Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Мир, полный демонов наука – как свеча во тьме
.pdf
а миг я ощутил в темной комнате постороннее присут-
Н
но краем глаза, но стоило повернуть голову — и там ничего нет.
В самом ли деле звонил телефон или это лишь мое «воображение»? Как удивительно: отчетливо чувствуется запах соли на пляже Кони-Айленда, запах далекого детства! Я сворачиваю за угол
в чужом городе, куда попал впервые, и передо мной распахивается улица настолько знакомая, словно я всю жизнь здесь провел.
в смущение. Что это: глаза, уши, нос, память играют с нами
в какие-то игры или в самом деле происходит нечто, нарушающее обычный ход вещей? Промолчать об увиденном или следует рассказать всем?
определяется средой, составом друзей и близких, культурой.
В жестком «практическом» обществе человек побоится рассказывать о подобном опыте, чтобы его не сочли легко возбудимым, нездоровым, не заслуживающим доверия. Но в среде, где
охотно верят в призраков или пришельцев, такая история стяжает рассказчику лишь одобрительный интерес, а то и славу.
В первом случае большинство людей предпочло бы вовсе
забыть об увиденном или услышанном, а во втором еще и приукрасить свой опыт или преувеличить (совсем чуть-чуть), чтобы чудо показалось еще более чудесным.
ма, где одновременно процветал и спиритизм, кратко и выразительно сформулировал эту дилемму в рассказе «Не принимать всерьез» (To Be Taken with a Grain of Salt):
ствие. Призрак? Какое-то проворное движение уловле-
Подобное часто случается с любым человеком и вводит
Ответ (промолчать или рассказать) в значительной мере
Чарльз Диккенс, живший в культуре развитого рационализ-
Я часто замечал, что даже людям выдающегося ума и обра-
зования недостает отваги, чтобы поделиться своим пси-
172 ˙ Мир, полный демонов
хологическим опытом, если этот опыт не совсем обычного свойства. Почти все опасаются, что таковой их рассказ
не найдет отклика и сходства в личном опыте слушателя,
будет отвергнут как вымысел или же высмеян. Правдивый
путешественник, наблюдавший некое необычайное животное, к примеру морского дракона, сообщит об этом без опасений, но если тот же путешественник ощутит странное
предчувствие или побуждение, если его настигнет непривычная мысль, а тем более так называемое видение, сон
или иное сильное умственное впечатление, то он будет
сомневаться и терзаться, следует ли об этом упоминать.
Таковой сдержанностью я объясняю малую известность
подобных явлений.
И в наше время подобные явления могут наткнуться на презрительное фырканье и насмешки, но теперь умолчание
и страх открыться преодолеть легче, хотя бы в дружественной
обстановке приемной психотерапевта или гипнотерапевта.
К сожалению, граница между воображением и воспоминанием
зачастую стирается, хотя многим людям в это трудно поверить.
Кое-кто из похищенных вспоминает этот опыт и без гипноза, но большинству требуется специальная помощь. Гипноз,
однако, нельзя считать надежным способом освежить память:
он зачастую пробуждает воображение, фантазию, всевозможные игры разума, которые ни пациент, ни врач не могут отделить от истинных воспоминаний. Под гипнозом существенно повышается внушаемость. Судебная система отказалась
от доказательств, полученных под гипнозом, и не использует
гипноз даже на этапе расследования. Американская медицинская ассоциация считает воспоминания, возникшие под гипнозом, ненадежными. Стандартный учебник для студентовмедиков (Harold I. Kaplan. Comprehensive Textbook of Psychiatry,
1989) предостерегает, что «с большой вероятностью представления гипнотизера передаются пациенту и включаются в его
конструируемые воспоминания, порой весьма убедительные».
Так что сами по себе воспоминания о похищении иноплане-
О различении истинных и ложных видений ˙ 173
тянами, возникающие под гипнозом, не имеют особого веса.
Кроме того, пациенты зачастую стремятся угодить гипнотизеру и откликаются на малейшие знаки с его стороны — даже
такие, о которых сам гипнотизер не подозревает.
Альвин Лоусон из Калифорнийского государственного университета в Лонг-Бич провел опыт с восьмью субъектами, отобрав людей, прежде не замеченных в повышенном интересе
к НЛО. Испытуемых ввели в гипноз и в этом состоянии сообщили им, что они подверглись похищению: их увезли на космический корабль, и там инопланетяне их исследовали. Затем этих
людей просили описать свой опыт. Детали, которые они сообщали, причем с легкостью и без нажима, ничем не отличались
от рассказов «похищенных». Разумеется, Лоусон провел внушение кратко и напрямую, но во многих случаях психотерапевты,
специально занимающиеся «похищениями», тоже что-то внушают своим пациентам: кто больше, кто меньше, исподволь,
бессознательно.
Согласно сообщению Лоренса Райта психиатр Джордж Гэнэвей как-то раз под гипнозом убедил легко внушаемую пациентку, что в ее воспоминаниях о некоем определенном дне имеется провал в пять часов. Затем он заговорил о ярком свете,
появившемся у нее над головой, и женщина тут же сообщила, что это НЛО и пришельцы. Психиатр спросил, не производились ли над ней опыты, и получил в ответ развернутый рассказ о похищении инопланетянами. После сеанса, просмотрев
видеозапись этого разговора, женщина признала, что речь шла
о сновидении, которое психиатр уловил в тот момент, когда
оно формировалось. Тем не менее она еще не раз возвращалась к сюжетам этого «сновидения» на протяжении следующего года.
Психолог из Университета штата Вашингтон Элизабет
Лофтус убедилась, что и без гипноза можно убедить человека в том, что он якобы что-то видел. Типичный эксперимент:
людям показывают видеозапись автомобильной аварии. Затем
их расспрашивают об увиденном, одновременно осторожно
подбрасывая им ложную информацию. Например, как бы меж-
174 ˙ Мир, полный демонов
ду делом упоминается знак «стоп», хотя в записи он не фигурировал. Когда испытуемым объясняют, каким образом они
вдались в обман, некоторые яростно протестуют, настаивая,
что отчетливо помнят этот знак. Чем больше времени пройдет между просмотром фильма и моментом, когда будет выдана ложная информация, тем легче осуществляется подтасовка.
Лофтус приходит к выводу, что «воспоминания больше похожи
на постоянно редактируемый сюжет, нежели на свод первичной, раз навсегда отложившейся информации».
Можно привести много других примеров, в том числе ложные воспоминания взрослого о том, как малышом он потерялся
в торговом центре. Стоит подбросить ключевую идею, и пациент сам нарастит на нее плоть и добавит убедительные детали.
Достаточно немногих намеков и вопросов, особенно в условиях психотерапевтического сеанса, чтобы возникли отчетливые,
хотя и полностью вымышленные воспоминания. Память легко подделать. Ложные воспоминания удается укоренить даже
в сознании людей, вовсе не считающих себя легковерными.
Стивен Сеси из Корнелльского университета вместе с коллегами убедился, что особенно восприимчивы к внушению
(как того и следовало ожидать) маленькие дети. Если первоначально ребенок отвечает на вопрос верно и говорит, что никогда не попадал рукой в мышеловку, то позднее вспоминает это
событие весьма отчетливо, снабжая его множеством самостоятельно придуманных подробностей. Если ребенку сообщают,
что с ним, когда он был мал, произошло то-то и то-то, со временем он начинает без сопротивления признавать эти привитые
ему воспоминания. Просматривая видеозаписи бесед с детьми, даже профессионалы с трудом отличают ложные воспоминания от истинных. Есть ли у нас основания считать, что взрослые безусловно непогрешимы?
Президент Рональд Рейган провел Вторую мировую войну в Голливуде, но это не мешало ему увлеченно повествовать
о собственном участии в освобождении узников нацистского концентрационного лагеря. Он жил в мире кино и, видимо, перепутал фильм с реальными воспоминаниями, которых
О различении истинных и ложных видений ˙ 175
у него не было. Во время обеих предвыборных кампаний Рейган рассказывал об отваге и самоотверженности солдат Первой мировой, которые всем нам служат примером, вот только
сюжет он приводил не из жизни, а из фильма «Крыло и молитва» (A Wing and a Prayer) — этот фильм и на меня произвел
сильное впечатление, когда я посмотрел его в девять лет.
В выступлениях Рейгана можно найти немало примеров такого рода. И нетрудно догадаться, какими опасностями грозит
миру неумение политических, военных или религиозных лидеров или же ведущих ученых отличать факт от фантазии.
Юристы специально готовят свидетелей к даче показаний.
Зачастую им велят повторять свой рассказ снова и снова, пока
не получится «правильно», чтобы они запомнили и воспроизвели на суде именно ту историю, которую затвердили в кабинете адвоката. Стираются опасные нюансы, подчас эта повесть
в существенных деталях расходится с тем, что произошло
на самом деле, но свидетели (как удобно!) могут забыть даже
о том, что их воспоминания подверглись такой обработке.
Эти особенности приходится учитывать, оценивая общественное влияние рекламы и пропаганды. И мы также видим,
что психотерапевты должны с большой осторожностью подходить к сюжетам о похищении инопланетянами, тем более
что беседа с пациентом, как правило, происходит спустя много
лет после предполагаемого события: во время сеанса терапевт
рискует сам «подсадить» или как минимум выбрать сюжет,
который и будет ему рассказан.
Возможно, наши воспоминания — это обрывки подлинных
событий, вшитые в ткань нашего воображения. Умелый «портной» сошьет запоминающуюся историю, которую будет легко
воспроизвести. Сами по себе, не привязанные ни к каким ассоциациям, эти обрывки труднее извлечь. Чем-то схоже с научным методом в целом: отдельные данные запоминаются, анализируются и объясняются в рамках цельной теории. Впоследствии легче припомнить теорию, чем эти данные.
В науке теории постоянно проверяются на прочность и переоцениваются в связи с появлением новых фактов. Если факты
176 ˙ Мир, полный демонов
заметно расходятся с теорией — причем так, что это нельзя
списать на обычную погрешность, — теорию приходится корректировать. Но в обычной жизни весьма редко выплывают
на свет новые факты о давних событиях. Нашим воспоминаниям ничто не бросает вызов. Они либо цементируются намертво вместе со всеми своими изъянами, либо постоянно подвергаются художественному переосмыслению.
Лучше, чем явления богов и демонов, засвидетельствованы явления святых, в особенности Девы Марии в Западной Европе с конца Средневековья и до последних дней. Хотя истории об инопланетных похищениях обнаруживают заметное сходство с демоническими явлениями, кое-что понять в мифе об НЛО помогут
и «священные» видения. Наиболее известны во Франции видения Жанны д’Арк, в Швеции — святой Бригитты, а в Италии —
Савонаролы, но нам больше подходят рассказы пастухов, крестьян и детей. В мире, полном тревог и неожиданностей, эти
люди стремились соприкоснуться с чем-то высшим. Подробный рассказ об испанских и каталонских видениях приводится
в книге Уильяма Кристиана «Явления святых в Испании Позднего Средневековья и Возрождения» (Apparitions in Late Medieval
and Renaissance Spain, Princeton University Press, 1981):
Типичный случай: женщина или ребенок сообщают в родной деревне, что повстречали девочку или же крохотную женщину — ростом чуть больше метра — и та назвалась Девой
Марией, Богородицей. Благоговейно внимающему ей свидетелю она велела пойти к деревенским властям или к местному
священнику, велеть им читать заупокойные молитвы по умершим, исполнять заповеди или же построить часовню на месте
их встречи. Если этот приказ не будет выполнен, на деревню
обрушатся страшные бедствия, скорее всего, разразится эпидемия чумы. И напротив, в разгар эпидемии Дева обещала исцеление, если ее послушаются.
Человек, удостоившийся личной беседы с Марией, спешил
выполнить ее приказ. Но когда жена рассказывала об этой встре-
О различении истинных и ложных видений ˙ 177
че мужу, ребенок — отцу или же священнику, те велели молчать, сочтя все это женским вздором, детской выдумкой или же
дьявольским наваждением. Свидетель соглашался молчать,
но несколько дней спустя ему вновь являлась Дева, несколько
недовольная тем, что ее требование до сих пор не выполнено.
«Мне не поверили! — сокрушался собеседник Девы
Марии. — Дай мне знамение». Иными словами, нужны доказательства.
Богоматерь, которая почему-то не предвидела, что понадобятся доказательства, дает знамение. Теперь соседи и священники полностью убеждаются в истинности этой встречи. Они
строят часовню. Поблизости начинаются чудесные исцеления.
Со всех концов света устремляются паломники. Священники
заняты по горло. Экономика края процветает. Счастливый свидетель занимает должность хранителя святыни.
В большинстве известных нам случаев для расследования
собиралась комиссия из светских и церковных руководителей,
и те подтверждали подлинность чуда — вопреки первоначальному скептицизму (как правило, скептицизм исходил исключительно от мужчин). Однако требования к «знамениям» были
не так уж высоки. В одном случае приняли свидетельство бредящего от лихорадки восьмилетнего мальчика — за два дня
до его смерти. Комиссии нередко собирались лишь спустя десятилетия, а то и через целый век после чудесной встречи.
В трактате «О различении истинных и ложных видений»
(On the Distinction Between True and False Visions) Жан Жерсон, признанный специалист по этому вопросу, около 1400 г.
приводил критерии, по которым можно распознать истинного свидетеля чуда, и среди этих требований одним из первых
значилась готовность принять решение политических и религиозных иерархов. Это значит, что всякий, получивший неприятное для властей предержащих видение, заведомо объявлялся
ненадежным свидетелем, а святые и девственницы вынуждены
были повторять угодное начальству.
Среди знаков, предоставляемых Девой Марией свидетелям
и сочтенных убедительным доказательством, имеются: обыч-
178 ˙ Мир, полный демонов
ная свеча, кусок шелка и магнит; обломок расписной черепицы; отпечатки ног; необычная скорость, с которой свидетель
собрал чертополох; воткнутый в землю простой деревянный
крест; разнообразные конвульсии — двенадцатилетняя девочка странно держала руку, у другой ноги загнулись назад, третья
временно лишилась дара речи, потому что у нее крепко сжимались челюсти, излеченные в тот момент, когда свидетельству поверили.
В некоторых случаях рассказы свидетелей сверялись и уточнялись перед окончательным их принятием: например, жители
маленького городка дружно сообщали о явлении высокой женщины в белом, несшей на руках младенца-сына и излучавшей
сияние в ночи. В других случаях люди, стоявшие подле свидетеля, ничего не наблюдали. Вот сообщение о подобном явлении в Кастилии (1617):
«Ах, Бартолом, та дама, что являлась ко мне в прошлые
дни, идет по лугу. Вот она опустилась на колени и обнима-
ет крест — взгляни на нее, взгляни!» Но юноша, сколько бы
ни всматривался, не видел ничего, кроме пташек, порхав-
ших над крестом.
Нетрудно догадаться о причинах, побуждавших выдумывать
подобные сюжеты и принимать их на веру: местные священники, нотариусы, ремесленники и купцы получали дополнительную работу; впавшая в депрессию экономика оживала; сам свидетель и его семья заметно повышали свой социальный статус:
умершие и забытые в пору чумы, засухи и войны родичи вновь
удостаивались заупокойных молитв: народ сплачивался против
неверных, в первую очередь против мавров; укреплялся гражданский дух и повиновение каноническому праву; благочестивые находили подтверждение своей вере. Пилигримы с искренним рвением устремлялись к новым святыням. Нередко в качестве панацеи от всех болезней они собирали «святую» землю
или отскребывали частицы скалы рядом с ней, растворяли этот
порошок в воде и пили. Но я не утверждаю, будто все свидетели
выдумывали ложь. Тут происходит нечто более сложное.
О различении истинных и ложных видений ˙ 179
Почти все требования Марии удивляют своей простотой
и прозаичностью. Вот, например, явление 1483 г. в Каталонии:
Заклинаю тебя спасением твоей души заклинать спасением их душ жителей приходов Эль Том, Мильерас, Эль Салент
и Сан Микель де Кампмайор, заклинать спасением их душ
священников, чтобы те просили людей платить десятину и все церковные подати и все то, что они держат тайно
или открыто из непринадлежащего им, вернуть законным
владельцам не позднее, чем через тридцать дней, ибо это
обязательно, и соблюдать святой воскресный день.
А во-вторых, пусть перестанут кощунствовать и подают
обычную милостыню и сборы, как установлено их покойными предками.
Зачастую видения появляются сразу после пробуждения.
Франсиска ла Брава в 1523 г. заявила, что поднялась с постели,
«не ведая, владеет ли своими чувствами», однако в более поздних показаниях уверяла, будто вполне проснулась. (Ей предложили выбрать ответ из целого спектра: полностью проснулась,
в полудреме, в трансе, спала.) Иногда в сообщении отсутствуют
существенные подробности (как выглядели сопровождавшие
Деву ангелы) или же эти подробности противоречат друг другу:
например, Мария одновременно и высока ростом, и мала, она
и мать, и дитя — безошибочные приметы сновидения. В «Диалоге о чудесах» (Dialogue on Miracles), написанном в 1223 г.,
Цезарий Гейстербахский указывает, что клирикам Дева Мария
зачастую являлась во время заутрени, в дремотный полуночный час.
Напрашивается подозрение, что многие, если не все, явления были особого рода сном, в полудреме или наяву, что тут
немалую роль сыграли мистификации и откровенные подделки — в Средневековье процветало производство искусственных чудес, по наитию или божественному указанию отыскивались религиозные картины и статуи и т. д. Эта проблема
охвачена кодексом церковного и канонического права «Семь
партид» (Siete Partidas), составленном под руководством короля
180 ˙ Мир, полный демонов
Кастилии Альфонсо Мудрого около 1248 г. В этом документе
сказано:
Некоторые люди, прибегая к обману, отыскивают или
со оружают алтари в полях и городах, заявляя, что там находятся реликвии святых, и прикидываясь, будто эти реликвии
вершат чудеса. Тем самым пилигримы из иных краев соблазняются отправиться в эти места в паломничество, и все это
делается лишь затем, чтобы паломников обобрать; также
некоторые, под влиянием снов или пустых видений, возводят алтари или находят их в указанных местах.
Перечисляя источники ложных убеждений, Альфонсо приводит целый ряд — от сектантства, упорных заблуждений, фантазий и снов до галлюцинаций. Вот как он описывает особый
род фантазии под названием antoianca:
Antoianсa — нечто, возникающее перед глазами и затем
исчезающее. Человек видит или слышит это в трансе, и это
видение без сущности.
Папская булла 1517 г. провела разграничение между явлениями «во сне» и «божественными». Даже в эпоху предельного легковерия светские и церковные власти все же оставались
настороже, остерегаясь галлюцинаций и обмана.
Тем не менее католическое духовенство в основном поддерживало эти явления повсюду в средневековой Европе, особенно
потому, что наставления Богородицы вполне соответствовали
идеологии клириков. Хватало самого ничтожного «доказательства» — камня, отпечатка ступни, — ничего более убедительного не требовалось. Но к началу XV в. Реформация вынудила
католическую церковь пересмотреть свое отношение к видениям: претендуя на откровение, свидетели нарушали монополию церкви на посредничество между Богом и человеком.
К тому же некоторые видения, в том числе видения Жанны
д’Арк, были отнюдь не так удобны с политической или моральной точки зрения. Судьи Жанны д’Арк в 1431 г. весьма откровенно писали, чем им досаждают ее видения:
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]