Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Нравственные основы уголовного судопроизводства. Учебное пособие
.pdf
целесообразности или нецелесообразности данного положения высказываются как
теоретики, так и практики1.
В.В. Константинов, являющийся следователем по особо важным делам
Следственного комитета при МВД России, видит негативные последствия данного
положения в том, что возбужденные уголовные дела не прекращаются на этапе
предварительного расследования, когда для этого есть основания, что следователи
не принимают во внимание доказательства оправдывающие обвиняемого или
смягчающие его ответственность, мотивируя это тем, что у них теперь «другие
задачи» и т.п. Так, по одному из уголовных дел, рассматриваемых в статье В.В.
Константиновым, свидетели со стороны защиты (в том числе главный свидетель по
делу) были допрошены не по инициативе следователя, а по указанию прокурора и
по ходатайствам адвокатов, причем уже после начала выполнения требований ст.
217 УПК (ознакомление обвиняемого с уголовным делом). На вопрос следователю,
почему эти люди, свидетельствующие о невиновности обвиняемых, допрошены
после окончания расследования, следователь ответил, что он – как сторона
обвинения и не обязан собирать доказательства невиновности обвиняемых2. Е.А.
Карякин относительно рассматриваемого вопроса пишет: «Безусловно, в
досудебном производстве функция обвинения оказывается в привилегированном
положении – ее осуществляют дознаватель, следователь, начальник следственного
отдела, а также прокурор как руководитель стороны обвинения. Тогда как
противостоящая ей защита «выглядит весьма бледно», у нее, по сути, ограниченные
возможности для того, чтобы противостоять обвинению»3.
В настоящее время предпринята попытка реорганизовать структуру органов
предварительного расследования путем создания Следственного комитета при
прокуратуре РФ. Федеральный закон от 5 июня 2007 г.
№ 87-ФЗ «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс РФ» и
Федеральный закон «О прокуратуре РФ», вступающий в действие с 6 сентября 2008
г, внесли существенные коррективы в процедуру предварительного расследования
по уголовным делам. Федеральный закон от 5 июня 2007 г. призван решить
следующие задачи:
– создание Следственного комитета при прокуратуре РФ как
централизованной структуры предварительного следствия в системе органов
прокуратуры РФ с подчиненностью работников следственных подразделений строго
по вертикали, начиная от следственных отделов по районам, городам завершая на
федеральном уровне Главным следственным управлением Следственного комитета;
– передача процессуальных полномочий по контролю за предварительным
следствием от прокуроров к руководителям следственным органов и тем самым
уголовным делам / О. А. Малышева // Российская юстиция. – 2008. – № 7. – С. 25–27; Мядзелец, О. А. Следственный
судья в уголовном процессе России: за и против
/ О. А. Мядзелец // Российская юстиция. – 2008. – № 6. – С. 39–41; Дикарев, И. С. Объективность уголовного
преследования как условие реализации назначения уголовного судопроизводства / И. С. Дикарев // Российская
юстиция. – 2006. – № 3. – С. 29–31.
3–11.
1
См. также: Малышева, О. А. Концептуальные основы современного досудебного производства по
2
Константинов, В. В. Закон в тени беззакония / В. В. Константинов // Российская юстиция. – 2005. – № 9. – С.
3
Карякин, Е. А. Указ. соч. – С.68.
91
«избавление» следователей от двойного процессуального контроля как со стороны
начальника следственного отдела, так и надзирающего прокурора;
– повышение процессуального статуса и самостоятельности следователя
путем усовершенствования (упрощения) процедур получения следователем согласия
на производство отдельных следственных действий и принятие процессуальных
решений, требующих согласия прокурора или судебного решения. Таких
ограничений по УПК до внесения ФЗ от 5 июня 2007 г. соответствующих изменений
насчитывалось 40.
В настоящее время не требуется согласия прокурора на возбуждение
следователем уголовного дела. Б.Я. Гаврилов по этому поводу пишет: «Данный
процессуальный институт являлся на протяжении 5 лет действия УПК фактическим
«тормозом» в своевременном возбуждении основной массы уголовных дел о так
называемых общеуголовных преступлениях. Негативные последствия реализации
данной правовой нормы в практической деятельности правоохранительных органов
заключались в невозможности, зачастую, своевременного возбуждения уголовного
дела и соответственно задержания лица, обоснованно заподозренного в совершении
преступления, а также проведения неотложных следственных действий по
закреплению следов преступления. Невозможен был до получения согласия
прокурора и допрос пострадавшего, который от полученных телесных повреждений
мог скончаться, не дождавшись согласия прокурора на обращение следователя о
возбуждении уголовного дела»1.
Вместе с тем не всеми учеными-процессуалистами данные изменения
приветствуются2. Так, В.В. Бобырев, С.П. Ефимичев, П.С. Ефимичев считают, что
внесенные законом от 5 июня 2007 г. изменения в УПК значительно сократили
возможности прокурора реагировать на нарушения законности в ходе
предварительного следствия. С точки зрения авторов, целесообразно восстановить
полномочия прокурора в надзоре за следствием в полном объеме, за некоторыми
исключениями. Больше того, следует придать полномочиям прокурора большую
наступательность, обеспечивая реализацию главной задачи органов, ведущих
борьбу с преступностью, – неотвратимость ответственности лиц, совершивших
преступление, выполнение которой должно сочетаться с защитой прав личности,
общества, государства. В.В. Бобырев, С.П. Ефимичев и П.С. Ефимичев пишут:
«Наши предложения о восстановлении в полном объеме полномочий прокурора по
обеспечению законности при производстве предварительного следствия не
направлены на ограничения полномочий Председателя Следственного комитета при
прокуратуре РФ и подчиненных ему руководителей следственных органов. Их
полномочия, как и следователя, расширены вполне обоснованно. Они могут
существовать параллельно с полномочиями прокурора. Возникающие на практике
противоречия во мнениях прокурора и руководителя следственного органа вполне
разрешимы вышестоящими руководителями, и, как предусмотрено новым законом,
Гаврилов // СПС «Консультант Плюс».
соотношении прокурорского надзора и судебного санкционирования на предварительном следствии) / Е. В. Рябцева //
Российская юстиция. – 2008. – № 8. – С. 57–58.
1
Гаврилов, Б. Я. Федеральный закон от 5 июня 2007 года № 87-ФЗ: мнение специалиста и ученого / Б.Я.
2
Рябцева, Е. В. Давайте будем последовательны в реформировании уголовного судопроизводства! (о
92
последнюю точку в споре поставит Генеральный прокурор РФ, так как
Председатель Следственного комитета при прокуратуре РФ является первым
заместителем Генерального прокурора РФ»1.
Позволим себе не согласиться с обозначенной позицией ученых-
процессуалистов, помимо высказанных выше доводов в пользу Следственного
комитета, можно также отметить, что в случае возврата прокурору всех его
полномочий в досудебном производстве возникнет не два, а три вида контроля в
досудебном производстве: судебный, прокурорский и руководителя следственного
органа, что представляется не совсем целесообразным. К тому же основным
назначением уголовного судопроизводства является защита прав и законных
интересов личности, а не неотвратимость наказания, в соответствии с чем и
строится в настоящее время вся уголовно-процессуальная деятельность.
В то же время, несмотря на позитивность создания Следственного комитета,
можно констатировать, что данное преобразование является, конечно же,
незаконченным, поскольку Следственный комитет остается под началом
прокуратуры, что в свою очередь означает отсутствие в досудебном производстве
реализации принципа состязательности в полном объеме. К тому же прокуратура,
лишившись большей части своих полномочий в досудебном производстве,
высказывается резко отрицательно относительно деятельности Следственного
комитета, причем данное отношение может негативно сказаться на их совместной
практической деятельности.
Аналогичные модели предварительного расследования существуют во многих
зарубежных странах. Например, законодательство Франции предусматривает
следующие положения. Расследование большинства преступлений осуществляется
судебной полицией, офицеры которой имеют право на проведение самостоятельного
предварительного дознания, а агенты и иные должностные лица — на проведение
лишь отдельных процессуальных действий. Особенно велики полномочия офицеров
судебной полиции при проведении расследования в отношении так называемых
явных преступлений непосредственно вслед за их совершением. Предварительное
следствие, осуществляемое обычно после полицейского дознания, проводится
следственным судьей. Оно обязательно по делам о тяжких преступлениях, может
быть проведено по делам об уголовных деликтах и лишь в исключительных случаях
проводится по делам о проступках. Следственные судьи назначаются на свои
должности на три года из числа судей трибунала большого процесса. В период
осуществления своих функций они остаются в составе судей трибунала большого
процесса и вправе даже участвовать в рассмотрении судебных дел, кроме тех, что
были расследованы ими самими. Уголовное преследование в суде, как правило,
осуществляется прокуратурой, которая пользуется весьма широкими правами по
своему усмотрению отказаться от передачи дела в суд. В полицейских трибуналах
обвинение в проступках, за которые не может быть назначено более 10 дней ареста,
поддерживают полицейские комиссары.
Ефимичев // Российский судья. – 2008. – № 3. – С. 25.
1
Бобырев, В. В.Законность и ее обеспечение при расследовании / В. В. Бобырев, С. П. Ефимичев, П. С.
93
Судебный контроль, внедренный в настоящее время в российский уголовный
процесс на этапе досудебного производства, необходимо расширить, передав
созданный Следственный комитет в ведение судебных органов.
В УПК РФ применительно к досудебному этапу предусмотрено четыре
(относительно самостоятельных) судебно-контрольных производства, в рамках
которых имеет место проверка законности и обоснованности:
– применения к обвиняемому (подозреваемому) отдельных мер уголовно-
процессуального принуждения (ст. 107–109,114, ч. 1 ст. 435 УПК РФ) (проверка
проводится по правилам ст. 108 УПК РФ);
– процессуальных решений и действий следственных органов и прокурора,
ограничивающих конституционные права, свободы, законные интересы участников
процесса (проверка выполняется в соответствии с нормами ст. 125 УПК РФ);
– производства следственных действий, ограничивающих конституционные
права и свободы личности (проверка реализуется в порядке ст. 165 УПК РФ);
- решения следователя о возбуждении уголовного дела, привлечении к
уголовной ответственности или применении мер процессуального принуждения к
специальным субъектам уголовного судопроизводства (ст. 448 – 450 УПК РФ)1.
6.2 Нравственное содержание общих условий предварительного
расследования
Как известно, общие условия – это закрепленные законом правила,
отражающие характерные черты предварительного расследования и
обеспечивающие осуществление на отдельном этапе уголовного судопроизводства
всех принципов процесса. В них заключены правовые требования, обеспечивающие
осуществление в этой стадии принципов процесса.
В качестве общих условий законодатель установил: формы предварительного
расследования; подследственность; место производства предварительного
расследования; выделение уголовного дела; соединение уголовных дел; выделение в
отдельное производств материалов уголовного дела; начало производства
предварительного расследования; производство неотложных следственных
действий; окончание предварительного расследования; восстановление уголовных
дел; обязательность рассмотрения ходатайств; меры попечения о детях, об
иждивенцах подозреваемого или обвиняемого и меры по обеспечению сохранности
его имущества; недопустимость разглашения данных предварительного
расследования.
Особо хотелось бы остановиться на некоторых из них. Так, обязательность
рассмотрения ходатайств предусматривает, что следователь, дознаватель обязан
рассмотреть каждое заявленное по уголовному делу ходатайство в порядке,
установленном УПК РФ. При этом подозреваемому или обвиняемому, его
защитнику, а также потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику
или их представителям не может быть отказано в допросе свидетелей, производстве
Уголовный процесс. – 2007. – № 3. – С. 14.
1
Ковтун, Н. Н. Предмет судебного следствия в судебно-контрольных производствах / Н. Н. Ковтун //
94
судебной экспертизы и других следственных действий, если обстоятельства, об
установлении которых они ходатайствуют, имеют значение для данного уголовного
дела. В случае полного или частичного отказа в удовлетворении ходатайства
следователь, дознаватель выносит постановление. Постановление об отказе в
удовлетворении ходатайства может быть обжаловано в порядке, установленном
законодательством (ст. 159 УПК РФ).
Указанное общее условие предварительного расследования гарантирует
участников досудебного производства от произвола должностных лиц при
производстве по уголовному делу. Представляется, что данной норме недостает
одного элемента – положения о том, что постановление об отказе в удовлетворении
ходатайства должно быть мотивировано. В результате такого дополнения ст. 159
УПК РФ обретет логическую завершенность.
Должностное лицо либо орган расследования обязаны удовлетворить
ходатайство сторон (обвиняемого, его защитника, а также потерпевшего,
гражданского истца, гражданского ответчика или их представителей) о
производстве следственных действий, если получаемые таким путем доказательства
будут иметь отношение, «иметь значение» для данного дела. Другими словами, для
отказа в удовлетворении ходатайства о производстве следственных действий
предусмотрено только одно основание — отсутствие относимости сведений,
которые могут быть получены в результате этих следственных действий. При этом
отсутствие относимости должно быть установлено вне всякого разумного сомнения.
В силу принципа равенства сторон следователь как представитель стороны
обвинения не может и не должен решать за противоположную сторону защиты,
какими доказательствами она будет подтверждать свою позицию по делу.
Вместе с тем стороны не должны злоупотреблять своими правами, в том
числе, на заявление ходатайств. Если ходатайство о проведении тех или иных
процессуальных действий явно избыточно, неразумно или направлено на
затягивание сроков предварительного расследования, следователь, на наш взгляд,
может отказать в удовлетворении такого ходатайства.
Производство предварительного расследования и осуществление
следственных действий предполагают такие условия, при которых наиболее
уязвимыми становятся этические категории, как «честь» и «достоинство» личности.
Не случайно ст. 161 УПК РФ устанавливает в качестве общего условия
производства предварительного расследования недопустимость разглашения его
данных. Данные предварительного расследования не подлежат разглашению, если
на то нет разрешения прокурора, следователя, дознавателя. Все участники должны
предупреждаться об этом, параллельно отбирается (или, во всяком случае, должна
отбираться) соответствующая подписка. Положения ст. 161 УПК РФ, таким
образом, имеют обязательную силу для всех участников предварительного
расследования. В связи с этим возникают определенные неточности в
регламентации процессуального положения понятого.
Обязанность неразглашения данных предварительного расследования,
закрепляется в процессуальном статусе практически всех его участников. В тоже
время непонятной остается формулировка данной обязанности. Например, п. 3 ч. 5
ст. 42 УПК РФ закрепляет, что потерпевший не вправе разглашать данные
95
предварительного расследования, если он был об этом заранее предупрежден.
Аналогичная норма предусмотрена для потерпевшего, понятого и т.д. Не понятно
другое, при каких обстоятельствах, данные участники могут быть не предупреждены
относительно неразглашения данных предварительного расследования. Разве это не
обязанность должностных лиц, или это их альтернативное право кого-то
предупреждать, а кого-то нет. И.В. Телегина в этой связи (правда, только
относительно понятого) отмечала, что получается внутренняя коллизия уголовнопроцессуальных норм, по которой, с одной стороны, такое предупреждение является
обязательным, а с другой, вроде бы зависит от желания должностного лица. Иначе
как объяснить ситуацию, при которой понятой может остаться не предупрежденным
об обязательном предписании закона. Представляется необходимым
скорректировать нормы УПК РФ для устранения отмеченных противоречий.1
Видится нормы УПК необходимо не только скорректировать в этом аспекте, но и
немного изменить формулировку ст. 161 УПК РФ, предусмотрев в ней отдельно
обязанность не разглашать данные о применении мер безопасности к участникам
уголовного процесса, чтобы тем самым еще раз акцентировать значимость данного
института для обеспечения прав и свобод личности в общем. Помимо этого
необходимо отбирать соответствующую расписку, а также реально привлекать к
уголовной ответственности за нарушение данных требований. В настоящее время,
можно отметить, таких уголовных дел единицы.
На орган расследования возлагается обязанность принятия мер попечения о
детях и других иждивенцах обвиняемого или подозреваемого и мер по сохранности
его имущества. Такие меры применяются при задержании подозреваемого, применении заключения под стражу, помещении в психиатрический стационар подозреваемого или обвиняемого. Эти меры могут использоваться и при применении
домашнего ареста и привода (на время привода).
В этих случаях орган расследования устанавливает у подозреваемого или
обвиняемого наличие иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся
на полном его содержании или получающих от него помощь, которая является для
них постоянным и основным источником средств к существованию, — ст. 179 ТК
РФ), престарелых родителей, нуждающихся в постороннем уходе, которые остаются
без присмотра и помощи. Такие лица передаются на попечение совершеннолетним,
дееспособным гражданам, заслуживающим доверия. Для этого необходимо
получить согласие временных попечителей, учесть желание самого обвиняемого,
подозреваемого и самих подопечных. Попечение — это кратковременная мера,
заключающаяся в присмотре и заботе за указанными лицами, в отличие от
попечительства по ст. 31,33 ГК РФ. Передача на попечение другим лицам должна
осуществляться при участии органа опеки и попечительства (ст. 34 ГК РФ).
Согласно ч. 1 ст. 35 ГК РФ на сам орган опеки и попечительства временно могут
быть возложены обязанности по присмотру и заботе за подопечными. Другая
возможная мера — это помещение подопечных в детские или социальные
учреждения. Оно производится в порядке, предусмотренном соответствующими
судопроизводстве: дис. … канд. юрид. наук / И. В. Телегина.– Челябинск, 2009. – С. 105.
1
Телегина, И. В. Реализация принципа уважения чести и достоинства личности в российском уголовном
96
нормативными актами. При этом следует иметь в виду, что содержащаяся под
стражей женщина может иметь при себе своих детей в возрасте до 3 лет (ст. 30
Закона РФ от 15.07.95 г. «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых
в совершении преступлений»).
Если при применении мер принуждения остается без присмотра имущество,
жилище обвиняемого (подозреваемого), то должны быть приняты меры по его
сохранности. Оно может быть вверено родственникам или иным заслуживающим
доверия лицам, по указанию самого обвиняемого (подозреваемого). При отсутствии
таких лиц, сохранность жилища может быть поручена жилищно-эксплуатационной
организации, имущество может быть передано на хранение в порядке ст. 115 УПК
РФ (по аналогии с арестованным имуществом). Орган расследования имеет право
заключить договор с частным лицом или со специализированной организацией по
охране ими имущества, жилища (например, частного дома). Расходы по этому
договору могут быть отнесены к процессуальным издержкам (ст. 131 УПК РФ).
Решение о принятых мерах по передаче подопечных, по сохранности имуще-
ства целесообразно оформить мотивированным постановлением (особенно при
возражениях обвиняемого или подозреваемого). Неисполнение указанных обязанностей может повлечь гражданско-правовую ответственность обязанного лица
(ч. 2 ст. 1070 ГК РФ).
6.3 Нравственные основы производства отдельных следственных
действий
6.3.1 Осмотр, эксгумация
Осмотр – это следственное действие, во время которого следователь,
дознаватель, иные участники чувственно воспринимают обстоятельства, которые
могут иметь значение для дела. Информация, полученная в результате зрительного,
осязательного, обонятельного восприятия надлежащим образом фиксируется.
Осмотр места происшествия, местности, жилища, иного помещения, предметов и
документов производится в целях обнаружения следов преступления, выяснения
обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.
Осмотр жилища производится только по согласию проживающих в нем лиц,
или по судебному решению (ст. 177 УПК РФ). Неприкосновенность жилища
является конституционным принципом, что и предопределяет необходимость
получения судебного разрешения на ограничение данного нормативного положения.
В юридической литературе выработаны следующие рекомендации по
обеспечению нравственных начал при производстве данного следственного
действия:
- осмотр в жилом помещении не должен подменять обыск, следователь обязан
ограничиться обследованием только тех объектов, которые непосредственно
относятся к происшествию;
- в процессе осмотра места происшествия, местности и помещений, который
производится с участием понятых, часто специалиста, нередко представителей
милиции, важно обеспечить правильные взаимоотношения со всеми
97
присутствующими при осмотре. Следователь руководит действиями всех
участников осмотра, принимает меры к удалению посторонних с места
происшествия;
- обнаруженные при осмотре факты, относящиеся к интимным сторонам
жизни тех или иных лиц, не подлежат разглашению.1
В ст. 178 УПК РФ регламентируется порядок производства такого
следственного действия как эксгумация, что подразумевает извлечение трупа из
места захоронения. При производстве данного следственного действия также
необходимо учитывать определенные нравственные требования. Эксгумация
производится по постановлению следователя, который обязан уведомить об этом
близких родственников или родственников покойного. В случае, если близкие
родственники или родственники покойного возражают против эксгумации,
разрешение на ее проведение выдается судом.
Немаловажным фактором является и требование закона возместить все
расходы, связанные с эксгумацией и последующим захоронением трупа,
родственникам покойного в порядке, установленном ст. 131 УПК РФ. В тоже время,
положение данной статьи достаточно размыто. Как представляется, эксгумация и
последующее захоронение изначально не должны проводиться за счет
родственников покойного. Приведение места захоронения в первоначальное
состояние видится обязанностью органов предварительного расследования, которые
производили данное следственное действие, что в большей степени соответствует
нравственным аспектам уголовного судопроизводства.
А.С. Кобликов также отмечал, что эксгумация трупа должна производиться
при самом ограниченном круге участников. Понятые должны быть извещены о
характере предстоящих действий. Их рекомендуется приглашать из числа
сотрудников кладбища.2
6.3.2 Освидетельствование
В ходе предварительного расследования возможно производство и такого
следственного действия как освидетельствование. В соответствии со ст. 179 УПК
РФ для обнаружения на теле человека особых примет, следов преступления,
телесных повреждений, выявления состояния алкогольного опьянения или иных
свойств и признаков, имеющих значение для уголовного дела, если для этого не
требуется производство судебной экспертизы, может быть произведено
освидетельствование подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, а также
свидетеля с его согласия, за исключением случаев, когда освидетельствование
необходимо для оценки достоверности его показаний.
Как видно из положений статьи 179 УПК РФ, закон допускает производство
принудительного освидетельствования в отношении подозреваемого, обвиняемого,
потерпевшего, а также в исключительных случаях в отношении свидетеля. Данная
норма вызывает в юридической литературе множество споров. Еще М.С. Строгович
1
Кобликов, А. С. Указ. соч. – С. 93.
2
Там же. – С. 94.
98
отмечал, что потерпевшие и свидетели, помимо их воли, принудительно не могут
быть подвергнуты освидетельствованию, так как закон заботится не только об
установлении истины, но и о том, чтобы она достигалась средствами, не
ущемляющими законные интересы личности.1
В 1980 г. С.Г. Любичев писал: «Принуждение по отношению к лицу, заведомо
не причастному к преступлению, каким является свидетель, а тем более по
отношению к потерпевшему, которому уже причинен вред преступлением, не может
быть оправдано задачами борьбы с преступностью, ибо эти задачи могут быть
успешно решены лишь при неуклонном соблюдении прав и законных интересов
граждан».2
Вопрос по поводу целесообразности принудительного освидетельствования,
безусловно, является неоднозначным и спорным. Конституция РФ регламентирует
неприкосновенность личности в качестве принципа, распространяющего свое
действие на все сферы жизнедеятельности, в том числе, на сферу уголовного
судопроизводства. Телесная неприкосновенность является составной частью
неприкосновенности личности, следовательно, ограничивать ее возможно только в
исключительных случаях. Как представляется, освидетельствование таким случаем
не является.
И.А. Антонов считает, что отказ от проведения принудительного
освидетельствования не нанесет серьезного ущерба принципу публичности
уголовного процесса, и это будет в большей степени соответствовать нравственноправовым критериям уголовно-процессуальной деятельности. То подтверждают и
результаты проведенного им опроса лиц, осуществляющих предварительное
расследование. 36,8% респондентов считают, что принудительное
освидетельствование не отвечает требованиям охраны прав и законных интересов
личности и норма нравственности. 42,5% затруднились ответить и лишь 20,5%
выступают за принудительное освидетельствование; при этом из последних только
14,2% согласны с его проведением в отношении потерпевших и свидетелей, 43,2% против таких действий и 42,6% затруднились ответить на этот вопрос.3
Не совсем целесообразным видится возможность проведения
освидетельствования в принудительном порядке с применением физической силы.
УПК РСФСР такой возможности должностным лицам и органам, осуществляющим
предварительное расследование, не предоставлял. Постановление следователя о
проведении освидетельствования носило обязательный характер. Вопрос же
обеспечения такой обязательности дискуссировался на страницах научной
литературы. Ученые отмечали, что если обвиняемый отказывается от
освидетельствования, нравственный долг следователя – до принятия принудительных
мер убедить лицо, отказывающееся от освидетельствования, в необходимости
следственного действия, в частности выяснить причины отказа и попытаться их
устранить. Лишь после этого он может подвергнуть принудительному
Т.2. – С. 126.
1980. – С. 57.
1
Строгович, М. С. Курс советского уголовного процесса: в 2-х томах / М. С. Строгович. – М.: Наука, 1968.
2
Любичев, С. Г. Этические основы следственной тактики / С.Г. Любичев. – М.: Юридическая литература,
3
Антонов, И. А. Указ. соч. – С. 165.
99
освидетельствованию обвиняемого и подозреваемого. В то же время следует отметить,
что принудительное освидетельствование потерпевших и свидетелей противоречит их
процессуальному положению, оно не может быть признано допустимым1.
Предлагались также другие способы решения обозначенной проблемы: введение
административного наказания за отказ от прохождения освидетельствования,
принудительное освидетельствование с использованием физической силы в
отношении подозреваемого, обвиняемого и потерпевшего.
Законодатель при принятии УПК РФ остановился на последнем варианте.
В настоящее время, если лицо отказывается от участия в
освидетельствовании, могут последовать его привод и дальнейшее принудительное
освидетельствование. Хотя при этом, как отмечается в комментарии к УПК РФ, не
допускается проведение действий, опасных для лица или унижающих его
достоинство2. Что, надо отметить, представляется с большим трудом. А.Ф. Закиров
не соглашается с настоящей позицией законодателя только в отношении
потерпевшего и предлагает установить порядок, при котором освидетельствование
потерпевшего должно производиться только при наличии его согласия. Из этого
правила может быть сделано исключение только в тех случаях, когда
освидетельствование необходимо для оценки достоверности показаний
потерпевшего. Установление в законе возможности освидетельствования
потерпевшего во всех случаях без исключения (ст. 179 УПК РФ) является
неправильным3. Эта позиция, как представляется, нарушает принцип состязательности
и равноправия сторон. У стороны обвинения и защиты должны быть абсолютно
равные (или приближенные к ним) условия осуществления прав и обязанностей.
Обвиняемый не есть виновный. В соответствии со ст. 14 УПК РФ обвиняемый
считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет
доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную
силу приговором суда. В связи с этим непонятен подход некоторых ученых к
обвиняемому как к лицу, которое стопроцентно виновно, и доказывание этого факта
лишь вопрос времени.
Таким образом, с предложением А.Ф. Закирова можно согласиться лишь с одной
оговоркой – если такой же процессуальный порядок будет установлен и для
обвиняемого.
В. М. Быков и Н.В. Ткачева относительно принудительного освидетельствования
пишут: «Освидетельствование – это обычно одно из первоначальных следственных
действий, которое производится, как правило, при большом дефиците времени у
следователя. Поэтому введение очень сложной процедуры получения вначале согласия
прокурора, а затем решения суда о производстве освидетельствования представляется
нам недостаточно обоснованным. Полагаем, что в данной ситуации вполне достаточен
и эффективен последующий судебный контроль за законностью и обоснованностью
ред. В. М. Лебедева; науч. ред. В. П. Божьева. – М.: Спарк, 2002. – С. 353.
автореф. дис. ... канд. юрид. наук / А. Ф. Закиров . – Ижевск, 2004. – С. 9.
1
Любичев, С. Г. Указ. соч. – С. 57.
2
Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / под общ.
3
Закиров, А. Ф. Уважение чести и достоинства личности – принцип российского уголовного процесса:
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]