Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Право быть выслушанным в цифровую эпоху международный гражданский процесс на пороге перемен
.pdf
Глава IV. Право быть выслушанным в трансграничных спорах
Во-вторых, последствия произошедших изменений носят экстерриториальный характер – выходят за рамки сугубо национального
гражданского процесса и затрагивают уже сферу международного
гражданского процесса и международную систему вручения судебных извещений. При этом действующая доктрина международного
гражданского процесса исходит при решении вопроса об экзекватуре
из того, что некоторые нарушения действующих правил вручения
судебных извещений допустимы при наличии нескольких условий,
важнейшее из которых – обеспечить для ответчика гарантию права
быть услышанным.
В-третьих, разрыв, образующийся между нормативным регулированием национальных процессуальных правил судебных извещений и допущением такого регулирования международным гражданским процессом, на практике должен повысить давление на сферу
международного гражданского процесса и действующие механизмы
трансграничного вручения судебных извещений. В противном случае
может возникать и усиливаться цифровая дискриминация, но уже
не по принципу гражданства / домициля, а по принципу допуска /
недопуска к электронной системе извещения. Давление может усиливаться во времена чрезвычайных ситуаций, таких как пандемия, когда
вопросы доступа к суду и принцип audiatur er altera pars, в частности
в трансграничных делах, особо злободневны.
Осмелимся предположить, что по мере усиления давления на сферу
международного гражданского процесса национальных правопорядков
путем перехода к новым электронным формам вручения судебных извещений подходы международной системы к вручению судебных извещений также изменятся. В конце концов именно государства определяют
правила игры как на своей территории, так и в трансграничных делах.
Важным аспектом доктринального осмысления такого давления «снизу», а также открытия платформ по извещению / создания новых общих
платформ для вручения судебных извещений в электронном виде может
и должна выступить гарантия audiatur er altera pars. По сути, значительная
часть международного гражданского процесса – это признанные всеми
государствами правила, которые когда-то зарождались и существовали
только в национальном праве. Признаваемая в международном праве
и в национальных правопорядках (пусть даже опосредованно, через
прецедентную практику Европейского Суда по правам человека) гаран
тия audiatur er altera pars позволит обеспечить в трансграничных делах
реальный доступ ответчика к правосудию благодаря возможностям
современных и надежных электронных форм судебного извещения.
-
111
К.Л. Брановицкий. Право быть выслушанным в цифровую эпоху
§ 3. Судебные расходы, право наадвоката ипереводчика
Гарантированное ст. 6 Европейской конвенции право на справедливое судебное разбирательство с точки зрения принципа audiatur er
altera pars было бы иллюзорным, если бы стороны разбирательства
не могли «разговаривать с судом» на понятном языке и не имели доступа к судебной защите вне зависимости от своего имущественного положения. Важно гарантировать не просто доступ к правосудию
(access to justice), а равный доступ к правосудию (equal access to justice)1.
Такая постановка проблемы в значительной мере актуализирует обеспечение доступности правосудия для малообеспеченных и социально
незащищенных участников судебного разбирательства.
В делах Airey v. Ireland2 и P., C. and S. v. United Kingdom3 Европейский
Суд по правам человека в общем виде сформулировал обязанность
государств обеспечить бесплатную юридическую помощь по гражданским делам, если 1) по национальному праву необходимо обязательное
участие представителя или адвоката либо 2) дело сложное или есть
другие обстоятельства, способные создать угрозу для доступа к правосудию. Гарантии реального доступа к правосудию в контексте ст. 6
Европейской конвенции распространяются не только на бесплатную
юридическую помощь, но и на освобождение от уплаты судебных издержек (Bobrowski v. Poland)4.
Участие в трансграничном споре делает проблему обеспечения
equal access to justice еще более острой, поскольку сам факт пребывания
стороны разбирательства за пределами государства суда рассмотрения
может ставить ее в более слабое положение (например, из-за языкового
барьера) или потребовать дополнительных усилий и расходов для поиска и оплаты переводчика, иностранного адвоката, а также в некоторых
случаях и личного присутствия в иностранном суде.
Классическая проблематика международного гражданского процесса в этой сфере включает в себя такой вопрос, как наличие у иностранного участника процесса возможности получить материаль-
1
См.: Moorhead R. Researching Legal Aid: Quality Is a Case Study // Making Legal Aid
a Reality. Budapest, 2009. P. 150.
2
См.: постановление ЕСПЧ от 9 октября 1979 г. «Айри против Ирландии» (Airey
v. Ireland).
3
См.: постановление ЕСПЧ от 16 июля 2002 г. «П., К. и С. против Соединенного
Королевства» (P., C. and S. v. United Kingdom).
4
См.: постановление ЕСПЧ от 17 июня 2008 г. «Бобровский против Польши» (Bob-
rowski v. Poland).
112
Глава IV. Право быть выслушанным в трансграничных спорах
ную / финансовую помощь от государства места нахождения суда
(Prozesskostenhilfe) в широком смысле, а также существующие способы
решения языковых проблем при участии в трансграничном процессе
иностранцев. В первом случае речь идет о возможностях освобождения
от уплаты обеспечительных платежей (Sicherheitsleistung), если таковые
предусмотрены для лиц, домицилированных за пределами государства
рассмотрения спора / ЕС, и о компенсациях / финансовой помощи для
оплаты судебных издержек, в том числе для оплаты услуг отечественных и иностранных адвокатов, переводчиков и экспертов (например,
в рамках заключения по иностранному праву).
Сегодня выработаны общие минимальные стандарты в сфере
международно-правового регулирования, например ст. 17, 20 Гааг
ской конвенции по вопросам гражданского процесса 1954 г.1 и ст. 14
Гаагской конвенции о международном доступе к правосудию 1980 г.2,
предусматривающие среди прочего предоставление правовой помощи в покрытии судебных расходов иностранным участникам процесса.
Впрочем, некоторые государства, такие как Россия, в сфере предоставления иностранным участникам / гражданам бесплатной юридической помощи используют весьма рестриктивное толкование признаваемого в своем же законодательстве (ч. 1 ст. 254 АПК РФ, ч. 2
ст. 398 ГПК РФ3) национального режима иностранных участников
в вопросе о предоставлении бесплатной юридической помощи. Так,
в силу ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 324-ФЗ «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации» иностранным гражданам бесплатная юридическая помощь предоставляется
только в случаях, предусмотренных федеральными законами и международными договорами Российской Федерации (государство, согласно
ст. 1, обязуется предоставить бесплатную юридическую помощь только
собственным гражданам).
-
1
Convention of 1 March 1954 on Civil Procedure. URL: https://www.hcch.net/en/instru-
ments/conventions/full-text/?cid=33 (дата обращения: 25.06.2025).
2
Convention of 25 October 1980 on International Access to Justice. URL: https://www.
hcch.net/en/instruments/conventions/full-text/?cid=91 (дата обращения: 25.06.2025). Россия не является участницей Гаагской конвенции 1980 г., а ратифицировала только Гаагскую конвенцию 1954 г. с ее привязкой к гражданству участника разбирательства.
3
Согласно указанным нормам иностранные лица пользуются процессуальными
правами и несут процессуальные обязанности наравне с российскими организациями и гражданами.
113
К.Л. Брановицкий. Право быть выслушанным в цифровую эпоху
С учетом такого подхода (предоставление бесплатной юридической
помощи по гражданским делам только в исключительных случаях)1,
помимо государств – участников Гаагской конвенции 1954 г., правом
на получение бесплатной юридической помощи на территории России
в настоящее время обладают также граждане государств – участников
Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 г.2 По сути, это означает, что
российский правопорядок не рассматривает категорию нуждаемости
участника судопроизводства как определяющую, а иностранные участники трансграничных споров, даже нуждающиеся и малоимущие,
поставлены в зависимость от того, присоединилось ли государство
к соответствующим международно-правовым договорам.
Большинство правопорядков признает и обязанность предоставить
переводчика лицам, не владеющим государственным языком судопроизводства, однако вопросы, связанные с компенсацией оплаты его услуг, государства могут решать самостоятельно. Кроме того, по общему
правилу, документы, представляемые в суд, должны быть представлены
также на государственном языке судопроизводства.
В России, с одной стороны, лицам, не владеющим государственным (русским) языком, гарантировано право ходатайствовать о привлечении к участию в деле переводчика (ч. 2 ст. 9 ГПК РФ, ч. 2 ст. 12
АПК РФ3), услуги которого оплачиваются за счет средств бюджета.
С другой стороны, если иностранный участник проиграет дело (на-
1
Критику такого подхода законодателя см.: Боровик И. Е. Гарантии предоставления
юридической помощи малоимущим (анализ законодательства Японии и России) // Адвокат. 2010. № 1. С. 81–85; Пресняков М. В., Васильев А. А. Получатели бесплатной юридической помощи в Российской Федерации // Закон. 2012. № 11. С. 63–71.
Следует отметить, что исключением в механизме предоставления бесплатной юридической помощи является уголовное судопроизводство (ст. 51 Уголовного процессуального кодекса РФ).
2
Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам: заключена в Минске 22 января 1993 г. (так называемая Минская конвенция). Ее участниками являются Россия, Белоруссия, Азербайджан, Казахстан, Кыргызстан, Армения, Таджикистан, Узбекистан, Украина, Молдавия, Туркмения, Грузия. В отношениях между Белоруссией, Азербайджаном, Казахстаном,
Кыргызстаном, Арменией, Россией и Таджикистаном на смену Минской конвенции
пришла Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Кишинев, 2002 г.).
3
В соответствии с данными нормами лицам, участвующим в деле и не владеющим
русским языком, суд разъясняет и обеспечивает право знакомиться с материалами дела, участвовать в судебных действиях, выступать в суде на родном языке или свободно
выбранном языке общения и пользоваться услугами переводчика.
114
Глава IV. Право быть выслушанным в трансграничных спорах
пример, будет удовлетворен иск российского истца к иностранному
ответчику или иностранному истцу будет отказано в исковых требованиях к российскому ответчику), то понесенные государством
расходы на оплату услуг переводчика будут взысканы с самого иностранного участника. На российских граждан, не владеющих государственным (российским) языком судопроизводства, такие риски
не распространяются (ст. 94 ГПК РФ, ч. 4 ст. 109 АПК РФ1). В связи
с этим иностранным участникам лучше судебные процессы в России
не проигрывать2.
Действующий в таких правопорядках, как российский, национальный режим участия иностранных лиц в гражданском судопроизводстве de jure и de facto ничего общего с равенством сторон в трансграничных спорах не имеет. Иностранный участник в таком случае,
помимо изначально «слабых» стартовых условий, поставлен в крайне
неприятное положение. Несмотря на провозглашенное в ст. 46, 48
Конституции РФ право каждого на судебную защиту и на квалифицированную юридическую помощь, сам законодатель в гражданском
судопроизводстве ставит иностранцев и лиц без гражданства в худшее
положение по сравнению с положением граждан. Допустимые таким
законодательным регулированием исключения в контексте приоритета
прав и свобод человека кажутся сегодня настоящей архаикой, преодолеть которую можно, в частности, путем продвижения идей доктрины audiatur er altera pars в российском правопорядке. Участник (не
важно, иностранный или отечественный), имущественное положение
которого не позволяет подать встречный иск или нанять квалифицированного адвоката, из-за невозможности оплатить судебные расходы
оказывается лишен права быть выслушанным.
Предоставление иностранным участникам (если необходимо их
личное участие) возможностей цифровых сервисов национальных
IT-систем, прежде всего возможностей сервисов онлайн-заседаний
(участие в судебном заседании со своего личного ПК, ноутбука), мог-
1
Согласно указанным положениям законодательства правило об оплате услуг переводчика за счет средств федерального бюджета не распространяется на возмещение
расходов на оплату услуг переводчика, понесенных иностранными лицами и лицами
без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской
Федерации.
2
Особняком, как и при регулировании бесплатной юридической помощи, стоит
уголовное судопроизводство, в котором услуги переводчика предоставляются полностью за счет бюджета, без необходимости их впоследствии возмещать (ст. 18 Уголовнопроцессуального кодекса РФ).
115
К.Л. Брановицкий. Право быть выслушанным в цифровую эпоху
ло бы снизить дополнительные расходы, которые они вынуждены
нести. Впрочем, дело здесь не только в финансовой стороне вопроса,
но и в других сложностях обеспечения личного участия иностранной
стороны в судебном разбирательстве, связанных с приездом в другую
страну. Такие проблемы, как получение визы, карантинные ограничения и т. д., обсуждаются недостаточно, и вряд ли стоит в ближайшее
время ожидать их универсального решения. Предоставление иностранной стороне возможности участвовать в заседаниях онлайн позволило
бы самим правопорядкам не только уменьшить остроту вопроса, но и
стимулировать участников активнее участвовать в судебном разбирательстве лично, а не полагаться всецело на иностранных адвокатов.
ГЛАВА V
ОТДЕЛЬНЫЕ ЭЛЕМЕНТЫ ЦИФРОВИЗАЦИИ ПРОЦЕССА
ПО ТРАНСГРАНИЧНЫМ СПОРАМ
Дальнейшее развитие сотрудничества в сфере юстиции в рамках
интеграционных объединений (например, в ЕС), активная цифровизация правосудия в национальных правопорядках и рост значения
audiatur er altera pars в трансграничных спорах привели к тому, что тема
цифровизации судопроизводства перешла с национального уровня
на трансграничный. Когда-то, во второй половине XX в., мир осознал,
что без свободного «хождения» судебных решений, без установления
единых правил международной компетенции, вручения судебных извещений и т. п. не построить единое правовое пространство, основанное на запрете любых форм дискриминации и на равном отношении
к гражданам интеграционного объединения. Почти те же причины
побудили самое успешное сегодня интеграционное объединение (ЕС)
первым начать практиковать цифровое взаимодействие при рассмотрении трансграничных споров.
Гаагская конференция по международному частному праву тоже
обратила внимание на цифровое сотрудничество государств при совершенствовании положений Гаагской конвенции 1965 г. С 2019 г.
начали проводиться консультации по выявлению новых принципов
взаимодействия государств в цифровую эпоху (принципы демократизации, размывания формальных территориальных границ, гарантии
безопасности и конфиденциальности используемых технологий)1,
по выбору подходящих для конвенционального регулирования технологий между технологиями открытых ключей (PKI) и технологиями распределенного реестра (DLT), по вопросу о границах и сферах
использования электронной почты в международном гражданском
процессе и т. д. В ходе дискуссий в рамках Гаагской конференции
1
См.: Escolar G. How Many Lightbulbs Does It Take to Change Lawyer? Future-Proofing the HCCH Service Convention in the Era of Electronic and Information Technology //
The HCCH Service Convention in the Era of Electronic and Information Technology. P. 97.
117
К.Л. Брановицкий. Право быть выслушанным в цифровую эпоху
по международному частному праву отмечаются уже рассмотренные
нами ранее проблемы, среди которых разные уровни цифровизации
правосудия в государствах-участниках, совместимость используемых
на национальном уровне технологий (цифровые судебные сервисы,
электронные подписи), защита персональных данных.
В настоящей главе будут представлены общие направления разви
тия в этой области и дискуссии по ним. При этом достижения в сфере
цифрового трансграничного взаимодействия между государствами –
участниками ЕС следует рассматривать довольно осторожно, поскольку
ЕС – уникальное интеграционное объединение, аналогов которому
с точки зрения как уровня правового сотрудничества между государствами-участниками, так и уровня доверия между ними в мире пока нет.
§ 1. Сотрудничество всфере цифровизации
при рассмотрении трансграничных споров вЕС
Идея о том, что доступ к правосудию должен гарантироваться сторонам разбирательства и идти в ногу со временем (учитывать, в частности, цифровую трансформацию), стала основой для выдвижения
в ЕС соответствующих инициатив. Они включают в себя улучшение
онлайн-доступа к процессуальной (судебной) информации и содействие использованию разных информационных услуг, онлайн-форм,
бланков для подачи исков и документов через Европейский портал
электронного правосудия (European e-Justice Portal).
Вопрос о модернизации правовой базы для европейских трансграничных процедур в сфере гражданских и предпринимательских споров
тесно связан с присутствующим в европейской повестке принципом
по умолчанию цифрового оказания государственных услуг (Digital by
Default Service Standart). Последний означает, что цифровой способ
взаимодействия между государственными структурами и гражданами рассматривается как приоритетный. Данный принцип направлен
на то, чтобы повысить эффективность и устойчивость сотрудничества,
уменьшить затраты и организационное (административное) бремя,
сделав цифровой канал коммуникации предпочтительным для использования. Концепция цифровизации международного судебного
сотрудничества и доступа к правосудию по гражданским делам предполагает всеобъемлющий набор правил, касающихся использования
цифрового канала связи между судебными органами, возможности
физических и юридических лиц общаться с судебными органами с помощью электронных средств и видеоконференций.
-
118
Глава V. Отдельные элементы цифровизации процесса по трансграничным спорам
Еще 9 июня 2020 г. Совет ЕС, делая выводы о формировании
цифрового будущего Европы, отмечал, что цифровизация систем
правосудия государств – членов ЕС способна упростить (облегчить)
и улучшить доступ к судам на всей территории ЕС1. Европейская комиссия была призвана содействовать цифровому трансграничному
сотрудничеству между государствами – членами ЕС по уголовным
и гражданским делам и обеспечить устойчивость и постоянное развитие технических решений для трансграничных обменов. После этого
содействие обеспечению полноценного и недискриминационного
доступа к правосудию для всех и обеспечению эффективных средств
правовой защиты, в том числе электронных (электронное правосудие),
было заявлено в качестве одной из основных целей Программы развития правосудия в ЕС на 2021–2027 гг.
2
Стратегическим документом, определяющим направления и задачи построения эффективного европейского цифрового сотрудни
чества, до 2023 г. выступал Европейский план действий по электронному правосудию на 2019–2023 гг.
3
, а в настоящее время ему на смену
пришла Европейская стратегия в сфере электронного правосудия
2024–2028 гг.4 В качестве единой базы для взаимодействия предусматривается система e-CODEX и общеевропейская платформа
e-Justice, а также оперативное управление IT-системами со стороны
Европейского агентства eu-LISA.
Упоминавшиеся ранее Регламенты ЕС от 25 ноября 2020 г.
№ 2020/1783, от 25 ноября 2020 г. № 2020/1784 и от 13 декабря 2023 г.
№ 2023/2844 значительно продвинули сотрудничество государств –
участников ЕС в сфере использования современных методов вручения
судебных извещений, равного отношения к доказательствам, полученным электронным способом, и к традиционным доказательствам,
получения доказательств с помощью видеоконференции, а также обо-
-
1
См.: Council Conclusions on Shaping Europe’s Digital Future (2020/C 202 I/01). URL:
https://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/TXT/?uri=CELEX%3A52020XG0616%2801%29
(дата обращения: 25.06.2025).
2
См.: Paragraph 2(c) Art. 3 of Regulation (EU) 2021/693 of 28 April 2021 Establishing
the Justice Programme and Repealing Regulation (EU) 1382/2013. URL: https://eur-lex.europa.eu/legal-content/en/TXT/?uri=CELEX%3A32021R0693 (дата обращения: 25.06.2025).
3
См.: Action Plan European e-Justice 2019–2023. URL: https://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/TXT/PDF/?uri=CELEX:52019XG0313(02)&rid=6 (дата обращения:
25.06.2025).
4
См.: Europäische Strategie für die E-Justiz 2024–2028. URL: https://eur-lex.europa.eu/
legal-content/DE/TXT/PDF/?uri=OJ:C_202500437 (дата обращения: 25.06.2025).
119
К.Л. Брановицкий. Право быть выслушанным в цифровую эпоху
значили ясные перспективы цифрового взаимодействия, в частности
с помощью перехода к European Electronic Access Point.
Важную роль в создании совместимой, безопасной и децентрализованной коммуникационной сети между национальными IT-системами
в трансграничном гражданском судопроизводстве играет единая система e-CODEX (имеющая, помимо всего прочего, еще и отрытый код1).
Такой «золотой стандарт» просто необходим в мире с огромным количеством разнообразных и не всегда совместимых платформ / программ.
Создав его и обеспечив оперативное управление им силами eu-LISA,
в рамках ЕС удалось решить стартовую проблему любого цифрового
трансграничного взаимодействия в сфере юстиции. Создание единой
уже для всех государств цифровой платформы (посредством которой
можно будет обеспечить вручение судебных извещений, получение
доказательств за границей или экзекватуру), безопасной и децентрализованной, в текущих реалиях может стать, образно говоря, «дополнительной», восьмой «проблемой тысячелетия»2, определяемых
Математическим институтом Клэя (Кембридж, США). Одна из главных причин этого заключается не столько в разнообразии технологий,
сколько в тотальном дефиците доверия государств друг к другу, без
которого продвинуть подобные идеи крайне тяжело.
Одним из подходов к решению «нерешаемой» проблемы вручения
судебных извещений в международном гражданском процессе в контексте гарантии audiatur er altera pars может стать отказ от национальных фиктивных правил вручения судебных извещений внутри ЕС. Так,
нормы Регламента ЕС № 2020/1784 запрещают вручать иностранному
ответчику судебное извещение путем размещения информации на доске объявлений конкретного суда, а также другие способы фиктивного
извещения. В этом смысле благодаря инструментам ЕС и обязательности применения регламентов был достигнут существенный прогресс
в повышении уровня реальных правовых гарантий для иностранных
1
Именно отрытый код (стандарт European Union Public Licence) позволил Гаагской
конференции по международному частному праву при грантовой поддержке ЕС создать на базе E-CODEX собственную IT-систему iSupport.
2
Задачи тысячелетия – семь математических проблем, определенных Математическим институтом Клэя в 2000 г. в качестве «важных классических задач, решение которых не могут найти вот уже в течение многих лет». За решение каждой из них обещано вознаграждение в 1 млн долл. США. Сегодня решена только одна из них: гипотеза
Пуанкаре была доказана в 2010 г. российским математиком Григорием Перельманом
(The Millennium Prize Problems. URL: https://www.claymath.org/millennium-problems (дата обращения: 25.06.2025).
120
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]