Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Мир, полный демонов наука – как свеча во тьме
.pdf
Горящий дом ˙ 421
А если его станет в пять раз больше? И каким образом
прогнозируются изменения климата? Опять-таки есть
над чем подумать…
В детстве меня водили в Американский музей естественной истории в Нью-Йорке. Я не мог оторваться от диорам —
«настоящих» картин животных в их местах обитания по всему миру: пингвины на тускло подсвеченном льду Антарктики; окапи в солнечном африканском вельде; семейство
горилл в тенистой роще, самец гордо бьет себя в грудь; американский медведь-гризли ростом три с половиной метра,
стоя на задних ногах, таращился на меня в упор. Трехмерные
мгновенные снимки, созданные неведомым гением. Кажется,
гризли пошевелился? Горилла сморгнула? Сейчас этот гений
вернется, снимет заклятие, и все эти поразительные существа вновь заживут своей жизнью — прямо у меня на глазах.
И я все это увижу?..
Детям обязательно нужно все потрогать. В те времена
из всех указаний чаще всего в музее звучал приказ «Не трогать». Тогда, много десятилетий назад, в научных музеях
или музеях естественной истории ничего нельзя было изучать
реально, не было даже искусственного прудика, из которого
можно было бы вытащить краба и разглядеть повнимательнее. Самым «интерактивным» экспонатом были весы в планетарии Хейдена, указывавшие твой вес для каждой планеты.
Намеришь земной пуд и утешаешься мыслью, что на Юпитере
ты бы весил 40 кг. А на Луне и трех не было бы — на Луне ты,
можно сказать, исчезнешь.
Ныне детям разрешается трогать, тыкать, прогонять на компьютере цепочку вопросов и получать ответы, воспроизводить странные шумы и любоваться звуковыми волнами. Даже
те, кому научная выставка неинтересна, кому вся эта наука
ни к чему, хоть чему-то да радуются. Зайдите в такой музей,
и вы увидите широко раскрытые в изумлении глаза, увидите детей, носящихся от экспоната к экспонату, их счастливые улыбки первооткрывателей. Эти выставки и мероприя-

422 ˙ Мир, полный демонов
тия пользуются большой популярностью. На них ходит почти столько же народа, сколько на профессиональные матчи
по бейсболу, баскетболу и футболу вместе взятые.
Выставки не заменят обучение в школе и дома, но они пробуждают интерес и воображение. Сходив в хороший научный музей, ребенок затем прочтет книгу, запишется на курс
по выбору или вновь вернется в музей, чтобы продолжить
открытия, а главное — научится научному мышлению.
Еще одна примета современных научных музеев — кинотеатр с фильмами в формате IMAX или OMNIMAX. Экран высотой в десять этажей окружает зал со всех сторон. Смитсонианский национальный музей воздухоплавания и освоения
космоса, самый посещаемый музей на свете, демонстрирует
такие фильмы в кинотеатре Лэнгли. И сколько я не смотрю
«Полет», в горле всякий раз стоит ком. На моих глазах религиозные лидеры разных конфессий, посмотрев «Голубую планету», обратились в единую веру и поклялись защищать наш
мир от разрушения.
Не всякий музей и не всякая выставка соответствуют столь
высоким стандартам. Иные служат рекламой для компанийспонсоров, демонстрируют работу автомобильного мотора (причем определенной модели автомобиля) или отстаивают преимущества одного ископаемого ресурса перед другим. Многие музеи лишь условно «научные», а на самом деле
посвящены технике и медицине. Биологические музеи до сих
пор стесняются упоминать ключевой принцип современной
биологии — эволюцию. Живые существа «возникают» и «развиваются», но ни в коем случае не «эволюционируют». Затушевывается отсутствие следов человека в древнейшие эпохи.
Не демонстрируется анатомическое и генетическое сходство человека с гориллами и шимпанзе. Ни слова о сложных
органических молекулах, обнаруженных в космосе и на других планетах, об экспериментах, показывающих, как вещество жизни в изобилии формируется в искусственно воссозданных атмосферах других планет или древней Земли (как ее
себе сейчас представляют геологи). И опять же замечатель-

Горящий дом ˙ 423
ным исключением служит Музей естественной истории Смитсонианского института. Однажды этот музей провел незабываемую выставку. В начале два таракана сидели в современной кухне среди открытых коробок с хлопьями и прочей
едой. За несколько недель предоставленные сами себе тараканы размножились, огромными полчищами носились повсюду, сражаясь за жалкие остатки пищи. Наглядно для всех предстало преимущество, которое имеет в эволюционной борьбе
более приспособленный благодаря тем или иным унаследованным качествам таракан.
Многие планетарии по старинке демонстрируют звезды
вместо того, чтобы рассказать о путешествиях в другие миры
и об эволюции галактик, звезд и планет. К тому же на заднем
плане торчит проектор, нарушая иллюзию.
Лучшая, на мой взгляд, коллекция пока что остается недоступной для зрителей. Ни один музей не пожелал приютить
изделия Джорджа Авада, лучшего в Америке специалиста
по изготовлению архитектурных моделей (особенно небоскребов). Джордж также увлекается астрономией, и он создал замечательную модель Вселенной: начав с обычной картины Земли, он дальше действовал по схеме дизайнеров
Чарльза и Рэя Имз, т. е. постепенно увеличивал свою модель
в десять, в сто, в тысячу раз и представил всю Землю, Солнечную систему, Млечный путь и Вселенную. Каждое небесное
тело в этой модели тщательно проработано, до мельчайших
деталей. Там можно провести день и не заметить, как наступит ночь. Великолепное пособие, с помощью которого любому ребенку можно продемонстрировать размеры и пропорции
Вселенной. Отзыв Айзека Азимова: «Самое вдохновенное изображение Вселенной, какое я когда-либо видел или мог вообразить. Я бродил там часами и при очередном обходе всякий
раз подмечал что-то новое, что пропустил в начале». Следовало бы снять копии и выставить их по всей стране, чтобы пробудить в людях воображение, любопытство, интерес к учебе,
но ни один научный музей в стране не желает продемонстрировать даже оригинал — дескать, модель занимает слишком

424 ˙ Мир, полный демонов
много места, — и сейчас, когда я пишу эти строки, вселенная
Авада все еще хранится на складе.
Когда в Корнелльском университете и в колледже Итаки начинается сессия, население этого города, где я давно уже живу,
удваивается. Этот этнически разнообразный, окруженный
сельскими угодьями городишко штата Нью-Йорк, как многие другие поселения Северо-Востока, до сих пор не оправился
от упадка промышленности — в XIX в. он рос вокруг заводов.
Половина детей в младшей школе имени Беверли Мартина,
куда ходила наша дочь, жили за чертой бедности, и за них двое
учителей-волонтеров, Дебби Левин и Лайма Ливайн, переживали более всего. Казалось несправедливым, что у молодежи
из Корнелла есть все, а эти ребята никогда не получат доступа
к освобождающей мощи науки. И вот с 1960-х гг. студенты стали наведываться в школы, привозили на тележках передвижную библиотеку, маленькую химическую лабораторию и прочее оборудование для демонстрации научных чудес. Молодые
люди хотели создать для детей особое место, куда те смогут
приходить «пощупать» научные открытия.
В 1983 г. Левин и Левайн разместили в местной газете объявление, предложив горожанам объединиться и воплотить эту
затею. На первое собрание явилось 50 человек. Сформировался первый совет директоров научного центра. Через год центру выделили под выставки первый этаж пустовавшего офисного здания, а когда нашелся арендатор, головастиков и лакмусовую бумагу вновь запаковали и увезли на тележках в другое
незанятое помещение.
Переезды продолжались до тех пор, пока житель Итаки Боб
Лизерс, архитектор, всемирно прославленный своими новаторскими городскими площадками для игр, не начертил бесплатно
план постоянного Научного центра. Местные компании собрали достаточно денег на покупку пустыря на краю города и наняли инженера и строителя из Корнелла, Чарльза Траутманна.
Вместе с Лизерсом Траутманн съездил на ежегодное собрание

Горящий дом ˙ 425
Национальной ассоциации строителей домов в Атланту и рассказал там о «городе, готовом взять на себя заботу об образовании детей». Ассоциация откликнулась щедрыми пожертвованиями — «деревом, окнами, светильниками».
До начала строительство нужно было снести старые развалюхи на пустыре. За дело взялись студенты Корнелла. Явились
в касках и с отбойными молотками и живо принялись разносить по кирпичику. «Обычно нам за такое по рукам дают», —
смеялись они. В два дня было вывезено 200 тонн мусора.
А дальше — дальше тот ностальгический образ Америки,
который мы все боимся утратить: по традиции пионеров, обустраивающихся на новом месте, все местные жители — строители, врачи, плотники, профессора, слесари, фермеры — все,
от детей до глубоких стариков — засучили рукава и построили Научный центр.
«Строили семь дней в неделю без выходных, — вспоминал
Траутманн, — каждый мог приходить, когда ему удобно, и каждому находилась работа. Профессионалы из числа добровольцев строили лестницы, клали ковровое покрытие и черепицу,
вставляли окна. Остальные красили, забивали гвозди, подносили материалы». В совокупности 2200 горожан пожертвовали более 40 000 рабочих часов. Около 10% работы выполнили
люди, отбывавшие небольшие сроки: они предпочли поработать на общее благо, нежели сидеть без дела в тюрьме. Через
десять месяцев Итака сделалась единственным в мире городом — обладателем построенного на общественные средства
и общими усилиями научного музея.
В числе 75 интерактивных экспонатов, позволяющих освоить принципы и процессы науки, имеются: Magicam — микроскоп, проецирующий изображение на цветной монитор
и позволяющий сделать фотографию с сорокакратным увеличением; единственное в мире общедоступное подключение
к спутнику Национальной сети обнаружения молний; фотокамера размером 2 × 3 м, в которую можно зайти; разрез геологического месторождения — местные сланцы, где можно поискать ископаемые возрастом 380 млн лет и оставить находку

426 ˙ Мир, полный демонов
себе; боа-констриктор длиной 2,5 м по прозвищу Спот и столько еще аттракционов, опытов, компьютеров, что глаза разбегаются.
Левин и Левайн все еще работают там волонтерами полный рабочий день. Учат сограждан, готовят ученых следующего поколения. Фонд DeWitt Wallace-Reader’s Digest финансирует их мечту помочь детям, которые без такой поддержки лишились бы природного человеческого права на научное знание.
По общенациональной программе фонда Youth-ALIVE подростки Итаки получают не только научное образование, но и психологические консультации и профессиональную подготовку.
Левин и Левайн действовали в убеждении, что наука принадлежит всем. Город признал их правоту, и все вместе жители
Итаки сумели воплотить мечту. В первый же год Центр посетило 55 000 человек из всех 50 штатов и еще из 60 стран. Неплохо
для маленького городка! Пример Итаки побуждает задуматься:
чего мы могли бы достичь, если бы трудились вместе ради лучшего будущего наших детей.

Глава 21
ПУТЬ К СВОБОДЕ
Не будем верить толпе, утверждающей, будто
образование подобает лишь свободным,
но поверим философам, которые говорят,
что лишь образованные свободны.
Эпиктет,
римский философ ираб-вольноотпущенник.
*
Беседы
* В соавторстве с Энн Друйян.


редерик Бейли был рабом. Он рос в Мериленде
Ф
писал он впоследствии, — отнимать детей у матери…
еще до того, как младенцу исполнится год».) Один из миллионов маленьких рабов, безо всякой надежды на достойную человеческую жизнь.
счастливые годы не могли изгладить из памяти: «Часто на рассвете меня будили душераздирающие вопли моей родной тети,
которую, привязав к шесту, хлестали по обнаженной спине,
пока она вся не покрывалась кровью… С рассвета и до заката надзиратель бранился, бушевал, раздавал направо и налево
удары рабам, трудившимся в поле… Ему эта жестокость, видимо, доставляла удовольствие».
ниях в рабов вбивалась основная идея: они от природы ниже
белых, Бог предназначил им эту жалкую долю. Многочисленные отрывки из Библии цитировались в оправдание рабства.
И таким образом поддерживалось установление, омерзительная природа которого порой не могла укрыться даже от тех,
кто жил за его счет.
в невежестве. На Юге перед Гражданской войной белый, который вздумал бы учить раба читать, подлежал суровому наказанию. «Чтобы раб был доволен своим положением, ему не следует задумываться, — писал впоследствии Бейли. — Его разум
и этическое чувство должны дремать, свет разума желательно
вовсе погасить в нем». По этой причине рабовладельцы старались контролировать, что рабы слышат и видят, о чем думают.
При несправедливом социальном устройстве грамотность
и зачатки критического мышления — уже угроза.
в 1820-х гг. без отца и без матери («Обычное дело, —
То, что Бейли видел и пережил в детстве, более поздние
Повсюду — на плантации и в церкви, в судах и казенных зда-
Самое разоблачительное: закон требовал держать рабов

430 ˙ Мир, полный демонов
Представьте себе Фредерика Бейли в 1828 г. — десятилетнего негритенка, раба, существо совершенно бесправное, давно оторванное от матери. Его вновь продают, словно теленка
или пони, разлучая с какими-то еще остававшимися у него родственниками, и он попадает в незнакомый ему город Балтимор, в чужой дом, где ему предстоит быть слугой. Никаких перспектив, никакой надежды.
Бейли оказался в доме капитана Хью Олди и его супруги
Софии. С плантации он попал в город, от полевых трудов — к трудам домашним. Здесь он каждый день видел перед собой буквы,
книги, людей, умевших и любивших читать. Ему открылась «тайна чтения», как он это назвал: связь между буквами на странице
и движением губ читающего, совпадение этих черных значков
и звуков. Мальчик втайне заглядывал в орфографический словарь своего юного хозяина Томми Олди. Заучил буквы, пытался понять, какой звук обозначает каждая из них. Наконец, он
отважился обратиться к хозяйке с просьбой научить его читать.
София, удивленная сообразительностью чернокожего мальчика,
согласилась. Возможно, она не знала о запрете учить рабов.
Фредерик разбирал слова из трех и даже четырех букв, когда
об этой затее узнал капитан Олди. Он немедленно велел жене
прекратить занятия. Не стесняясь присутствия мальчика, он
заявил:
Ниггеру следует уметь одно — повиноваться хозяину,
делать, что велят. Учеба испортит даже лучшего на свете
ниггера. Стоит тебе научить этого мальчишку читать, и мы
уже не сможем держать его в доме. Он никогда не сможет
быть рабом.
Капитан поучал свою жену, словно Фредерика Бейли в комнате и не было или он был неодушевленным предметом.
Но тем самым мистер Олди выдал рабу величайший секрет:
«Я понял… на чем держится власть белого человека над черным. С той минуты я знал путь, ведущий от рабства к свободе».
От запуганной хозяйки помощи больше не было, но Фредерик нашел другие способы продолжить учебу, он даже обра-
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
