Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Нравственные основы уголовного судопроизводства. Учебное пособие
.pdf
освидетельствования, произведенного следователем принудительно, который может
быть осуществлен по жалобе заинтересованного лица».1
Отдельные ученые в то же время предлагают производить освидетельствование
лица только с его согласия или на основании судебного решения, кроме случаев, не
терпящих отлагательств. Как представляется, это предложение заслуживает всяческой
поддержки. Судебный контроль необходим в тех случаях, когда речь идет о
применении принуждения, а следовательно, о возможном ограничении
конституционных прав и законных интересов личности.
С учетом приведенных доводов предлагаем следующую редакцию ч. 1 ст. 179
УПК РФ: «Для обнаружения на теле человека особых примет, следов преступления,
телесных повреждений, имеющих значение для уголовного дела, если для этого не
требуется производство судебной экспертизы, может быть произведено
освидетельствование подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, а также свидетеля с
их согласия. Для производства принудительного освидетельствования любого
участника уголовного судопроизводства необходимо получение судебного разрешения
по ходатайству должностного лица или органа, осуществляющего уголовное
преследование». Справедливости ради необходимо отметить, что рассматриваемый
аспект относится по большей части к законодательному казусу, чем к реальной
практической проблеме.
УПК РФ устанавливает, что при освидетельствовании лица другого пола
следователь не присутствует, если освидетельствование сопровождается
обнажением данного лица. В этом случае освидетельствование производится
врачом. Фотографирование, видеозапись и киносъемка в процессе
освидетельствования проводятся с согласия освидетельствуемого лица. Таким
образом, мы видим, что нормативное положение уголовно-процессуального
законодательства максимально защищает честь и достоинство лица, подвергнутого
освидетельствованию. Поскольку объектом освидетельствования является тело
человека, оно должно производиться таким образом, чтобы человеческое
достоинство не было унижено. 2
Это нравственное требование исторически сложилось еще в прошлом
столетии. Щадя повышенную естественную стыдливость лиц женского пола, Устав
уголовного судопроизводства 1864 года допускал освидетельствование женщин,
только имеющих статус подозреваемых в совершении преступлений. Ни
потерпевшая, ни свидетельница данному следственному действию не подвергались
(ст. 352). Кроме того, освидетельствование женщин по Уставу допускалось только в
присутствии понятых женского пола, при этом женщины-понятые обязательно
должны были быть замужними (ст. 322, 351). В уголовно-процессуальном
законодательстве послеоктябрьского периода 1917 года данное положение
претерпело существенные изменения. В ст. 194 УПК РСФСР 1922 г. было записано:
«следователь не присутствует при освидетельствовании лица другого пола, если
освидетельствование сопровождается обнажением освидетельствуемого лица кроме
случаев, когда это лицо не возражает против такого присутствия».
политика. – 2005. – № 5 // ПС Консультант плюс.
1
Быков, В. М. Принуждение при производстве следственных действий / В. М. Быков, Н. В. Ткачева // Право и
2
Москалькова, Т. Н. Указ. соч. – С. 62.
101
УПК РСФСР, исходя из соображений общечеловеческой морали, прямо
запрещал производить в ходе освидетельствования действия, унижающие честь и
достоинство человека либо опасные для его здоровья, а также обязывал следователя
пригласить понятых одного пола с освидетельствуемым (ст. 181 УПК РСФСР). 1
В настоящее время присутствие понятых при производстве данного
следственного действия прямо не предусматривается уголовно-процессуальным
законодательством, что необходимо расценивать как положительный момент для
обеспечения права личности на уважение ее чести и достоинства. В тоже время
теоретически участие понятых возможно, в том случае, если следователь по
ходатайству участников уголовного судопроизводства или по собственной
инициативе не примет иное решение (ч. 2 ст. 170 УПК РФ). В данной ситуации
главным требованием к понятым должно быть то, что они одного пола с
освидетельствуемым, тем более тогда, когда освидетельствование связано с
обнажением.
Требование не допускать действий унижающих честь и достоинство либо
создающих угрозу для здоровья является общим принципом уголовного
судопроизводства, и не дублируется в ст. 179 УПК РФ, так как действие принципа
априори распространяется на все процессуальные действия и решения. Та же норма
предусматривается и в ч. 4 ст. 164 УПК РФ, где закрепляется, что общим правилом
производства следственного действия является недопустимость применения
насилия, угроз и иных незаконных мер, а равно создание опасности для жизни и
здоровья участвующих в них лиц. В связи с чем, не совсем понятным является то,
что в ст. 181 УПК РФ регламентирующей производство следственного
эксперимента отмечается: «производство следственного эксперимента допускается,
если не создает опасность для здоровья участвующих в нем лиц». Необходимость
включения такого положения в обозначенную норму спорно. Из него можно сделать
недопустимый в принципе вывод, что на все остальные следственные действии
данная норма не распространяется. Представляется более правильным либо
дублировать данный аспект относительно всех следственных действий, либо
ограничиться тем, что данное положение предполагает система существующих
принципов уголовного судопроизводства, а также общими правилами производства
следственных действий.
6.3.3 Допрос
Допрос является самым распространенным следственным действием в
уголовном судопроизводстве.
Допрос – это получение, в соответствии с установленной законом процедурой,
от допрашиваемого лица сведений о существенных обстоятельствах дела, путем
постановки перед ним задачи на воспроизведение и передачу хранящейся в его
памяти информации в устной форме.
Допросу подлежат подозреваемый, обвиняемый, если они согласны давать
показания, потерпевший и свидетели, если они не воспользовались иммунитетом, а
1
Там же. – С. 62.
102
также эксперт и специалист. Допрос последних – неотъемлемая часть экспертизы и
деятельности специалиста, связанной с дачей им заключения. Для подозреваемого и
обвиняемого дача показаний на допросе служит средством их защиты от подозрения
и обвинения. Давая показания, потерпевший также защищает свои права,
осуществляет обвинительную функцию, а свидетель выполняет правовую
обязанность и моральный долг содействовать правосудию. 1
Один из наиболее нравственных институтов уголовно-процессуального права,
напрямую связанный с производством допроса – процессуальный институт
свидетельского иммунитета. Ст. 5 УПК РФ закрепляет, что свидетельский
иммунитет – это право лица не давать показания против себя и своих близких
родственников, а также в иных случаях, предусмотренных уголовнопроцессуальным законодательством. В процессуальной научной литературе можно
встретить и более развернутое определение свидетельского иммунитета – это
совокупность нормативно закрепленных правил, освобождающих некоторые
категории свидетелей и потерпевших от предусмотренной законом обязанности
давать показания по уголовному делу, а также освобождающие любого
допрашиваемого от обязанности свидетельствовать против себя.2
Т.Н. Москалькова проследила исторический путь развития данного
процессуального института в российском законодательстве. Свидетельский
иммунитет впервые получил закрепление в Уставе уголовного судопроизводства
1864 года. Так, Устав провозглашал, что «муж или жена обвиняемого лица,
родственники по прямой линии, восходящей и нисходящей, а также родные его
братья или сестры могут устранить себя от свидетельства, если же не пожелают
воспользоваться сим правом, то допрашиваются без присяги» (ст. ст. 94 и 705).
Положения, закрепленные в названных нормах, – классический пример
согласованности норм морали и права, ибо изобличающие показания противоречат
неписаным нормам взаимоотношений между близкими людьми. В соответствии со
ст. 93 Устава не допускались к даче свидетельских показаний также: «1) безумные и
сумасшедшие; 2) духовные лица – в отношении к признанию, сделанному им на
исповеди, и 3) поверенные или защитники обвиняемых – в отношении к признанию,
сделанному им доверителями их».
С начала советского периода и вплоть до 1993 года свидетельский иммунитет
в таком объеме не получал в нашей стране официального признания и
законодательного закрепления, что порождало на практике большую проблему
нравственного характера. Данное противоречие между нормами права и нормами
нравственности было устранено только после принятия Конституции РФ 1993 года.3
В соответствии с ст. 51 Конституции РФ, никто не обязан свидетельствовать против
себя, своего супруга и близких родственников.
Помимо лиц, имеющих возможность отказаться от дачи показаний,
перечисленных в ст. 51 Конституции РФ, ч. 3 ст. 56 УПК РФ устанавливает
перечень лиц, не подлежащих допросу в качестве свидетелей. Это:
/ С. А. Шейфер. – М.: Юрлитинформ, 2004. – С. 85.
1
Шейфер, С. А. Следственные действия. Основания, процессуальный порядок и доказательственное значение
2
Москалькова, Т. Н. Указ. соч. – С. 46.
3
Там же.
103
1) судья, присяжный заседатель – об обстоятельствах уголовного дела,
которые стали им известны в связи с участием в производстве по данному
уголовному делу;
2) адвокат, защитник подозреваемого, обвиняемого – об обстоятельствах,
ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью
или в связи с ее оказанием;
3) адвокат – об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с
оказанием юридической помощи;
4) священнослужитель – об обстоятельствах, ставших ему известными из
исповеди;
5) член Совета Федерации, депутат Государственной Думы без их согласия –
об обстоятельствах, которые стали им известны в связи с осуществлением ими
своих полномочий.
Как можно заметить объединяет эту группу лиц тождественный признак – все
они являются носителями профессиональной тайны, т.к. осуществляют деятельность
в сферах, где невозможно разглашение определенной информации.
Положения свидетельского иммунитета структурируют следующим образом:
1) освобождение свидетеля от самообвинения, т.е. обязанности
свидетельствовать против самого себя;
2) освобождение супруга и близких родственников обвиняемого
(подозреваемого) и потерпевшего от обязанности давать против него свидетельские
показания;
3) освобождение некоторых категорий лиц, обладающих профессиональной
тайной, от обязанности давать свидетельские показания;
4) освобождение от обязанности давать свидетельские показания лиц,
занимающих определенное должностное положение в государстве (депутатов,
членов Совета Федерации и т.д.);
5) освобождение от привлечения в качестве свидетелей лиц, которые в силу
своих физических и психических недостатков не способны правильно воспринимать
обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них объективные показания.
Хотелось бы отметить, что при такой структуре смешиваются два понятия –
свидетельский иммунитет и запрет на допрос. В ч. 3 ст. 56 УПК РФ, речь, с нашей
точки зрения, идет не об институте свидетельского иммунитета, а о таком
процессуальном институте, как запрет на допрос. Лица, перечисленные в данной
норме уголовно-процессуального закона, в принципе не могут являться
свидетелями, а, следовательно, не могут быть наделены свидетельским
иммунитетом. В качестве аргумента можно привести и положения ч. 2 ст. 11 УПК
РФ: в случае согласия лиц, обладающих свидетельским иммунитетом, дать
показания дознаватель, следователь, прокурор и суд обязаны предупредить
указанных лиц о том, что их показания могут использоваться в качестве
доказательств в ходе дальнейшего производства по уголовному делу. Данная норма
не применима к лицам, указанным в ч. 3 ст. 56 УПК РФ, поскольку даже в случае,
если они согласятся давать показания, последние будут признаны недопустимыми и
не имеющими юридической силы.
104
Законодательные требования, предъявляемые к производству допроса,
предусматривают совокупность множества нравственных аспектов. Так, ст. 187
УПК РФ регламентирует, что допрос не может длиться непрерывно более 4 часов.
Продолжение допроса допускается после перерыва не менее чем на один час для
отдыха и принятия пищи, причем общая продолжительность допроса в течение дня
не должна превышать 8 часов. При наличии медицинских показаний
продолжительность допроса устанавливается на основании заключения врача.
Заслуживает внимания предложение, высказанное С.Г. Любичевым, что
звукозапись обеспечивает полноту и точность показаний лиц, обвиняемых в
преступлениях, за которые в качестве меры наказания может быть применена
смертная казнь (пожизненное лишение свободы), лиц, дающих показания через
переводчика, показаний несовершеннолетних, речевые особенности которых трудно
передать в протоколе допроса. Определенное нравственное значение имеет
применение звукозаписи для фиксации показаний потерпевших, получивших
телесные повреждения и находящихся в связи с этим в больнице. Длительность
допроса, сопряженная с продолжительной записью показаний в протоколе, может
быть утомительной для этого лица.1 С этим можно согласиться частично,
звукозапись может осуществляться только параллельно с протоколированием
допроса, поскольку нужно учитывать, что материалы дела должны быть
представлены в первую очередь в письменной форме. Следовательно, на
продолжительность допроса такое нововведение никак не повлияет.
Задавать наводящие вопросы при допросе запрещается. В остальном
следователь свободен при выборе тактики допроса (ч. 2 ст. 189 УПК РФ).
Вопрос о свободе выбора тактики допроса заслуживает, с точки зрения С.А.
Шейфера, более детального освещения. Решая его, следует исходить из
недопустимости при допросе применения насилия, угроз и иных незаконных мер, а
равно создания опасности для жизни и здоровья допрашиваемого. В тоже время
допустимы приемы, направленные на помощь допрашиваемому в припоминании
забытого и на преодоление запирательства и лжи. «Представляется, что любой
тактический прием допроса не должен содержать сообщение допрашиваемому
ложной информации. Следователь также не вправе склонять допрашиваемого к
подтверждению определенного факта обещанием каких-либо благ и послаблений;
изменения меры пресечения, принятия мер к определению судом более мягкого
наказания и т.д.»2
Критерии допустимости применения тактических приемов при расследовании
уголовного дела можно продифференцировать на три группы: общенаучные,
правовые и этические.
Обобщая разнообразные рекомендации ученых и практиков, а также нормы
отечественного и международного права, Т. К. Рябинина, считает, что следует
признавать допустимыми лишь такие приемы, которые:
- не основаны на обмане;
- не связаны с угрозой и шантажем;
1
Любичев, С. Г. Указ. соч. – С. 25-26.
2
Шейфер, С. А. Указ. соч. – С. 92-93.
105
- не сопряжены с физическим и психическим насилием;
- не унижают честь и достоинство личности;
- не понуждают обвиняемого (подозреваемого) к аморальным поступкам;
- не используют низменные побуждения (правда, некоторые процессуалисты
вполне допускают использование данного приема, например, обещание
материального вознаграждения за дачу показаний по аналогии с оплатой
оперативной информации агентов, что явно идет вразрез с нравственными
принципами1);
- не эксплуатируют невежество, предрассудки, суеверия участников процесса;
- не основаны на использовании религиозных чувств;
- не направлены на разжигание конфликтов между несколькими обвиняемыми
(подозреваемыми).2
Тактические приемы в целом имеют своей целью обеспечить в ходе
производства следственных действий получение полной и достоверной информации
об обстоятельствах имеющих значение для уголовного дела. Важно, однако,
помнить, что эта цель может выступать критерием их допустимости, лишь если из
их числа исключены те, которые могут повлечь нарушение прав и свобод личности,
унижение его достоинства, а также ввести следователя в заблуждение.3
А.С. Кобликов к числу незаконных и безнравственных приемов допроса,
совершенно справедливо, относит и постановку наводящих вопросов. Он пишет, что
наводящий вопрос, содержащий в своей формулировке ответ, внушает
допрашиваемому информацию, которой он во многих случаях не располагает, и
крайне опасен для установления истины. Но постановка наводящих вопросов и
безнравственна, так как противоречит требованию объективного, беспристрастного
следствия. Следователь, спровоцировавший наводящими вопросами неправильные,
не соответствующие действительности ответы, впоследствии оказывается вынужден
искать выход из ситуации, которую сам же и создал, если убедиться в ошибочности
своей версии. Но еще хуже, если последствием неправильных методов допроса
явятся необоснованные выводы по делу, привлечение к ответственности
невиновного.4
В практической деятельности лица, осуществляющие предварительное
расследование, нередко применяют повторные допросы без достаточных на то
оснований. Учитывая сильную эмоциональную нагрузку, связанную с вызовом на
допрос, и другие издержки нравственного и материального плана, которые несет
допрашиваемый, к повторным допросам следует относиться с большой
осторожностью. Ведь глубоко безнравственные серии допросов нередко приводят к
озлобленности, враждебности в отношении допрашиваемого, а возможен и более
страшный исход – самооговор.5
Правоведение. – 1981. – № 1. – С. 90.
Курский гос. тех. университет, 2007. – С. 163.
1
Дербенев, А. П. О психологических приемах допроса на предварительном следствии / А. П. Дербенев //
2
Рябинина, Т. К. Нравственные начала уголовного процесса: учебное пособие / Т. К. Рябинина. – Курск:
3
Там же. – С. 170.
4
Кобликов, А. С. Указ. соч. – С. 90.
5
Антонов, И. А. Указ. соч. – С. 153.
106
Законодательно неурегулированным остается вопрос о возможности допроса
участника уголовного судопроизводства, если он болен, а также о присутствии
врача при допросе больного (тяжело больного) свидетеля, потерпевшего или
другого участника процесса. Общее правило должно запрещать допрос нездорового
человека. Но в исключительных случаях, когда отлагательство допроса до
выздоровления участника процесса может привести к утрате доказательств по
уголовному делу, сокрытию преступления или похищенного имущества, другим
негативным последствиям, либо когда выздоровление лица, которого необходимо
допросить маловероятно (болезнь имеет затяжной устойчивый характер), допрос
больного следует признать оправданным. В научной литературе высказывалось
мнение, что допрос больного должен производится с разрешения врача,
подтверждающего своей справкой, что здоровье допрашиваемого находится в
состоянии, которое позволяет ему выполнять его обязанности свидетеля
(потерпевшего), а в определенных ситуациях его следует проводить при участии
врача. Представляется, что в исключительных случаях, приведенных выше,
возможно применять подобный порядок.
Нравственными аспектами обусловлены и особенности производства допроса
несовершеннолетних лиц.
Допрос потерпевшего или свидетеля в возрасте до четырнадцати лет, а по
усмотрению следователя и допрос потерпевшего и свидетеля в возрасте от
четырнадцати до восемнадцати лет проводятся с участием педагога. При допросе
таких лиц вправе присутствовать и их законный представитель. Также потерпевшие
и свидетели в возрасте до шестнадцати лет не предупреждаются об ответственности
за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний (ст. 191 УПК РФ).
Помимо правовых положений, определяющих порядок и условия допроса,
важную роль играют и этически выдержанные правила поведения.
Доброжелательность, сдержанность, уважительное отношение к допрашиваемому –
обязательные атрибуты профессиональной этики дознавателя, следователя, судьи,
которые способствуют установлению необходимого контакта с допрашиваемым и
ограждают его от причинения морального ущерба.
6.3.4 Обыск
Обыск представляет собой следственное действие, направленное на отыскание
и изъятие орудий преступления, предметов и ценностей, добытых преступным
путем, а также других предметов и документов, которые могут иметь значение для
дела. Обыск может производиться для обнаружения разыскиваемых лиц, а также
трупов.1
Ст. 25 Конституции РФ закрепляет, что никто не вправе приникать в жилище
против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных
федеральным законом, или на основании судебного решения.
Т.К. Рябинина рассматривает осмотр, обыск и выемку во взаимосвязи и делает
общие выводы. Уважение чести и достоинства личности, а также охрану тайн
1
Уголовно-процессуальное право РФ / под ред. П. А. Лупинской. – С. 395.
107
частной жизни человека при проведении осмотра, обыска и выемки обеспечивают
следующие положения, закрепленные в ст. 176, 177, 182, 183 УПК РФ:
- требование проводить осмотр, обыск и выемку только при наличии
достаточных оснований и в случаях, предусмотренных законом, - на основании
судебного решения (обыск – в любом случае, осмотр – в случае отсутствия согласия
проживающих в данном помещении лиц, выемку – при необходимости изъять
предметы и документы, содержащие информацию о вкладах и счетах в банках и
иных кредитных организациях). Когда эти следственные действия проводятся без
решения суда (в порядке, установленном ч. 5 ст. 165 УПК РФ), на следователя
ложится особая ответственность за оценку оснований для их производства в
экстренном порядке, ибо ущерб, причиненный его необоснованным производством
может оказаться невосполнимым;
- запрет проводить осмотр, обыск и выемку в ночное время. Производство
этих действий в жилище ночью является особенно чувствительным вторжением в
личную жизнь граждан, а потому они допустимы только в исключительных случаях;
- обеспечение присутствия лица, у которого производится осмотр, обыск и
выемка. Одновременно следователю необходимо принять меры к тому, чтобы дети,
проживающие в помещении, были удалены и размещены в другом месте, а если в
семье находятся больные, то их следует изолировать таким образом, чтобы обыск не
мог непосредственно повлиять на их состояние.1 Глубоко нравственным является
положение и о том, что следователь обязан предложить лицам, у которых
производится обыск или выемка, возможность выдать скрываемые предметы.
Предоставляя им это право, закон предотвращает принудительное обследование их
жилища и имущества и связанное с этим ограничение их прав и интересов;
- право защитника, а также адвоката того лица, в помещении которого
производится обыск, - присутствовать при его производстве;
- обязанность следователя – избегать невызываемого необходимостью
повреждения запоров, дверей и других предметов. Принудительное вскрытие
следует рассматривать как крайнюю меру, допустимую лишь в тех случаях, когда
методы убеждения не привели к положительному результату. Нормы
нравственности обязывают следователя в ходе обыска бережно относиться и к
имуществу обыскиваемых;
- правовой и нравственной обязанностью следователя является принятие им
мер к тому, чтобы не были оглашены выявленные в ходе обыска обстоятельства
частной жизни лица, в помещении которого был произведен обыск, его личная и
семейная тайна, а также обстоятельства частной жизни других лиц. В целях
обеспечения тайны частной жизни при осуществлении этих следственных действий
следователь не должен демонстрировать понятым предметы и документы,
относящиеся к интимной жизни граждан, если они не имеют отношения к делу.
Недопустимо оглашение переписки и иных документов личного характера. Если эти
предметы подлежат изъятию и ознакомлению с ними понятых необходимо,
1
Москалькова, Т. Н. Указ. соч. – С. 100.
108
следователь предупреждает последних о недопустимости разглашения указанных
обстоятельств, берет у них подписку в соответствии со ст. 161 УПК РФ.1
По поводу круга понятых при обыске в литературе можно встретить
различные рекомендации.
Так, Т.Н. Москалькова отмечает, что нравственная острота этого
следственного действия усугубляется тем, что обыск может проводиться не только у
обвиняемого или подозреваемого, но и у любого другого лица в случаях и при
наличии оснований, предусмотренных законом. В результате обысков лицам,
присутствующим при этом, становятся известны, например, данные, которые с
отрицательной стороны характеризуют обыскиваемого, высвечивают такие качества
его личности, а может быть и пороки, которые обычно скрываются от окружающих.
В связи с этим представляется правильной рекомендация, согласно которой при
подборе понятых следователь должен «остановить свой выбор на лицах,
присутствие которых при обыске и выемке не влекло бы разглашения каких-либо
сведений. С нравственных позиций представляется оправданным приглашение в
качестве понятых, как правило, тех граждан, которые обыскиваемого не знают и не
проживают с ним по соседству». 2 В целях охраны чести и достоинства граждан, у
которых производится обыск или выемка, было бы нравственно оправданным
предупреждать понятых о необходимости сохранить в тайне сам факт производства
обыска и выемки.3
Т.К. Рябинина, развивая данную мысль, считает, что вполне оправданным как
с правовой точки зрения, так и с этической было бы разрешение законодателем
заявлять понятому отвод со стороны обыскиваемого: это одновременно служило бы
и гарантией соблюдения прав и интересов последнего, и гарантией независимости
понятых, поскольку сам законодатель в ч. 1 ст. 60 УПК РФ установил, что понятой –
не заинтересованное в исходе уголовного дела лицо. Автор считает
целесообразным, и данное предложение следует поддержать, добавить в гл. 9 УПК
РФ «Обстоятельства, исключающие участие в уголовном судопроизводстве» статью,
предусматривающую обстоятельства, при которых участник уголовного
судопроизводства мог бы заявить отвод понятому.4
Контрольные вопросы:
1. Каковы нравственные проблемы отношений следователя с обвиняемым и
подозреваемым?
2. Каковы нравственные проблемы отношений следователя с потерпевшим?
3. Каковы критерии допустимости тактических приемов при расследовании
преступлений?
4. Что такое «следственная хитрость» в ходе производства следственных
действий на предварительном следствии?
1
Рябинина, Т. К. Указ. соч. – С. 185-187.
2
Любичев, С. Г. Указ. соч. – С. 61.
3
Москалькова, Т. Н. Указ. соч. – С. 58.
4
Рябинина, Т. К. Указ. соч. – С. 189.
109
5. Каковы нравственные аспекты производства следующих следственных
действий: осмотр места происшествия, предъявление для опознания, очная
ставка?
6. Каковы нравственные аспекты производства следственных действий: личный
обыск, освидетельствование, получение образцов для сравнительного
исследования?
7. Каковы нравственные аспекты производства допросов?
8. В чем отличие нравственных аспектов производства допросов в ходе
предварительного следствия от производства допросов в ходе судебного
разбирательства?
9. Каковы нравственные аспекты производства следственных действий: обыск
жилища и выемка?
7 Нравственные основы осуществления правосудия
7.1 Нравственно-психологические требования, предъявляемые к судье
7.2 Нравственное содержание общих условий судебного разбирательства
7.3 Нравственные начала при рассмотрении уголовного дела судом 1-ой
инстанции:
7.3.1 Подготовительная часть судебного разбирательства
7.3.2 Судебное следствие
7.3.3 Прения сторон, последнее слово подсудимого
7.4 Нравственное содержание приговора и других решений суда
7.1 Нравственно-психологические требования, предъявляемые к судье
В соответствии с п. 54 ст. 5 УПК РФ, судья – это должностное лицо,
уполномоченное от имени государства осуществлять правосудие. Ст. 29 УПК РФ
закрепляет полномочия суда, в том числе и в досудебном производстве. Не все
процессуалисты были согласны с правильностью этого положения. Например, Л. Д.
Кокорев и Д. П. Котов, рассматривая подобное расширение полномочий суда на
этапе предварительного расследования на предмет этического содержания
уголовного судопроизводства, указывали негативные последствия введения такой
нормы. Авторы отмечали, что вряд ли целесообразно значительно расширять
полномочия суда по контролю за законностью в ходе предварительного
расследования, следовало бы ограничиться лишь контролем за законностью и
обоснованностью заключения под стражу. Это в большей степени соответствовало
бы судебной функции - правосудию и не порождало бы сомнений в том, что
судебная власть самостоятельна и независима от предварительного расследования и
не решает вместе с ним его задачи.1
Представляется возможным не согласиться с данной точкой зрения,
расширение полномочий суда в досудебном производстве никаким образом не
противоречит нравственным принципам и нормам. Это, наоборот, в большей
1
Кокорев, Л. Д., Котов, Д.П.Указ. соч. – С.122-123.
110
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]