испанская трагедия» Кида имела подзаголовок «Иеронимо
снова обезумел», поэтому иногда обозначалась просто как
«Иеронимо».
222
Акт II. Шекспир в Лондоне. Расцвет
после разгрома испанской Армады английским флотом
под руководством Френсиса Дрейка. Эта триумфальная
победа не смогла, однако, заставить англичан забыть о
других событиях, происходивших в Лондоне и за его
пределами и угрожавших спокойствию и безопасности
страны. Поражение Армады было лишь одним из эпизодов многолетнего противостояния Испании и Англии,
ставшего еще более ожесточенным после неудачного
брака Марии Тюдор и испанского принца Филиппа. Королева Елизавета опасалась диверсий со стороны давнего врага своей страны и отовсюду ожидала измены и
предательства. Немало тревог принесло королеве также
недовольство католиков, желавших видеть на английском престоле Марию Стюарт.
Как показывает история, опасения Елизаветы были
небеспочвенными — ее правление было омрачено десятками заговоров, обнаруженных лишь благодаря бдительности Тайного совета и разветвленной сети шпионажа. Возможной дате создания «Тита Андроника» предшествовало раскрытие одного из самых крупных
заговоров против Елизаветы, имевшего своей целью
возвести Марию Стюарт на английский престол. Тринадцать мятежников во главе с Энтони Бабингтоном были
казнены, а части тел четвертованных преступников размещены на всеобщее обозрение по всему Лондону. Не
менее запоминающимся событием становится для англичан казнь самой Марии Стюарт, которая стала финальным аккордом в многолетней и драматичной истории отношений двух королев. В судьбе Марии Стюарт
немалую роль сыграли предательство, измены и заговоры — тема, многократно отраженная во многих произведениях Шекспира, а в трагедии «Тит Андроник» —
основа интриги. Хотя лишь немногие факты свидетельствуют в пользу более ранней датировки пьесы, можно
предположить, что основы проблематики и некоторые
223
О. В. Разумовская. УИЛЬЯМ ШЕКСПИР
Л
перипетии сюжета сформировались именно в этот пери-
е
од, богатый для Англии историческими потрясениями.
к
ц
и
и
P
R
O
Есть и другие предположения относительно даты создания «Тита Андроника». Они опираются на запись в
дневнике Филиппа Хенслоу о постановке этой пьесы в
1594 году. Вероятно, эта постановка была первой, так
как ей предшествовал период эпидемии и роспуска театров — мрачное и гнетущее время, с учетом того, что
чума унесла примерно семнадцать тысяч жизней. Жизнь
в охваченном паникой и унынием Лондоне была почти
невыносимой, казалось, что сам воздух пропитан запахом разложения и смерти — и страхом. Елизавета опасалась новых заговоров, Тайный совет осуществлял
аресты, пытки, допросы с целью предотвращения государственной измены. Автор «Испанской трагедии» Томас Кид был арестован в 1593 году. Перенесенные в
тюрьме страдания подорвали его здоровье и морально
уничтожили талантливого писателя, не успевшего толком раскрыть свой потенциал. За эти два-три года, в течение которых Шекспир, возможно, обдумывал свою
первую трагедию, театральный и литературный мир Лондона понес еще две невосполнимые потери. В1592 году
умер Роберт Грин, а примерно через год был убит Кристофер Марло. Вскоре умер и Кид, морально и физический уничтоженный перенесенными в тюрьме пытками.
Нетрудно представить себе тревожную, мрачную атмосферу, царившую в Лондоне в те годы, когда был написан «Тит Андроник». Сложнее понять другое — как
Шекспир в такое время вообще находил в себе силы и
*
вдохновение писать комедии
. Очевидно, что он черпал
*
За первый период своего творчества, с начала 1590-х по
1600 год, Шекспир написал — даже с поправкой на погрешности
датировки и атрибуции— не меньше десяти комедий и всего три
трагедии («Тит Андроник», «Ромео и Джульетта», «Юлий Цезарь»).
224
Акт II. Шекспир в Лондоне. Расцвет
свое вдохновение для разных жанров из разных источников (как жизненных, так и литературных). При создании «Тита Андроника» Шекспир обратился к произведениям, которые уже успели обеспечить его идеями и сюжетами для нескольких произведений, но еще не
исчерпали свой потенциал в этом отношении; в первую
очередь это «Метаморфозы» Овидия, а также трагедии
Сенеки, в частности «Фиест».
Овидиевские истории Актеона и Филомелы вплетаются в смысловую и сюжетную ткань «Тита Андроника» и
служат лейтмотивом всего произведения, показывая, как
беззащитны люди перед лицом страданий и бед, как иллюзорны счастье и благополучие, как изменчива судьба.
Отсылка к поэме Овидия помогает Шекспиру продемонстрировать, насколько тонка грань между человеческим и
животным началами, заключенными в пределах одного
существа, с гордостью объявившего себя «царем природы» и «мерой всех вещей». Актеон, превращенный в оленя, был разорван собственными собаками. Именно такая
участь ожидает Тита Андроника— его уничтожат те, кто
уступал ему и в статусе, и в благородстве и должен был
*
служить ему, а не решать его участь
. Тит символически
уподобляется оленю: как и это могучее и благородное животное, римский полководец превратится в загнанного
зверя и попадет в западню.
С затравленным животным сравнивается и дочь Тита,
Лавиния, которую во время охоты ждет страшная
участь— враги отца изнасилуют ее прямо на трупе убитого мужа и отрубят руки и язык, чтобы несчастная не
смогла поведать о виновниках своего бесчестья. Отождествление образа Лавинии с ланью (серной) возника-
*
«…Он же бежит по местам, где сам преследовал часто, /
Сам от своих же бежит прислужников!» (Овидий, Метаморфозы,
III, 228–229. Пер. С. В. Шервинского.)
225
О. В. Разумовская. УИЛЬЯМ ШЕКСПИР
Л
ет, когда сыновья императрицы Таморы обсуждают, ко-
е
му достанется дочь Тита
к
ц
Арон, тоже подчеркивает сходство будущей жертвы и
и
и
беззащитной лани, усиливая наметившуюся антитезу
P
героев-охотников и героев-жертв, на которой будет
R
O
дальше строиться система персонажей:
*
. Главный злодей пьесы, мавр
Лесные чащи глубоки, обширны,
И много там пустынных уголков,
Природой созданных для злодеяний;
Туда сманите лакомую лань,
С ней справьтесь силой, если не словами
Безмолвие Лавинии, которой после изнасилования
отрежут язык, будет лишь усиливать эту зооморфную
параллель. Это подчеркивают и дядя, и отец девушки.
Марк:
… я повстречал ее в лесу,
Где в поисках убежища блуждала
Она, как насмерть раненная лань.
**
.
Тит:
О лань моя! Тот, кто ее изранил,
Меня сильней, чем смертью, поразил.
Бессловесная, слабая, беззащитная, как лань, она в
итоге будет принесена собственным отцом в жертву его
представлениям о чести и отмщении.
**
«Надеемся без псов и без коней / Мы лакомую лань загнать
верней», «Иль не умел ты серну уложить / И унести под самым
носом стражи?»
**
Пер. И. Курошевой.
226
Акт II. Шекспир в Лондоне. Расцвет
В трагедии «Тит Андроник» женские образы соответствуют двум типам в рамках уже намеченной в ранних
пьесах Шекспира дихотомии— хищницы (Тамора, которую сравнивают с пантерой, Маргарита Анжуйская —
тигрица) и жертвы (Лавиния). «Укрощение строптивой»
пародийно использует эту схему, ставя под сомнение ее
очевидность. На первый взгляд сестры Катарина и Бьянка относятся к героиням разного типа: старшая— «дикая кошка», хищная птица, «ведьма», а младшая —
кроткая голубка, но к развязке ситуация меняется на
противоположную: Кэт «укрощена», а Бьянка только начинает «выпускать коготки».
Зоо- и орнитоморфные параллели к образам персонажей напоминают об их мифологических и литературных прототипах; если Лавиния сравнивается с ланью
напрямую, то ее судьба является прямой отсылкой к
истории Филомелы, изложенной у Овидия и кочующей
по текстам поэтов Средневековья и Возрождения. Рассказывая Таморе о предстоящем убийстве Бассиана и
насилии над Лавинией, Арон называет последнюю Филомелой, отсылая читателя в очередной раз к тексту
овидиевских «Метаморфоз» (Книга VI, 412–674). СФиломелой сравнивает Лавинию и Марк, когда видит ее
после случившегося с ней несчастья:
Лишь языка лишилась Филомела
И вышила рассказ свой на холсте.
Но у тебя возможность эту взяли,
Хитрейшего ты встретила Терея:
Он отрубил прекрасные персты,
Что выткали б искусней Филомелы.
Чтобы развеять последние сомнения в тесной связи
своего произведения и «Метаморфоз» Овидия, Шекспир
227
О. В. Разумовская. УИЛЬЯМ ШЕКСПИР
Л
напрямую указывает на древнеримскую поэму как на ис-
е
точник сюжета о Лавинии. Книга Овидия появляется в
к
ц
трагедии в качестве улики— обезображенная девушка с
и
и
ее помощью пытается навести родных на след преступников.
P
R
O
Тит
Ты видишь, как листы перебирает?
Помочь бы ей...
Что хочет отыскать? — Прочесть тебе
Трагический рассказ о Филомеле,
Предателе Терее и насилье;
Боюсь — в том корень и твоей беды.
<…>
Была ль настигнута ты так же, дочь,
И обесчещена, как Филомела,
В дремучем и безжалостном лесу?
Шекспир на данном этапе творчества полон решимости превзойти предшественников и соперников— античный сюжет он дополняет еще более ужасающими деталями: Хирон и Деметрий, изнасиловавшие Лавинию, отрезают ей не только язык, но и руки, лишив ее даже той
возможности искать помощи, что была у Филомелы
Этот варварский акт завершает метаморфозу героини:
бессловесная, безрукая, Лавиния в своей невыразимой
муке ближе к агонизирующему раненому животному,
чем к человеку.
Чем же заслужили герои трагедии такую чудовищную
судьбу? Что сделало Тита и его детей жертвами такой
изуверской жестокости со стороны врагов? Ответ, пред-
*
.
*
Героиня овидиевской истории (и соответствующего мифа)
выткала историю своего бесчестия на ковре (по другим версиям— вышила) и таким образом сообщила о случившемся сестре.
228
Акт II. Шекспир в Лондоне. Расцвет
лагаемый драматургом, звучит неутешительно, однако
отвечает древней, еще аристотелевской концепции трагического героя: как правило, он сам— виновник своих
бед. Со временем Шекспир отшлифует, усовершенствует этот принцип, доведя его до виртуозного уровня в
трагедии «Макбет», где заглавный персонаж является
одновременно и протагонистом, и антагонистом пьесы,
то есть конфликт практически полностью перенесен в
сознание (consciousness)героя, точнее, его совесть (con-
science).
На этапе создания «Тита Андроника» Шекспир еще
не окончательно утвердился в своей концепции трагического героя, поэтому мы не видим в пьесе всех знакомых
нам по зрелым трагедиям этапов его нравственной эволюции (от рокового заблуждения и духовной слепоты до
прозрения ценой страшных потерь, страданий и гибели).
Тит как персонаж во многом еще является наследником
более примитивных и прямолинейных в этическом плане
кровавых трагедий; его главная задача — осуществить
месть за нанесенные обиды, и его образ практически
полностью подчинен этой задаче.
Хотя трагедия «Тит Андроник» относится к римскому
циклу шекспировских пьес, Рим здесь— весьма условный образ, а сам Тит вообще вымышленный персонаж.
Полководец с таким именем и хоть сколько-то похожей
судьбой не упоминается ни в одном из источников, к которым прибегал Шекспир при создании своих римских
трагедий (чаще всего— к «Сравнительным жизнеописаниям» Плутарха и трудам Тита Ливия). Вотличие от таких персонажей, как король Лир, Гамлет и Макбет, у которых были отдаленные исторические прототипы, а также ряд сценических воплощений, образ Тита Андроника,
скорее всего, является творением самого Шекспира.
229
О. В. Разумовская. УИЛЬЯМ ШЕКСПИР
Л
е
к
ц
и
и
P
R
O
Тит— римский полководец, чья жизнь прошла в военных походах и битвах с варварскими племенами. Рим
воплощает для него величие и силу, и он гордится тем,
что немало способствовал процветанию «вечного города». На полях сражений Тит потерял двадцать сыновей,
но его утешает, что все они похоронены в усыпальнице
около Капитолия как почетные защитники отечества.
Всвоей слепой, беззаветной преданности Риму полководец верит, что его сыновьям выпала наилучшая участь,
которой только может удостоиться смертный. Первые
слова Тита, который вернулся из очередного похода с
телом еще одного сына,— не столько о горечи утраты,
сколько о радости возвращения: «Андроник прибыл,
лаврами повит, / Приветствовать отчизну со слезами, /
Слезами счастья о возврате в Рим».
В своем рабском служении Риму Тит готов на жестокость и даже бесчеловечность: он соглашается на варварское жертвоприношение одного из захваченных готов, и пленника убивают на глазах у его матери (царицы
Таморы). Для Тита мужество и патриотизм стоят выше
милосердия и родственных чувств. Недрогнувшей рукой
он закалывает собственного сына, выступившего против
нового правителя. На примере образа Тита можно увидеть направление дальнейших этических и философских поисков Шекспира: в его характере можно заметить
пунктирно намеченные своеволие короля Лира, максимализм Отелло, гордыню Кориолана, фанатизм Брута.
Трагедия самого Тита — прежде всего в его душевной
слепоте, не позволяющей ему заметить, что город, которому он служит, лишь мираж, а самое важное, что у него
было— своих детей,— он погубил собственными руками, принес в жертву во имя иллюзорной идеи. Город, в
который возвращается Тит после похода, превратился в
арену междоусобной распри, расколовшей город на два
230
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]