Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Римское частное право. Учебник
.pdf
Глава 12. Правовые отношения между супругами
перед требованиями других личных кредиторов мужа. Это пре
имущество превратилось в праве Юстиниана в законную ипотеку
(п. 418) жены на все имущество мужа. Таким образом, хотя муж
еще и в праве Юстиниана признается собственником приданого,
однако правы были римские юристы, когда говорили: «quamvis in
bonis mariti dos sit, mulieris tamen est», т.е. хотя приданое находится
в имуществе мужа, однако оно принадлежит жене (D. 23. 5. 75). В
сущности, муж только пользовался dos во время брака и оставлял
ее у себя в качестве штрафа за ненадлежащее отношение жены к
вытекавшим из брака обязанностям.
Существовало, однако, и другое имущество, выполнявшее та
кую же штрафную функцию, но уже в интересах жены. Это была
donatio ante nuptias, предбрачный дар, который в праве Юстиниана
мог устанавливаться также и во время брака — donatio propter
nuptias и представлял собой не что иное, как сумму, обыкновенно
приблизительно равную сумме dos, которую муж обязывался вып
латить жене в случае развода по его инициативе или вине. Таким
образом, в этих случаях жена получала как подлежавшую возвра
щению dos, так и donatio propter nuptias. В этом заключалось и свое
образие этой последней, которая в действительности вовсе не была
дарением: она не лишала мужа права собственности на соответству
ющее имущество в течение брака и не лишала его права собствен
ности вообще, если брак не прекращался разводом по почину или
по вине жены.
151
§ 46. Прекращение брака
143. Случаи прекращения брака. Для того чтобы брак мог
юридически существовать, надо, чтобы все время были в наличии
те условия, без которых брак не мог бы быть заключен. Отпадение
какоголибо из этих условий было и основанием прекращения бра
ка. Таким образом, кроме смерти одного из супругов, брак прекра
щался:
(1) Capitis deminutio maxima одного из супругов, т.е. обраще
нием его в рабство, ибо у рабов не было ius conubii. При этом если
взятый в плен и обращенный в рабство супруг возвращался затем в
Рим, то в силу postliminium (п. 108) считалось, что manus никогда
не прекращалась. Брак же sine manu как некоторая только факти
152
Раздел IV. Семейное право
ческая, но не юридическая связь считался прекращенным, ибо
postliminium применялся к res iuris, но не к res facti; однако брак
считался продолжавшимся все время, если оба супруга были вмес
те в плену.
(2) Capitis deminutio media, т.е. утратой права гражданства, ибо
неграждане, кроме latini veteres, также не имели ius conubii.
(3) Capitis deminutio minima, т.е. изменением семейного состо
яния одного из супругов, которое устанавливало такую степень аг
натического родства его с другим супругом, при которой вступле
ние в брак было бы невозможно, например paterfamilias усыновлял
мужа своей дочери, не освободив ее предварительно от patria
potestas.
(4) По воле мужа или его paterfamilias в браке cum manu; no
воле мужа или жены либо по их соглашению в браке sine manu.
Для заключения брака cum manu требовалось согласие paterfa
milias жены, а позднее и самой жены (см. п. 139), но в силу устано
вившейся над женою manus mariti ее paterfamilias и она сама
утрачивали право прекратить брак по своей воле: жена была в от
ношении мужа loco filiae. Поэтому только муж (или его paterfamilias)
был вправе прекратить брак cum manu, совершив формальности,
обратные тем, при помощи которых брак был заключен.
Брак sine manu мог быть прекращен волеизъявлением одного
из тех лиц, согласие которых требовалось для совершения брака
(п. 139). Свобода развода была, как уже сказано, одним из основ
ных начал римского брачного права. И несмотря на множество раз
водов в конце периода республики и в период империи, несмотря
на то, что разводы противоречили учению христианской церкви о
браке, свобода развода никогда не была ни отменена, ни даже огра
ничена, если не считать указанных выше невыгодных имуществен
ных последствий развода для супруга, по инициативе или по вине
которого брак был прекращен разводом.
Вступление во второй брак после прекращения первого не
встречало ни в период республики, ни в период принципата ника
ких ограничений. Более того, lex Iulia et Papia Poppea даже распро
страняла установленную ею incapacitas на лиц, которые в течение
определенного времени после прекращения брака не вступили в
новый брак. Однако в дальнейшем появляются в интересах детей
от первого брака некоторые ограничения прав родителя, вступив
Глава 13. Правовые отношения родителей и детей
шего во второй брак, на имущество, полученное им от первого бра
ка (lucra nuptialia): это имущество остается лишь в пользовании
родителя, вступившего в новый брак, а после его смерти переходит
к детям от первого брака. Кроме того, новому супругу не может
быть ни подарено, ни завещано больше имущества, чем детям от
первого брака.
Вдова, вступающая в новый брак, обязана соблюсти так назы
ваемый траурный год, целью которого является отчасти соблюде
ние пиетета по отношению к покойному мужу, а главным образом
предотвращение так называемой turbatio sanguinis, т.е. затрудне
ний в определении отца ребенка, который родился бы в течение
десяти месяцев со дня прекращения первого брака. В случае разво
да жена обязана заявить о своей беременности мужу, который впра
ве потребовать проверки в определенном порядке этого заявления.
Несоблюдение траурного года не влечет за собой недейст
вительности нового брака, а лишь утрату женой lucra nuptialia, ог
раничение ее прав в сфере наследования, а также infamia жены.
153
ГЛАВА 13
ПРАВОВЫЕ ОТНОШЕНИЯ РОДИТЕЛЕЙ
И ДЕТЕЙ
§ 47. Patria potestas
144. Отношения между матерью и детьми. Отношения между
матерью и детьми глубоко различны в зависимости от того, состо
ит ли мать в браке cum manu или в браке sine manu с отцом детей.
Мать, состоящая в браке cum manu, для детей является loco sororis
и вместе с ними подчинена власти своего мужа (или его paterfamilias,
если муж состоит in patria potestate), на равных с детьми началах
она наследует после мужа; взаимное право наследования соединя
ет ее в качестве агнатки детей с теми из них, которые вышли из
patria potestas мужа. В качестве агнатов ее сыновья осуществляют
над ней опеку после смерти мужа. Связь матери с детьми в браке —
наиболее тесная после связи paterfamilias со своими подвластными.
154
Раздел IV. Семейное право
Наоборот, в браке sine manu мать в древнейшем праве юридиче
ски не связана с детьми. Она не член семьи отца своих детей, она —
агнатка своих старых агнатов, член своей старой семьи, в которой
она наследует и члены которой наследуют после нее и осуществля
ют над ней опеку.
Однако подобно тому, как с течением времени была значи
тельно смягчена юридическая отчужденность мужа и жены в бра
ке sine manu, она была почти устранена в отношениях между мате
рью и детьми, рожденными от брака sine manu. Когнатическая, кров
ная связь стала постепенно служить основанием права матери на
совместное проживание с нею несовершеннолетних детей, находив
шихся под опекой постороннего лица или даже in patria potestate
мужа, с которым мать была в разводе, позднее даже на осуществ
ление матерью опеки. Матери было предоставлено право на али
менты от детей, детям было воспрещено предъявлять к матери
инфамирующие иски, привлекать ее к суду без разрешения магист
рата, beneficium competentiae стал ограничивать пределы ее иму
щественной ответственности перед детьми. Наконец, сенатускон
сульты II в., а затем императорские конституции установили и по
следовательно расширили допущенные претором взаимные права
наследования детей и матери, состоявшей в браке sine manu.
145. Отношения между отцом и детьми. Иначе были построе
ны отношения отца с детьми. Для этих отношений было безразлич
но, состоял ли отец в браке cum manu или sine manu. Дети всегда
находятся под властью отца, in patria potestate.
Эта власть, первоначально безграничная, постепенно, однако,
смягчалась. Основной причиной этого являлось распадение преж
ней крестьянской семьи (в связи с развитием рабовладельческих
хозяйств), развитие в городах ремесел: сыновья все в больших раз
мерах ведут самостоятельное хозяйство. Наряду с этим сыновья
приобретают самостоятельное положение в постоянной армии и в
государственном аппарате.
Уже в древнейшее время власть paterfamilias над личностью
детей умерялась воздействием семейного совета, суждения которо
го не были юридически обязательны, но и не могли, в соответствии
с общественными воззрениями, игнорироваться при наложении на
детей суровых наказаний. В конце же республики и в начале пери
ода империи был введен ряд прямых ограничений прав paterfamilias
на личность детей. Право продавать детей было ограничено случа
Глава 13. Правовые отношения родителей и детей
155
ями крайней нужды и распространялось только на новорожденных
детей. Упразднено было право выбрасывать детей. Императорский
указ IV в. приравнял убийство сына ко всякому parricidium. Соглас
но другому, более раннему (II в. н.э.) указу власти могли прину
дить отца освободить сына от patria potestas. Наконец, за подвласт
ными детьми было признано право обращаться к магистрату extra
ordinem с жалобами на paterfamilias, а также право требовать али
менты.
В сфере имущественных отношений подвластные дети были,
повидимому, рано допущены к совершению сделок от своего име
ни. Но все права из таких сделок (так же, как из сделок рабов,
совершавшихся ex persona domini) возникали для paterfamilias. Обя
занности же из этих сделок для paterfamilias не возникали. Совер
шенные подвластными деликты служили основанием для actiones
noxales против paterfamilias о возмещении вреда или выдаче под
властного потерпевшему для отработки причиненного им вреда.
Одновременно с последовательным ограничением власти мужа
над женой, с одной стороны, и параллельно с расширением круга
юридических последствий из сделок рабов — с другой, осуществлял
ся и процесс постепенного признания имущественной право и дее
способности подвластных детей. Претор стал предоставлять про
тив paterfamilias такие же actiones adiecticiae qualitatis из сделок
подвластных, какие он предоставлял на основании сделок рабов
(п. 117). Но сами подвластные, после того как они становились
personae sui iuris, стали признаваться ответственными по этим сдел
кам не iure naturali, как рабы, a iure civili.
В то же время если пекулий, который нередко выделялся под
властному сыну, продолжал признаваться имуществом paterfamilias,
так называемый peculium profecticium, то появились определенные
группы имущества, права на которые стали возникать в лице не
paterfamilias, а подвластного сына. Таким имуществом была при
знана постановлением Августа, а может быть, Цезаря, под влияни
ем создания постоянной профессиональной армии, военная добы
ча, а равно и все имущество, приобретенное сыном в связи с его
военной службой: paterfamilias был не вправе отобрать это имуще
ство у сына, сын не только свободно пользуется этим имуществом,
он вправе и распоряжаться им, в частности завещать (сначала во
время пребывания на военной службе, а начиная со II в. независи
мо от момента составления завещания). Однако в случае смерти
156
Раздел IV. Семейное право
сына без завещания это имущество переходит к отцу, и притом iure
peculii, без обременения отца обязательствами умершего сына.
Правила, сложившиеся в период принципата для имущества,
приобретенного сыном на военной службе, были в период империи
в связи с созданием большого административного аппарата прин
цепса перенесены и на имущества, приобретенные на гражданской
службе: государственной, в придворных или церковных должнос
тях. Так, с IV в. н.э. постепенно сложилось peculium quasi castrense.
Наконец, с признанием права наследования детей после мате
ри, состоявшей в браке sine manu, невозможно было не оградить от
притязаний со стороны paterfamilias и имущество, унаследованное
детьми от матери. В IV в. это имущество было объявлено принад
лежащим детям с правом paterfamilias на пожизненное пользова
ние и управление им.
В дальнейшем в такое же положение были последовательно
поставлены имущества, унаследованные от родственников с мате
ринской стороны. Развитие завершилось постановлением, что pa
terfamilias сохраняет право собственности лишь на то состоящее в
обладании детей имущество, которое либо приобретено ex re patris,
на средства отца, либо получено contemplatione patris, т.е. от тре
тьего лица, желающего создать известную выгоду для paterfamilias,
а также на имущество, которое отец передал подвластным, желая
подарить его, но которое оставалось собственностью отца вследст
вие недействительности сделок между ним и подвластными детьми.
Это — bona profecticia. Все остальные имущества, bona adventicia,
принадлежат подвластному, который вправе распорядиться ими при
жизни и лишь не вправе завещать эти имущества, переходящие пос
ле смерти подвластного к отцу, но уже iure hereditario, обременяя
отца входящими в состав этого имущества обязанностями.
146. Прекращение patria potestas. Как уже указано, patria
potestas была пожизненной и нормально прекращалась смертью
paterfamilias.
При жизни его и независимо от его воли она прекращалась
лишь с приобретением сыном звания flamen Dialis (одна из выс
ших жреческих должностей), дочерью — звания весталки; в поздней
шее императорское время ее прекращало приобретение сыном зва
ния консула, praefectus urbi, magister militum или епископа. Но
paterfamilias мог сам положить конец своей власти над сыном или
Глава 13. Правовые отношения родителей и детей
дочерью путем emancipatio. Формой emancipatio служило исполь
зование правила законов XII таблиц о том, что троекратная манци
пация подвластного прекращает отцовскую власть: paterfamilias
трижды манципировал подвластного доверенному лицу, которое
трижды отпускало подвластного на волю. После первых двух раз
подвластный возвращался под власть paterfamilias, после третьего
он становился persona sui iuris.
В VI в. необходимость в этих формальностях отпала: были
допущены emancipatio per rescriptum principis (так называемая
emancipatio Anastasiana), emancipatio посредством заявления перед
судом (так называемая emancipatio Iustinianea). После emancipatio
отец сохранял право на пользование половиной имущества сына.
157
§ 48. Узаконение и усыновление
147. Узаконение. Patria potestas предполагала рождение сына
или дочери в римском браке. Над детьми, рожденными вне брака,
она могла быть установлена путем узаконения, legitimatio. Однако
legitimatio возникла лишь в период империи и допускалась только
в отношении liberi naturales, т.е. детей, рожденных от конкубината
(п. 136). Постепенно сложились три способа legitimatio: a) legitimatio
per oblationem curiae, т.е. путем представления внебрачного сына в
оrdo местных декурионов с наделением его известным имуществен
ным цензом; б) legitimatio per subsequens matrimonium, т.е. путем
последующего брака родителей; в) путем издания специального им
ператорского указа.
148. Усыновление. Но patria potestas могла быть установлена
и над чужими детьми путем усыновления.
Существовали два вида усыновления, совершавшегося в раз
ных формах: a) arrogatio, если усыновляемый был persona sui iuris
и б) adoptio, если усыновляемый был persona alieni iuris.
(1) Arrogatio в древнейшие времена производилась в народ
ном собрании при участии pontifex maximus и в присутствии как
усыновителя, так и усыновляемого. После расследования обстоя
тельств дела pontifex maximus предлагал народному собранию
rogatio об усыновлении. Таким образом, каждая arrogatio была iussus
populi, т.е. законом. Ввиду этого усыновлять и быть усыновляемы
ми в этой форме могли только лица, которые имели право участво
158
вать в народных собраниях. К числу таких лиц не принадлежали
ни женщины, ни несовершеннолетние. С падением значения на
родных собраний отпадает и законодательный характер arrogatio;
она превращается в публичное оформление соглашения усынови
теля с усыновляемым. С окончательным прекращением созыва на
родных собраний arrogatio производится per rescriptum principis.
(2) Adoptio совершалась так же, как emancipatio, путем исполь
зования правила законов XII таблиц о троекратной mancipatio.
Paterfamilias трижды манципировал подвластного доверенному
лицу, которое после первых двух манципаций освобождало под
властного от mancipium, после чего подвластный возвращался под
власть paterfamilias. После третьей mancipatio, прекращавшей patria
potestas, выступал усыновитель и предъявлял к доверенному лицу,
у которого подвластный был in mancipio, vindicatio filii. В результа
те начинавшегося таким образом фиктивного процесса претора
addicit усыновляемого усыновителю. Для adoptio дочери или вну
ка достаточно было одной mancipatio. Юстиниан заменил эту слож
ную процедуру простым заявлением перед судом.
До Юстиниана adoptio так же, как и arrogatio, вводила усынов
ленного в агнатическую семью усыновителя, но Юстиниан осла
бил ее значение: она не уничтожала patria potestas кровного отца,
лишь устанавливая право наследования усыновленного после усы
новителя.
Некоторые указания дошедших до нас памятников позволяют
думать, что существовал еще и третий вид усыновления: усыновле
ние в завещании усыновителя (adoptio testamentaria), но отчетли
вых сведений о нем нет.
Раздел IV. Семейное право
§ 48"а. Опека и попечительство
148"а. Лицо sui iuris в связи с возрастом, состоянием здоровья
или некоторым особым положением может нуждаться в помощи и
охране при осуществлении своей гражданской правоспособности.
Этим целям служили в римском праве опека (tutela) над несовер
шеннолетними, над расточителями, а также рано утратившая прак
тическое значение опека над женщинами, и попечительство (сurа)
над безумными, над так называемыми минорами (т.е. не достиг
шими 25 лет), над расточителями. Различие между опекой и по
Глава 13. Правовые отношения родителей и детей
159
печительством выражалось в порядке деятельности опекуна и попе
чителя. Опекун формальным актом согласия (auctoritatis interpositio)
придает юридическую силу сделкам, к совершению которых по
допечный не способен; попечитель же выражает свое согласие
(consensus) неформально, возможно, даже неодновременно со сдел
кой.
148"б. В древнейшие времена опека устанавливалась в инте
ресах не подопечного, а лиц, которые были его ближайшими на
следниками по закону. Ее основной задачей была охрана имуще
ства подопечного в интересах его наследников. Поэтому порядок
призвания к опеке (если опекун не был назначен в завещании) со
впадал с порядком призвания к наследованию, т.е. опекуном яв
лялся ближайший агнат подопечного.
В древнейшее время опека представляла собою не обязанность
опекуна, а его право, точнее — власть опекуна над имуществом и
личностью подопечного, близкую по содержанию к власти paterfa
milias.
Однако постепенно права опекуна начинают пониматься как
средство для осуществления его обязанностей. Эти изменения, тесно
связанные с последовательным ослаблением родовых связей, посте
пенно превращают понятие опеки как власти в понятие опеки как
общественной повинности (munus publicum).
В связи с этим наряду с двумя указанными выше порядками
установления опеки (в силу агнатического родства с подопечным и
по завещанию paterfamilias) возникает третий порядок: назначение
опекуна государством.
Вместе с тем постепенно развился и контроль государством
деятельности опекунов. Устанавливаются особые основания (ex
cusationes), по которым можно не принять назначения опекуном.
Развивается система исков к опекуну в случаях непредставления
им отчета о ведении дел подопечного, и в случаях не только растра
ты, но и нерадивого ведения дел. Затем входит в обычай требовать
от опекуна при вступлении его в должность представления обеспе
чения (satisdatio rem pupilli salvam fore), а в период империи вво
дится законная ипотека подопечного на все имущество опекуна.
РАЗДЕЛ V
ПРАВА НА ВЕЩИ
ГЛАВА 14
ОБЩЕЕ УЧЕНИЕ О ВЕЩАХ
§ 49. Понятие вещи
149. В классический период в римском праве выработалось по
нятие вещей в широком значении. Этим широким понятием охва
тывались не только вещи в обычном смысле материальных пред
метов внешнего мира, но также юридические отношения и права.
Rei appellatione et causae et iura continentur (D. 50. 16. 23). —
Названием вещи охватываются также юридические отношения
и права.
150. Вещи телесные и бестелесные. Гай (2. 13. 14) так и делит
вещи на телесные (corporales), которые можно осязать (quae tangi
possunt) и бестелесные (incorporales), которые нельзя осязать (quae
tangi non possunt). В качестве примеров res incorporales Гай называет
наследство, узуфрукт (п. 221), обязательства. Следует отметить,
что в числе примеров res incorporales Гай не упоминает права собст
венности: римские юристы не различают четко право собственнос
ти на вещь и саму вещь, вследствие чего право собственности попа
дает у них в категорию corpora, телесных вещей.
В отрывке из комментария Ульпиана к преторскому эдикту в
Дигестах (5. 3. 18. 2) на вопрос, что составляет предмет иска о
наследстве, дается такой ответ: «Universas res hereditarias in hoc
iudicium venire, sive iura sive corpora sint»
1
, т.е. предмет этого иска
1
Впрочем, подлинность последних слов возбуждает сомнение: быть мо
жет, они интерполированы, см. Monier. Manuei elementaire de droil romain, I, 5
изд. 1945 г., cтp. 342, прим. 1.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]