Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Речевое проявление одаренности в кинематографе
.pdf
Глава 3
КОММУНИКАТИВНОЕ ПОВЕДЕНИЕ ОДАРЕННОЙ
ЛИЧНОСТИ
3.1. ИМПЕРАТИВЫ
Императивность является атрибутом коммуникативного по‑
ведения ОЛ. Главные герои эгоистичны, обладают незаурядными
способностями, а общество нуждается в них. В простом, бытовом
общении они используют людей в своих целях и не считают, что
их поступки могут выходить за пределы этики и морали. Все слу‑
чаи императивного поведения ОЛ фактически представлены ил‑
локутивными речевыми актами (термин, введенный Дж. Ости‑
ном). Иными словами, ОЛ использует в своей речи императив для
достижения определенной коммуникативной цели путем воздей‑
ствия на собеседника (перлокуции). Цели могут варьироваться
в зависимости от ситуации: приказ закрыть дверь, побуждение
слушать только говорящего, различного рода манипуляции адре‑
сатом, но в большинстве случаев все достигаемые коммуникатив‑
ные цели сводятся к одному – доминированию ОЛ над участниками
конкретной речевой ситуации.
С точки зрения сюжетообразования и внутренней целостности
образов героев кинофильма данная цель является очень значимой.
Использование императивов для осуществления доминации – оче‑
видный, пусть и неприятный для других героев кинофильма при‑
ем. ОЛ не может вести себя иначе, учитывая все черты, составляю‑
щие ее полный образ.
Все выявленные императивы мы разделили на три группы:
1. Прямой императив с глаголом в повелительном наклонении,
действие которого направлено на собеседника.
– What can I do for you? / Что я еще могу сделать?
L: – Speak less! / Поменьше болтай!
[Lie to me. In the Red]
Прямой императив – наиболее популярный тип императивов,
используемых ОЛ в речи. Для достижения коммуникативной цели
111
ОЛ применяет императивные языковые маркеры (глаголы в пове‑
лительном наклонении). Данное правило подходит для характе‑
ристики речи зарубежной и российской ОЛ. Стоит отметить, что
прямой императив во всех случаях является примером прямого
акта коммуникации, поскольку иллокутивные показатели имеют
однозначное прагматическое значение, то есть говорящий не под‑
разумевает совершения какого‑либо иного действия своим собе‑
седником, помимо высказанного им побуждения. Процесс декоди‑
рования информации происходит моментально:
L: – Take examination recordings. / Забери записи допроса.
– (С оскорблением.) OK. / Хорошо.
[Lie to me. Headlock]
В данном высказывании ОЛ использует прямой императив:
глагол to take стоит в повелительном наклонении. Собеседник ясно
понимает значение фразы: необходимо взять определенную папку
с бумагами и перенести ее в другое место. Основная иллокутив‑
ная цель высказывания «забери записи допроса» (take examination
recordings) – приказ совершить определенное действие. Стоит
обратить внимание на реакцию коммуниканта: он соглашается,
но оскорблен таким отношением. Перлокуцией здесь выступает
состояние эмоционального дискомфорта коммуникативного парт‑
нера, поскольку в его должностные обязанности не входит выпол‑
нение подобных приказов, но ОЛ является главой организации,
поэтому у собеседника не остается выбора. Основная цель данного
прямого императива (доминирование) достигнута.
F: – Sight-read measure 101! / Играй с листа 101 такт!
– Pa-ba, pa-ba, pa-ba, pa-ba… / Па-ба. Па-ба. Па-ба. Па-ба…
F: – What, are you in a fucking a cappella group? Play the goddamn kit! /
Ты что, твою мать, а капелла поешь? Барабань на чертовом барабане!
(Начинает играть.)
F: – Stop. Now answer my question: were you rushing or were you dragging?
Answer! / Стоп. Отвечай на вопрос: ты спешил или тянул темп? Отвечай!
[Whiplash]
ОЛ использует прямой императив: «играй» (sight‑read), «ба‑
рабань» (play) и «отвечай» (answer). Главный герой работает пре‑
подавателем в школе искусств, собеседник – новый барабанщик,
только что принятый в оркестр, ОЛ проверяет его навыки. Эмоци‑
ональное давление на собеседника максимально. Иллокутивная
цель доминации достигается за счет императивов, интонации,
а также других языковых маркеров, отрицательно воздействую‑
щих на психику собеседника: «твою мать» (fucking) и «чертовый»
112
(goddamn). Перлокуцией здесь является состояние эмоционально‑
го дискомфорта партнера, достигаемое путем унижения его досто‑
инства и абьюза.
М: – Стой, тебе говорят! Стой! Ребенка в больницу надо. (Отталкивает
мужчину от его автомобиля, садится в автомобиль.) Алена! В машину. Быстро!
Садись, я тебе сказал!
– Что ж ты делаешь?
[«Молодежка». Сезон 2, серия 11]
Главный герой использует прямой императив: «стой», «садись».
На тренировке по фигурному катанию одной из спортсменок конь‑
ком порезали ногу, карета скорой помощи еще в пути, главный ге‑
рой решает действовать самостоятельно. Он останавливает авто‑
мобиль, выталкивает водителя из кабины, садится за руль и едет
в больницу. В данном случае обстоятельства вынуждают героя ис‑
пользовать императив для достижения доминирования, в против‑
ном случае девочка может скончаться.
2. Непрямой императив, в котором глагол в повелительном
наклонении отсутствует, а требование понимается за счет контек‑
ста высказывания, представляет собой пример косвенного акта
коммуникации (термин indirect communicative act, предложенный
Дж. Серлем, характеризует речевой акт, значение которого не со‑
впадает с объективным смыслом высказывания говорящего). Для
понимания реплики адресату необходимо декодировать информа‑
цию, опираясь на свои знания и жизненный опыт. «В косвенных ре‑
чевых актах говорящий передает слушающему большее содержа‑
ние, чем то, которое он реально сообщает, и он делает это, опираясь
на общие фоновые знания, как языковые, так и неязыковые, а так‑
же на общие особенности разумного рассуждения, подразумевае‑
мые им у слушающего» [Серль 1986c: 197].
Значение императива передается адресату через языковые
инструменты, не выражающие прямого смысла повеления. Замы‑
сел говорящего реализуется через маркеры, предназначенные для
обозначения других иллокутивных целей, например через просьбу
сделать что‑либо, риторический вопрос.
SH: – Where’s the pen?! I’ve asked to bring it. / Где ручка?! Я же просил
ее подать.
[Sherlock. A Study in Pink]
Императив в данном примере не выражен грамматически.
Стандартные иллокутивные маркеры повеления также отсут‑
ствуют. Говорящий использует два глагола: один в форме про‑
шедшего времени, а второй – в начальной (инфинитив). Основ‑
113
ное значение глагола «просить» – ‘склонять к исполнению своих
желаний, молить, ублажать, убеждать исполнить что‑либо или
согласиться на что‑либо’ [Даль 2006: 501]. Соответственно, сло‑
во «просил» в нашем примере является языковым маркером, не‑
сущим цель просьбы. Задавая вопрос «где ручка?!» (where’s the
pen?!), говорящий оказывает эмоциональное давление на собе‑
седника, выражающееся интонационно и пунктуационно: вме‑
сте со знаком вопроса высказывание заканчивается эксламаци‑
ей. Императив проявляется при декодировании высказывания
с учетом всех его частей (вопросительной и предложения с глаго‑
лом в изъявительном наклонении). Иллокутивная цель просьбы
во второй части высказывания изменяется на повеление под воз‑
действием первой и в итоге связана с доминацией говорящего.
ОЛ с пренебрежением относится к своему собеседнику, осущест‑
вляя давление на его психологическое состояние и принуждая
подать ему ручку.
L: – Later, Torres. / Потом, Торрес. (Жест на выход.)
[Lie to me. Honey]
В данном примере слово «потом» (later) приобретает очевид‑
ную императивность в связке с последующим за ним неязыко‑
вым, невербальным инструментом‑жестом. Зритель понимает, что
ОЛ на самом деле приказывает своему подопечному не мешать ему,
поскольку дело, которым он занимается, представляет большую
важность. Фактически данной фразой ОЛ пытается сказать: «Я сей‑
час не могу разговаривать, зайдите чуть позже». Иллокутивная
цель данного высказывания не пересекается с доминацией, а пред‑
ставляет собой приказ.
3. Невербальный императив – высказывание, в котором основ‑
ная иллокутивная цель повеления выражена с помощью невер‑
бальных маркеров, а языковые элементы играют вспомогательную
роль, создавая соответствующий коммуникативный контекст. От‑
личается от непрямого императива, в котором замысел повеления
реализуется через языковые средства, предназначенные для обо‑
значения других прагматических целей. Данный вид императива
неотделим от бытового общения, поскольку в разговорной речи
в большинстве случаев невербальная коммуникация протекает па‑
раллельно с речевым взаимодействием.
(Играет на барабанах.)
F: – Not quite in my tempo. You’re rushing. / Это не в моем темпе. Ты торо-
пишься.
114
(Начинает снова играть на барабанах. Главный герой кидает в него стул.
Все музыканты прекращают играть. Главный герой тяжело вздыхает.)
[Whiplash]
Иллокутивным показателем является момент, когда ОЛ кида‑
ет стул в собеседника. Вербальная часть фразы создает контекст,
который позволяет правильно интерпретировать поведение ге‑
роя. Основным внеконтекстным значением действия «кинуть
стул в человека» не является повеление. Этот поступок может
быть интерпретирован как агрессивное поведение человека с це‑
лью причинить физический вред собеседнику. Однако в анали‑
зируемом примере языковая часть фразы сообщает зрителю, что
ОЛ недовольна игрой подопечного. Сначала главный герой просит
партнера играть в правильном темпе, но тот не может войти в со‑
ответствующий ритм. Терпение главного героя иссякает, и он оста‑
навливает студента таким неординарным способом. Перлокуцией
является страх собеседника и остальных персонажей, находящихся
в аудитории. Помимо очевидного приказа остановить игру на ба‑
рабане, данный поступок преследует и другую распространенную
в коммуникативном поведении ОЛ иллокутивную цель: домина‑
ция над окружающими. В качестве императива ОЛ могла бы под‑
нять руку с раскрытой ладонью или скрестить руки перед собой,
поскольку оба этих жеста означали бы приказ завершить действие,
но главный герой решил кинуть стул, чтобы ошеломить подопеч‑
ных и продемонстрировать им, к чему может привести неверно сы‑
гранная нота или другая ошибка.
ОЛ стоит у своей машины. Герой приехал за спутником и желает увезти его
с собой. Спутник выходит из дома, открывает дверь.
– Это ничего не меняет. Я ухожу.
ОЛ пожимает плечами, разворачивается и садится в машину.
– Пять минут.
Р: – Две минуты.
[«Метод». Серия 3]
Невербальным императивом в данном примере служит реак‑
ция ОЛ на слова спутника: вместо ожидаемых просьб не покидать
его и дать шанс исправиться, главный герой просто пожимает пле‑
чами, отворачивается от собеседника и открывает дверь автомо‑
биля, показывая намерение уехать. Перлокуцией служит чувство
безразличия, которое ОЛ проявляет к спутнику. Иллокутивная
цель невербального высказывания – заставить партнера сесть
в машину таким образом, чтобы не признавать своей вины в слу‑
чившемся накануне, – достигнута: поскольку у спутника имеются
115
чувства к главному герою, он сам просит его подождать, и через ка‑
кое‑то время они вместе едут в автомобиле.
– Thank you, Mr. Bondino. / Благодарю, мистер Бондино.
(Уходит.)
J: – Thank you. It was delicious. / Спасибо. (Отдает тарелку.) Было очень
вкусно.
[Mentalist. The Red Box]
Разговор происходит в департаменте полиции города. Главный
герой и его спутник находятся здесь в качестве гостей, помогаю‑
щих в расследовании преступления. Во время обсуждения деталей
дела и улик ОЛ не проронила ни слова, поедая бутерброды, пред‑
ложенные сотрудниками полиции. После выяснения детективами
всех обстоятельств спутник ОЛ решает покинуть здание полиции
и отправиться на расследование убийства. ОЛ, доедая последний
бутерброд, протягивает пустую грязную тарелку полицейскому.
Перлокутивная и иллокутивная цели данного высказывания со‑
впадают: давление на сотрудника полиции, демонстрация своего
превосходства. ОЛ не понравился собеседник, поэтому данным
унизительным жестом он имплицитно выражает свое пренебре‑
жение.
3.2. ЭТИКЕТ
Анализируя коммуникативное поведение ОЛ, нельзя не упомя‑
нуть их особое отношение к общественным манерам поведения.
Г. Е. Крейдлин в работе «Невербальная семиотика» так описывает
значимость манер: «Их знание приобретается как в опыте обще‑
ственной жизни, так и в специальном обучении, вызванном необ‑
ходимостью для человека соблюдать определенные социальные
и моральные нормы. Мы обращаем внимание на жестовое поведе‑
ние человека, прежде всего на его манеры, с первых же минут зна‑
комства с ним» [Крейдлин 2002: 72].
Рассмотренные ОЛ вербально проявляют себя эксцентрично,
с преобладанием эгоцентризма – они возвышают свое «я» и прини‑
жают собеседника. Манеры здесь следует понимать как некие «со‑
циально обусловленные ритуализированные формы поведения,
приспособленные к определенным ситуациям» [Крейдлин 2002:
71]. Данные формы накоплены поколениями и представляют со‑
бой общепринятые, закрепленные за тем или иным социумом или
116
общественной группой людей правила морали и этикета. Все ана‑
лизируемые герои демонстрируют пренебрежение хорошими ма‑
нерами. Это связано с тем, что ОЛ ценят свою свободу, а, по их мне‑
нию, манеры сковывают и отягощают творческую деятельность.
На похоронах своего отца доктор Хаус говорит речь:
H: – There’s a lot of people here today. Including some from the Corps.
And I noticed that every one of them is either my father’s rank or higher. And that
doesn’t surprise me. Because if the test of a man is how he treats those he has
power over, it was a test my father failed. This man you’re eager to pay homage
to, he was incapable of admitting any point of view but his own. / Сегодня здесь
собралось много людей и военных. Я заметил, что каждый из присутствующих
имеет такое же звание, какое было у моего отца, или выше, и это неудивительно. Если человек проверяется тем, как он обращается с подчиненными, проверку эту мой отец не выдержал. Тот, дань уважения кому вы пришли отдать,
не признавал ничьей точки зрения, кроме своей.
(Подходит к телу отца и отрезает часть уха.)
– Put it back. You can’t even let them put him in the ground without making
it serve your agenda? / Верни на место. Даже похороны своего отца нужно было
использовать в своих целях?
[House M. D. Mirror, Mirror]
Подобное поведение неприемлемо в современном обществе.
Такие ритуализированные события, как свадьба или похороны,
требуют соблюдения определенных правил, нарушение которых
ведет к общественному непониманию и порицанию.
Учитель главного героя представляет ему психолога и секретаря. Вместо
того чтобы пожать всем руки, главный герой падает в кресло, расставляет ноги
и смотрит в глаза психологу.
[Good Will Hunting]
В следующем примере мы наблюдаем отсутствие манер свет‑
ского общения, которое протекает между знакомыми во время ве‑
черинки в честь Рождества:
SH: – Everybody saying hello to each other. How wonderful! / Мы говорим
друг другу «привет». (С презрением.) Как мило!
– How is the hip? / Как Ваше бедро?
– Oh, it’s atrocious, but thanks for asking. / Ужасно, но спасибо, что спро-
сили.
– I’ve seen much worse, but then I do post-mortems. / Я видела и похуже,
во время вскрытий.
SH: – Don’t make jokes, Molly. / Не стоит шутить, Молли.
– Me and the wife, back together, sorted. / Мы с женой снова вместе. Мы все
уладили.
117
SH: – No, she’s sleeping with a PE teacher. / Нет. Она спит с учителем физ-
культуры.
– And John, I hear you’re off to your sister’s? / Джон, я слышала, Вы ездили
к сестре, это правда?
– Yeah. First time ever, she’s cleaned up her act, off the booze. / Да. Мы на-
конец-то нормально пообщались. Она бросила пить!
SH: – Nope. / Нет.
– Shut up, Sherlock! / Заткнись, Шерлок!
[Sherlock. A Scandal in Belgravia]
SH: – I’m afraid, John, I can’t congratulate you. All emotions, in particular
love, stand opposed to the pure, cold reason I hold above all things. A wedding
is, in my considered opinion, nothing short of a celebration of all that is false
and specious and irrational and sentimental in this ailing and morally compromised world. Today we honour the death watch beetle that is the doom of our
society, and in time, one feels certain, our entire species. It is in fact, that brides
tend to favour exceptionally plain bridesmaids for their big day. God’s own plan
to enhance the beauty of his creation. Or is would be, if God were nor a ludicrous
fantasy, designed for the family idiot. / Увы, Джон, я вас не поздравляю. Все
эмоции и, в частности, любовь противоположны рассудку, который я ставлю превыше всего. Свадьба, по моему личному мнению, не что иное, как
прославление лжи, лицемерия и бессмысленных сантиментов в этом больном,
аморальном мире. Сегодня мы чествуем древоточцев, губителей нашего общества, а со временем и всего нашего вида. Ни для кого не секрет, что невесты выбирают самых невзрачных подружек для свадьбы. В конце концов,
у Бога есть план, как подчеркнуть красоту своих созданий, то есть был бы,
не будь Бог абсурдной фантазией, придуманной, чтобы оправдать служебные
успехи идиотов.
[Sherlock. The Sign of Three]
Спутник пригласил главного героя на свою свадьбу. Они луч‑
шие друзья, и спутник очень рад появлению ОЛ на празднике.
По правилам проведения подобных мероприятий гости обычно го‑
ворят молодоженам приятные слова о будущей супружеской жиз‑
ни, но главный герой решил озвучить, по его мнению, достаточно
очевидные для него негативные философские мысли, «раскрыв
правду» гостям и своему другу. Такие высказывания, бесспорно, не‑
уместны в ритуализированном контексте.
– What about that dinner, you mentioned he turn up drunk? / Как прошел тот
ужин, когда он явился пьяный?
– Oh. Yeah. Well, ahem. That dinner, that was a bit later. It was a kind of funny. The flowers, you know? Like he read somewhere that if you get invited to dinner, you’re supposed to bring flowers. / А, ну да, ужин, это все позже было.
118
Он смешной такой пришел, с букетом. Как будто в книжке вычитал, что если
приглашают на ужин, нужно принести цветы.
ОЛ стоит у дома своего напарника, курит и смотрит в пол. На нем строгий
дорогой костюм, который обычно надевают для официальных встреч, в руках
он держит букет цветов, при этом герой пьян. Шатаясь, он говорит своему напарнику, что извиняется за свой вид, но по-другому не мог.
[True Detective. The Long Bright Dark]
3.3. УНИКАЛЬНЫЕ РЕЧЕВЫЕ ПРОЯВЛЕНИЯ ОДАРЕННОСТИ
3.3.1. ОЗАРЕНИЕ
Одной из уникальных психологических характеристик ОЛ
можно считать способность к озарению – внезапному прояснению
разу ма или открытию истины. Вербально озарение проявляется
быстрыми повторами тематического слова и всегда ярко выраже‑
но невербально:
– Why do you keep saying suitcase? / Почему Вы постоянно говорите про
чемодан?
SH: – Yes, where is it? She must have had a phone or an organizer. She was
dragging a wheeled suitcase behind her with her right hand. Where is it, what have
you done with it? / Да, где он? У нее должен был быть телефон или органайзер.
Правой рукой она везла чемодан на колесах. Где он? Куда Вы его дели?
– There wasn’t a case. / Не было никакого чемодана.
После этих слов взгляд главного героя резко устремляется на собеседника,
рот полуоткрыт, дыхание становится отрывистым. Герой напряжен. Он понял
решение загадки и продолжает:
SH: – Say that again. / Повторите это снова.
– There wasn’t a case. / Не было никакого чемодана.
SH: – Suitcase! Did anyone find a suitcase? Was there a suitcase in this
house? / Чемодан! Кто-нибудь видел здесь чемодан? В этом доме был чемодан?
Герой начинает метаться по пустой комнате и искать чемодан, выбегает
на лестничную площадку и кричит на весь дом:
SH: – Suitcase! / Чемодан!
[Sherlock. A Study in Pink]
– Uh, yeah, you’re right, flight 007. / Хм. Да. Вы правы. Рейс 007.
SH: – What did you say? / Что Вы сказали?
Взгляд устремлен на собеседника. ОЛ задерживает дыхание.
119
– You’re right. / Вы правы.
SH: – No, no, no. After that what did you say after that? 007. Flight 007 007
007 007 007. Something 007 007 007 007. What? / Нет, нет, нет. После этого
что Вы сказали? (Герой нетерпелив и раздражен, он близок к эмоциональному
взрыву.) 007. Рейс 007 007 007 007 007. Должно быть что-то 007 007 007
007. Но что?
Герой повторяет данное тематическое слово снова и снова, пытаясь вспом-
нить, где он его слышал, и сопоставить факты, чтобы решить головоломку.
[Sherlock. A Scandal in Belgravia]
Ф: – Антонов никогда бы не купил себе такой дешевый арбалет. Арбалет –
это статус, такой же, как марка автомобиля, марка часов, внешность жены,
порода собаки. Арбалет был куплен восемь месяцев назад, а те части, где касалась его ладонь, отполированы до блеска, и, судя по износу части, из него
произвели несколько тысяч выстрелов.
– Он мог его кому-то подарить.
Ф: – Кому-то подарить, подарить тому, кто не выпускал бы его из рук
ни день, ни ночь, например сыну.
– Нет, у него не было детей.
Ф: – У него не было детей, у него не было детей, у него не было детей. (Ге-
рой ходит по кругу в такт произносимым словам, мимика выражает боль. Произнося слово «детей», герой постоянно нагибается. Он раздражен, предельно
сконцентрирован.)
[«Метод Фрейда». Серия 6]
У ОЛ озарение может проявляться либо невербально, либо с от‑
сроченной вербализацией. В данном случае герой показан в самом
процессе открытия чего‑либо или же в процессе непосредственно‑
го творчества. Процесс озарения при этом более длителен.
В кинофильме «Восьмая миля» (8 Mile) есть фрагмент, когда
главный герой, еще никому не известный, но талантливый музы‑
кант Маршалл Мэтерс, находясь в общественном транспорте, со‑
чиняет новую песню. Зритель при этом «помещается» авторами
в сознание главного героя: он слышит музыку и некоторые стро‑
ки, которые герой придумывает хаотично, в такт музыкальному
биту. ОЛ при этом нервно бьет ручкой по листку бумаги и посто‑
янно смотрит в окно, нашептывая себе под нос неразборчивые
слова.
Другим примером невербального озарения является повторя‑
ющаяся, лейтмотивная сцена из сериала House M. D. Гениальный
врач, Грегори Хаус, пытаясь поставить правильный диагноз, часто
удаляется в кабинет, садится на пол или в кресло напротив стены
и бросает в нее теннисный мяч. Сюжет имеет достаточную продол‑
120
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]