Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Мир, полный демонов наука – как свеча во тьме
.pdf
меня в гараже — огнедышащий дракон!» Представь-
«У
повой терапии Ричарда Фрэнклина), что я на полном серьезе
делаю подобное заявление. Вы, конечно, захотите перепроверить, посмотреть на дракона сами. Столько легенд о драконах
скопилось за столетия, но нет ни одного убедительного свидетельства. Такой шанс!
— Покажите дракона! — скажете вы, и я поведу вас в гараж.
Вы заглянете внутрь: стремянка, банки из-под краски, старый
велосипед — и никаких следов дракона.
— Где же дракон? — спросите вы.
— Да тут где-то, — помашу я рукой. — Забыл предупредить:
это дракон-невидимка.
Может быть, стоит рассыпать на полу гаража муку, чтобы
обнаружить отпечатки драконьих лап?
— Неплохая мысль, — похвалю я вашу изобретательность, — но дракон все время парит в воздухе.
Так может, инфракрасный датчик зафиксирует невидимое
обычным зрением пламя?
— Тоже хорошая мысль, но пламя не только невидимо, оно
еще и не излучает жара.
А если опрыскать дракона краской, то его можно будет разглядеть?
— Отлично, отлично, но тело дракона из особого рода материи, краска не пристанет.
И так до бесконечности. Какое бы испытание вы ни предложили, я найду объяснение, почему проверка не сработает.
В чем, собственно, разница, между невидимым, бестелесным,
летающим драконом, изрыгающим не имеющее температуры
пламя, и полным отсутствием дракона? Если никаким образом нельзя опровергнуть мое утверждение, если нет возможно-
те (я достаточно близко воспроизвожу сеанс груп-
212 ˙ Мир, полный демонов
сти провести доказательный эксперимент, что вообще означает
утверждение, будто дракон существует? Вы не можете опровергнуть гипотезу о существовании дракона-невидимки, однако это
вовсе не значит, что гипотеза доказана или доказуема. Утверждения, которые не поддаются проверке, гипотезы, стопроцентно
защищенные от опровержения, бесполезны с точки зрения науки, хоть порой и вдохновенны, и пробуждают в нас ощущение
чуда. Ведь в конечном счете я попросту прошу вас положиться
на мое слово, доказательств-то нет и не будет.
Слушая, как я настаиваю на присутствии дракона в гараже, вы убеждаетесь в одном: у меня в голове живет дракон. Вы
задумываетесь, что привело меня к этой мысли, раз никаких
физических признаков не было. Разумеется, это мог быть сон
или галлюцинация. И я еще так на этом настаиваю! Наверное,
мне требуется помощь. Если я и здоров психически, то, во всяком случае, совершенно разучился принимать в расчет обманчивость наших чувств.
Но предположим, что вы стараетесь сохранять полную
непредубежденность, пусть даже и не удается проверить существование дракона. Вы не отбрасываете сходу идею об огнедышащем драконе в гараже. Вы ее просто оставляете пока в стороне. На данный момент все свидетельствует против нее, однако, если появятся новые данные, вы с удовольствием вернетесь
к дракону и посмотрите, не стал ли он видимым. И я не вправе обижаться на недостаток доверия, обвинять вас в тупоумии
и отсутствии воображения лишь потому, что вы, как шотландский присяжный, выносите вердикт «за отсутствием достаточных доказательств».
А если бы все обстояло иначе? Дракон-то невидимка,
но на рассыпанной по полу муке остались следы. Инфракрасный
датчик зашкаливает. Брызнув в воздух из баллончика с краской,
мы увидели прямо перед собой парящую цветную загогулину.
До сих пор вы скептически относились к существованию драконов — не говоря уж о драконах-невидимках, но теперь вынуждены признать, что в гараже что-то есть, и это что-то соответствует
гипотезе о невидимом огнедышащем драконе.
Дракон у меня в гараже ˙ 213
Другой сценарий: что, если не только я, но несколько ваших
знакомых, в том числе те, кто друг с другом никак не связан, начинают рассказывать вам про гаражных драконов, но во всех этих
случаях доказательства, как назло, отсутствуют? И все мы, рассказчики, встревожены: откуда у нас такая уверенность, не подкрепленная доказательствами? Ведь никто из нас не страдает галлюцинациями. Мы уже пытаемся сообразить, не прячутся ли драконы-невидимки в гаражах по всему миру, в то время как люди
только-только начинают что-то подозревать. Так бы не хотелось,
чтобы это оказалось правдой! Неужели древние предания Европы
и Китая не были в чистом виде игрой воображения?
А тут подоспели и сообщения об оставленных в муке отпечатках драконьих лап. Правда, отпечатки всегда появляются
не в тот момент, когда за гаражом следят ученые-скептики.
Возможны и другие объяснения: стоит присмотреться, и увидишь, что отпечатки могли и подделать. Выступает на сцену еще один энтузиаст драконов и предъявляет обожженный
палец: редкий случай материального проявления огненного
дыхания дракона. Опять же возможны другие объяснения. Мы
все понимаем, что пальцы обжигаются не только при соприкосновении с невидимыми драконами. Такого рода доказательства неубедительны, хотя сторонники драконьей версии
и придают им огромное значение. Единственный разумный
подход — пока что не принимать гипотезу, не отказываясь
выслушивать нынешние или будущие свидетельства, и попытаться понять, каким образом у стольких разумных с виду
людей могло появиться одно и то же странное заблуждение.
Магия, как сказано в эпиграфе, нуждается в сотрудничестве мага
и зрителей. Публика должна откинуть скептицизм, добровольно
отказаться от недоверия. А значит, чтобы разгадать фокус, прежде всего нужно отказаться от сотрудничества с магом.
Как еще продвинуться в этом сложном, противоречивом,
эмоционально перегруженном, тревожном вопросе? Пациенту
следует насторожиться, если терапевт спешит уверить его
214 ˙ Мир, полный демонов
или себя в реальности инопланетного похищения. А ведь терапевт мог бы учесть распространенность галлюцинаций и, увы,
сексуальных преступлений. Он мог бы помнить, что в современной культуре с темой инопланетян так или иначе соприкасались все. Следовало бы всячески избегать подсказок свидетелям. Лучше бы психологи и другие специалисты наставляли
пациентов в скептицизме, да и собственные резервы этого ценного товара не мешало бы пополнить.
История с вымышленными похищениями не может не беспокоить, причем в силу ряда причин. Заглядывая во внутреннюю жизнь других людей, что мы видим? Если многие выдумывают, будто их похитили, это уже причина для тревоги, но куда
страшнее, что многие психотерапевты принимают их рассказы как истину, что восприимчивостью пациентов до такой степени злоупотребляют, что специалист, сам того не замечая,
настраивает их, как вздумается.
Как могут психиатры и другие специалисты, имеющие
какую-никакую научную подготовку и знакомые с изъянами
человеческого восприятия, отвергать вероятность иных объяснений — галлюцинаций, защитных искажений памяти?
Еще больше меня удивляют соображения, будто рассказы
о пришельцах содержат подлинные чудеса, бросают вызов
нашим представлениям о реальности, подкрепляют мистическое мировоззрение. По мнению Джона Макка, «эти явления
достаточно существенны, чтобы посвятить им научные исследования, хотя господствующая в западном мире научная парадигма, вероятно, не сумеет поддержать такое исследование».
В интервью журналу Time он заходит еще дальше:
С какой стати все рвутся искать традиционное физическое
объяснение? Почему бы не признать попросту факт: проис-
ходит нечто необыкновенное… Мы совершенно разучились
воспринимать мир за пределами физического*.
* А дальше Макк произносит слова, напоминающие, как близко сходятся
истории о похищении, мессианизм, апокалиптические учения: «Я — мост между
двумя мирами».
Дракон у меня в гараже ˙ 215
Известно, что к галлюцинациям приводит ряд причин: сенсорная депривация, наркотики, болезнь с высокой температурой, нарушение фазы быстрого сна, химические изменения
мозга и т. д. И даже если поверить Макку и принять рассказы
о похищениях за правду, самые их поразительные подробности
(проникновение сквозь стены, например) можно было отнести на счет «физики», продвинутых инопланетных технологий,
а не магии.
Один мой друг утверждает, что самое интересное в истории
с пришельцами — это вопрос, кто кого обманывает: пациент
психотерапевта, или наоборот. Я с ним не согласен. Не согласен, во-первых, потому, что есть в этой истории и другие интересные вопросы, а во-вторых, потому, что предложенные им
две версии могут сосуществовать.
Какое-то воспоминание, связанное с инопланетными похищениями, годами дразнило меня и никак не хотело оформиться. Наконец, я сообразил: то была книга 1954 г. издания, прочитанная мною в университете. Называлась она «В часе пятьдесят минут» (The Fifty-Minute Hour). Автора, психоаналитика
Роберта Линднера, пригласили в Лос-Аламос лечить блестящего молодого физика-ядерщика, чье душевное расстройство
начинало уже мешать секретному государственному проекту, в котором тот участвовал. Этот физик (назовем его Кирк
Аллен) помимо разработки атомного оружия вел и другую,
не менее увлекательную жизнь: в далеком будущем, поведал
он врачу, Кирк пилотировал (или будет пилотировать — в формах глаголов он путался) межзвездный корабль и разгуливал
по планетам иных звездных систем в поисках дерзновенных
приключений. Он стал «повелителем» многих миров. Капитан
Кирк, не иначе. Аллен не просто «припоминал» свою другую
жизнь — он мог в любой момент окунуться в нее. Правильный
настрой, внутреннее желание — и перенесся через столетия
и световые годы.
Каким-то образом — каким, я сам не понимал — мне доста-
точно было пожелать, и я пересекал бесконечные про-
216 ˙ Мир, полный демонов
странства, вырывался из времени и сливался с самим собой
в отдаленном будущем — физически становился им, т. е.
мной… Не просите объяснений. Я не сумею объяснить,
хотя, видит Бог, я пытался.
Пациент показался Линднеру умным, восприимчивым, вежливым и приятным в общении. Он вполне справлялся с обычными повседневными делами. Одно только но: по сравнению
с восхитительными межгалактическими путешествиями земная жизнь и даже изготовление оружия массового поражения казались скучными. Начальство стало замечать рассеянный вид Аллена, он часто отвлекался в лаборатории. Его предупредили, он извинился и обещал проводить больше времени
на Земле. Тогда-то и обратились к Линднеру.
Аллен исписал 12 000 страниц, подробно изложив свои приключения в будущем и присовокупив трактаты по географии,
архитектуре, астрономии, геологии, животному миру, генеалогии и экологии иных планет. Представление об этих текстах
можно составить по заголовкам: «Уникальное развитие мозга
у кристопед Сром Норба Х» (The Unique Brain Development of
the Chrystopeds of Srom Norba X); «История межгалактического научного института» (The History of the Intergalactic Scientifi c
Institute) или «Применение единой теории поля и межзвездного притяжения для путешествий в космос» (The Application of
Unifi ed Field Theory and the Mechanics of the Stardrive to Space
Travel) (вот на этот трактат я бы взглянул, все же Аллен был
первоклассным физиком). Линднер в изумлении читал эти
сочинения.
Аллен с готовностью предоставлял ему свои трактаты
и охотно обсуждал все подробности. Обладая мощным умом
и уверенностью в себе, он ни на миллиметр не поддавался
психиатру. Поскольку обычные методы не действовали, врач
решил прибегнуть к иному методу:
Я всячески старался… избежать впечатления, будто воюю
с ним, пытаюсь выставить его психом, а он должен отстаи-
вать свою нормальность. Вместо этого, поскольку мой
Дракон у меня в гараже ˙ 217
пациент и в силу личной склонности, и в силу полученного
образования приучен был мыслить научно, я сделал ставку
на главную черту характера Аллена, на то свойство, которое
и побудило его стать ученым: на его любознательность…
Иными словами, пока что я согласился «признать» его
опыт… Меня вдруг осенило: чтобы излечить Кирка, нужно
войти в мир его фантазий и оттуда выманить его, избавить
от психоза.
Внимательно читая трактаты, Линднер выявлял в них нестыковки и просил у Аллена объяснений. Физику приходилось
вновь и вновь отправляться в будущее за ответами. Он добросовестно возвращался к очередному сеансу с комментарием
к прежнему документу, записанным его аккуратным почерком. Линднер с нетерпением ждал новой встречи, его захватило видение разнообразной жизни, бурлящего галактического интеллекта. Вместе они придавали документами Аллена все
более законченный и последовательный вид.
И случилось странное: «Содержание психозов Кирка и моя
собственная личностная слабость встретились и вошли друг
в друга, как шестеренки часов». Психоаналитик разделил и поддержал иллюзии своего пациента. Он сам уже отвергал психологические объяснения. Кто сказал, что история Кирка непременно вымысел? Линднер и сам уже стал отстаивать возможность второй жизни, скажем, капитана космического кораб ля
в отдаленном будущем. Усилие воли — и ты войдешь в свое
другое «Я».
С пугающей скоростью… все большие зоны моего разума
отдавались фантазии… Кирк помогал мне и увлекал в кос-
мические приключения, я разделил восторг поразительных
сочиненных им приключений.
А потом случилось нечто еще более странное: испугавшись
за душевное здоровье своего врача и выказав поразительную
разумность и присутствие духа, Кирк Аллен признался: он
все это выдумал. Причина — одинокое детство, а затем отсут-
218 ˙ Мир, полный демонов
ствие успеха у женщин. Он стирал границу между реальностью
и воображением, пока она вовсе не исчезла. Дополнять эту
картину деталями, расцвечивать всеми красками образ иных
миров было и сложно, и увлекательно. Однако он раскаивался
в том, что увлек Линднера на путь опасных соблазнов.
«Зачем? — твердил психиатр. — Зачем ты притворялся?
Зачем рассказывал мне все это?»
«Потому что видел, что так нужно, — ответил физик. —
Я чувствовал, что ты этого хочешь».
«Мы с Кирком поменялись ролями, — подытожил Линднер, — и в одной из тех откровенных бесед, благодаря которым наша работа всегда столь непредсказуема, удивительна
и прекрасна, построенная вместе с пациентом фантазия рухнула… Оказывается, я в собственных интересах злоупотребил методом клинического “вчувствования” и сам угодил
в ловушку, уготованную самонадеянным целителям душ…
Пока в мою жизнь не вторгся Кирк Аллен, я твердо полагался на свою стабильность. Заблуждения ума? Это у других,
но только не у меня… Теперь я был посрамлен, зато отныне, слушая пациента, я помню, как обстоит дело: его кушетку и мое кресло разделяет лишь тонкая граница. Я помню,
что в конечном счете лишь стечение обстоятельств определяет, кому из нас лежать на кушетке, а кому сидеть рядом
с ней».
Не берусь судить на основании этого отчета, страдал ли
Кирк Аллен галлюцинациями или же речь идет всего лишь
о своеобразии характера, побуждавшем Кирка выстраивать
сложные шарады за чужой счет. Не знаю также, что в этой
истории Линднер присочинил или приукрасил. Покуда он рассуждал о том, как «входил» в фантазию Аллена и «разделял»
ее, ничто не указывало, будто психиатр и сам в воображении
отправлялся в будущее и участвовал в межзвездных вояжах.
Джон Макк и другие психотерапевты, помогающие жертвам
инопланетных похищений, тоже не утверждают, что сами сделались жертвами — нет, это случилось только с их пациентами.
Дракон у меня в гараже ˙ 219
Но что, если бы ядерщик так и не сознался? Неужто Линднер
уверился бы окончательно, без тени сомнения, в возможности
ускользнуть из нашего скучного века в более романтический?
Начав курс лечения как врач и скептик, дрогнул бы под бременем доказательств? Стал бы рекламировать себя как специалиста, помогающего космическим странникам из будущего, которые безнадежно заблудились в ХХ в.? Появись такого
рода новая специализация у психотерапевтов, не принялись бы
и другие специалисты поощрять фантазии и галлюцинации
насчет жизни в будущем? Подобралось бы несколько схожих
случаев, и Линднер уже нетерпеливо отмахивался бы от призывов к благоразумию, перейдя на новый уровень реальности?
Кирка Аллена от безумия спасла научная подготовка. Врач
и пациент в какой-то момент поменялись ролями. Пациент
спас своего врача, вот что я скажу. Вот Джону Макку повезло
меньше.
Рассмотрим принципиально иной способ поиска инопланетян — отслеживание радиосигналов внеземных цивилизаций. Чем этот метод отличается от фантазий и псевдонауки?
В Москве в начале 1960-х гг. советские астрономы на прессконференции заявили, что интенсивный радиосигнал, исходящий от таинственного объекта CTA-102, регулярно меняется
(по синусоиде) и полный цикл занимает около ста дней. До тех
пор в космосе не обнаруживалось удаленных объектов с периодическим излучением радиосигнала. Почему об этом открытии понадобилось сообщать на пресс-конференции? Потому
что ученые думали, что им удалось обнаружить могущественную внеземную цивилизацию. Уж по такому-то поводу стоит
созвать журналистов. На какое-то время это стало сенсацией,
рок-группа Byrds записала песню: «CTA-102, мы слышим твой
сигнал / Мы знаем, ты где-то там / Мы слышим громкий и четкий сигнал».
Радиосигналы с CTA-102? Это правда. Но что представляет
собой CTA-102? Теперь мы знаем, что это квазар. В ту пору само
220 ˙ Мир, полный демонов
слово «квазар» еще не придумали. Мы и сейчас-то не вполне
понимаем, что такое квазар, в научной литературе спорят друг
с другом несколько взаимоисключающих гипотез. Но никто
из астрономов, даже те, кто участвовал в московской прессконференции, давно уже не принимает квазары за внеземные
цивилизации на расстоянии в миллионы световых лет от нас,
имеющие доступ к неиссякаемым источникам энергии. Почему? Потому что нашлись иные объяснения наблюдаемого явления, и эти гипотезы укладываются в известные нам физические
законы без привлечения инопланетян. Инопланетяне — довод
отчаяния. Их стоит вызывать лишь тогда, когда все рациональные объяснения закончатся.
В 1967 г. британские ученые обнаружили источник радиосигнала гораздо ближе. Сигнал с удивительной точностью
возникал и пропадал, цикл рассчитывался до десятой цифры
после запятой, а то и точнее. Что же это было? Сперва британцы подумали, что это предназначенное землянам сообщение или же перехваченный сигнал с маяка, указывающего
путь кораблю, бороздящему межзвездное пространство. Между
собой его в Кембридже именовали LGM-i (LGM расшифровывается как «маленькие зеленые человечки» — Little Green Men).
Но британцы оказались предусмотрительнее своих советских коллег. Пресс-конференцию они созывать не стали. Вскоре
выяснилось, что запеленговали они пульсар — первый пульсар
в истории астрономии. А это что такое? Пульсар — последняя
стадия существования огромной звезды, солнца, съежившегося до размеров небольшого города. В отличие от других звезд
пульсар удерживается не давлением газа и не в результате
вырождения электронов, а внутриатомными силами. Это своего рода атомное ядро — 10–15 километров в поперечнике.
По мне, так это удивительнее даже межзвездного навигационного маяка. Пульсар оказался поразительным природным явлением. Пусть это не признак внеземной цивилизации, а нечто
совсем иное, зато пульсар вынудил ученых насторожить глаза
и разум: сколько еще неисследованного во Вселенной. Энтони
Хьюиш удостоился за это открытие Нобелевской премии.
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]