Теоретическая социология. Учебное пособие

ется подлинно социальной, поскольку, хотя и предполагает некоторое множество соучаствующих систем сознания, но (именно поэтому) не может быть приписана никакому отдель­ному сознанию как единство. Кроме того, по условиям ее собственного функционирования она исключает возможность того, чтобы системам сознания стало бы известным то или иное актуальное состояние некоторого другого или других со­знаний; а именно, как в устной коммуникации, поскольку уча­ствующие лица, сообщая / понимая, действуют одновремен- но, так и в коммуникации письменной, поскольку они участву- ют, отсутствуя. Коммуникация, следовательно, может лишь предположить, что достаточное для нее понимание имеет и психические корреляты. В этом смысле (и ничего другого и не подразумевается под «взаимопроникновением») она зависит от оперативных фикций, которые лишь в некоторых случаях должны подвергаться проверке, опять-таки, через коммуни­кацию. Коммуникация является подлинно социальной и по­тому, что ни в коем смысле и никоим образом невозможно выстроить «общественное» (коллективное) сознание, а это значит, и консенсус в его полном смысле полноценного вза­имопонимания остается недостижимым, а его функцию вы­полняет коммуникация. Коммуникация — это самая малая из возможных единиц социальной системы, а именно — такая единица, на которую сама коммуникация еще может реаги­ровать при помощи коммуникации же. Коммуникация (и это — тот же самый аргумент, но в другой редакции) является ау­топойетической, если она может производиться в рекурсив­ной связи с другими коммуникациями, то есть лишь в сети, в воспроизводстве которой соучаствует всякая отдельная коммуникация. Вместе с пониманием (либо непониманием) замыкается всякая коммуникационная единица, невзирая на принципиально бесконечную возможность дальнейшего прояснения того, что было понято. Но это завершение име­ет форму перехода к другой