Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Механизм правового регулирования уголовно-правовые отношения. Монография
.pdf
2) являются результатом действия охранительных норм права1;
3) охранительные правоотношения связаны с реализацией правовых за-
претов2, санкций, мер процессуального принуждения3 и т. д.;
4) непосредственно связаны с защитой прав, свобод и законных интере-
сов физических и юридических лиц.
В этой связи мы поддерживает точку зрения А.В. Краснова о неразрывности регулятивных и охранительных правоотношений. Действительно, если разделить регуляцию и охрану по разным видам норм, то при этом разорвется целостное понятие нормы. При отсутствии охраны в регулятивной норме теряется
ее государственная обеспеченность, а при отсутствии регулятивного компонента в охранительной норме исчезает предоставительно-обязывающий характер и
регулятивность4.
Современные ученые обращают внимание не только на юридическую основу правоотношения (она несомненна — норма права), но и на такой неотъемлемый признак, как охрана его в «необходимых случаях государственной властью»5. Мы полагаем, что данное положение нельзя рассматривать в качестве
признака правоотношения, поскольку охрана правоотношений обеспечивается
не внутренним, составляющим его качеством, а путем внешнего воздействия на
элементный состав самого правоотношения. В широком понимании охраны ее
обеспечивают нормы Особенной части Уголовного кодекса РФ. В узком —
конкретные нормы уголовного закона. Так, например, ст. 299 УК РФ, предусматривающая уголовную ответственность за привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности, как раз и охраняет общественные отношения, регулируемые различными отраслями права, от необоснованного перерастаниях в уголовно-правовые. В то же время нормы, составляющие ст. 299 УК
РФ нельзя рассматривать в качестве обязательной компоненты любого уголовного правоотношения. Это самостоятельная охранительная норма, которая, с
одной стороны, сама способна породить анализируемые отношение, а с другой — призвана охранять уже существующие уголовно-процессуальные отношения.
права. 2015. № 2. С. 204–213.
сийском праве (вопросы теории и практики): Дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2014. С. 33.
щества // Современное право. 2010. № 10. С. 22–24.
экономики и права. 2010. № 1 (13). С. 102–107.
2005. С. 522.
1
Панова А.С. Значение правовой категории «санкция» // Актуальные проблемы экономики и
2
Толмачев В.В. Технико-юридические средства установления и реализации запретов в рос-
3
Макарова Н.А. Роль охранительной функции права в жизни современного российского об-
4
Краснов А.В. Санкция нормы права в контексте правил поведения // Актуальные проблемы
5
Радько Т.Н. Теория государства и права: Учебник для вузов. М.: Академический Проект,
71
Теперь проанализируем базовую структуру правоотношения. Традиционное понимание правоотношения берет свое начало в частном праве, где под
ним понимают «связь субъектов урегулированного правом общественного отношения, выражающаяся в наличии у них субъективных прав и обязанностей»1.
Этот же взгляд экстраполируют и на публично-правовые отношения, что,
на наш взгляд, не совсем адекватно. Еще Г.Ф. Шершеневич, рассматривая соотношение публичных и частных правоотношений, полагал, что первым присущи только «три элемента — субъекты, объект и обязанность»2. Подобный
взгляд на строение правоотношения был развит Н.М. Коркуновым. Он писал,
что в публичном праве «ярче и определеннее всего выступают именно правообязанности»3. По мнению автора, в публичном праве юридические обязанности по содержанию определены точно и возлагаются всегда на индивидуальноопределенных лиц. Права же участников публичного правоотношения, наоборот, являются лишь отражением их обязанностей. Ими наделяется неопределенный круг лиц, имеющих тот или иной интерес в обозначенном правоотношении. Полагаем, что фактически их можно отождествить с законными интересами, поскольку в обозначенных правоотношениях реализация прав зависит от
требуемого нормой права поведения обязанного лица. Например, совершения
каких-либо общественно полезных действий в обмен на освобождение от уголовной ответственности или наказания.
В связи с этим, совершенно оправданно в литературе по административному праву в правовом положении субъектов соответствующих отношений на
первое место ставятся взаимные обязанности, а не их права4, что совершенно не
характерно для частноправовых отношений.
В теории уголовного права понятие правоотношения также активно исследовалось и продолжает исследоваться5. Однако, учитывая специфику настоящей работы, мы не будем анализировать различные точки зрения на обозначенный предмет. Их достаточно подробно рассмотрел Н.М. Кропачев. Так, по
его мнению, Р.И. Михеева и Г.В. Назаренко к числу уголовно-правовых причисляют отношения между: государством и преступником; государством и
гражданином, совершившим общественно опасное деяние, по поводу примене-
2004. С. 43.
Башмаковы, 1910. С. 570.
газина Н.К. Мартынова. 1909. С. 143.
исполнительные правоотношения. М.: ЮрИнфоР. 2007.
1
Гражданское право: В 2 Т. Том I: Учебник / Под ред. Е.А. Суханова. М.: Волтерс Клувер,
2
Шершеневич Г.Ф. Общая теория права: Философия права. Часть теоретическая. Т. 1. М.: Бр.
3
Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. СПб.: Издание Юридического книжного ма-
4
Административное право: Учебник / Под ред. Л.Л. Попова. М.: Юристъ, 2005. С. 32.
5
Филимонов В.Д., Филимонов О.В. Правоотношения. Уголовные правоотношения. Уголовно-
72
ния принудительных мер медицинского характера. 3.А. Астемиров, А.Н. Тарбагаев и И.Э. Звечаровский к указанным выше правоотношениям добавляют также правовую взаимосвязь между государством и гражданином по поводу его
общественно полезного поведения в сфере борьбы с преступностью или
предотвращения вреда. П.С. Дагель формулировал уголовно-правовые отношения как отношения между государством и преступником по поводу различных
видов социально положительного поведения последнего. Р.А. Сабитов и
И.Э Звечаровский полагают, что это отношения между государством и преступником по поводу различных видов антиобщественного непреступного поведения последнего. Б.Т. Разгильдиев дополнил перечень уголовно-правовых
отношений отношениями между государством и лицом, совершившим общественно опасное деяние, но не достигшим возраста уголовной ответственности.
А.В. Наумов и Г.А. Кригер включили в этот перечень и отношения между государством и морально неустойчивыми лицами по поводу удержания последних
от совершения преступлений. Среди научных взглядов по поводу уголовноправовых отношений есть и весьма оригинальные. Например, Г.И. Начкебия
предлагает причислить к рассматриваемым отношениям политические отношения, складывающиеся по поводу предупреждения преступлений, а другие авторы — А.А. Пионтковский, О.Э. Лейст и Н.Д. Дурманов — отношения, возникающие на основе отдельных норм Особенной части УК РФ, которые «самостоятельно (не «в паре» с нормами других отраслей) обязывают к активным
действиям. Также расширительно понимают содержание уголовно-правовых
отношений и А.В. Наумов, А.Н. Тарбагаев и В.С. Прохоров. По их мнению, в
качестве интересующих нас отношений выступают и отношения, связанные с
удержанием лица от совершения преступления посредством угрозы применения мер уголовно-правового воздействия, содержащихся в уголовно-правовых
нормах1.
Представленный анализ понятия уголовно-правового отношения грешит
одним недостатком — в нем понятие правоотношения подменено анализом их
субъектного состава и содержания. При этом за кадром осталась сущность уголовного правоотношения, его юридическая природа. Авторы так и не ответили
на вопрос: «Имеет ли уголовное правоотношение что-то оригинальное, позволяющее утверждать о его особости по отношению к общетеоретическому, так
сказать, базовому понятию?».
Уголовно-правовое регулирование: механизм и система. СПб, 1999. С. 43–44.
1
Анализ взглядов на содержание уголовно-правовых отношений дан по книге Кропачева Н.М.
73
Есть мнение, высказанное в свое время В.И. Курляндским, что уголовные
правоотношения ничем не отличаются от других правоотношений1, поскольку
предполагают, как и любое иное правоотношение, наличие нормы, субъектов и
их субъективных прав и юридических обязанностей. Как было отмечено выше,
с последней составляющей системы согласны не все авторы.
Разобраться в справедливости подобного утверждения пытался
С.В. Бажанов. В его докторской диссертации содержится параграф, посвященный уголовным и уголовно-процессуальным отношениям. В нем он, подвергая
сомнению обоснованность формулирования понятия уголовных правоотношений на основе гражданско-правовых, т. е. диспозитивных отношений, в которых доминируют не обязанности, а права участников, высказывается за необходимость формулирования оригинального взгляда на интересующую нас дефиницию. В настоящее же время получается, что преступник обязан сам
подвергнуть себя уголовной ответственности. Автор также разделяет точку
зрения С.В. Бажанова об обязательности процессуальной формы протекания
уголовно-правовых отношений2.
А.А. Васильченко предпринял попытку внести вклад в общую теорию
права и предложил под правоотношением «понимать, во-первых, саму по себе
связь между взаимокорреспондирующими субъективными правами и юридическими обязанностями и, во-вторых, результат их осуществления в поведении
адресатов норм права, то есть подвергшиеся действию права общественные отношения»3.
В этом определении А.А. Васильченко за основу взял концепцию
Ю.Г. Ткаченко4, которая предлагает различать понятия «правовое отношение —
отношение» (вторая часть утверждения автора) и «правовое отношение — модель»
(первая часть, анализируемого определения). Однако и Ю.Г. Ткаченко не была пионером обозначенной гипотезы. Еще в начале XX в. профессор В.М. Хвостов подразделял юридические отношения на: конкретные и абстрактные5.
Важно в этих определениях следующее—- их авторы полагают, что регулирование первично, а правоотношения вторичны, т. е. в начале должна появиться норма права, а только затем уже на ее основе — правовое отношение.
С. 17.
С. 277.
Монография. М.: Ось-89, 2006. С. 20.
ников», 1914. С. 124.
1
Курляндский В.И. Уголовная ответственность и меры общественного воздействия. М., 1965.
2
Бажанов С.В. Стоимость уголовного процесса: Дис. ... д-ра юрид. наук. Н. Новгород, 2002.
3
Васильченко А.А. Взаимосвязь уголовно-правовых и уголовно-процессуальных отношений:
4
См.: Ткаченко Ю.Г. Указ. раб. С. 96.
5
Хвостов В.М. Общая теория права: Элементарный очерк. СПб.: Изд-во «Т-ва Н. П. Карбас-
74
Для уголовного права регламентация еще не означает наличие правоотношения. Следовательно, нельзя говорить и об абстрактных (общеохранительных)
правоотношениях.
Нам могут возразить, что правоотношение, по мнению авторитетных специалистов в области теории права1, является неотъемлемой составляющей права, а не только ее результатом, а значит нельзя оспаривать наличие общего (абстрактного) правоотношения. Это общий подход. При нем не учитываются исключения. Да, правоотношения в качестве составляющей права характерны в
целом для прецедентного права или для отдельных отраслей романогерманской правовой семьи, например, для гражданского права (обычаи делового оборота как источник права), но не могут рассматриваться в качестве составляющей уголовного права, единственной правовой основой которого является норма уголовного закона. Поэтому-то в сфере уголовно-правового регулирования подобные правоотношения существовать не могут, а значит, не
выдерживает критики точка зрения о наличии абсолютной и всеобщей обязанности граждан не совершать запрещенных уголовным законом деяний. Если
внимательно прочитать ч. 1 ст. 14 УК РФ и проанализировать ее через призму
ранее действовавшего представления о преступлении (ч. 1 ст. 7 УК РСФСР
1960 г.), то становится ясно, что законодатель вовсе не обязывает граждан соблюдать уголовный закон, а всего лишь предупреждает о последствиях его
нарушения. Да, есть принцип законности, определяющий — гражданам разрешено все, что специально не запрещено нормативно-правовыми предписаниями. Но запрет вовсе не налагает на граждан соответствующих обязанностей. Он
определяет только сферу правомерного поведения. Обязанности человека и
гражданина определены в Конституции РФ (ст. 57, 58 и ч. 1 ст. 59 соответственно).
Другими словами, между уголовным правом в его объективном понимании и правоотношением существует не только прямая, но и обратная связь —
последняя может использоваться для совершенствования правового регулирования общественных отношений.
Вместе с тем, анализ уголовного правоотношения в связи с уголовноправовым регулированием как раз и позволяет более широко представить этапы
его формирования, связанные, в свою очередь, с правовой оценкой отдельных
юридических фактов. Так, факт создания уголовного закона не приводит к возникновению абсолютного или объективного уголовно-правового отношения.
1
См., например, Керимов Д.А. Методология права. М.: Аванта+, 2000. С. 350.
75
И в этом мы солидарны с О.В. Пинаевой, определяющей правоотношение
как «охраняемый государством специфический вид общественных отношений,
возникающий вследствие взаимодействия норм права с реальными обществен-
ными отношениями, носящий индивидуально-волевой характер, порождающий
юридическую связь социального порядка для управомоченных и обязанных
субъектов права»1 (курсив мой — Ю.Ж.).
Соответственно на основе норм объективного уголовного права формулируется не само уголовное правоотношение, а модель уголовно-правового
отношения. Последнее представляет собой абстрактное содержание реального
уголовного правоотношения, но без обязательной для первого процедурной
формы.
Факт совершения конкретного преступления порождает формирование
гипотезы уголовного правоотношения. В этом случае, хотя у лица его совершившего и возникает обязанность нести уголовную ответственность, но она
носит опосредованный характер, поскольку либо такое лицо еще не установлено, либо оно и присутствует, но с достаточной степенью, требуемой уголовным
законом, не идентифицировано как виновное.
Наиболее ярко гипотеза уголовно-правового отношения проявляется или,
скорее всего, окончательно формируется при возникновении официального подозрения. В этом случае возникают временные (первоначальные) уголовноправовые отношения, которые можно охарактеризовать как переходные от собственно гипотезы к реальному правоотношению. Сущность и содержание обозначенных отношений мы рассмотрим ниже.
Третий этап формирования связан с возникновением предварительного
реального уголовного правоотношения. Он обусловлен процессуальным актом привлечения лица в качестве обвиняемого и субъективным определением
лицом, ведущим процесс, степени его виновности2. И несмотря на то, что
именно в данный момент у лица, совершившего преступление, возникает юридическая обязанность нести уголовную ответственность3 (см.: ст. 299 УК РФ
«Привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности»), такое отношение именуется предварительным, поскольку на данном этапе окончатель-
канд. юрид. наук. Владимир, 2008. С. 8.
личное психическое отношение к совершенному им деянию и его последствиям — признает он себя
виновным и если да, то полностью или частично (по отношению к содержанию постановления о привлечении в качестве обвиняемого).
го объекта уголовного правоотношения.
1
Пинаева О.В. Государство как субъект правоотношения в современном обществе: Дис…
2
Она устанавливается на основе предложения следователя сформировать обвиняемому свое
3
Это связано с установлением его деликтоспособности и формулированием непосредственно-
76
но может быть разрешен лишь вопрос об освобождении обвиняемого от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям (ст. 75–76.1 УК
РФ). Да и у государства только появляется возможность реализовать свое право
на наказание не абстрактного, а вполне конкретного лица, первоначально причастного, а затем и виновного (в субъективном понимании) в совершении реального преступления.
Но это лишь предварительная оценка субъективных признаков состава
конкретного преступления. Объективно же обвиняемый находится под защитой
принципа презумпции невиновности и считается невиновным до момента
вступления обвинительного приговора в законную силу.
На четвертом этапе формируется постоянное реальное уголовное пра-
воотношение. Он связан со вступлением обвинительного приговора в закон-
ную силу и констатацией судом на его основе уже не субъективной виновности,
а объективной вины. Принцип презумпции невиновности уступает место презумпции виновности. В этот момент у государства возникает обязанность наказать осужденного в соответствии с законом, а у осужденного исполнить назначенные судом наказания и иные меры уголовно-правового характера. Также в
связи с судимостью он обязан претерпеть иные правовые последствия в случаях
и в порядке, которые установлены федеральными законами (ч. 1 ст. 86 УК РФ).
На правовую связь между уголовно-процессуальными актами и уголовноправовыми отношениями обращали внимание многие отечественные ученые.
Первым такую точку зрения высказал П.С. Дагель, который в 1970 г. писал:
«…уголовно-правовое отношение может быть установлено, конкретизировано
и реализовано лишь посредством установления и реализации уголовнопроцессуальных отношений, участником, одним из субъектов которых является
преступник»1.
Впоследствии В.Г. Даев обосновал утверждение, согласно которому обвинение — это уголовно-процессуальное отношение, с развитием которого и
связаны этапы развития уголовно-правового отношения и реализации уголовной ответственности2.
В данной связи следует признать несостоятельными взгляды тех ученых,
которые ратуют за расширение непосредственного объекта уголовных правоотношений за счет принудительных мер воспитательного воздействия и медицинского характера. Полагаем, что таковым объектом могут являться лишь обстоятельства преступления, связанные с его квалификацией (признаки, составляю-
1970. С. 44.
1
Дагель П.С. Учение о личности преступника в советском уголовном праве. Владивосток,
2
Даев В.Г. Взаимосвязь уголовного права и процесса. Л., 1982. С. 61.
77
щие объективные и субъективные элементы состава преступления), а также вопросы наказания и связанные с ними (но, ни в коем случае не обособленно от
наказания) вопросы применения иных мер уголовно-правового характера.
Рассмотрим субъектный состав уголовных правоотношений. Как было
отмечено выше, по данному поводу существует несколько точек зрения, мы же
полагаем, что, несмотря на наличие в каждой их них рационального зерна, необходим свежий подход к определению обозначенных участников. Связано это
прежде всего с изменением законодательства. Конституция РФ в ч. 1 ст. 3
определяет, что носителем суверенитета и единственным источником власти в
Российской Федерации является ее многонациональный народ, соответственно,
только ему, а не государству, то есть системе органов, принадлежит право как
определять перечень преступлений, так и наказывать лиц, виновных в их совершении. Суд и правоохранительные органы должны действовать ни от имени
государства (они в точном понимании им и являются), а от имени народа. Подтверждением тому служит ч. 2 указанной статьи: «Народ осуществляет свою
власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления». Следовательно, правомочным субъектом уголовных правоотношений следует назвать народ России, действующий посредством компетентных органов государственной власти.
Теперь определим обязанного участника уголовного правоотношения. Им
является не просто лицо, совершившее преступление, а лицо, имеющее официальный правовой статус обвиняемого, подсудимого и осужденного.
С отдельных случаях, специально предусмотренных законом к субъектом
уголовно-правовых отношений относится подозреваемый, судимый и потерпевший.
Является ли подозреваемый субъектом интересующих нас отношений?
Мы полагаем, что да. Такое отношение возникает в связи с принятием решения
об освобождении от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям лица, совершившего преступления, и находящегося на этот момент в
статусе подозреваемого.
Объект таких правоотношений, с одной стороны, совершенное деяние,
его последствия и ответственность за его совершение. С другой — освобождение от уголовной ответственности, его основания.
Содержание — право государства прекратить уголовное преследование, а
обязанность подозреваемого — выполнить обязательные условия, необходимые
для освобождения от уголовной ответственности.
78
Потерпевший в таких отношениях также является субъектом уголовноправовых отношений. Его можно рассматривать в качестве третьей стороны,
интересы которой затронуты преступлением, и имеющей право на возмещение
причиненного им ущерба. Но это гражданско-правовая составляющая, которую
также следует включать в уголовное правоотношение в силу того, что вред,
причиненный преступлением, есть необходимый и квалифицирующий признак
корыстных составов. Непосредственно же уголовно-правовой компонент в таком отношении — это право потерпевшего изменять юридическую судьбу виновного.
В качестве субъекта уголовных правоотношений следует рассматривать и
судимого. Судимость как юридический факт-состояние (наличие судимости),
пишет Г.Х. Шаутаева, влечет общеправовые ограничения в отношении лиц,
имеющих судимость1. За поведением осужденного устанавливается посткриминальный надзор. В частности, он распространяется на случаи условнодосрочного освобождения от отбывания наказания, применение условного
осуждения, отсрочки отбывания наказания.
Распространению уголовных правоотношений на режим судимости будет
способствовать институт мер безопасности2. Полагаем, что введение указанных
мер, состоящих в поражении в каких-либо конкретных правах человека и гражданина (в частности, свободы передвижения или выбора места жительства), потребует и соответствующей пенитенциарной регламентации их исполнения. За
основу в этом отношении можно взять Закон об административном надзоре.
Такой подход будет способствовать обеспечению и охране законности прав и
законных интересов лиц, отбывающих меры безопасности3.
Далее в аспекте уголовно-правовых отношений рассмотрим потерпевшего. В настоящее время в уголовное законодательство отводит ему роль третьей
стороны, поскольку потерпевший непосредственно не связан с предметом указанных отношений. Да, в случаях, специально предусмотренных уголовным законом, потерпевший может влиять на освобождение лица от уголовной ответственности или на снижение наказания, как это предусмотрено в отношении
лиц, признавших свою вину и согласных на ускоренное судебное разбиратель-
юрид. наук. Ижевск, 2000. С. 7.
2006. С. 9.
рые допускают подобные ограничения, если они необходимы в интересах прав и свобод других лиц,
для удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и предотвращения
преступлений, обеспечения общего благосостояния в демократическом обществе.
1
Шаутаева Г.Х. Судимость в уголовном праве и ее правовое значение: Автореф. дис. … канд.
2
Ульянов А.В. Судимость и правовые последствия ее реализации. Дис… канд. юрид. наук. М.,
3
Данное предложение согласуется с международными актами о защите прав человека, кото-
79
ство, однако их роль в этом случае является формальной и не связана с реализацией права квалификации преступления или обязанностью нести уголовную
ответственность.
В тоже время перспектива развития возвратного права в сфере уголовного законодательства потребует наделения потерпевшего более широкими правами в части назначения виновному наказания. Для этого в Уголовном кодексе
РФ потребуется сформулировать положение об уголовно-правовом интересе
потерпевшего применительно к назначению наказания — денежное (имущественное) взыскание в его пользу в обмен на свободу (освобождение от реального наказания в виде лишения свободы).
Но это перспективы. Настоящее же состояние уголовного законодательства свидетельствует о том, что уголовные правоотношения — это упорядо-
ченные нормами уголовного закона и реализуемые в уголовно-процессуальной и
уголовно-исполнительной формах общественные отношения между народом
Российской Федерации в лице правоприменительных органов и лицом, совершившим общественно опасное деяние и поставленным в положение обвиняемого, осужденного и судимого по поводу уголовной ответственности, назначения
справедливого наказания и иных мер уголовно-правового характера, обязанности их исполнения в точном соответствии с обвинительным приговором суда и
претерпевания иных правоограничений, предусмотренных законодательством.
Данное определение можно считать условным, поскольку в нем не отражен специфический характер содержания уголовного правоотношения. В научной литературе по этому поводу существует весьма определенное мнение —
авторы ставят знак равенства между ним и уголовной ответственностью, поскольку и первая и вторая дефиниции понимаются как обязанность лица, совершившего преступление, претерпевать предусмотренные законом негативные
последствия.
Таким образом, можно утверждать, что базовым (основным) объектом
уголовно-правового отношения являются процесс и результат: квалификации
деяния как конкретного преступления; применения к виновному в его совершении санкции. Эта формальная часть объекта уголовно-правового отношения1.
зрения, в частности, отдельные авторы не различают или отождествляют содержание объекта состава
преступления, и объекта уголовно-правового отношения (см.: Заурканович Х.А. Объект уголовно-
правовых отношений (теоретический и правоприменительный аспекты): Автореф. дис. ... канд. юрид.
наук. Ростов н/Д, 2004), понимая под ним «совокупность всех интересов общества, государства, юридических и физических лиц, посягательство на которые запрещено уголовным законодательством», с
чем согласиться нельзя.
1
Справедливости ради надо отметить, что в научной литературе встречаются и иные точки
80
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]