Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Право быть выслушанным в цифровую эпоху международный гражданский процесс на пороге перемен
.pdf
Глава II. Право быть выслушанным как международно признанный принцип
правопорядке. При этом более глубокая доктринальная проработка
отдельных элементов ст. 6 Европейской конвенции по правам человека в практике ЕСПЧ (стадия исполнения как составляющая часть
судебного разбирательства1, отказ суда в удовлетворении ходатайства о вызове свидетеля, показания которого могли иметь решающее
значение для дела2) использовалась российскими судами чаще, чем
не разработанная наукой и конституционной практикой доктрина
права на судебную защиту, гарантированного ст. 46 Конституции РФ.
В то же время по необъяснимым причинам отдельные случаи, когда
ЕСПЧ прямо констатировал, что Россия нарушила ст. 6 Конвенции,
т. е. нарушила право быть выслушанным (российские суды отказывали
заявителю в личном участии в судебных заседаниях по гражданскому
делу)3, не принимались российскими судами в принципе. Суды отказывали в удовлетворении заявления истца о пересмотре дела по вновь
открывшимся обстоятельствам ввиду признания ЕСПЧ нарушений
норм Конвенции (истец хотел только возобновления производства
по делу с его личным участием), ссылаясь на то, что нарушение процессуального права на личное участие в судебном заседании при рассмотрении иска не повлияло бы на правильность разрешения дела
заявителя, а процессуальное нарушение не ставило под сомнение результаты рассмотрения дела4. Такой официальный способ не включать
толкование ЕСПЧ в практику российских судов, по сути, не позволил
инкорпорировать выработанное Европейским Судом понимание права
быть выслушанным в отечественный правопорядок даже в делах, вынесенных против РФ, в тот период, когда РФ еще была участницей
Конвенции.
Немецкий правопорядок
Закрепление права быть выслушанным в Основном законе Германии
не означает, что каждое нарушение этого права автоматически позволяет
подать конституционную жалобу. Как уже упоминалось, каждый, чье
1
См.: Определение Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 13 декабря
2019 г. № 88-868/2019.
2
См.: Апелляционное определение Московского городского суда от 12 августа
2019 г. по делу № 33-29891/2019.
3
См.: постановление ЕСПЧ от 20 марта 2018 г. «Игранов и другие против России»
(Igranov and Others v. Russia).
4
См.: Апелляционное определение Московского городского суда от 18 ноября
2019 г. № 33-51244.
51
К.Л. Брановицкий. Право быть выслушанным в цифровую эпоху
право на правовую защиту было нарушено, может непосредственно
ссылаться на это основное право; но первоочередное следствие нарушения права быть выслушанным заключается в том, что суд не может
основывать свое решение на аспекте, по которому сторонам не было
предоставлено возможности высказаться. Суд вправе учитывать в своем
решении только те обстоятельства, по которым участникам процесса
было предоставлено право быть услышанными1.
Нарушение такого конституционного права может быть обжаловано
с использованием обычных правовых средств, поскольку (повторим)
положения ГПУ Германии, хотя и являются нормами обычного права,
в определенной степени конкретизируют конституционные положения.
В компетенции законодателя определять, будет ли предоставляться
возможность высказаться устно или письменно, напрямую или через
представителя. В связи с этим процессуальные нарушения следует обжаловать с использованием предусмотренных законом правовых средств.
Это касается как нарушений обычного права, которые одновременно
являются нарушениями конституционного права, так и ситуаций, когда
из-за отсутствия достаточного регулирования в обычном праве пострадавший ссылается непосредственно на конституционное право.
Нарушения права быть выслушанным могут быть обжалованы
с применением правовых средств против судебного решения. Если
обычные правовые средства отсутствуют или исчерпаны, предусмотрено специальное (чрезвычайное) средство защиты – жалоба на нарушение права на защиту (§ 321a ГПУ Германии). С помощью этой
жалобы суд, вынесший решение, может самостоятельно проверить его
на наличие возможных нарушений права на защиту и при необходимости скорректировать его2.
Кроме того, нарушения права на защиту могут быть предметом
конституционной жалобы (абз. 1 п. 4a ст. 93 Основного закона; п. 8a
§ 13, § 90 Федерального закона о Конституционном суде). Однако
подать конституционную жалобу можно, только если исчерпаны все
закрепленных законом правовых средств (§ 90 Федерального закона
о Конституционном суде). В каждом из указанных случаев это может
привести к частичной или полной корректировке судебного решения
либо как минимум к восстановлению нарушенного права на защиту.
1
См.: BVerfG NJW 2019, 1433.
2
См.: BVerfG Beschl. v. 18.2.2020 – 1 BvR 1750/19; Kettinger A. Geschäftsverteilung und
wirksamer Rechtschutz im Rahmen des § 321a ZPO // Juristische Rundschau. 2006. Heft 11.
S. 443–447.
ГЛАВА III
ПРАВО БЫТЬ ВЫСЛУШАННЫМ
В ЦИФРОВУЮ ЭПОХУ
§ 1. Цифровизация правосудия как глобальный тренд
Германия
В Германии отправка процессуальных документов в электронном
виде прямо разрешена (§ 130a, 130b ГПУ Германии). Также допускается проведение видеозаседаний в соответствии с § 128a ГПУ Германии1. Помимо этого, во всех судах может быть внедрено электронное
делопроизводство (§ 298a, 299, 299a ГПУ Германии), а документы
с электронной подписью обладают повышенной доказательной силой
(§ 371a ГПУ Германии).
Решающий шаг к цифровизации судебной системы был сделан
в 2013 г. – с принятием Закона о введении электронного правосудия
(EJustizG)2. Закон предусматривал поэтапный переход к полностью
цифровому процессу без бумажного документооборота и регулировал электронную коммуникацию, электронное делопроизводство
и электронное архивирование. С 1 января 2018 г. для адвокатов стало
обязательным использование специального электронного адвокатского
почтового ящика (beA)3. С 1 января 2022 г. в соответствии с § 130d ГПУ
адвокаты обязаны подавать процессуальные документы в электронном
формате4.
В 2017 г. был принят Закон о введении электронного делопроизводства в судебной системе и дальнейшем развитии электронного
1
См.: Greger R. Möglichkeiten und Grenzen der Videokommunikation im zivil-, fami-
lien- und arbeitsgerichtlichen Verfahren // Monatsschrift für Deutsches Recht. 2020. № 74.
S. 957–962.
2
См.: BGBl.II. S. 3786.
3
См.: BGBl. I. S. 1121.
4
См.: Günther T. Haftungsfallen rund ums beA // NJW. 2020. S. 1786.
53
К.Л. Брановицкий. Право быть выслушанным в цифровую эпоху
правового взаимодействия. С 1 января 2026 г. процессуальные дела
должны будут вестись исключительно в электронном виде (абз. 1a
§ 298a ГПУ).
В настоящее время обсуждаются дальнейшие шаги по усилению
цифровизации гражданского процесса1. Среди предложений: введение
онлайн-процедур, создание цифрового базового документа для систематизации материалов дела и его использования в качестве основы для
судебных решений, проведение цифровых заседаний за пределами суда
и даже обеспечение цифровой публичности процесса. Особенно актуальными эти обсуждения стали в условиях ускоренной цифровизации
гражданского процесса, вызванной пандемией COVID-192.
Ускоряет цифровизацию и то, что растет количество частных компаний, которые предлагают удобные онлайн-сервисы по досудебной
проверке и урегулированию споров по определенным требованиями
(например, в области арендного права или компенсации за отмену
рейсов) и при отсутствии перспектив досудебного урегулирования
готовят и подают иски в суд. Благодаря технологиям Legal Tech стало
значительно проще подавать иски от имени большого числа пострадавших в рамках предоставления услуг по взысканию долгов3. При
этом законодатель, стремясь учитывать интересы как потребителей,
так и профессиональных участников рынка, устанавливает границы
для юридических услуг, которые допустимо оказывать онлайн4.
Тем не менее из-за федерального устройства Германии и значительной автономии округов высших земельных судов (OLG), а также
их руководителей техническое оснащение судов существенно различается. Кроме того, большое внимание уделяется вопросам ИТбезопасности и защиты данных. Простая переписка по электронной
почте с немецким судом, особенно если речь идет о подаче процессуальных документов или осуществлении процессуальных действий,
невозможна.
В то время как в научных кругах обсуждается использование информационных технологий, алгоритмов и искусственного интеллекта для
1
См.: Dickert T. Thesen zur Modernisierung des Zivilprozesses // DRiZ. 2020. S. 296.
2
См.: Reuß P. Die digitale Verhandlung im deutschen Zivilprozessrecht // JuristenZei-
tung. 2020. Heft 23. S. 1159.
3
См.: Tolksdorf K. «Sammelklagen» von registrierten Inkassodientsleistern – eine unzu-
lässige Erscheinungsform des kollektiven Rechtsschutzes? // Zeitschrift für Wirtschaftsrecht.
2019. S. 1401.
4
См.: BGHZ 224, 89.
54
Глава III. Право быть выслушанным в цифровую эпоху
вынесения судебных решений, практическая деятельность и правовая
политика сосредоточены на более локальных, хотя и важных изменениях. К ним относятся внедрение онлайн-инструментов для подачи
малых исков и расширение практики использования видеозаседаний.
Россия
Согласно отчету Европейской комиссии по эффективности правосудия European Judicial Systems. CEPEJ Evaluation Report 2020 г.1,
с точки зрения технологичности судов и используемых в правосу
дии цифровых технологий Россия находилась в семерке лидеров
стран Совета Европы. Учитывая данные о процентном соотношении трат на современные технологии и бюджетов судебных систем
(страны-лидеры в 2014–2018 гг. тратили на цифровизацию не более
2–3 % бюджета, при этом в середине списка находятся государства
с расходами в 8–12 %), вопрос о корнях такого успеха представляет
значительный интерес.
В контексте российской правовой реформы, начавшейся вскоре
после принятия Декларации о государственном суверенитете РСФСР,
внедрение информационных технологий для ускорения гражданского судопроизводства впервые было упомянуто в п. 2 Концепции
судебной реформы РСФСР (утв. Постановлением Верховного Совета
РСФСР от 24 октября 1991 г.)2. Уже в данном программном документе
наряду с первостепенной задачей – изменением взгляда на предназначение гражданского судопроизводства (на смену инструменту
защиты общенародной социалистической собственности и социалистического срока должно было прийти понимание процесса как
услуги, которую государство оказывает сторонам) – заявлялось, что
необходимо ускорить делопроизводство путем внедрения информационных технологий3.
В качестве самостоятельной государственной задачи в сфере правосудия внедрение информационных технологий было заявлено значительно позже – в 2006 г. (см. раздел I постановления Правительства РФ
-
1
См.: European Judicial Systems. CEPEJ Evaluation Report. 2020 Evaluation Cycle (2018
Data). URL: https://rm.coe.int/rapport-evaluation-partie-1-francais/16809fc058 (дата обращения: 25.06.2025).
2
См.: Ведомости СНД и ВС РСФСР. 1991. № 44. Ст. 1435.
3
См. раздел 10 «Материально-техническое обеспечение судов» и раздел 13 «Гражданский процесс» Концепции судебной реформы РСФСР.
55
К.Л. Брановицкий. Право быть выслушанным в цифровую эпоху
от 21 сентября 2006 г. № 583 «О федеральной целевой программе “Развитие судебной системы России на 2007–2012 годы”»). В разделах I и II
данной Программы указывалось, среди прочего, что нужно создавать
системы по размещению необходимой информации (прежде всего
судебных решений) в сети Интернет; внедрять автоматизированные
системы в деятельность органов правосудия; вести аудиозапись судебного заседания; формировать информационные ресурсы – правовую
базу и банки данных судебных решений и судебной практики арбитражных судов и судов общей юрисдикции; обеспечить открытый
доступ к правовой базе и банкам данных. С момента принятия Постановления прошло почти 20 лет и многое было достигнуто, однако
такие задачи, как борьба с «необоснованно длительными сроками
судопроизводства», дальнейшее внедрение современных информационных технологий и улучшение качества осуществления правосудия,
не утрачивают актуальности1.
В целях удобства представления материала можно разграничить
используемые в арбитражном процессе технологии на те, которые доступны для арбитражных судов, и те, которыми могут воспользоваться
лица, участвующие в деле. Сегодня российские участники судебного
разбирательства в арбитражном процессе могут подавать процессуальные документы (заявления и доказательства) в виде электронных
образов документов / электронных документов; участвовать в судебном заседании не выходя из дома со своего компьютера (онлайн-заседания стали проводиться с начала пандемии COVID-19) или путем
организации видео-конференц-связи между арбитражными судами
(с 2010 г.); знакомиться в электронном виде с материалами дела (в том
числе с документами, изначально изготовленными на бумаге); полу
чать судебные извещения в электронном виде; обжаловать судебные
акты и т. д.
Все эти возможности участники арбитражного процесса могут реализовать с помощью программного комплекса «Мой арбитр». С 2017 г.
использование данного сервиса требует аутентификации пользователей
через общегосударственный портал «Госуслуги»; до этого времени для
авторизации не нужно было подтверждать личность пользователя системы. Сложно представить, но вопреки первоначальным опасениям
применение в 2010–2017 гг. системы учетных записей пользователей
-
1
Раздел I федеральной целевой программы «Развитие судебной системы России
на 2013–2024 годы» (утв. Постановлением Правительства РФ от 27 декабря 2012 г.
№ 1406).
56
Глава III. Право быть выслушанным в цифровую эпоху
без процедуры их идентификации по большому счету не приводило
к масштабным манипуляциям и фальсификациям подаваемых в суд
документов.
В свою очередь, судьи обладают усиленными электронными подписями для подписания судебных актов в электронном виде (с 2015 г.
все судебные акты изготавливаются только в электронном виде),
имеют полный доступ ко всем электронным государственным реестрам (Единый государственный реестр юридических лиц, Единый
государственный реестр прав на недвижимое имущество и т. д.), при
планировании судебных заседаний пользуются электронным календарем судебных заседаний (тем самым контролируется соблюдение
принятых в России процессуальных сроков, в том числе сроков рассмотрения дела), включены в единую систему электронного документооборота (по ходу движения дела в первой и всех вышестоящих
инстанциях) и т. д.
Несмотря на научный скепсис и некоторые опасения практикующих юристов, возникавшие как в начале, так и в ходе внедрения
информационных технологий (например, в связи с необходимостью
использовать сервис «Мой арбитр» и портал «Госуслуги» совместно
с 2017 г.), следует признать, что сегодня технологии существенно
изменили и обновили арбитражный процесс России, сделали его
более прозрачным и удобным для сторон, облегчили доступ сторон
к судебной практике (все судебные акты обязательно размещаются
в открытом доступе1) и к судебному разбирательству, что в определенной степени упростило доступ к правосудию и благоприятно сказалось на движении в сторону единства судебной практики. Последнее
с учетом территории России до сих пор остается одной из ключевых
проблем правосудия. При этом соотношение конституционных принципов равенства всех перед законом (принципа, связывающего все
ветви власти, в том числе судебную) и независимости судей на практике в большинстве случаев неоднозначно2.
1
За исключением судебных актов, содержащих государственную тайну.
2
Не вполне типичной, но демонстрирующей «сдвиг» дискуссии может быть сама
постановка в научных публикациях вопроса о дисциплинарной ответственности судей за самостоятельность в принятии решений. См., например: Луценко С. И. Дисциплинарная ответственность судьи за нарушение единства судебной практики // Современное право. 2020. № 4. С. 85–91; Кальгина А. А. Эффективность судопроизводства:
едино образное применение норм права // Вестник арбитражной практики. 2020. № 5.
С. 75–85; Гук П. А., Коршунова П. В. Единство судебной практики как особая ценность
правосудия // Журнал российского права. 2020. № 12. С. 103–118.
57
К.Л. Брановицкий. Право быть выслушанным в цифровую эпоху
Актуальным направлением цифровизации правосудия по-преж нему
выступает объединение двух цифровых подсистем судов общей юрисдикции и арбитражных судов на базе суперсервиса «Правосудие онлайн»
на портале «Госуслуги». Сервис должен был начать работать с 1 января
2022 г., но потом этот срок неоднократно переносился1. До того момента
каждая судебная подсистема пользовалась собственными платформами,
которые значительно отличались друг от друга по возможностям и функционалу. Новый сервис должен включать в себя функцию судебного
извещения по государственной почте (для всех зарегистрированных
пользователей портала «Госуслуги»), расширенные возможности онлайн-заседаний / веб-конференции, в том числе с помощью Единой
биометрической системы, возможность дистанционно ознакомиться
с материалами дела (по ходатайству лиц, участвующих в деле, работник
суда может отсканировать нужные им бумажные документы и предоста
вить доступ к ним), а также сервис, определяющий территориальную
подсудность, исходя из места жительства ответчика.
Предлагаемые сервисы в большинстве своем могут оказаться достаточно полезными, но, возможно, в чем-то они избыточны. Так,
автоматический подбор компетентного суда из 2 183 районных судов,
исходя из места жительства ответчика, с возможностью впоследствии
направить исковое заявление в данный суд позволит существенно
сократить время на поиск нужной информации на сайте конкретного
суда. Возможность рассчитать и оплатить онлайн государственную
пошлину за рассмотрение дела также упростит обращение в суд.
В то же время биометрическая идентификация участников судо
производства выглядит не только несколько избыточной (в реальном
судебном заседании суд ограничивается секундным сличением фотографии в паспорте с присутствующим участником), но и способной
повлиять на доступность технологий для многих граждан. Требование
об авторизации или о сдаче биометрических данных может попросту
оттолкнуть новых пользователей от информационной системы. При
этом в открытом доступе нет данных о случаях манипуляции существующим способом идентификации на портале «Госуслуги» (простая электронная подпись после подтверждения личности в пунктах
оказания услуг).
-
-
1
См.: Суперсервис «Правосудие онлайн» заработает с 2024 года. URL: https://tass.
ru/obschestvo/18933765 (дата обращения: 25.06.2025). В октябре 2024 г. речь по-прежнему
шла о том, что «в скором времени планируется запуск на портале госуслуг сервиса “Правосудие онлайн”» (На портале госуслуг появится сервис «Правосудие онлайн». URL:
https://rg.ru/2024/10/16/naklikaem-sud.html (дата обращения: 25.06.2025)).
58
Глава III. Право быть выслушанным в цифровую эпоху
§ 2. Право быть выслушанным вцифровом суде:
новые реалии
Право наполучение информации оходе процесса
и доведение своей позиции вцифровом суде
Современные технологии призваны сделать нашу повседневную
жизнь удобнее, а рабочие процессы эффективнее. Эффективность,
в свою очередь, может предполагать упорядочивание задач или повышение скорости обработки данных и принятия решений. В глобальном плане эффективность имеет и трансграничное измерение, требуя
от технологий многоязычности и мобильности. Огромное значение
в понимании возможностей и рисков использования технологий в той
или иной сфере имеет коммуникативная система, в рамках которой
взаимодействуют ее участники.
К примеру, если мы говорим о системе образования, которая с начала пандемии COVID-19 оказалась перед необходимостью перенести
процесс обучения на цифровые «рельсы», то, обобщая первый опыт
коммуникации, мы должны отметить следующее. Если цифровая коммуникация только односторонняя («лектор – студент», классический
вариант), это может уменьшить мотивацию обучающихся, усложнить
усвоение материала и в целом привести к рискам снижения качества
образования. До пандемии во многом односторонняя коммуникация
на лекциях в университетах серьезных опасений не вызывала. Дело
тут не только в возможностях студентов задать вопрос в аудитории
или подойти к профессору после лекций и что-то обсудить. В новой
реальности система образования и профессора вынуждены вручную
корректировать классический вариант работы в цифровых аудиториях,
записывая и заранее выкладывая лекционный материал, предлагать
студентам новые формы работы и расширять тем самым коммуникативное взаимодействие до уровня «лектор – студент – лектор». Впрочем, не будет преувеличением предположить, что, несмотря на такое
расширение, многие лекторы и учащиеся с нетерпением ждут возврата
к обычному формату обучения. При этом каждая из сторон готова
продолжить использовать ставшие привычными цифровые сервисы
(новые мессенджеры, платформы Zoom, Webex, ILIAS Umfrage и т. д.)
в других аспектах своей жизни.
В качестве примера из более далекого прошлого (конец XX – начало XXI в.) можно привести внедрение новых средств коммуникации в бизнес-процессы, которые a priori нацелены в первую очередь
59
К.Л. Брановицкий. Право быть выслушанным в цифровую эпоху
на эффективность, снижение затрат и скорость взаимодействия между участниками коммуникативной системы. И, приводя в пример
юридический бизнес, можно уверенно сказать, что трансформация
во внутреннем сегменте (взаимодействие внутри компании) во многом прошла успешно и движется дальше на пути к использованию
возможностей искусственного интеллекта. Наряду с автоматизацией
и цифровизацией взаимодействия между сотрудниками быстро развиваются такие технологии юридического бизнеса, как Legal Tech,
Big Data, Smart Contract, Blockchain, VR- и AR-взаимодействие между
юристами. При этом некоторые направления, такие как Due Diligence,
рискуют и вовсе вскоре полностью перейти на цифровые «рельсы».
Крупные международные адвокатские бюро, способные позволить
себе покупку современного и дорогостоящего программного обеспечения, весь подготовительный этап оформления контракта / litigation
уже отдают в «цифровые руки». Работа адвоката во многом сводится
к экспертному анализу предиктивного решения системы.
Немного другая ситуация во внешней бизнес-коммуникации, где,
помимо чат-ботов и конструкторов договоров / претензий (Rocket Law-
yer и т. д.), коммуникация «юрист – клиент», в особенности по сложным делам, традиционно проходит в офлайн-формате. Системы, подобные разработке Стэнфордского университета DoNotPay1, направлены в первую очередь на массовый рынок типовых правовых ситуаций.
При этом одни «автономные» цифровые коммуникативные сервисы
(чат-боты) нацелены на привлечение клиента и последующее приглашение его к разговору в офлайн-режиме либо онлайн посредством
конференции в Zoom, а другие довольно быстро предлагают перейти
к абонентскому / регулярному обслуживанию2, которое адвокаты выполняют в основном лично.
Сказанное призвано подчеркнуть, что при переносе коммуникации из обычной среды в цифровую привычные элементы требуют
трансформации, которая не обязательно ведет к тому, что цифровое
взаимодействие «приживется» в конкретной коммуникативной системе. Сфера цифрового юридического консалтинга показывает, что
1
DoNotPay. Your AI Consumer Champion. URL: https://donotpay.com/ (дата обра-
щения: 25.06.2025).
2
Так, упомянутая платформа DoNotPay по запросу «Как заставить соседского пса
перестать лаять» (Stop Neighbor’s Dog Barking), наряду с бесплатными советами о том, как
подружиться с соседским псом, предлагает на условиях подписки подготовить претензионное письмо. Оно разрабатывается с помощью программного обеспечения и уточняющих вопросов от чат-бота.
60
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]