Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Правовые основы общего энергетического рынка. Учебное пособие
.pdf
2.2. Создание единого энергетического рынка ЕС. Договор к Энергетической хартии
партнеров (прежде всего, к энергетическим ресурсам), то последние
настаивали на взаимности. При этом особое значение придавалось доступу к западным технологиям и капиталу. Конфликт интересов внутри
стран-импортеров был сфокусирован на степени либерализации доступа
на рынки: США настаивали на максимальной либерализации, а страны
Европы были готовы согласиться на минимальный стандарт с возможностью его последующего усиления в рамках дополнительного договора.
Этот конфликт внутри стран-импортеров подогревался расхождениями
между отдельными странами в рамках параллельных переговоров по ВТО.
Кульминацией противоречий стал озвученный на церемонии подписания отказ США подписывать ДЭХ.
ДЭХ стал плодом сложного компромисса, достигнутого под большим
политическим давлением в относительно короткий срок, что нашло отражение в его формулировках, многие из которых носят двусмысленный, противоречивый, а иногда недостаточно сбалансированный характер. Основным предметом критики были несбалансированный характер
ДЭХ и неэффективность его транзитных положений. Последнее сообра
жение было ключевым при принятии решения о прекращении временного применения ДЭХ.
ДЭХ — первый многосторонний международный договор, специально посвященный сотрудничеству в сфере энергетики, и одновременно
первый многосторонний инвестиционный договор.
Субъектный состав ДЭХ неоднороден. Членами ДЭХ являются как
государства, так и международные организации. Смешанный характер
договора усиливает позиции участвующих в нем государств, которые одновременно входят в состав Европейских сообществ — они выступают
«единым фронтом» при принятии решений о применении и развитии
ДЭХ. Во-вторых, ДЭХ включает как стран-импортеров, так и стран —
экспортеров энергии с подавляющим преимуществом первых.
Структура ДЭХ — сложная. Помимо основного текста он включает
четырнадцать приложений и пять решений, составляющих его неотъемлемые части. Кроме того, существуют три группы вспомогательных
норм: декларации, протоколы и понимания. Протоколы — юридически обязательные соглашения, а декларации — лишенные юридической
силы документы, которые могут быть заключены между двумя или более сторонами ДЭХ для развития или уточнения его положений. Статус
пониманий не определен, по сути, они представляют разъяснение конкретных норм ДЭХ. Одновременно с заключением ДЭХ были приняты
-
81
Глава 2. Региональное международно-правовое регулирование в сфере энергетики
многочисленные декларации и понимания по его отдельным положениям и заключен Протокол к Энергетической хартии по вопросам энергетической эффективности и соответствующим экологическим вопросам.
Юридическая сила норм ДЭХ разнородна. ДЭХ включает как нормы, носящие характер жестких обязательств, так и нормы-стремления,
составляющие «мягкое право». При этом нормы ДЭХ защищены механизмом обязательного арбитражного разрешения споров (ст. 27 ДЭХ) между сторонами (за рядом исключений: статьи 5, 6, 19 и 29 не защищены
арбитражной оговоркой, установленной статьей 27 ДЭХ), что придает
даже нормам-стремлениям определенную юридическую силу. Некоторые
отношения параллельно регулируются жесткими и мягкими нормами
без определения их иерархической соподчиненности. Инвестиционные
нормы ДЭХ имеют «двойной уровень защиты», т. к. на них распространяется также механизм арбитражного разрешения споров между инвесторами и принимающими сторонами (ст. 26 ДЭХ).
Вопрос о том, наделен ли ДЭХ прямым действием, т. е. подлежит ли
он применению национальными судами сторон, является дискуссионным, но арбитражная оговорка позволяет разрешать вытекающие из ДЭХ
«горизонтальные» (межгосударственные) и «диагональные» (инвестиционные) споры в нейтральных международных органах, решения которых
стороны ДЭХ обязаны признавать и исполнять на своих территориях.
Эволюция ДЭХ (так называемый «хартийный процесс») ДЭХ не является статичным договором. Он эволюционирует как в плане изменения
своего субъектного состава, так и в отношении содержания. Последнее
осуществляется посредством внесения в ДЭХ изменений (например, Торговая поправка 1998 г., вступившая в силу в январе 2010 г. и распространившая действие торговых положений ДЭХ на торговлю энергетическим
оборудованием) и разработки дополнительных инструментов, которые
либо предусмотрены самим ДЭХ, либо санкционированы Конференцией.
Заявленной целью ДЭХ является установление правовых рамок для
«оказания содействия долгосрочному сотрудничеству в области энергетики на основе взаимодополняемости и взаимной выгоды, в соответствии
с целями и принципами Хартии» (ст. 2 ДЭХ). Таким образом, при толковании положений ДЭХ во внимание должно приниматься не только буквальное значение его формулировок, но также цели и принципы
Европейской энергетической хартии. По содержанию ДЭХ охватывает
широкий комплекс отношений в сфере энергетики. Нормы ДЭХ можно
условно разделить на: торговые, инвестиционные и транзитные.
82
2.2. Создание единого энергетического рынка ЕС. Договор к Энергетической хартии
Торговые нормы ДЭХ1. В области торговли ДЭХ базируется в целом
на правилах Генерального соглашения о тарифах и торговле (ГАТТ) и связанных с ним документов.
Статья 29 ДЭХ подчиняет правилам ГАТТ торговлю энергией между
сторонами, по меньшей мере одна из которых не является стороной ГАТТ.
То есть стороны ДЭХ, не входящие в ВТО, следуют в торговле энергией правилам этой организации еще до вступления в нее (с изъятиями,
сформулированными в приложении G). Отношения между участвующими в ДЭХ членами ВТО регулируются исключительно нормами ГАТТ
и связанных с ним документов (ст. 4).
Вступившая в силу в январе 2010 г. Торговая поправка 1998 г. распространила действие торговых положений ДЭХ на торговлю энергетическим оборудованием.
Инвестиционные нормы (ч. III ДЭХ) — основное содержание и смысл
ДЭХ. Они преследуют двоякую цель: регулирование доступа на рынки
и защиту инвестиций. Эти нормы распространяются на отношения между
принимающими сторонами ДЭХ и инвесторами из других сторон ДЭХ
в связи с осуществлением капиталовложений на территориях первых.
К инвестиционным нормам ДЭХ относится защитная оговорка. Общей для предынвестиционной и постинвестиционной стадий является
защитная оговорка (umbrella clause), предусмотренная п. 1 ст. 10 ДЭХ:
«каждая Договаривающаяся сторона соблюдает все обязательства, ко
торые она приняла в отношении инвестора или инвестиции инвестора
любой другой Договаривающейся стороны». Защитная оговорка сформулирована крайне широко: охватывает обязательства, принятые как
перед инвестором, так и перед инвестицией по любым основаниям (как
по договору, так и по закону).
Нарушение стороной принятого перед инвестором или инвестицией обязательства, во-первых, дает инвестору право на обращение в международный арбитраж (ст. 26 ДЭХ), во-вторых, означает несоблюдение ДЭХ и влечет международно-правовую ответственность (ст. 27
ДЭХ). Тем самым защитная оговорка помещает обязательства сторон
перед иностранными инвесторами под «зонтик» международно-правовых средств защиты.
Предынвестиционный режим: (1) Стороны обязуются поощрять и со-
здавать «стабильные, равноправные, благоприятные и гласные условия»
иностранным инвесторам для осуществления инвестиций (п. 1 ст. 10
1
Гудков И. В., Лахно П. Г. Указ. соч. С. 29–42.
-
83
Глава 2. Региональное международно-правовое регулирование в сфере энергетики
ДЭХ); (2) Стороны «стремятся» предоставить иностранным инвесторам национальный режим или режим наибольшего благоприятствования в зависимости от того, какой из них более благоприятен (п. 2 ст. 10
ДЭХ); (3) Стороны заключат Дополнительный инвестиционный договор,
распространяющий жесткое обязательство по предоставлению недискриминационного режима на предынвестиционную стадию и внедряющий меры по демонополизации и приватизации ТЭК (п. 4 ст. 10 ДЭХ).
Переговоры по Дополнительному инвестиционному договору начались
в 1996 г. и были приостановлены в 2002 г. в ожидании прогресса по выработке международного инвестиционного соглашения в рамках ВТО;
(4) До заключения Дополнительного инвестиционного договора стороны «стремятся» не вводить новые ограничения доступа иностранных
инвесторов и устранять существующие ограничения (п. 5 ст. 10 ДЭХ);
(5) Стороны обязуются «содействовать доступу к энергетическим ресурсам», в том числе путем «недискриминационного распределения…
разрешений, лицензий, концессий и контрактов на поиск и разведку
энергетических ресурсов или на их эксплуатацию и добычу» (п. 4 ст. 18
ДЭХ). Хотя данное обязательство не включено в инвестиционный раздел, по сути, оно регулирует вопросы доступа иностранных инвесторов
к наиболее важному и политически чувствительному сектору ТЭК — сектору недропользования («upstream»).
Постинвестиционный режим: (1) Стороны обязуются предоставлять
инвестициям «справедливый и одинаковый режим» (п. 1 ст. 10 ДЭХ);
(2) Стороны обязуются обеспечить инвестициям «максимальную защиту и безопасность» и не препятствовать посредством неоправданных или
дискриминационных мер управлению, пользованию, владению или распоряжению ими (п. 1 ст. 10 ДЭХ); (3) Стороны обязуются предоставить
инвестициям национальный режим или режим наибольшего благоприятствования в зависимости от того, какой из них более благоприятен (п. 7
ст. 10 ДЭХ); (4) Стороны обязуются добросовестно рассматривать просьбы о въезде и временном пребывании ключевого персонала, необходимого для управления инвестициями, вне зависимости от гражданства такого
персонала и разрешать нанимать такой персонал (ст. 11 ДЭХ); (5) Стороны
обязуются возмещать на основе национального режима или режима наибольшего благоприятствования ущерб, нанесенный инвестиции во время
войны, гражданских беспорядков или аналогичных событий (ст. 12.1 ДЭХ);
(6) Стороны обязуются возмещать на основе формулы «быстрой, достаточной и эффективной компенсации» ущерб, нанесенный инвестиции
84
2.2. Создание единого энергетического рынка ЕС. Договор к Энергетической хартии
в случае реквизиции, национализации, экспроприации или аналогичных
мер (ст. 12.2 и 13 ДЭХ); (7) Стороны обязуются обеспечить свободу перевода платежей, связанных с инвестициями, включая доход от инвестиций,
без задержек в свободно конвертируемой валюте (ст. 14 ДЭХ); (8) Принимающие стороны признают право на суброгацию требований к ним (ст. 15
ДЭХ); (9) Арбитражная оговорка (ст. 26 ДЭХ).
Ключевыми элементами защиты инвестиций являются ст. 13, устанавливающая условия экспроприации, и ст. 26, фиксирующая арбитражную оговорку.
Статья 13 ДЭХ признает экспроприацию (и меры, имеющие аналогичный эффект) законной лишь при совокупном выполнении четырех
условий: цель — государственные интересы, отсутствие дискриминации, соблюдение надлежащих правовых процедур, выплата «быстрой,
достаточной и эффективной» компенсации (формула Халла). Достаточной считается компенсация, соответствующая справедливой рыночной
стоимости экспроприированной инвестиции, без учета удешевления,
вызванного известием о предстоящей экспроприации. Оценка производится по просьбе инвестора в свободно конвертируемой валюте и должна
включать выплату процентов с даты экспроприации по дату выплаты.
Статья 26 ДЭХ впервые в многостороннем формате зафиксировала
арбитражную оговорку в отношении инвестиционных споров. На основа-
нии данной оговорки на настоящий момент возбуждено свыше 20 дел
против принимающих сторон.
Особенности оговорки.
A. Предмет спора (ст. 26 (1)): нарушение принимающей стороной ДЭХ
обязательств по части III ДЭХ в отношении инвестиций, осуществленных
инвесторами из других сторон ДЭХ. То есть спор касается только постинвестиционной стадии (когда инвестиции уже осуществлены), и возбудить
его может инвестор против принимающей стороны, но не наоборот.
B. Процедура предварительного мирного урегулирования спора (ст. 26
(2)): спор может быть передан в арбитраж, только если его не удалось
урегулировать дружественным способом в течение трех месяцев с даты
возникновения.
C. Альтернативные юрисдикции (ст. 26 (2)): по истечении периода
мирного урегулирования инвестор вправе по своему выбору передать
спор или в международный арбитраж, или в национальные суды принимающей стороны, или в иной орган, предусмотренный предварительно
согласованной процедурой разрешения спора.
85
Глава 2. Региональное международно-правовое регулирование в сфере энергетики
D. Альтернативные арбитражи (ст. 26 (4)): если инвестор решает передать спор в международный арбитраж, то он вправе выбрать одну из трех
инстанций: Международный центр по урегулированию инвестиционных
споров (ICSID) на основании Вашингтонской конвенции 1965 г., единоличный арбитр или арбитраж ad hoc на основании Арбитражного регламента
ЮНСИТРАЛ или Арбитражный институт Международной торговой палаты в Стокгольме. Преимущество ICSID состоит в том, что порядок признания и исполнения его решений более строгий, чем общий порядок, предусмотренный Нью-Йоркской конвенцией 1958 г. о признании и приведении
в исполнение решений иностранных арбитражей (не допускает отказа
в признании и исполнении на основании нарушения публичного порядка).
Е. Применимое право (ст. 26 (6)): при разрешении спора арбитраж
руководствуется исключительно ДЭХ и иными источниками международного права (без применения норм внутреннего права).
F. Арбитражные решения являются окончательными и обязательными
для спорящих сторон и подлежат эффективному исполнению (ст. 26 (8)).
Проблемы, связанные с инвестиционными нормами ДЭХ.
Во-первых, идеология открытия энергетических рынков в форме
устранения ограничений доступа иностранных инвесторов не отвечает
современному положению вещей. Большинство стран поддерживают
существующие и вводят новые ограничения доступа иностранных инвесторов в сфере ТЭК1, т. е. фактически не соблюдают предынвестиционные нормы ДЭХ. Также на фоне возрастающего влияния государств
и консолидации активов в сфере ТЭК не актуальна и идея приватизации
и демонополизации ТЭК, которую ДЭХ планирует отразить в Дополнительном инвестиционном договоре.
Во-вторых, беспрецедентное для международного права обязательство
содействовать недискриминационному доступу к энергетическим ресурсам, включенное в статью, озаглавленную «Суверенитет над энергетиче
скими ресурсами», по сути, выхолащивает общепризнанный принцип
суверенитета над природными ресурсами. Оно лишает стороны одного
из важнейших элементов этого принципа — права по своему усмотрению
вводить изъятия из недискриминационного режима для иностранных
1
См.: Василевская Д. В. Правовое регулирование отношений недропользования
в Российской Федерации и зарубежных странах: теория и практика. М., 2010; Гаса-
нова С., Дораев М., Кряжевских К. Ограничения иностранных инвестиций в стратегические отрасли: опыт Казахстана и регулирование // Вестник Санкт-Петербургского
университета. Право. Серия 14. 2011; Сулейменов М. К. Правовые вопросы недрополь-
зования: dura lex, sed lex // Нефть, газ и право Казахстана. 2010. № 3.
-
86
2.2. Создание единого энергетического рынка ЕС. Договор к Энергетической хартии
инвесторов (ст. I (2) Резолюции ГА ООН N 1803 от 14 декабря 1962 г.
«Неотъемлемый суверенитет над естественными ресурсами»). Сторонам
запрещено регулировать систему собственности на ресурсы таким образом, чтобы создавались препятствия для недискриминационного доступа к ним (п. 2 ст. 18 ДЭХ). Кроме того, это обязательство, сформулированное жестче, чем общие предынвестиционные нормы, делает доступ
к сектору «upstream» более либеральным, чем доступ в другие сегменты
ТЭК, что создает проблему асимметричного регулирования. По сравнению с обязательством содействовать доступу к ресурсам обязательства
по доступу к технологиям (ст. 8) и капиталу (ст. 9) сформулированы гораздо мягче. Это создает проблему несбалансированности договора.
В-третьих, некоторые инвестиционные нормы ДЭХ вступают в противоречие друг с другом, а отсутствие четкости в определении их иерархии
не позволяет достоверно установить, как следует регулировать соответствующие отношения. Например, жесткая предынвестиционная норма п. 1
ст. 10 ДЭХ (обязательство предоставить инвесторам «равноправные» условия) по своему характеру не соответствует мягкой предынвестиционной
норме п. 2 ст. 10 ДЭХ (стремление предоставить недискриминационный
режим). Установленный защитной оговоркой (п. 1 ст. 10) безусловный запрет на нарушение стороной ДЭХ инвестиционных соглашений не соответствует ст. 13, которая позволяет совершать такие нарушения (имеющие
эффект экспроприации) при соблюдении определенных условий.
Транзитные нормы ДЭХ. ДЭХ — первый многосторонний международный договор, установивший правила сетевого транзита энергии. Существовавшие на момент заключения ДЭХ многосторонние соглашения
по транзиту товаров не отражали специфику сетевого транзита, имеющего ключевое значение в энергической сфере.
В частности, Барселонская конвенция и Статут о свободе транзита
1921 г. и Нью-Йоркская конвенция о транзитной торговле внутриконтинентальных государств 1965 г. регулируют лишь транзит железнодорож
ными и водными путями. Последняя допускает возможность применения
к сетевой транспортировке лишь в том случае, если государства специально отдельно договорятся об этом. Данные Конвенции действуют для
ограниченного числа государств, что не позволяет рассматривать их как
имеющие всеобщее признание.
ГАТТ 1947 г. (и ГАТТ 1994 г.) охватывает большое число государств.
Включенная в него транзитная статья V формально не исключает
из своей сферы сетевую транспортировку, но фактически государства
-
87
Глава 2. Региональное международно-правовое регулирование в сфере энергетики
не распространяют ее на данный вид транспортировки, и ряд государств
(в том числе Россия) оспаривают возможность распространения данной
статьи на сетевой транзит энергии.
Конвенция ООН по морскому праву 1982 г. устанавливает ряд важных правил, касающихся прокладки трубопроводов и кабелей в морских
пространствах, но предметный и территориальный охват данных правил
ограничен.
Посвященная транзиту ст. 7 ДЭХ содержит следующие основные правила.
1. Определение транзита (п. 10 ст. 7). ДЭХ понимает под транзитом две ситуации.
Основная (когда задействованы три государства): перемещение энергии через территорию стороны ДЭХ, если либо страна происхождения, либо страна назначения энергии
также является стороной ДЭХ. Нет необходимости, чтобы все три государства, вовлеченные в «транзитную цепочку», были участниками ДЭХ. Факультативная (когда задействованы два государства): перемещение через территорию стороны ДЭХ энергии, происходящей из и предназначенной для другой стороны ДЭХ1 (например, транзит через
участок казахской территории газа, происходящего из одного и предназначенного для
другого региона России). При этом ДЭХ включает в определение территории также морские пространства, в отношении которых сторона не имеет суверенитета, но осуществляет предусмотренные международным правом суверенные права и юрисдикцию (п. 10
ст. 1 ДЭХ). Таким образом, в отношении транзита через морские пространства действует параллельное регулирование ДЭХ и Конвенции ООН по морскому праву 1982 года.
2. Способы транзита: хотя акцент сделан на регулировании сетевой транспортировки энергии (через сооружения для транспортировки энергии — стационарные сетевые
объекты), общие транзитные положения ДЭХ охватывают и иные способы транзитной
транспортировки энергии (в том числе железнодорожными, автомобильными и водными видами транспорта).
3. Принцип свободы транзита: стороны обязаны содействовать транзиту энергии
в соответствии с принципом свободы транзита (п. 1 ст. 7). Четкого определения данного принципа не дано, но зафиксировано понимание, из которого следует, что данный
принцип не влечет безусловное право доступа к сооружениям для транспортировки
энергии (Понимание 1 (b) (i)).
4. Принцип недискриминации: условия транзита не должны отличаться в зависимости
от страны происхождения, страны назначения и владельца энергии (п. 1 ст. 7), а условия
сетевого транзита должны быть основаны на национальном режиме (п. 3 ст. 7).
1
Гудаков И. В., Лахно П. Г. Правовое регулирование международных энергетических отношений: состояние и перспективы развития URL: https://wiselawyer.
ru/poleznoe/54605-pravovoe-regulirovanie-mezhdunarodnykh-ehnergeticheskikhotnoshenij-sostoyanie-perspektivy.
88
2.2. Создание единого энергетического рынка ЕС. Договор к Энергетической хартии
5. Принцип разумности: транзит должен осуществляться без чрезмерных задержек,
ограничений или сборов (п. 1 ст. 7).
6. Правила строительства новых систем для транспортировки энергии: A. Стороны
не должны препятствовать созданию новых транзитных мощностей (п. 4 ст. 7); B. Если
сторона стремится предотвратить строительство новых транзитных мощностей или
не разрешает дополнительное использование для целей транзита существующих мощностей, то она должна доказать другим заинтересованным сторонам, что такое строительство или дополнительное использование создает угрозу надежности или эффективности ее энергетических систем (п. 5 ст. 7).
7. Обязательство обеспечить сложившиеся транзитные потоки энергии, в том чис
ле запрет прерывать или сокращать транзит при возникновении спора, связанного
с транзитом, до завершения процедуры разрешения споров, предусмотренной п. 7
ст. 7 ДЭХ (за исключением случаев, когда право на прерывание/сокращение транзита предусмотрено в соглашении, регулирующем транзит, или санкционировано решением мирового посредника) (п. 5, 6 ст. 7).
8. Процедура разрешения транзитных споров (подлежит применению только «после
исчерпания всех договорных или иных средств разрешения спора», предварительно согласованных спорящими сторонами). Процедура, которую можно охарактеризовать как
«принудительное примирение»
2
, состоит из следующих стадий: A. Сторона ДЭХ, являющаяся стороной в споре, уведомляет о споре Генерального секретаря Энергетической
хартии; B. В течение 30 дней после получения такого уведомления Генеральный секретарь назначает мирового посредника; C. Мировой посредник добивается соглашения
спорящих сторон о разрешении спора либо о процедуре, позволяющей достичь разрешения. Если в течение 90 дней после его назначения ему не удастся добиться такого соглашения, он выносит рекомендацию относительно разрешения спора или процедуры,
позволяющей достичь разрешения, и принимает решение о временных тарифах и иных
условиях, которые должны соблюдаться в отношении транзита с даты, которую он указывает, до разрешения спора; D. Стороны ДЭХ обязаны соблюдать (обеспечивать, чтобы
субъекты, находящиеся под их юрисдикцией, соблюдали) решение мирового посредника
о временных тарифах и других условиях транзита в течение 12 месяцев после этого решения либо до разрешения спора, в зависимости от того, какая из этих дат наступит раньше.
Проблемы, связанные с транзитными нормами ДЭХ.
Во-первых, предусмотренный п. 7 ст. 7 ДЭХ механизм разрешения
транзитных споров ни разу не применялся на практике (хотя были серьезные транзитные споры) и является скорее виртуальным, чем реальным инструментом преодоления разногласий по следующим причинам.
Этот механизм может быть задействован лишь «по остаточному принципу»: после исчерпания «договорных или иных средств разрешения
-
89
Глава 2. Региональное международно-правовое регулирование в сфере энергетики
спора, предварительно согласованных спорящими сторонами. То есть
в экстренной ситуации с прерыванием транзита энергии ДЭХ не поможет: необходимо будет дожидаться окончания процедуры разрешения
споров, предусмотренной договором о транзите, что может занимать годы.
Если транзитный спор уже разрешен в рамках процедуры, предусмотренной договором о транзите, сомнительна возможность его последующего рассмотрения в рамках механизма ДЭХ. Принцип «res judicata»
препятствует повторному разрешению спора между теми же лицами,
по тому же предмету и основанию.
Важнейшие элементы механизма разрешения транзитных споров ДЭХ
сформулированы нечетко. Неясно, например, распространяется ли механизм только на споры, одной из сторон которых является Договаривающаяся сторона ДЭХ, или также на споры между субъектами Договаривающихся сторон.
Во-вторых, зафиксированное в п. 3 ст. 7 ДЭХ обязательство по применению национального режима к сетевому транзиту энергии (требующее
применять к транзиту энергии тарифы, эквивалентные тарифам на ее
внутреннюю транспортировку) не соблюдается на практике. Согласно
опубликованному Секретариатом Энергетической хартии в январе 2006 г.
исследованию как Россия, так и важнейшие транзитные стороны ДЭХ
(Австрия, Бельгия, Германия, Польша, Словакия) применяют более высокие тарифы на транзитную, чем на внутреннюю транспортировку1. Целесообразность дифференциации тарифов на внутреннюю и транзитную
транспортировку энергии вызвана различными экономическими условиями данных видов перемещения энергии.
Российская инициатива по проекту Конвенции по обеспечению международной энергетической безопасности. Объявляя российскую инициати-
ву, Президент РФ подчеркнул, что эти предложения стали осмыслением
«уроков транзитного кризиса», который разразился в январе между РФ
и Украиной и на несколько дней оставил потребителей в странах Восточной
Европы без российского газа. Россия подготовила предложение базового
документа, который определяет вопросы международного сотрудничества
в сфере энергетики, включая и предложения по транзитному соглашению.
Опубликованные Россией 21 апреля 2009 г. предложения в документе под названием «Концептуальный подход к новой правовой базе
1
Тарифы за транзит газа в отдельных странах Договора к Энергетической хартии.
Январь 2006 г. / Секретариат Энергетической хартии. С. 10. URL: https://energycharter.
org/fileadmin/DocumentsMedia/Thematic/Gas_Transit_Tariffs_2006_ru.pdf.
90
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]