Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Нравственные основы уголовного судопроизводства. Учебное пособие
.pdf
регулирования международного сотрудничества в рамках уголовного
судопроизводства как процессуальной деятельности. С нашей точки зрения, в
уголовно-процессуальном законодательстве (в ч. 5 УПК РФ) должны быть
закреплены, по крайней мере, следующие принципы: принцип законности при
осуществлении международного сотрудничества в сфере уголовного
судопроизводства, принцип взаимности международного сотрудничества в сфере
уголовного судопроизводства, обеспечение прав и свобод человека при
осуществлении международного сотрудничества по уголовным делам.
Принцип законности требует нормативного закрепления в ч. 5 УПК РФ,
поскольку имеет определенную специфику в сфере международного сотрудничества
по уголовным делам. В содержание принципа законности при осуществлении
международного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства должны
входить следующие структурные элементы:
1) международное сотрудничество в сфере уголовного судопроизводства
осуществляется в соответствии с международными договорами Российской
Федерации, международными соглашениями или на основе принципа взаимности;
2) процессуальные действия, осуществляемые в рамках международного
сотрудничества на территории Российской Федерации, регламентируются нормами
Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. При исполнении
запроса иностранного государства процессуальные нормы законодательства
иностранного государства могут быть применены в соответствии с
международными договорами Российской Федерации, международными
соглашениями или на основе принципа взаимности, если это не противоречит
законодательству и международным обязательствам Российской Федерации;
3) доказательства, полученные на территории иностранного государства его
должностными лицами в ходе исполнения ими поручений об оказании правовой
помощи по уголовным делам или направленные в Российскую Федерацию в
приложении к поручению об осуществлении уголовного преследования в
соответствии с международными договорами Российской Федерации,
международными соглашениями или на основе принципа взаимности, заверенные и
переданные в установленном порядке, пользуются такой же юридической силой, как
если бы они были получены на территории Российской Федерации в полном
соответствии с требованиями настоящего Кодекса.
Вопрос о юридической силе доказательств, полученных на территории
иностранного государства, должен, с нашей точки зрения, решаться именно в
рамках содержания принципа законности при осуществлении международного
сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства
Согласно ст. 13 Минской конвенции 1993 г. документы, которые на
территории одной из Договаривающихся Сторон изготовлены или
засвидетельствованы учреждением или специально на то уполномоченным лицом
в пределах их компетенций и по установленной форме и скреплены гербовой
печатью, принимаются на территориях других Договаривающихся Сторон без
какого-либо специального удостоверения. Документы, которые на территории
одной из Договаривающихся Сторон рассматриваются как официальные
документы, пользуются на территориях других Договаривающихся Сторон
171
доказательной силой официальных документов.
В ст. 17 Европейской конвенции о взаимной правовой помощи по уголовным
делам от 20 апреля 1959 г. сформулировано, что свидетельские показания или
документы, переданные в соответствии с настоящей Конвенцией, не требуют
какого-либо удостоверения подлинности.
УПК РФ в ст. 455 закрепляет следующее положение: доказательства,
полученные на территории иностранного государства его должностными лицами в
ходе исполнения ими поручений об оказании правовой помощи по уголовным делам
или направленные в Российскую Федерацию в приложении к поручению об
осуществлении уголовного преследования в соответствии с международными
договорами Российской Федерации, международными соглашениями или на основе
принципа взаимности, заверенные и переданные в установленном порядке,
пользуются такой же юридической силой, как если бы они были получены на
территории Российской Федерации в полном соответствии с требованиями УПК РФ.
Д.В. Шинкевич предлагает при оценке юридической силы такого рода
доказательств, полученных из иностранного государства в порядке оказания
правовой помощи, предусмотреть следующие условия: «полученные по просьбе
запрашивающей страны с применением иностранного уголовно-процессуального
закона сведения должны признаваться в качестве доказательств судом страны,
исполняющим поручение, и получить оценку допустимых и достоверных».
Включение данного положения в УПК РФ, дополнив ст. 455, п. 2, позволит, по
мнению автора, решить вопрос о соблюдении норм права иностранного государства
о порядке получения и закрепления доказательств на территории иностранного
государства.1
Для разрешения данного вопроса, У.А. Латыпов предлагает, на основе
международных стандартов на уровне Правительства РФ разработать и принять
постановление «Об утверждения Типового договора об оказании правовой помощи
по уголовным делам». В данный типовой договор включить следующее положение:
«полученные по просьбе запрашивающей страны с применением иностранного
уголовно-процессуального закона сведения должны признаваться в качестве
доказательств судом страны, исполняющим поручение, и получить оценку
допустимых и достоверных». После получения исполненного поручения с
доказательствами следователь, прокурор и суд должны дать оценку полученным за
рубежом доказательствам исключительно в соответствии с процедурой,
установленной соответствующей статьей УПК РФ, содержащей специальный пункт
о признании таковых сведений допустимыми в качестве доказательств.2
С нашей точки зрения, данные предложения не являются обоснованными.
Если сведения по запросу России собираются иностранным государством, то это
Д. В. Шинкевич // Актуальные проблемы борьбы с преступностью в Сибирском регионе: сборник материалов
международной научно-практической конференции (7 - 8 февраля 2003 г.). Часть 2. – Красноярск: Сибирский
юридический институт МВД России, 2003. – С. 108.
по уголовным делам. [Электронный ресурс]. Режим доступа:
http://yusgvs.sah.sudrf.ru/modules.php?name=press_dep&op=1&di. / У. А. Латыпов.
1
Шинкевич, Д. В. К вопросу об оценке доказательств, полученных на территории иностранных государств /
2
Латыпов, У. А. Межгосударственное сотрудничество по расследованию преступлений и сбору доказательств
172
делается по законодательству иностранного государства. Каким образом, и по каким
критериям суд будет их удостоверять? Доказательства, полученные на территории
иностранного государства должны априори признаваться на территории России, без
дополнительного судебного удостоверения. В запросе иностранному государству
должно быть в форме просьбы обозначены критерии, на которые следует обратить
внимание при сборе доказательств должностными лицами иностранного
государства.
Правовая помощь по уголовным делам на основе принципа взаимности
означает, что в соответствии с заверениями иностранного государства,
направившего запрос о правовой помощи, можно ожидать, что в аналогичной
ситуации по запросу Российской Федерации будет произведена правовая помощь.
Принцип взаимности подтверждается письменным обязательством
иностранного государства оказать Российской Федерации правовую помощь в
производстве отдельных процессуальных действий и письменным обязательством
соответствующих уполномоченных органов Российской Федерации оказать от
имени Российской Федерации правовую помощь иностранному государству в
производстве отдельных процессуальных действий. На сегодняшний день
полномочиями по даче письменных обязательств от имени Российской Федерации
обладают Верховный Суд РФ, Министерство иностранных дел РФ, Министерство
юстиции РФ, Министерство внутренних дел РФ, Федеральная служба безопасности
РФ и Генеральная прокуратура РФ (ст. 453 УПК РФ).
Закрепление принципа взаимности в уголовно-процессуальном
законодательстве объясняется объективными потребностями. Далеко не со всеми
государствами удается установить договорные отношения об оказании правовой
помощи по уголовным делам. В связи с чем, принцип взаимности необходимо
законодательно закрепить. По содержанию он должен состоять из следующих
элементов:
1) при отсутствии между государствами соответствующего договора,
международное сотрудничество в сфере уголовного судопроизводства может
осуществлять на основе принципа взаимности;
2) взаимность в области международного сотрудничества в сфере уголовного
судопроизводства означает заверения иностранного или российского государства об
аналогичной правовой помощи в сходной ситуации, при наличии соответствующего
запроса;
3) принцип взаимности подтверждается письменным обязательством
иностранного государства оказать Российской Федерации правовую помощь в
производстве отдельных процессуальных действий и письменным обязательством
соответствующих уполномоченных органов Российской Федерации оказать от
имени Российской Федерации правовую помощь иностранному государству в
производстве отдельных процессуальных действий.
Обеспечение прав и свобод человека при осуществлении международного
сотрудничества по уголовным делам, включает в себя следующие аспекты:
1) при осуществлении международного сотрудничества в сфере уголовного
судопроизводства гарантируются права и свободы человека, предусмотренные
международно-правовыми актами, российским законодательством;
173
2) правовая помощь по уголовным делам не оказывается, если:
а) запрос относится к преступлениям, считающимся в России политическими,
или к преступлениям, смежным с такими преступлениями. Отказ не допускается в
случае, если лицо подозревается, обвиняется или осуждено за совершение деяний,
предусмотренных статьями 5-8 Римского устава Международного уголовного суда;
б) запрос относится к деянию, составляющему исключительно нарушение
военной дисциплины;
в) существуют обоснованные причины полагать, что подозреваемый
подвергнут преследованию или уголовному наказанию по расовым, религиозным
мотивам, по мотивам принадлежности к определенному гражданству, определенной
группе или по мотивам разделения определенных политических убеждений либо
что его положение может усугубиться по одной из указанных причин;
г) доказано, что в запрашивающем государстве лицу не будет обеспечено
справедливое судебное разбирательство;
д) за соответствующее деяние законодательством запрашивающего
государства предусмотрена смертная казнь, а запрашивающее государство не
предоставляет никаких гарантий неприменения или неисполнения смертной казни;
е) согласно Уголовному кодексу Российской Федерации деяние или деяния,
указанные в запросе, не являются преступлениями;
ж) в соответствии с национальным законодательством лицо не может быть
привлечено к уголовной ответственности;
3) любые действия и решения, принимаемые должностными лицами в рамках
международного сотрудничества, могут быть обжалованы в судебном порядке.
По мнению У.А. Латыпова, говоря о принципах, которыми подлежит
руководствоваться государствам при осуществлении сотрудничества в
рассматриваемой сфере, нельзя не упомянуть о таком принципе международного
права, как принцип добросовестного выполнения обязательств, принятых на себя по
международным договорам.1
Принцип добросовестного выполнения государствами международных
обязательств проявляется в том, что положения национального уголовнопроцессуального законодательства не могут служить основанием для отказа от
выполнения международных обязательств. Если в законе имеются нормы,
противоречащие международному договору, заключенному государством, то в силу
данного принципа применяются нормы договора, а закон должен быть приведен в
соответствие с международными обязательствами.
Обозначенная система принципов призвана обеспечить такое осуществление
деятельности в рамках международного сотрудничества в рамках уголовного
судопроизводства, которое будет соответствовать международно-правовым
стандартам обеспечения прав и свобод человека.
Принципы играют важную роль в правовом регулировании. С развитием
общества, с расширяющимся процессом интеграции России в мировое сообщество
возрастает значение идей справедливости, равенства, гуманизма законности как в
общесоциальном, так и в уголовно-правовом и уголовно-процессуальном аспектах.
1
Латыпов, У. А. Указ. соч.
174
Поэтому точное отражение этих идей в российском уголовном и уголовнопроцессуальном законодательстве направлено на охрану свободы личности, прав
человека, защиту общества и государства от общественно опасных посягательств.1
10.3 Обеспечение нравственных начал при осуществлении отдельных
видов правовой помощи по уголовным делам
В качестве видов правовой помощи в производстве по уголовным делам и
исполнении приговора, с нашей точки зрения целесообразно выделять:
1) выполнение поручений о совершении отдельных процессуальных действий;
2) передача компетенции;
3) экстрадиция;
4) оказание любой другой помощи, не противоречащей внутреннему
законодательству запрашиваемого государства.
Наибольший интерес, с нашей точки зрения, представляет вопрос о
нравственных основах осуществления такого вида правовой помощи как
экстрадиция, поскольку она связана с ограничением прав и интересов личности.
Относительно экстрадиции дискуссионных моментов достаточно много,
остановимся на отдельных из них, представляющих интерес в рамках нашей работы.
Термином экстрадиция охватываются, с нашей точки зрения, и
процессуальные действия, регламентированные главой 54 и действия
регламентированные главой 55 УПК РФ. Определять экстрадицию в узком смысле и
широком смысле представляется нецелесообразным, причем авторы, которые это
делают, всего лишь по-разному классифицируют ее содержание. Следует говорить о
различных подвидах экстрадиции, которая подразделяется на: выдачу лиц для
уголовного преследования, выдачу лиц для исполнения приговора и передачу лиц
для отбывания наказания. Причем термин «передача» используется в
международной практике для обозначения процедур, которые в меньшей степени
обременены препятствиями правового характера, присущими выдаче. Так, термин
«передача» применяется для обозначения следующих процедур:
1) передача осужденного в страну своего гражданства для отбывания
наказания;
2) передача обвиняемого международным уголовным трибуналам;
3) передача лица в рамках применения Европейского ордера на арест.
Ни Уставы Международных уголовных трибуналов ad hoc по бывшей
Югославии и Руанде, ни Статут МУС не используют термина «выдача
(экстрадиция)», который определяет процедуру, применяемую только в
межгосударственной практике; в отношении же доставки лиц международным
трибуналам применяется лишь термин «передача» либо «перевод».
Цель экстрадиции составляет содействие запрашивающему государству
осуществить его право на осуждение и наказание лиц, нарушивших его законы, а,
принудительных мер медицинского характера / Р. М. Шагеева // Судебная власть в России: закон, теория и практика:
сб. статей по итогам Международной научно-практической конференции. Тюмень, 19-20 ноября 2004г. – М.:
Издательская группа «Юрист», 2005. – С. 503.
1
Шагеева, Р. М. Роль некоторых уголовно-правовых и уголовно-процессуальных принципов при применении
175
следовательно, выводить ее за рамки основной процессуальной формы
международного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства не
представляется целесообразным.
Помимо этого мы поддерживаем точку зрения отдельных ученых, которые
считают, что глава 55 УПК РФ должна быть дополнена положениями,
регламентирующими передачу лиц для применения к ним принудительных мер
медицинского характера в государство гражданином которого он является. Так, А.Г.
Вениаминов считает, что имеющийся пробел в законодательстве вызывает
существенные сложности в практическом применении процедуры передачи для
принудительного лечения, затрудняет исполнение соответствующих
международных обязательств Российской Федерации.1
К тому же, с нашей точки зрения, экстрадиционной является и деятельность,
направленная на выдачу лица, находящегося на территории иностранного
государства, для уголовного преследования или исполнения приговора согласно
российскому законодательству. Не понятно почему законодатель не предусмотрел
возможность направления запроса о передаче лица для отбывания наказания и
применения к нему принудительных мер медицинского характера российскому
государства, с учетом разделения в кодексе данных понятий. Этот пробел, с нашей
точки зрения, должен быть устранен путем внесения соответствующих изменений.
Экстрадицию следует трактовать широко, и подразумевать под ней любую выдачу
(передачу) лиц в иностранное либо в российское государство.
Таким образом, с нашей точки зрения, экстрадиция – это процессуальная
процедура по выдаче лица для уголовного преследования, исполнения приговора, а
также по передаче лица для отбывания наказания либо применения к нему
принудительных мер медицинского характера в иностранное или российское
государство.
Помимо этого представляется необходимым ввести еще одно процессуальное
понятие экстрадиционное производство или «экстрадиционный процесс». Эти
термины успешно используются на практике, но полностью отсутствуют в законе,
что нельзя признать оправданным в связи с протяженностью во времени и
процедурной сложностью процессуальной деятельности, направленной на выдачу
лица для уголовного преследования, исполнения приговора, или передачу лица для
отбывания наказания или применения к нему принудительных мер медицинского
характера. Причем необходимо детально расписать в законодательстве основные
этапы экстрадиционного производства, включая в них все возможные действия,
направленные на выдачу (передачу) лиц. Аргументировать это мы можем тем, что
большинство действий (например, задержание лиц, объявленных в международный
розыск, запрашиваемых иностранным государством), связаны с существенным
ограничением прав и свобод человека, что исключает их применение вне
процессуального поля, где следует помимо порядка их производства, закрепить и
соответствующие гарантии прав, свобод и интересов личности.
в сфере уголовного судопроизводства: автореф. дис. … канд. юрид. наук / А. Г. Вениаминов. – М., 2010. – С. 6.
1
Вениаминов, А. Г. Институт экстрадиции как форма международного сотрудничества Российской Федерации
176
Экстрадиционное производство можно классифицировать в зависимости от
того кому выдается либо передается лицо:
1) экстрадиционное производство по поводу выдачи лица для уголовного
преследования либо исполнения приговора, или передачи лица для отбывания
наказания либо применения принудительных мер медицинского характера в
иностранное государство;
2) экстрадиционное производство по поводу выдачи лица для уголовного
преследования либо исполнения приговора, или передачи лица для отбывания
наказания либо применения принудительных мер медицинского характера в
российское государство
Экстрадиционное производство по выдаче либо передачи лица в силу своей
усложненности должно состоять из следующих этапов:
1) экстрадиционная проверка;
2) экстрадиционная процедура (принятие решения о выдаче лица для
уголовного преследования, исполнения приговора, или передачу лица для
отбывания наказания или применения к нему принудительных мер медицинского
характера; фактическая передача).
Причем понятие экстрадиционная проверка не новое понятие для
правоприменительной деятельности, а также для уголовно-процессуальной науки.
Д. Е. Прокофьева под экстрадиционной проверкой, понимает систему
процессуальных и организационных действий, проводимых компетентными
органами запрашиваемого государства в отношении лица, находящегося в
международном (межгосударственном) розыске, с момента задержания такого лица
на территории запрашиваемого государства с целью установления обстоятельств,
которые могут повлиять на принятие итогового решения о фактическом исполнении
просьбы запрашивающего государства. Порядок ее проведения регламентирован
указанием Генерального прокурора от 18 октября 2008 г. N 212/35 «О порядке
работы органов прокуратуры Российской Федерации по вопросам выдачи лиц для
привлечения к уголовной ответственности или исполнения приговора и передачи
лиц, совершивших общественно опасные деяния, для проведения принудительного
лечения». Порядок такого процессуального действия нормами УПК РФ не
предусмотрен, при этом задержание, будучи мерой процессуального принуждения,
влечет ограничение прав лица, по отношению к которому она применяется. Исходя
из принципа добросовестного исполнения взятых на себя международных
обязательств, в целях обеспечения прав задержанных лиц российскому
законодателю следовало бы предложить урегулировать рассматриваемый вопрос
путем дополнения гл. 54 УПК РФ статьями, регламентирующими порядок
задержания лица, находящегося в международном (межгосударственном) розыске,
права задержанного, а также основания освобождения, срок содержания такого
лица.1
По мнению А.Е. Косаревой, экстрадиционная проверка представляет собой
комплекс проверочных мероприятий и процессуальных действий досудебного
производства, производимых сотрудниками правоохранительных органов РФ
1
Прокофьев, Д. Е. Экстрадиционная проверка / Д. Е. Прокофьев // Законность. – 2010. № – 12. – С. 34-38
177
(прокуратуры, суда, МВД, ФСБ и др.) с момента задержания лица, числящегося в
международном (межгосударственном) розыске, и до момента подписания
Генеральным прокурором Российской Федерации или его заместителем решения о
выдаче (об отказе в выдаче) этого лица правоохранительным органам иностранного
государства. При этом автором отдается предпочтение именно термину «проверка»,
а не «деятельность», поскольку последний термин в большей степени подразумевает
процессуальные действия, проводящиеся в рамках производства расследования
возбужденного уголовного дела или судебного слушания. Применительно же к
изложенным выше процедурным вопросам экстрадиции, можно вести речь о
проведении не следственных, а именно проверочных действий, поскольку на
территории Российской Федерации лицо, задержанное в порядке международного
(межгосударственного) розыска, к уголовной ответственности не привлекается и все
меры процессуального принуждения, связанные с его задержанием и дальнейшим
содержанием под стражей, применяются именно в рамках проводимой проверки
относительно наличия либо отсутствия оснований, препятствующих последующей
выдаче задержанного лица компетентным правоохранительным органам
запрашивающего иностранного государства.
В связи с чем, автор вносит предложение о введении законодателем в текст
статьи 462 УПК РФ «Исполнение запроса о выдаче лица, находящегося на
территории Российской Федерации» (а также в тексты иных статей главы 54 УПК
РФ, применительно к процедурным вопросам, связанным с исполнением запроса о
выдаче лица, о чем речь пойдет ниже), термина «экстрадиционная проверка»,
выделив его, например, в часть 4 указанной статьи:
4. С момента задержания на территории Российской Федерации лица,
числящегося в международном (межгосударственном) розыске, проводится
экстрадиционная проверка, по материалам которой принимается решение о выдаче
(об отказе в выдаче) задержанного лица запрашивающему государству. (Части 4-7
статьи 462 УПК РФ, считать, соответственно, частями5-8).1
С нашей точки зрения экстрадиционная проверка должна стать полноценным
процессуальным этапом экстрадиционного производства, поскольку в ходе ее
производства возможны существенные ограничения прав и свобод человека.
Порядок экстрадиционной проверки в настоящее время детально регламентирован
указанием Генерального прокурора от 18 октября 2008 г. N 212/35 «О порядке
работы органов прокуратуры Российской Федерации по вопросам выдачи лиц для
привлечения к уголовной ответственности или исполнения приговора и передачи
лиц, совершивших общественно опасные деяния, для проведения принудительного
лечения».
Экстрадиционная проверка должна определяться как этап экстрадиционного
производства, который начинается с момента получения запроса о выдаче
(передаче) лиц, либо с момента задержания лица, объявленного в международный
розыск и заканчивается передачей документов в Генеральную прокуратуру РФ для
принятия решения о выдаче лица для уголовного преследования или исполнения
уголовном судопроизводстве: автореф. дис. … канд. юрид. наук / А. Е. Косарева.- СПб., 2005. – С. 9.
1
Косарева, А. Е. Выдача лица для уголовного преследования или исполнения приговора в российском
178
приговора либо передаче лица для отбывания наказания или применения к нему
принудительных мер медицинского характера. Данная деятельность однозначно
должна быть процессуальной, и регламентироваться УПК РФ.
Экстрадиционная проверка в отношении лиц запрашиваемых Российской
Федерацией для уголовного преследования или исполнения приговора
подразумевает, подготовку всех необходимых материалов для направления запроса
иностранному государству, которые направляются в Генеральную прокуратуру РФ
для решения вопроса о необходимости выдачи. Для представления таких
материалов следует установить является ли деяние, в связи с которым
предполагается запрос, уголовно наказуемым согласно законодательству обоих
государств, предусматривается ли за его совершение наказание в виде лишения
свободы на срок менее одного года или более тяжкое наказание, либо осуждено ли
лицо на срок не менее шести месяцев – в случае выдачи для исполнения приговора.
Также следует установить гражданство запрашиваемого лица. Требование об
установлении гражданской принадлежности выдаваемого лица, является одним из
основных вопросов, подлежащих доскональному выяснению, при рассмотрении
вопроса о возможности направления в другое государство такого запроса
применительно к выдаче лица, совершившего преступление на территории
Российской Федерации.
Судебными и следственными органами Российской Федерации запрос о
выдаче может быть направлен лишь при наличии у запрашиваемого лица
российского гражданства, в случае достоверного установления факта отсутствия
гражданства государства, на территории которого лицо находится, а также в случае,
если запрашиваемое лицо является лицом без гражданства (апатридом) или
гражданином третьего государства.
Любые решения, лежащие в основе запроса о выдаче, должны быть
законными, обоснованными и, на момент направления указанного запроса вступившими в законную силу.
Все действия, направленные на выяснение и обоснование указанных выше
обстоятельств, обозначаются нами как экстрадиционная проверка в отношении лиц,
запрашиваемых РФ для уголовного преследования и исполнения приговора, а также
отбывания наказания или применения принудительных мер медицинского
характера. В законе следует обозначить кто инициирует экстрадиционное
производство в случае необходимости выдачи (передачи) лиц в российское
государство, материалы, которые передаются Генеральному прокурору для
направления запроса. Как видится, инициировать экстрадиционное производство
может: дознаватель, следователь, судья. Все материалы должны быть переданы в
прокуратуры субъекта, которые после их изучения должны быть наделены правом
их передачи Генеральному прокурору или его заместителю, либо возврата
инициатору экстрадиционного производства, в случае недостатка обосновывающего
необходимость выдачи (передачи) материала, для его устранения.
Экстрадиционная процедура, как второй этап экстрадиционного производства,
для обоих видов экстрадиционного производства заключается в принятии
Генеральным прокурором или его заместителем решения о выдаче (передаче) лиц, и
непосредственно самой процедуре выдачи.
179
Относительно экстрадиционной процедуры наибольшую актуальность
представляет обеспечение защиты прав лиц, в отношении которых есть запрос о
выдаче для уголовного преследования, исполнения приговора, либо о передаче для
отбывания наказания и применения принудительных мер медицинского характера.
Решение о выдаче иностранного гражданина или лица без гражданства,
находящегося на территории Российской Федерации и обвиняемого в совершении
преступления или осужденного судом иностранного государства, принимается
Генеральным прокурором РФ или его заместителем. Данное решение может быть
обжаловано лицом, в отношении которого принято решение о выдаче, или его
защитником в течение десяти суток с момента получения уведомления в
федеральный суд субъекта Российской Федерации. Проверка законности и
обоснованности решения о выдаче производится судом в срок не позднее одного
месяца со дня получения жалобы, в составе коллегии из трех судей в открытом
судебном заседании с участием прокурора, лица, в отношении которого принято
решение о выдаче и его защитника, если он участвует в деле.
Если следовать положениям российского уголовно-процессуального
законодательства, то в принципе это все процессуальные гарантии защиты прав лиц,
в отношении которых получен запрос иностранного государства о выдаче
предусмотренные УПК. Представляется, что данных гарантий явно недостаточно
для обеспечения конституционных прав человека, предоставляемых (или
провозглашаемых) для всех лиц, находящихся на территории российского
государства.
Все лица, так или иначе вовлеченные в сферу уголовно-процессуальных
отношений, наделяются соответствующим процессуальным статусом, который, в
свою очередь, определяется охранительной политикой государства в отношении
всех лиц, чьи права и свободы могут быть ограничены мерами уголовнопроцессуального принуждения. Вопросы относительно экстрадиции лиц, решаются
в рамках уголовного судопроизводства, и чего следует, что данные лица
вовлекаются в уголовно-процессуальные отношения, предполагающие четкую
фиксацию прав и обязанностей их сторон.
Основной момент, который в связи с этим вызывает недоумение – это
отсутствие в отечественном законодательстве регламентации процессуального
положения лица, в отношении отправлен запрос о выдаче иностранным
государством. Как видим из УПК РФ, практически единственное право такого лица
– это право на судебное обжалование положительного решения Генерального
прокурора РФ или его заместителя по запросу иностранного государства, что явно
нельзя признать достаточным, поскольку помимо непосредственно решения вопроса
о производстве выдачи в отношении данного лицу могут быть вынесены и другие
решения, произведены другие действия процессуального характера,
ограничивающие его конституционные права и свободы. Данные действия, как
правило, направлены на обеспечения возможной выдачи лиц по запросу
иностранного государства. Причем положение такого лица настолько уникально и
специфично, что не всегда возможно руководствоваться положениями уголовнопроцессуального законодательства, предусмотренными для других участников
процессуальных отношений.
180
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]