Афганистан

Это она спокойно, соткрытым лицом, обходит вече­ром зубчатые стены своего дома— глиняной крепости, одиноко стоящей вгорах, на краю дороги, некогда про­ложенной Тимуром иАлександром. Она переворачива­ет связки клевера, вялого идушистого, уже подсушен­ного за день солнцем. Гонит домой баранов или вращает привычным быстрым движением первобытную прялку, висящую на бесконечной нитке верблюжьей шерсти. Это — зажиточная крестьянка горной области Хаза­реи. Чем беднее племя или семья, тем свободнее икра­сивее ее женщины. Нищие кочевницы, укоторых нет ни дома, ни глиняных стен, ни абрикосового сада, уже со­вершенно свободны от законов, навязанных прекрас­ной Айше ревнивым Магометом. Они живут в проса­ленных, черных шатрах, раскинутых прямо на жгучем песке. Рожают ирастят детей вгрязи, вдыму очага, на овчине, острый запах которой так ненавистен насеко­мым. Прекрасные, как боги, свободные, как все парии,

Совсем недавно, осенью этого года, племена устрои­ли вКабуле настоящую художественную демонстрацию. Это было во время праздника независимости, совпав­шего, между прочим, сгодовщиной Октябрьской рево­люции. Бедная событиями, прозябающая обществен­ная жизнь оживляется в эти «тамашой». Город наводнен пестрой толпой, в которой можно видеть представителей всех сословий: индийских менял с их желтыми тюрбанами, купцов вшелковых халатах, гор­цев сблестящим оружием итемными шерстяными пла­щами, бухарских эмигрантов с плоскими бесцветными лицами, опухших от лени сатрапов спримесью беспо­койства иозлобления, естественного в их новом поло­жении приживальщиков при иностранном дворе. Стая шпионов объезжает всю эту праздничную толпу на ве­лосипедах, по которым их и узнает всякий уличный мальчишка. Солдаты вевропейских мундирах шпалера­ми охраняют общественное спокойствие, разгоняют

В каждой клеточке его худого инервного тела таится бог музыки — неистовый, мистический, жестокий.

Тысячи глаз следят за англичанами: вокруг певцов стена молчаливых, злорадно улыбающихся слушателей.