Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Политология. Учебное пособие-3
.pdf
усвоенность им действующих там привычек и стереотипов в отношении политических явлений.
Как правило, для описания групповых характеристик политической
психологии учитывают специфику двух видов групп. Традиционно в
качестве ведущих групповых образований выделяют большие (или
дистантные, с формально опосредованным общением индивидов) группы, к которым можно отнести классы, слои, территориальные образования, нации и проч., а также малые (с непосредственным общением
индивидов) группы, в частности, микросоциальные объединения
людей, неформальные образования, отдельные политические ассоциации и т.д. Каждая из этих групп отличается временным или постоянным характером существования, преобладанием организованных или
стихийных связей, специализированным или мультифункциональным
назначением и т.д.
Структурные компоненты политической психологии различаются и
с точки зрения устойчивости, оформленности эмоционально-чувственных реакций. К наиболее устойчивым, внешне и внутренне оформленным элементам политической психологии обычно относят здравый
смысл, психологический склад той или иной группы, нравы и т.д. К
более подвижным, динамичным, наиболее чутким к изменениям
эмоционально-чувственным образованиям причисляют переживания,
ожидания и настроения. Чем же они отличаются друг от друга?
Психологические типы (личности, лидера) или психологический
склад группы являются результатом длительного формирования стандартных реакций этих субъектов на постоянные и типичные вызовы
политической среды. Индивиды или группы сообразно особенностям
своего темперамента, характера, архетипам (некритически усвоенным
коллективным воззрениям и верованиям) и ролевым назначениям,
привычкам и традициям на протяжении достаточно длительного времени вырабатывают свойственные им психологические ответы на политические раздражители в виде устойчивых эмоциональных стандартов и
стереотипов мышления и поведения. Эти психологические элементы
помогают определить те или иные особенности национально-цивилизационного развития, использования ролей, отдельных исторических
периодов (кризисов, революций и др.) и т.д. Поэтому судя по ним
можно отличить политико-психологические черты россиянина или
канадца, политического лидера или рядового представителя электората,
политических деятелей XX или XIX вв. и т.д.
Некоторые специалисты даже утверждают, что вообще существуют
некие универсальные чувства (например, агрессии, альтруизма и др.),
которые в каждую эпоху лишь проявляются по-разному, повторяясь на
161
новом историческом материале. Именно они, воплощая устойчивые
эмоциональные оценки и стереотипы чувствования, и предопределяют
характер политических процессов, электоральный выбор людей
(А. Юрьев).
Очень ярко устойчивость психологических черт и механизмов
проявляется на уровне различных групп. Например, молодежи – как
доказано многочисленными исследованиями – как особой социальной
группе присущи эмоциональная неустойчивость, максимализм, повышенная возбудимость и подверженность неосознанным психическим
реакциям, незавершенность системы функций контроля и самооценки.
Такие психологические особенности превращают ее в наиболее «трудного» политического субъекта, чье поведение или партийно-политическая идентификация обладают крайней подвижностью и непредсказуемостью. Молодые люди легко поддаются внушению, становятся
жертвами политических спекуляций и манипулирования. Хотя ее
наиболее интеллектуально развитая и социально чуткая часть – студенчество – практически всегда принимает участие в акциях политического протеста за идеалы свободы и справедливости.
Весьма устойчивые черты психологического склада существуют и у
наций. Причем характер этих чувственных механизмов и черт непосредственно зависит от того, какую роль в социальном самовыражении
человека играет национальная идентификация. Ведь главный психологический механизм образования облика нации – межнациональное
сравнение. Поэтому люди, не испытывавшие серьезных ущемлений в
области изучения родного языка, вероисповедания, приобщения к
культурным ценностям, а также участвовавшие в широких инонациональных контактах, редко преувеличивают факт национальной принадлежности и страдают национальными предрассудками по отношению к
другим народам. В основе их психологического склада лежит усвоенное с детства нейтрально-естественное отношение к ведущим национально-культурным ценностям, выражающееся в их спокойном
социальном темпераменте по отношению к людям других национальностей. Такие черты не являются психологически доминирующими в
поведении человека и их довольно трудно политизировать и уж тем
более придать им ярко выраженную агрессивную форму.
Напротив, возникшая по тем или иным причинам гиперболизация
национальной идентичности, привлечение национальных чувств для
выполнения защитных, компенсаторных функций ведет к преувеличению несходства различных наций, а впоследствии к чрезмерному
приукрашиванию собственной нации и приуменьшению достоинств
других. В таком случае у людей начинают действовать устойчивые
162
психологические механизмы, которые, к примеру, либо настраивают их
на избегание информации, способной внести диссонанс в их воззрения,
либо, наоборот, способствуют активному поиску тех сведений, которые
эти взгляды подтверждают. Устойчивость таких чувственных стандартов столь высока, что даже при очевидном несоответствии взглядов и
действительности люди продолжают верить в их справедливость.
Психологическое доминирование национальной идентичности
нередко приводит к тому, что раздражение, вызванное самыми различными социальными причинами, автоматически переносится на сферу
национального восприятия. Такой механизм психологического переноса (трансфер) заставляет даже собственные ошибки перекладывать на
плечи других («врагов нации»). А чаще всего заставляет человека жить
по законам двух стандартов: все, что задевает его национальные
чувства, наделять негативным смыслом, а на собственные действия,
способные обидеть другого, не обращать внимания.
Строго говоря, на такой основе возможны и небывалый эмоцио-
нальный подъем, воодушевление образом «своей» нации. Но чаще в
русле этих устойчивых эмоций формируется откровенная национальная
предубежденность и даже враждебность по отношению к представителям других наций. Причем в политическом плане важно иметь в
виду, что такая фоновая, скрытая нетерпимость может мгновенно
актуализироваться во время кризисов, породив самые разрушительные
последствия.
В противоположность устойчивым у политической психологии есть
и более динамичные элементы, одним из которых являются политические настроения. По сути, это тот эмоционально-оценочный показатель
вовлеченности населения в политику, который демонстрирует уровень
его адаптированности к существующему режиму и господствующим
ценностям.
Выражая определенное эмоционально-психологическое состояние
людей, настроения могут порождать самые разнообразные, в том числе
противоположные по направленности политические движения, усиливать спонтанность и импульсивность действий субъектов, изменять
психологическую сплоченность групп и населения в целом. Макиавелли также указывал на негативный аспект их существования, подчеркивая при этом, что различия настроений выступают основной причиной «всех неурядиц, происходящих в государстве».
Однако чувство массового протеста, отрицательная для государства
экзальтация или паника только частично характеризуют роль настроений в политике. Помимо негативных последствий настроения могут
обладать и нейтральным (например, состояние апатии, свидетельствую-
163
щей о снижении притязаний к власти) и положительным значением
(люди могут испытывать энтузиазм в результате призывов властей,
предвкушения своей близкой победы на выборах, героизировать свои
чувства, сопротивляясь врагу, и т.д.).
С содержательной точки зрения настроения представляют собой
определенное состояние нервно-психического напряжения, сигнальную
реакцию, выражающую ту или иную степень несовпадения человеческих потребностей и притязаний с конкретными возможностями людей
и условиями их жизни и деятельности. Короче говоря, такое состояние
выражает психологическую удовлетворенность или неудовлетворенность социально-политическими условиями, способствующими или
препятствующими достижению целей. Благодаря своему характеру
настроения целиком и полностью зависят как от внешних условий
(когда, например, человеческие притязания резко спадают в результате
изменения ситуации, неполностью удовлетворившей их или заставившей людей понять всю беспочвенность притязаний), так и от состояния
самого субъекта. В последнем случае люди могут не снижать
интенсивность своих надежд даже в результате множественных неудач.
Они могут отрицать даже явные причины неуспеха, продолжая верить
и добиваться своих целей. Политические настроения в таком случае
становятся мощным источником политической воли, которая стремится
достичь определенных целей даже вопреки реальному положению
вещей. Причем интенсивность настроений значительно увеличивается,
если люди преследуют цели, соответствующие их внутренним убеждениям и характеризующие позиции, которыми они никогда не
поступятся.
Различают настроения, выражающие идеальные требования людей к
власти (например, демонстрирующие, как должен вести себя лидер или
режим в целом) и настроения как реально складывающиеся психологические состояния, характеризующие то или иное отношение людей к
различным аспектам политики. При этом и те и другие могут создавать
некий фон в политической системе, а могут и определять те или иные
действия разнообразных субъектов. Обычно настроения формируются
в рамках определенного цикла, включающего стадии зарождения
(фиксирующего существующее брожение, смутное недовольство
людей, ощущение ими дискомфорта от тех или иных явлений); поворота (когда чувства кристаллизуются и рационализируются в определенных политических образах и требованиях); подъема (характеризующего
достижение той степени усиления чувств, которая требует немедленного разрешения), а также отлива (выражающего эмоциональный
спад, возникающий в результате разрешения настроений) (Д. Ольшанс-
164
кий). Повторяясь, этот цикл придает динамике настроений вид синусоиды: за подъемом ожиданий следует разочарование, затем упадок
снова сменяется подъемом и т.д.
Понимая важность настроений, политические режимы пытаются не
только прогнозировать их динамику, но и управлять ими. Инициирование нужных властям настроений чаще всего осуществляется при
помощи сложных манипуляций, специфического информирования и
дезинформации населения. Например, власти нередко создают «климат
завышенных ожиданий», демонстрируя искренность взаимоотношений с
населением, или поощряют распространение мифов, создающих у общественности нужные им политические образы. Особенно ярко стремление использовать настроения в своих политических целях наблюдается
во время выборов, когда обещания партий и лидеров нередко переходят
все рамки реально возможного. Еще более разнообразны и противоречивы настроения в переходных условиях. Здесь в них объединяются
не только надежды на лучшее будущее, но и негативизм, ностальгия по
прошлому и другие разноречивые чувства и эмоции.
Роль и влияние политической психологии в политике проявляются
прежде всего в осуществляемых ею функциях. Именно последние выражают ее способность влиять и видоизменять политические процессы,
состояния субъектов, способы функционирования институтов власти.
Политическая психология выполняет гносеологическую функцию,
связанную с обеспечением мышления человека. В отличие от других
форм политического сознания (например, науки или идеологии),
которые также способствуют познанию политической реальности,
политические чувства могут не только дополнить информацию, полученную человеком рационально-логическим путем, но и заменить ее
при выборе им своей политической позиции. Особенно ярко такая роль
политической психологии проявляется в условиях кризисов, когда
создающийся в обществе духовный вакуум, утрата ведущих ценностей
обусловливают чувственные оценки индивидуальных позиций человека. Впрочем, в других условиях чувствами нередко пренебрегают при
выработке той или иной позиции.
И все же наиболее распространенной формой осуществления гносе-
ологической функции является дополнение чувственными сведениями
той информации, которая формируется рационально-логическим способом. При этом психология чаще всего идет «в ногу со временем», повторяя изгибы ситуации и как бы чувственно оформляя соответствующую эволюцию политических позиций человека. Например, в годы
перестройки немало людей в полном соответствии с ходом реформ и их
социальными последствиями последовательно эволюционировало от
165
приверженности коммунистическим идеям к ценностям либеральной
демократии, а впоследствии – к оппозиционным воззрениям по отношению к правящему режиму.
Однако чувственные стереотипы могут оказывать и упорное сопро-
тивление динамике человеческих воззрений, отвергая рациональные
формы отражения действительности. В таком случае политические
чувства способны провоцировать догматичность мышления, приверженность человека раз и навсегда усвоенным шаблонам и стандартам.
Функция адаптации предполагает обеспечение политической психо-
логией приспособления человека к окружающей обстановке. Причем
психология осуществляет эту цель как при его пассивном приспособлении к среде, так и при их активном взаимопреобразовании, когда
активно видоизменяются свойства и человека, осваивающего, к примеру, новые политические роли, и самих внешних условий под ролевым
воздействием.
Для того чтобы заставить человека адаптироваться к окружающей
действительности, политическая психология должна подавить воздействие т.н. стрессоров, т.е. тех социальных и политических факторов
(например, безработицы, активности оппозиции, бытовых неурядиц и
проч.), которые вызывают негативные политические реакции человека.
В связи с этим политическая психология должна действовать в двух
направлениях: стимулировать его позитивные поведенческие реакции,
т.е. вести дело к формированию у него позитивных стереотипов и
привычек реагирования на подобные раздражители (что часто бывает
затруднительно, ибо требует от человека существенного пересмотра
своих изначальных позиций), либо формировать нейтрально-конформистское отношение, т.е. привычку спокойно и относительно беспристрастно реагировать на подобные факторы.
Психология способна обеспечить три типа приспособления
человека к среде: конформность (означающую приятие сложившегося
порядка вещей), инновационность (предполагающую сохранение
активности и самостоятельности позиции человека по отношению к
окружающей среде) и ритуализм (выражающий символическую и
некритическую позицию человека по отношению к среде) (Р. Мертон).
Понятно, что первый и третий типы адаптированности, означающие, по
сути, сформировавшуюся привычку и стабильно прогнозируемое
поведение человека, наиболее привлекательны для властей. Наиболее
часто встречающаяся конформная адаптированность лишает человека
каких-либо острых ответных реакций на политическую обстановку,
отчасти ритуализируя его связи с государством, но во всяком случае
придавая им искомую властями стабильность. Конформистски адапти-
166
рованная личность часто не замечает промахов властей и нередко
прощает ей даже преступления (особенно в тех случаях, когда они
непосредственно не затрагивают ее интересов).
Как уже говорилось, политическая психология организует и
интегрирует субъективные свойства человека. Тем самым она служит
главным механизмом перенесения его политических целей и намерений
из сферы сознания в сферу бытия. То есть она не только обеспечивает
постоянный контакт сознания и практики, но и выступает достаточно
автономным фактором мотивации человеческих действий.
При этом политические чувства и эмоции действуют двояким
образом. Первым способом осуществления политической психологией
ее мотивационной функции является самостоятельное определение
действий групповых и индивидуальных субъектов. При таком варианте
удельный вес эмоциональных установок будет доминировать над всеми
иными соображениями. В целом преобладание эмоционально-чувственных мотивов проявляется прежде всего при реализации людьми их
политических ролей и функций. Американский ученый Р. Мертон
подчеркивал, что это может выражаться в следующем:
− в стремлении человека придавать функционально безличным
политическим связям сугубо персональный характер (например,
когда он пытается наделить глубоко личностным смыслом свои
отношения с государством или драматизировать акт голосования,
относясь к нему, как к решающему в своей жизни делу, и т.д.);
− в отождествлении человеческой личности с партией или профессией
(когда, например, партийные цели начинают доминировать над
главными жизненными ценностями человека);
− в проявлении чрезмерной солидарности с политическими ассоциациями;
− в повышенном эмоциональном отношении к авторитету лидера, а
также в ряде других случаев.
Особенно ярко такая мотивационная способность политической
психологии раскрывается в переломные для общества периоды жизни.
Например, в условиях революционных изменений на политической
арене появляется множество людей с повышенным эмоциональночувственным фоном, а то и просто неуравновешенных и даже психически больных.
История дала немало убедительных примеров и того, как психи-
чески эволюционировали многие лидеры-революционеры. Например,
Робеспьер и ряд других известных его соратников по мере развития
революционных процессов превращались из радостных, многоречивых
романтиков в подозрительных, неприязненно относящихся к несоглас-
167
ным с ними людям, а затем и вовсе эволюцонировали в личностей, не
терпящих возражений, замыкающихся в себе, мнящих повсюду
заговоры и предательства.
Вторым способом осуществления политической психологией своей
мотивационной функции является преломление и дополнение ею
действия различных рассудочных и рациональных намерений человека.
В этом отношении политические чувства и эмоции играют уже не
ведущую, а подчиненную, вторичную роль. Механизм подобного рода
мотивации хорошо виден на примере её взаимоотношений с идеологией.
Последняя рационализирует политическую психологию. Однако степень
претворения в жизнь идеологических требований зависит от эмоциональной чувствительности человека к ее элементам – идеалам, принципам и нормам. Поэтому в конкретных случаях в мотивации людей могут
доминировать либо общие идеологические ценности, либо конкретные
нормы и требования к поведению отдельных субъектов, сформулированные теми или иными институтами власти.
Эмоционально-чувственное преломление идеалов и нормативных
требований политической идеологии предопределяет соответствующие
формы целенаправленного политического поведения граждан. Идейно
сориентированные поступки последних, как правило, относятся к
автономному типу политического поведения, отображающему относительно свободный выбор людьми политических целей и средств их
достижения. Этот тип поведения противостоит мобилизованным
формам активности, характеризующим вынужденность совершаемых
человеком поступков под давлением внешних обстоятельств. (Причем
в тоталитарных режимах источником такого прессинга на сознание
личности чаще всего выступают постулаты официальной моноидеологии, подчиняющей себе все институты власти.)
В зависимости от типа мотивации можно выделить открытые
формы поведения граждан (носящие характер прямого политического
действия, например участие в выборах, демонстрациях, пикетах и т.п.)
и закрытые (характеризующие уклонение людей от выполнения своих
гражданских и политических обязанностей, например абсентеизм). С
точки зрения соответствия направленности гражданских поступков
общепринятым в политической системе ценностям и нормам «политической игры» говорят о нормативных формах политического поведения (ориентирующихся на господствующие принципы) и девиантных
(отклоняющихся от них). Там, где воздействие идеологии стимулирует
рутинные, постоянно повторяющиеся мотивы и действия граждан,
принято выделять традиционные формы политического поведения и
противостоящие им инновационные способы практического дости-
168
жения политических целей (в которых преобладают творческие формы
политической активности).
Идеологии, воплощенные в разнообразных типах политического
поведения, эффективно влияют на содержание властных процессов и
характер функционирования управленческих институтов. Они составляют ядро политической культуры.
7.2. Происхождение, понятие, место и роль идеологии в обществе и
политике
Важное место в политическом сознании занимает такая его
составляющая, как идеология – совокупность политических идей,
взглядов, ценностей и установок, взятых в их систематизированном
виде. Сам термин «идеология» (от греческого «идея» и «логос» – слово,
понятие, учение) был введен в обиход в конце XVIII в. Дестютом де
Траси. Термин выражал предпочтение определенных социальных групп
в конкретно-исторических условиях. С тех пор в мировой политологии
сложились различные суждения об идеологии. Например, в марксизме,
который стал наиболее массовой идеологией прошлого столетия,
идеология использовалась в трёх смыслах: 1) ложного, извращенного
сознания, вида теоретического сознания, сознания определенного
класса; 2) идеология служит средством подчинения трудящихся
господствующим классам; 3) идеология может быть научной или нет.
Она научна, если выражает классовые интересы, совпадающие с
ведущими тенденциями общественного развития (естественно, идеология рабочего класса родилась как научная).
В западной политологии сложился ряд устойчивых представлений
об идеологии. М. Вебер относил идеологию (как, впрочем, и другие
мировоззрения и религиозные образования) к области веры. Отрицал
даже саму постановку вопроса о ее научности. Вслед за Вебером
К. Мангейм рассматривал любую идеологию как неадекватное отражение действительности, совокупность ложных представлений. При
этом он уделял внимание функциям идеологии (особенно такой, как
способность сплачивать людей). Английский исследователь Л. Фойер
попытался сформировать некоторые законы, по которым функционируют идеологии: 1) закон постоянных ингредиентов; 2) закон «левого»
и «правого» крыла; 3) закон генерационной идеологической волны.
Автор отмечает, что во всех идеологиях можно обнаружить три
постоянных элемента: библейский миф о Моисее (избавитель израильтян из египетского плена). Все идеологии заключают в себе некое
глобальное представление о миссии избавления и раскрепощения;
169
догмат, дающий идеологии философское обоснование; определенный
слой людей, класс, который призывал воплотить идеологию в действие.
Суть «закона крыльев» заключается в том, что одна и та же
философская идея в своем развитии проходит различные политические
и социальные стадии – «слева направо» или наоборот, т.е. обслуживает
разные политические и социальные силы.
Закон «генерационной волны» состоит в том, что каждое очередное
поколение (генерация) ищет новую идеологию. Это и есть начало
новой генерационной идеологической волны. У истоков эта волна как
явление прогрессивна, она возникла «слева», опирается на «левые»
силы. Затем движение идет к «центру», в финале волны завершается
«поправением» уже повзрослевшего молодого поколения.
Д. Истон и М. Дюверже характеризуют идеологию как систему
ценностей и предпочтений людей, вовлеченных в политическое
действие.
Рассмотрев основные концептуальные подходы к проблеме идео-
логии, можно предположить, что речь идет о системе взглядов, идеалов, убеждений, выражающих интересы, цели, намерения больших
социальных групп, классов, партий и др. Любая идеология носит политический характер, но понятие политическая идеология употребляется в специфическом смысле – как совокупность взглядов социальных
групп на политическое устройство общества, на место политики в
общественной жизни.
Чтобы получить более четкое представление об идеологии как
явлении в политической жизни общества, важно выявить основные
функции идеологии: аксеологическую; ориентационную; познавательную; интеграционную; мобилизационную; прогностическую (функцию
оправдания политических действий).
Аксеологическая (аксеология – учение о природе ценностей, их
месте в реальной жизни) функция заключается в выработке норм и
идеалов, которыми руководствуются люди в своей политической
деятельности. С ее помощью обеспечивается ориентация определенных
социальных групп на систему общих ценностей.
Идеология в определенной мере стремится к объективному
отражению политической действительности, в этом проявляется ее
ориентационная функция, которая выражается в том, что, включая
основополагающие представления об обществе, идеология задает
систему смыслов и ориентаций человеческой деятельности.
Любая идеология должна обрисовывать ту или иную политическую
систему, выявлять ее основные черты и тенденции развития, т.е. в этом
170
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]