Молодежная субкультура готов. Генезис, стиль, влияние на массовую культуру. Монография

Добавил:

ivanov666 Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.

Вуз:

Башкирский Государственный Аграрный Университет

Предмет:

[НЕСОРТИРОВАННОЕ]

Файл:

Молодежная субкультура готов. Генезис, стиль, влияние на массовую культуру. Монография.pdf

Скачиваний:

Добавлен:

07.09.2026

Размер:

1 Мб

Скачать

☆

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 56 / 166 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 > Следующая >>>

на доминирование. Возможно, к подобному выводу исследователей подталкивает то обстоятельство, что яркие протестные молодежные субкультуры 1960-х – начала 1980-х гг. исчезли, вероятно, вследствие коммерциализации1.

Итоги исследования молодежных субкультур 1960-х – 1970-х гг. подвел в своей работе «Сравнительная молодежная культура. Социология молодежных культур и субкультур в США, Великобритании и Канаде) английский социолог Майкл Брейк. Разделяя в целом идеи субкультурного подхода, он отказался от некоторых крайностей, свойственных бирмингемским исследователям. Предложенное М. Брейком определение субкультуры сохраняет свою актуальность и по сей день: субкультуры – «системы значений (смыслов), способов выражения или жизненных стилей, развиваемых группами, находящимися в подчиненном структурном положении в ответ на господствующие системы значений, которые отражают их попытку разрешить структурные противоречия, порождаемые более широким социальным контекстом»2. Наряду с понятием «субкультура» М. Брейк считает вполне допустимым употребление термина «молодежная культура». Он поясняет это так: «В любом сложном, стратифицированном обществе есть несколько культур, развивающихся в рамках господствующей системы ценностей. Она никогда не бывает однородной; происходят постоянные изменения господствующих ценностей и идей, приспособление их к меняющемуся положению дел». Основные культурные формы – классовые культуры, и субкультуры могут быть концептуализированы как их подсистемы. Кроме того, субкультуры содержат элементы больших классовых культур (иногда называемых исследователями родительскими культурами), но в то же время отличны от них3». Таким образом, выстраивается определенная иерархия культур и субкультур: принадлежность к субкультуре с необходимостью подразумевает принадлежность к классовой культуре, и субкультура может быть как продолжением классовой культуры, – так и находиться в оппозиции по отношению к ней. Что же касается понятия «молодежная культура», то под ним понимается совокупность различных подростковых и юношеских субкультур различных классов, которым свой-

Там же, С.273.

Brake М. Comparative youth culture, Р.8.

Ibid., P. 6.

ственны различные жизненные стили1. При этом М. Брейк особо предостерегает против распространенной ошибки: отождествления культуры и социальной общности, субкультуры и субобщности2. Идея, казалось бы, совершенно ясная и справедливая, но тем не менее даже в учебных пособиях иногда встречаются такие утверждения: «молодежная субкультура представляет собой социальную общность, каждый представитель которой сам причисляет себя к ней, то есть идентифицирует себя с ней»3.

Заслуга М. Брейка заключается еще и в том, что он выделил основные составляющие стиля молодежных субкультур, предложил классификацию молодежных субкультур и охарактеризовал их функции.

По мнению М. Брейка, стиль молодежных субкультур выражает степень участия в субкультуре и указывает на участие в определенной субкультуре. Он состоит из трех элементов:

- «образ», внешний вид, включающий одежду и аксессуары, как-

то: стиль прически, украшения или артефакты;

- «манера себя вести» (demeanour), включающая выражение лица,

глаз и т.д., походку и жестикуляцию;

- «арго», специфический жаргон и манеру произнесения слов4.

Типология молодежных субкультур, по М. Брейку, включает четыре группы, точнее, четыре основных сферы, где проходит жизнедеятельность молодежи и в которых обычно возникают и развиваются новые субкультуры:

1. Респектабельная молодежь.

Очевидно, что молодежный бунт имеет относительный характер, и большинство молодых людей ухитряется пройти по жизни, не будучи вовлечены ни в одну из молодежных субкультур или, по крайней мере, в те аспекты ее функционирования, которые рассматриваются обществом как девиантные. Они могут придерживаться моды, но при этом совершенно не обязательно, чтобы они разделяли те жизненные стили, которые стоят за этой модой. Эта группа молодежи, с точки зрения девиантных субкультур, является негативной референтной группой, конформистами или «цивилами».

Ibid., P. 7-8.

Ibid., P. 9.

Левикова С.И. Молодежная субкультура, С. 32.

Brake М. Comparative youth culture, Р.11-12.

2. Делинквентная молодежь.

Тинэйджеры в значительной мере отражают классовые культуры своих родителей, и их классовая принадлежность пронизывает все аспекты их культурного мира. Чаще всего делинквентные субкультуры являются субкультурами рабочего класса», и под их влияние подпадают мальчики-подростки. Юноши чаще бывают вовлечены в такие незаконные виды деятельности, как кражи, насилие или вандализм, а девочки – в дурное сексуальное поведение, что приводит к их осуждению.

3. Культурные бунтари.

Эта группа тяготеет к субкультурам с богемными традициями. Они располагаются на перифериях литературно-художественного мира, будучи приверженцами его даже в большей мере, чем сами художники и литераторы. Они принадлежат преимущественно к среднему классу и стремятся получить соответствующее образование.

4. Политически активная молодежь.

Эта группа находится в русле радикальной политической традиции. Диапазон их взглядов и действий может быть широк – от экологии и самоуправления до акций «прямого действия». Они могут быть частью каких-либо политических группировок или широким массовым движением, подобно движению за мир в 1950-е гг. Это могут быть этнополитические движения, как «Молодые Лорды» или «Черные пантеры», массовые движения за гражданские права, антивоенные, пацифистские, экологические движения и т.п.1

Интересно, что эта типология обнаруживает явные черты сходства с типологией форм адаптации к обществу, предложенной еще в конце 1940-х гг. Р. Мёртоном2. Р. Мёртон выдел пять форм приспособления:

- конформизм, когда индивид принимает и культурные цели об-

щества, и институционализированные средства их достижения. Это, по-видимому, соответствует характеристикам первой группы – «респектабельная молодежь».

Тип адаптации делинквентной молодежи, скорее всего, соответствует форме индивидуального приспособления, названной Мертоном инновацией. В этом случае индивид принимает культурные цели об-

Ibid., P. 23.

Мёртон Р. Социальная теория и социальная структура. – М.: АСТ: АСТ МОСКВА:

ХРАНИТЕЛЬ, 2006. – С. 254-277.

щества, но готов стремиться к ним любыми средствами, в том числе институционально запрещенными. Поскольку культурной ценностью общества является финансовый успех, ироничная фраза, характеризующая попавшегося девианта-инноватора, («пацан к успеху шёл») выглядит как иллюстрацию мертоновского тезиса.

Тип приспособления политических активистов, как явствует уже из самого названия, явно соответствует тому типу приспособления, что Мёртон назвал «мятеж». Этот тип приспособления, как отмечал Мертон, предполагает отчуждение от господствующих в обществе культурных ценностей и нацелен на введение такой социальной структуры, в которой культурные стандарты успеха были бы сильно видоизменены1.

Что же касается культурных бунтарей, то, если их бунт связан с уходом от общества, как это было в случае с хиппи, то здесь, возможно, имеет место тип приспособления, который Мёртон назвал «бегство» – отвержение и культурных целей, и институциональных средств их достижения.

Пятому типу приспособления – «ритуализму», когда индивид отвергает или понижает заявленные культурные цели, но продолжает «с маниакальной навязчивостью» соблюдать институциональные нормы2, прямого соответствия у М. Брейка нет, но не исключено, что часть респектабельной молодежи (которую правильнее было бы назвать в этом случае «ординарная молодежь») адаптируется к обществу именно так.

Типологии молодежных субкультур могут строиться на различных основаниях. Среди классификаций, предложенных отечественными учеными, во многом сохраняет актуальность, на наш взгляд, классификация по ценностным устремлениям, предложенная в конце 1990-х гг. одним из авторов данной работы. В ней также выделяются четыре основные группы.

1. Романтико-эскапистские субкультуры. Их приверженцы стре-

мятся «убежать» из этого мира в свои вымышленные миры. К ним отнесены хиппи, индеанисты (приверженцы образа жизни и религиозных верований североамериканских индейцев) и ролевики (движение ролевых игр). Вероятно, к этой же группе можно отнести и готов.

Там же, С. 275.

Там же, С.268.

2) Гедонистическо-развлекательные субкультуры. Это субкульту-

ры, так или иначе устремленные к легкой, приятной и беззаботной жизни, к получению удовольствий. К ним относятся поклонники модных и эфемерных музыкальных стилей, «клубной культуры».

3) Полуделинквентные субкультуры. Для приверженцев субкуль-

тур этой группы ценностями является риск, азарт, причинение насилия. Это футбольные фанаты, байкеры, скинхэды.

4) К радикально-деструктивным или анархо-нигилистическим субкультурам были отнесены панки1. Впрочем, сегодня характеризовать субкультуру панков как радикально-деструктивную было бы не вполне правильно. От слоганов «No future» («Нет будущего») и «Destroy» («Разрушение»), распространенных в первые годы существования субкультуры, современный панк практикует принцип «Do it yourself» (DIY) – «Сделай сам», распространяющийся на музыку, ее распространение, издание самодеятельных журналов и противостоящий коммерциализации молодежной культуры2.

М. Брейк выделяет следующие функции молодежных субкультур:

1. Они предлагают решение, хотя и на «магическом» уровне, некоторых коллективно переживаемых структурных проблем молодежи, особенно проблем, созданных внешними противоречиями социоэкономической структуры. Часто эти проблемы являются частью классовых проблем, испытываемых поколением;

2. Они предлагают культуру, из которой можно выбрать такие значимые культурные элементы, как стиль, ценности, идеологии и жизненные стили. Эти элементы способствуют формированию достигаемой идентичности, выходящей за рамки той аскриптивной (предписанной) идентичности, что обуславливается работой, семьей и школой;

3. Они есть некая альтернативная форма социальной реальности, которая коренится в классовой культуре, но опосредуется ближним окружением или символическим сообществом, создаваемым массмедиа;

Сергеев С.А. Молодежные субкультуры в республике // Социс. – 1998. – № 11. – С.

96; Молодежные субкультуры / Т.Г. Исламшина и др. – Казань: КГТУ. 1997. – С. 70-

72.

Аксютина О. А. «Если я не могу танцевать, то это не моя революция!» DIY

панк/хардкор сцена в России. – М.: Нота-Р, 2008. – С.63-68; О’Хара К. Философия панка: больше, чем шум! – М.: Нота-Р, 2003. – С.189-203.

4. Субкультуры предлагают осмысленный образ жизни во время досуга, отделенного от мира труда;

5. Субкультуры предлагают индивидуальные решения определенных экзистенциальных дилемм. В частности, это создание молодежного стиля путем бриколажа для конструирования своей идентичности вне работы или учебы

Еще одно понятие, тесно связанное с понятиями «молодежная

культура» и «молодежная субкультура» и нуждающееся в уточнении – контркультура. По-видимому, первым термин «контркультура» употребил американский социолог Дж. М. Йингер в 1960 г. (точнее говоря, он предложил термин «контркультура»)2. Но широкую популярность этот термин получил после выхода в 1968 г. книги «Создание контркультуры» Т. Рошака3.

Т. Рошак определил контркультуру как культуру, столь радикально разошедшуюся с общепринятыми принципами нашего общества, что для многих едва ли выглядит как культура4. В переводе О.А. Мышаковой некоторые смысловые акценты расставлены иначе: «культура» переведена как «культурное течение», откуда-то появилась «массовая культура», хотя в оригинале стоит «mainstream», и опущена оговорка «для многих» («to many»): «… культурным течение, настолько радикально отошедшим от принципов массовой культуры нашего общества, что стало вовсе не похожим на культуру»5.

Более поздние дефиниции определяют контркультуру как «совокупность норм и ценностей группы, резко противоречащих нормам и ценностям, господствующим в обществе, частью которого эта группа является» (Дж. М. Йингер)6 или как субкультуру, «в которой наиболее резко выражается неприятие молодым поколением современной западной культуры («культуры отцов», освящаемого ею образа жизни и формируемого ею типа личности» (Ю. Давыдов)7.

Brake М. Comparative youth culture, Р.24.

Yinger J.M. Contraculture and Subculture // American Sociological Revie w. - 1960. - №

25. - Р.625-635.

Рошак Т. Истоки контркультуры. – М.: АСТ, 2014. – 380 с.

Roszak Th. The Making o f a Count er Cultu re: Reflect io ns on the Techno crati c So ciet y and

its Youthful Opposition. – N.Y.: Anchor Books , 19 69. – P. 42.

Рошак Т. Истоки контркультуры, С. 98-99.

Yinger J. M. P resi dent ial address: coun tercul tures and social change// American S ociol og-

ical Review. – 1977. – Vol. 42. – № 6. – P. 833.

Давыдов Ю. Контркультура / Современная западная философия: Словарь. – М.: По-

литиздат, 1990. – С. 139-140.

Контркультура появилась в США и Западной Европе как реакция на технократические и милитаристские тенденции в общественной жизни. Ее предшественники – романтическая традиция в западноевропейском искусстве, художественный авангард начал ХХ в., восточный и западный мистицизм и оккультизм, фрейдизм и неомарксизм франкфуртской школы1. При всей разнородности этих источников их объединяет неприятие рационализма, сциентизма и позитивизма. И, хотя среди участников контркультурного движения подавляющую часть составляла молодежь, идеологами и «гуру» были люди старшего поколения. Т. Рошак называет среди них Г. Маркузе, одного из ведущих представителей франкфуртской школы, создателя критической теории, объединившей марксизм и фрейдизм; психоаналитика Н. Брауна; поэта А. Гинзберга; священника и апологета дзен-буддизма А. Уоттса; проповедников психоделического «расширение сознания» Т. Лири и О. Хаксли; писателя, публициста и утописта П. Гудмена2.

Контркультурное движение началось примерно в 1961-1962 гг. и достигло пика в 1967-1968 гг. В нем выделялись два различных направления – первое, представленное хиппи, принципиально дистанцировалось от политики и выступало за уход от американского общества, второе – радикальные студенческие активисты, вдохновлявшиеся идеями «новых левых», ставили целью революционизировать политическую жизнь3. Т. Рошак делает тонкое замечание, что эти два столь различных направления объединял не только общий враг, но и общие ценности: любовь, ненасилие, уважение к человеческой личности, неприязнь к формализму и бюрократизму4.

Стала ли контркультура достоянием истории? Т. Рошак, первым описавший и проанализировавший её, полагает, что в начале 1970-х гг. контркультурное движение потерпело поражение (на значении этого события для возникновения субкультуры готов остановимся чуть ниже). Причины этого он видит в отсутствии прочной организации, недооценке стабильности и ресурсов корпоративного истеблишмента, оперевшегося на «самые невежественные и нетерпимые слои» американского общества, упразднение корпорациями в ходе неоконсерва-

Там же, С.140. См. тж.: История теоретической социологии. В 4-х т. Т.4. Отв.ред. и

сост. Ю.Н. Давыдов. – М.: Изд-во «Канон+» ОИ «Реабилитация», 2002. – С. 131.

Рошак Т. Истоки контркультуры. – М.: АСТ, 2014. – 380 с.

Там же, С. 113.

Там же, С. 115-116, 118-119.

тивной политики 1980-х гг. социальных гарантий1. Но контркультурное движение, которое можно назвать «молодежной революцией», не было напрасным: оно дало сильный стимул для развития экологических движений, движений за гражданские права расовых и этнических меньшинств, трансформировало стиль жизни западных обществ. Д. Брукс в книге «Бобо в раю: откуда берется новая элита» подробно описал стиль жизни бывших приверженцев контркультуры, ставших «бобо» – «богемной буржуазией»: «на поле битвы выросла новая культура. Мало-помалу стал формироваться новый свод правил светских и потребительских, замещая конкурирующие принципы богемы и буржуазии. Этот новый свод правил определяет потребительское поведение образованного класса, поощряет те траты. Которые считаются добродетельными, и порицает те, что отдают дурным вкусом и фанаберией… типичный бобо отрицает накопительство и провозглашает окультуривание. В своем потребительском поведении он должен демонстрировать сознательность и хороший вкус»2. С легкой иронией Д. Брукс отмечает, что с точки зрения «контркультурного капиталиста» выкладывать 25000 долларов за ванную комнату – позволительно, а 15000 за акустическую систему или широкоэкранный телевизор – дурной вкус, тратить несколько сот долларов на самую дорогую модель походных ботинок вполне позволительно, а вот покупать кожаные туфли под костюм за ту же сумму - неприлично и т.п.3 Это касается не только стиля потребления, но и стиля ведения бизнеса: в тех сферах, куда бобо принес контркультурный образ жизни, «официально принятая и насаждаемая руководством идеология сильно похожа на принципы богемы и радикалов»: максимальная свобода, постоянные изменения, страсть ко всему новому и т.д.4

В то же время существует точка зрения, согласно которой контркультура продолжает существовать, только место хиппи заняли другие субкультуры, в первую очередь панки, появившиеся «как протест против коммерциализации контркультуры 1960-х и инкорпорирования ее в истеблишмент»5. Если важнейшей характеристикой массовой культуры является необходимость извлечения прибыли, то DIY (от англ. Do It

Там же, С. 33-35.

Брукс Д. Бобо в раю: оттуда берется новая элита. – М.: ООО «Ад Маргинем Пресс»,

2013. – С.92.

Там же, С.93.

Там же, С. 121.

Аксютина О. «Если я не могу танцевать…», С. 71.

Yourself – рус. «сделай это сам») панк-культура не преследует финансо-

вых целей. О. Аксютина приводит в качестве примера высказывание одного из владельцев небольшого магазина альтернативной музыки в Германии: «главный мотив этой малоприбыльной деятельности – желание заниматься любимым делом, но в случае везения удается заработать немного денег»1.

Общие тенденции субкультурного развития на протяжении последних70 лет можно представить в виде сменяющих друг друга волн молодежных субкультур2. К субкультурам первой волны, начавшей подниматься в 1940-е гг., относятся битники и байкеры; на излете эта волна породила тедов и модов. Вторая, более мощная волна, поднимается в середине 1960-х гг., порождая хиппи и их антагонистов – скинхэдов. После поражения «молодежной революции» конца 1960-х гг. среди молодежи развитых индустриальных стран начинают распространяться настроения разочарования, упадка и отчаяния. Именно этот нисходящий тренд породил сначала субкультуру панков с ее лозунгом «Будущего нет!», а затем и готов, появившихся на рубеже 1970-х – 1980-х гг. как одно из постпанковских течений.

Третья волна молодежных субкультур поднимается в 1980-е гг. Она принесла с собой рэйв, а также «клубную культуру» в широком смысле слова. Существенно трансформировалась панк-культура, породившая ряд близких к ней субкультур и стилей, наиболее значительными среди которых являются киберпанк, стрейт-эдж (Straight Edge), хардкор и эмо. В то же время продолжают существовать «старые» субкультуры, возникшие в 1970-е гг. (хип-хоп, готы) или даже ранее (байкеры).

В это время, в связи с бурным развитием различных музыкальных стилей, в работах по молодежным субкультурам стало использоваться понятие «сцена». В наиболее широком значении «сцена» – совокупность социальных институтов и культурных практик субкультурного

Там же, С.75.

Попытка подобной классификации молодежных субкультур предпринималась в

1980-е гг. Т. Хёбнером. См.: Хёбнер Т. Волны развития неформальных молодежных

групп в западном мире // Психологические проблемы изучения неформальных молодежных объединений: Сб. науч. тр./ Редкол.: Д.И. Фельдштейн, Л.А. Радзиховский (отв. редакторы), А.И. Мазурова. – М.: Изд. АПН СССР, 1988. – С. 131 - 147. С.И. Левикова также писала о циклической динамике молодежных субкультур, но лишь применительно к внутреннему развитию субкультуры. См.: Левикова С.И. Молодежные субкультуры, С. 300 и далее.

сообщества. Также «сцена» может пониматься уже, как совокупность клубов, культурных практик и всей инфраструктуры, обеспечивающей существование сообщества (хотя понятие «сцена» даже в этом значении уже понятия «субкультура»)1. О. Аксютина пишет о сцене как о понятии, объединяющем музыкальных группы, их фэнов и другие проявления активности по территориальному, хронологическому или стилистическому признаку2. Есть и еще более узкое понимание сцены как совокупности сходных музыкальных стилей; так, в Германии понятие «черная сцена» (Schwartz Szene) используется для обобщённого обозначения таких стилей, как готик-рок, готик-метал, дарквэйв, не- которых направлений индастриала, метала и электронной музыки3.

В 1990-е гг. рядом западноевропейских социологов была предложена концепция «постсубкультур», оспаривающая субкультурный подход и саму правомерность использования термина «субкультура»4. Основные возражения против субкультурного подхода сводятся к следующим:

А) Понятие «молодежная субкультура» жестко привязано к понятию «классовая культура», между тем стиль и ценности той или иной молодежной субкультуры могут разделять выходцы из различных классов и слоев общества. С подобной критикой вульгарного социологизма Бирмингемской школы следует согласиться, но сторонники постсубкультурного подхода идут дальше, утверждая, что сами субкультуры были сконструированы, и сконструированы отнюдь не молодежью. А. Беннетт повторяет критику Г. Кларка, заявляя, что панк по большей части не родился в танцевальных залах и жилых районах, а был выдуман в авангардистских художественных школах5. Можно

Готы. Анализ субкультуры и движения в Санкт-Петербурге. Июль 2009 г. / В.А. Гу- щин, И.С. Черепенчук, Лустберг А.Э., М.А. Дедюхина [Электронный ресурс] URL: http://www.gothsgoths.narod.ru/sub/sub2_6.html (дата обращения 20.03.2015).

Аксютина О. «Если я не могу танцевать…», С. 334.

Kiilakoski Т. Soundtrack of the School Shootings: Cultural Script, Music and Male Rage / Т. Kiilakoski, А. Oksanen // Young. – 2011. – № 3. – P. 254.

Bennett A. Subcultures or neo-tribes? Rethinking and relationship between youth, style and musical taste // Sociology. – № 33 (3). – 1999. – Р. 599-617; Muggleton D. Inside subculture: The Postmodern Meaning of Style (Dress, Body, Culture). – Oxford: Berg, 2000. – 208 p.; The Post-Subcultures Reader. Ed . by D. Muggleton, R. Weinzierl. – Oxford: Berg,

2003. – 338 p.

Bennett A. Subcultures or neo-tribes? Rethinking and relationship between youth, style and musical taste // Sociology. – № 33 (3). – 1999. – Р. 602; Clarke G. Defending Ski- Jumpers: A Critique of Theories of Youth Sub-cultures / On Record: Rock, Pop and the

<<< < Предыдущая 1 2 3 4 56 / 166 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 > Следующая >>>

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]