Нравственные основы уголовного судопроизводства. Учебное пособие

в уголовное законодательство считаем преждевременным и нецелесообразным. Применение на практике этических категорий, облаченных в законодательную форму, будет несомненно вызывать определенные сложности в их неоднозначном толковании. Это касается и признака аморальности в понятии преступления. Например, ст.339 УК РФ устанавливает ответственность за уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем симуляции болезни или иными способами. Всегда ли деяние образующее состав данного преступление можно назвать аморальным. В настоящее время большинством населения не осуждаются действия направленные на уклонение от службы в армии. Связано это со многими факторами (участием РФ в военных действиях, обстановкой в рядах Вооруженных сил РФ, в том числе неуставными отношениями, и т.д.), что не может не накладывать определенный отпечаток на сознание граждан и отношение к данной правовой норме. Каким образом в таких случаях определять признак аморальности, всеобщего осуждения деяния? Будет ли деяние признаваться преступлением, при отсутствии признака аморальности? Эти и другие вопросы несомненно будут возникать у правоприменителей. Многие положения уголовного законодательства не получат однозначного толкования, чего нельзя допустить в этой сфере государственной деятельности.

правом и бытующее до настоящего времени в обыденном общественном сознании, влечет за собой ужесточение уголовной ответственности, дегуманизацию уголовного права. Опыт средневековых государств с их поражающей воображение изобретательностью в мучительстве человека, разнообразии видов смертной казни и предшествовавших ей пыток свидетельствует о том, что наказание, целью которого является устрашение, не только антигуманно, но и не достигает целей, которые преследует законодатель.

становления правового государства. Определение целей наказания трансформируется при совершенствовании правовых систем. Невозможно на современном этапе развития российского уголовного и уголовно-процессуального права представить, что целью наказания является, допустим, устрашение лица или возмездие ему за совершенное преступное деяние. Если наказание есть возмездие, отмщение, воздаяние, то уголовно-процессуальные формы должны быть приспособлены к такому пониманию наказания, но тогда сфера демократических принципов судопроизводства, процессуальных гарантий личности сильно снизится.2

граждане убеждаются в том, что государство способно обеспечить наказание преступника, и наказывает его в соответствии с законом, исходя из рациональных и социопсихологических соображений, т.е. учитывая начала гуманизма, соразмерности, эффективности. По отношению к потерпевшему социальная справедливость восстанавливается путем защиты его законных интересов и прав, нарушенных преступлением. Реализуя эту цель, наказание должно обеспечить возможность возмещения причиненного вреда и в возможных пределах – соразмерность лишения или ограничения прав и свобод осужденного страданиям потерпевшего, которые он вынужденно претерпел вследствие совершенного преступления. В цивилизованном уголовном законодательстве и правосудии соразмерность преступлений и наказаний означает, что за тяжкое причинение вреда жизни и здоровью следует лишение свободы либо ограничение таковой, которые неизбежно несут в себе не только полную либо частичную изоляцию от общества, но и немалые физические и психологические лишения осужденным. К примеру, корыстные преступления санкционируются законодателем и судом в виде штрафов, конфискаций имущества, то есть имущественных наказаний. Служебные преступления влекут соответственно «трудовые» наказания – исправительные или обязательные работы, запрещение занимать определенную должность или заниматься определенной должностью.

Так, в Примерном УК США 1962 г., разработанном учеными Института американского права в качестве рекомендации законодателям штатов, сформулированы цели применения положений о вынесении приговоров, среди которых названы: а) предупреждение совершения новых преступлений, б) содействие исправлению и социальному восстановлению личности правонарушителей и др. (п. 2 ст. 1.02)

целом, является ориентированность на создание системы гарантий личности.

должно определяться, в первую очередь, целью уголовного судопроизводства. Если цель уголовного судопроизводства будет нравственно обусловлена, то и сам процесс будет отвечать необходимым требованиям, поскольку цель – это результат деятельности, существующий еще до ее начала в мышлении индивида или группы индивидов. Цель– это то, к чему стремится человек, начиная что-либо. Имея перед собой цель, легче представить себе способы ее достижения.

чтобы посредством установления оптимального порядка уголовного судопроизводства обеспечить правильное применение норм материального права в целях защиты прав и свобод граждан в уголовном процессе.

законодатель, меняя название основополагающей статьи уголовно-процессуального Кодекса, тем самым акцентирует внимание правоприменителей на происшедших серьезных изменениях в основных началах уголовного судопроизводства и направленности уголовно-процессуальной деятельности. С другой стороны, в ст. 6 УПК РФ указываются и цели, и задачи уголовного судопроизводства, что объединяется в одно целое – термин «назначение уголовного судопроизводства».3

право в равной мере направлены на борьбу с преступностью, а задачами УК РФ, в соответствии со ст. 2, является охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человека, а также предупреждение преступлений, то эти положения, безусловно, должны найти отражение в задачах уголовного

охранения условий существования и развития общества, личности и государства во взаимодействии с рядом других отраслей государственной деятельности и населением (основной составляющей среды функционирования правоохранительных органов и других участников уголовного процесса). Границы сегмента, доставшегося уголовному судопроизводству, структурируются исходя из его задач. В свою очередь, внутри этого сегмента автор различает особенности взаимодействия отдельных элементов целеполагания между собой. Если на цель уголовного процесса следователь, прокурор, судья работают непосредственно, следственные, прокурорские и судебные действия устремлены прямо на ее достижение, то разрешение задач уголовного судопроизводства является естественным следствием, производным от успешного достижения цели по конкретным уголовным делам.2

образом: «Понятия «назначение», «цели» и «задачи» уголовного судопроизводства в принципе служат для обозначения одного и того же, но различаются по степени общности. Понятие «назначение уголовного судопроизводства» является наиболее общим и означает высшую цель уголовного судопроизводства, его социальную роль; цель - наиболее важный, социально значимый результат, достигаемый в ходе всего производства по уголовному делу (к ним относятся цели, указанные в п. 1 и 2 ч. 1 ст. 6 УПК РФ); задача - конкретный результат, достигаемый в ходе производства по уголовному делу (они бывают конечными и промежуточными, основными и вспомогательными)».3

он создан, и то, что ждут от него «правопотребители», т.е. непосредственно граждане. Представляется, что в сравнении с прошлыми веками, люди ожидают от уголовного процесса все того же – справедливости. Именно за ней шли в суд при действии «Русской правды», за ней обращаются в правоохранительные органы и сейчас. Именно данной категорией можно охарактеризовать предназначение уголовного судопроизводства. Вместе с тем, как уже было отмечено, назначение уголовного судопроизводства (оставаясь неизменным на протяжении многих веков) не подлежит нормативному регулированию, оно должно отражаться в цели и задачах уголовного судопроизводства.

причинившее вред личности, всегда должно влечь признание за потерпевшим прав обвинителя в уголовном процессе, в том числе и по делам публичного обвинения, с тем, чтобы он мог полноценно, как равноправный участник процесса, выражать в нем свою волю. Становиться или не становиться обвинителем – это право, а не обязанность потерпевшего, он должен иметь возможность в любой момент отказаться от поддержания обвинения. Прекратиться процесс или нет в данном случае, зависит только от того, участвует ли в нем государственный обвинитель. Продолжение процесса с участием только государственного обвинителя никак не колеблет диспозитивности, поскольку оно обусловлено именно тем, что прокурор представляет государственный интерес, и необходимость его защиты выступает предпосылкой к продолжению процесса.2

проблемы.