Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Аналогия закона и аналогия права в практике разрешения семейно-правовых споров
.pdf
III.2
III.2. Суд, опираясь на ст. 5 СК РФ при толковании п. 2 ст. 45
СК РФ, сделал вывод, что если кредит, полученный одним из супругов во время брака, был потрачен на общие
(семейные) нужды, но погашен этим супругом исключительно за счет личных средств после фактического прекращения брачных отношений, хотя и до регистрации прекращения брака, то второй супруг должен компенсировать
половину от потраченных на погашение кредита средств
Апелляционное определение Московского городского суда
от 6 августа 2012 г. по делу № 11/16658
Фабула дела
Гражданин Р.Н. (истец) обратился в суд с иском к бывшей жене
гражданке Р.М. (ответчица) о разделе совместно нажитого имущества, в том числе обязательств по кредитному договору. В этой части
исковые требования обосновывались тем, что кредитный договор был
заключен истцом с ведома и согласия ответчицы, полученные денежные средства израсходованы на нужды семьи, но семейные отношения
стороны прекратили до полного погашения кредита и истец исполнял
обязанности по уплате долга в период раздельного проживания за счет
личных средств.
Ответчица иск в указанной части не признала, ссылаясь на то, что
кредит был полностью погашен во время нахождения сторон в зарегистрированном браке.
Решением Преображенского районного суда г. Москвы с ответчицы
Р.М. в пользу истца Р.Н. была взыскана половина денежных средств,
уплаченных по оформленному на него кредитному договору. Ответчица
обжаловала данное решение.
Апелляционный суд счел надлежаще доказанными фактические
обстоятельства дела, положенные судом первой инстанции в основание решения, а также подтвердил его законность, опираясь на ст. 5
СК РФ.
Сходные отношения, урегулированные законом
Суд признал сходными с рассматриваемыми по делу отношения
по обращению взыскания на общее имущество супругов по обязательствам одного из супругов, если установлено, что все полученное по этому обязательству было использовано на нужды семьи (п. 2
ст. 45 СК РФ).
61
III. Права и обязанности супругов
Результат применения аналогии закона
Отмеченное юридическое сходство спорных и урегулированных
законом отношений позволило суду сделать вывод о том, что в погашении потраченного на общие нужды кредита, в том числе в условиях
распада семьи, должны участвовать оба супруга и при доказанности
факта исполнения возникшего в период совместной жизни кредитного
обязательства одним из супругов за счет личных средств в отсутствие
общего бюджета другой супруг обязан выплатить компенсацию.
Комментарий
Вне зависимости от юрисдикции вопрос о распределении супружеских долгов в период брака и после его прекращения признается одним
из ключевых при определении правового режима имущества супругов1.
Между тем в российском семейном законодательстве этот вопрос не урегулирован достаточно полно.
С одной стороны, положения п. 3 ст. 39 и п. 2 ст. 45 СК РФ дают вполне
четкое представление о том, что: а) долги супругов могут быть как общими
(если они возникли из совместных обязательств либо если имущество,
полученное супругом – титульным должником, использовано на нужды
семьи), так и личными, подлежащими погашению непосредственно тем
супругом, который числится в качестве должника в соответствующем
обязательстве; б) при разделе имущества не производится раздел общих
долгов (по крайней мере без учета правил гражданского законодательства
о переводе долга), но определяются доли каждого супруга в таких долгах2,
т.е. экономическое бремя их погашения может быть учтено и добровольно
или принудительно распределено между обоими супругами3.
С другой стороны, отсутствие нормативно закрепленной презумпции
общности супружеских долгов и «размытость» понятия семейных нужд,
для удовлетворения которых возникают общие обязательства супругов,
приводят к тому, что суды при попытках одного из супругов признать лежащее на нем обязательство общим долгом приходят к противоположным
решениям при максимальной схожести обстоятельств дела4 и сталкивают-
1
Cooke E., Barlow A., Callus T. Community of Property: A Regime for England and Wales?
L., 2006. P. 3 (https://ore.exeter.ac.uk/repository/handle/10036/15458).
2
Пыхтин С.В. Судьба кредитных обязательств при разделе имущества супругов //
Судья. 2019. № 8. С. 34–41.
3
Косова О.Ю. Общие долги супругов: раздел или распределение // Семейное и жи-
лищное право. 2019. № 1. С. 17–20.
4
Мазовка Е.Н. Признание долговых обязательств общими обязательствами супругов: ана-
лиз судебной практики // Актуальные проблемы российского права. 2020. № 12. С. 82–89.
62
III.3
ся с нехваткой нормативных параметров: а) отхода от принципа равенства
долей супругов в общем имуществе с учетом общих долгов и (или) б) механизма компенсации супругу-должнику другим супругом фактически
понесенных (или предстоящих) расходов для погашения общего долга1.
В данном деле суд верно квалифицировал спорные отношения как
прямо не урегулированные семейным законодательством, которое действительно не содержит специальной нормы о последствиях исполнения
одним из супругов общего супружеского обязательства за счет личного
его имущества в условиях распада семьи и фактического прекращения
брачных отношений.
Прибегнув к аналогии закона, суд распространил на спорные отношения содержащееся в п. 2 ст. 45 СК РФ правило таким образом, что
если при неисполнении общего долга вопрос о распределении бремени
ответственности между супругами решается на основе солидарного участия супругов (сначала в погашение общего долга направляется общее их
имущество, а затем – личное), то и при исполнении общего обязательства
одним из супругов за счет личных средств другой супруг обязан принять
соответствующее участие (путем уменьшения его доли в общем неразделенном имуществе либо путем выплаты компенсации из личных средств).
Думается, что этот подход вполне соответствует принципу равенства
супругов, который, как справедливо отмечается в литературе, распространяется и на их имущественные отношения2.
III.3. Суд исходя из требований ст. 5 СК РФ и ст. 6 ГК РФ при-
менил к спорным правоотношениям, возникшим в связи с разделом общих долгов бывших супругов, положения ч. 2 ст. 34 и ч. 3 ст. 39 СК РФ
Решение Фокинского районного суда г. Брянска от 24 апреля
2013 г. по делу № 2/510/13
Фабула дела
Гражданка Д.Н. (истица) обратилась в суд с иском к бывшему мужу
гражданину Д.В. (ответчик) о разделе долгового обязательства по кре-
1
Кратенко М.В. Раздел общих обязательств (долгов) супругов: некоторые проблемы
теории и практики // Адвокат. 2011. № 9. С. 21–28.
2
См.: Добровинский А.А. Проблемы толкования пункта 2 статьи 35 Семейного кодек-
са РФ в российской правовой науке и судебной практике // Lex russica. 2020. № 3.
С. 9–19; Рыженков А.Я. Принцип равенства прав супругов в семье: вопросы теории //
Юрист. 2019. № 12. С. 13–19.
63
III. Права и обязанности супругов
дитному договору и взыскании денежных средств. Исковые требования
мотивированы тем, что кредитный договор был заключен истицей
в период брака, полученные денежные средства направлены на приобретение трехкомнатной квартиры для совместного проживания,
но семейные отношения сторон сначала фактически прекратились,
а затем их брак был расторгнут юридически. С момента фактического
прекращения брачных отношений по день рассмотрения дела в суде
обязанности по кредитному договору исполняет только истица за счет
личных средств. Поскольку принятым ранее и вступившим в законную
силу решением суда денежные средства, внесенные в качестве уплаты стоимости квартиры, признаны совместно нажитым имуществом
супругов и разделены поровну, то с ответчика подлежит взысканию
половина внесенных истицей в погашение долга платежей, а остаток
задолженности по кредитному обязательству должен быть признан
общим по ½ долга за каждым из бывших супругов.
Сходные отношения, урегулированные законом
Суд, руководствуясь ст. 5 СК РФ и ст. 6 ГК РФ, усмотрел сходство
спорных отношений с урегулированными семейным правом отношениями по образованию общей совместной собственности супругов
(ч. 2 ст. 34 СК РФ) и разделу их общего имущества (ч. 3 ст. 39 СК РФ)
и, применив нормы указанных статей по аналогии, удовлетворил иск.
Комментарий
Несмотря на то что общее супружеское имущество – это не только
благо, но и бремя супругов, широкое юридическое понятие брачного
имущества действительно может включать не только вещи, имущественные права, но и обязательства (долги)1, буквальное толкование
правил ст. 34 СК РФ приводит к выводу об использовании законодателем данного термина в семейно-правовом контексте в более узком
смысле – для обозначения совокупности супружеских материальных
активов. Аналогия с положениями наследственного права, где принято
говорить об имущественном активе и пассиве применительно к на-
1
См.: Пчелинцева Л.М. Семейное право России: Учебник. 5-е изд., перераб. М.: Нор-
ма, 2008. С. 205; Чефранова Е.А. Обязательственные права и обязанности в составе
общего имущества супругов // Юридический мир. 2007. № 4. С. 34–35; Моисеева Т.М.
Совместная собственность супругов и (или) общее имущество супругов: анализ современного семейного и гражданского права // Актуальные проблемы российского
права. 2017. № 5. С. 131–136.
64
III.4
следству, здесь неуместна1. В силу этого если и допускать применение
правил о разделе имущества к распределению бремени погашения общих долгов, то только в порядке аналогии, как это сделал суд в рассматриваемом случае. Действительно, механическое правоприменительное
включение долгов в состав супружеского имущества, предназначенного
к разделу, приведет к тому, что любые долги супругов будут предполагаться общими, в то время как внезаконное введение такой презумпции
не соответствует СК РФ и является несправедливым2.
Для закрепления такой презумпции, равно как и для определения
порядка и последствий раздела общих долгов (а не их учета при определении долей в общих активах), требуется воля законодателя,
опирающаяся на детальную доктринальную проработку вопросов
квалификации перевода долга при его разделе3, распределения бремени доказывания общего характера долга, влияния раздела на права
кредитора и др.
До тех пор, пока соответствующее законодательное решение не принято, имея в виду необходимость обеспечивать единство (взаимообусловленность) судьбы супружеских активов и пассивов, более уместным
представляется аналогичное применение в соответствующих случаях
правил п. 2 ст. 45 СК РФ.
III.4. Суд не применил аналогию по ст. 5 СК РФ для признания
права супругов на совместное проживание и отказал
во вселении жены в жилое помещение
Решение Тимирязевского районного суда г. Москвы от 10 апреля
2012 г. по делу № 2-759/2012
Фабула дела
Истцы – гражданка Х.С. и гражданин Х.А. (супруги) обратились в суд
с иском к гражданке Х.М. (жена сына истцов, невестка) и ОУФМС РФ
по г. Москве по району Западное Дегунино (ответчики) с требованием
обязать гражданку Х.М. не препятствовать истице Х.С. во вселении в жилое помещение, а ОУФМС РФ ‒ зарегистрировать ее в нем. Исковые
1
Косова О.Ю. Общие долги супругов: раздел или распределение // Семейное и жи-
лищное право. 2019. № 1. С. 17–20.
2
Ломакина П.А. Совместные обязательства супругов. Проблемы доказывания // Закон.
2018. № 12. С. 144–154.
3
Долинская В.В. Проблемы правового режима объектов экономической деятельности
при разводе // Законы России: опыт, анализ, практика. 2019. № 1. С. 40–46.
65
III. Права и обязанности супругов
требования мотивированы следующим. Спорное жилое помещение –
трехкомнатная квартира было предоставлено истице Х.С. по договору
социального найма в бессрочное владение и пользование. В качестве
членов семьи Х.С. в это помещение были вселены муж Х.А. (соистец),
сын, его жена Х.М. (ответчица) и внук. Позднее истица добровольно
выбыла из квартиры, снялась с регистрационного учета по этому адресу,
вселилась в квартиру своей матери, зарегистрировалась в ней и приобрела ее в собственность по договору приватизации.
После выбытия истицы из спорного жилого помещения его нанимателем стал ее муж Х.А., в помещении остались проживать невестка
с внуком. Сын, не снявшийся с регистрационного учета, фактически
в квартире на момент рассмотрения дела не живет.
Соистец Х.А. как наниматель квартиры выразил намерение вселить
и зарегистрировать по месту жительства в этой квартире свою жену Х.С.,
которая подала соответствующее заявление в ОУФМС РФ. В приеме
документов на оформление регистрации было отказано по причине
отсутствия согласия ответчицы Х.М. на вселение свекрови. Истцы сообщили, что от каких-либо объяснений мотивов своего поведения ответчица отказывается, что, по их мнению, права и законные интересы ее
не нарушаются: жилая площадь на одного члена семьи после вселения
Х.С. останется в пределах учетной нормы, возможность ответчицы проживать в отдельной комнате с сыном не утрачивается.
Истцы полагают, что ответчица, препятствующая вселению Х.С.
и дальнейшему совместному проживанию семьи истцов, формально
опираясь на свое право дачи согласия на вселение (п. 1 ст. 70 ЖК РФ),
в действительности использует это право во зло и нарушает семейные
права истцов, находящиеся под защитой государства, фактически вмешивается в семейную жизнь супругов, мешает им реализовывать право
на совместное проживание и ведение общего хозяйства, являющиеся
основополагающими семейными ценностями.
Истцы просят суд в отсутствие семейно-правовых норм, прямо
регулирующих возникшие семейные отношения, применить нормы
гражданского права о недопустимости злоупотребления субъективными правами (ст. 10 ГК РФ), а также такие принципы семейного
законодательства, как обеспечение беспрепятственного осуществления
членами семьи своих прав и их судебной защиты.
Суд не признал наличия правового пробела
Суд не согласился с доводами истцов о необходимости поиска сходных отношений, урегулированных законом, для применения по ана-
66
III.4
логии ст. 10 ГК РФ, а также о возможности разрешения дела согласно общим началам семейного законодательства, поскольку спорные
отношения непосредственно урегулированы нормами жилищного
права с учетом принадлежности жилого помещения муниципальному
жилищному фонду (ст. 70 ЖК РФ).
В удовлетворении иска отказано.
Комментарий
Гарантируя в п. 1 ст. 31 СК РФ свободу каждого из супругов в выборе мест пребывания и жительства, законодатель определяет равенство возможностей супругов в решении этого вопроса исключительно
по отношению друг к другу, т.е. разрешает раздельное проживание
супругов, но не предоставляет им право противопоставить желание
проживать совместно правам и интересам третьих лиц.
Исходя из того, что в отличие от супругов несовершеннолетние
дети прямо наделены правом жить и воспитываться в семье (п. 2 ст. 54
СК РФ), а местом жительства несовершеннолетних, не достигших
возраста 14 лет, признается место жительства их законных представителей – родителей, усыновителей или опекунов (п. 2 ст. 20 ГК РФ),
правило п. 1 ст. 70 ЖК РФ позволяет нанимателю вселять в занимаемое
им жилое помещение по договору социального найма своих несовершеннолетних детей (либо несовершеннолетних детей других членов
семьи) без получения согласия наймодателя и остальных членов семьи.
Аналогичного исключения из общего правила о необходимости получения письменного согласия всех членов семьи (включая временно
отсутствующих) на вселение супруга нанимателя ст. 70 ЖК РФ не содержит, что в силу системного толкования указанных норм должно
рассматриваться как «квалифицированное молчание закона», так как
по общему правилу все находящееся за рамками исчерпывающего
перечня (списка) воспринимается как находящееся под запретом
по умолчанию1. В свою очередь осознанное умолчание законодателя
о праве супругов на совместное проживание исключает восполнение
соответствующего условия беспрепятственного вселения по аналогии,
поскольку спорное правоотношение оказывается урегулированным
общей нормой ст. 70 ЖК РФ. Поэтому в рассматриваемом случае суд
пришел к обоснованному выводу об отсутствии реального правового
пробела и правомерно отказался прибегать к аналогии.
1
Германов А.В. Молчание законодателя и пробел в гражданском процессуальном
праве // Арбитражный и гражданский процесс. 2013. № 7. С. 2–5.
67
III. Права и обязанности супругов
Верным следует признать и то, что суд не принял во внимание ссылку истцов на злоупотребительный характер отказа ответчицы от дачи
согласия на вселение Х.С. Как указано в п. 26 постановления Пленума
Верховного Суда РФ от 2 июля 2009 г. № 14 «О некоторых вопросах,
возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», не имеют правового значения причины, по которым члены семьи нанимателя отказывают в даче согласия
на вселение в жилое помещение других лиц (в том числе супруга одного
из проживающих в этом помещении члена семьи), а потому такой отказ
не может быть признан судом неправомерным.
III.5. Суд на основании ст. 5 СК РФ и ст. 6 ГК РФ пришел к выво-
ду, что положения ст. 46 СК РФ о защите прав кредиторов
супругов, заключающих брачный договор, по аналогии
должны применяться и к совершаемым супругами, согласно п. 2 ст. 38 СК РФ, соглашениям о разделе совместно нажитого имущества
Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским
делам Верховного суда Удмуртской Республики от 14 января 2016 г.
по делу № 33-6/2016
Фабула дела
Гражданин Г.А.С. (истец) обратился в суд с иском к супругам П.А.А.
и Р.Е. (ответчики) об определении доли П.А.А. в праве собственности
на земельный участок и находящийся на нем моечный цех, прекратив
право собственности Р.Е. на данную долю в указанном имуществе,
и об обращении взыскания на выделенную долю в целях обеспечения
исполнения решений суда о взыскании с П.А.А. неосновательного
обогащения за счет истца и процентов за пользование чужими денежными средствами.
Исковые требования мотивированы следующим: вступившими
в законную силу решениями суда от 26 сентября 2012 г. и от 29 июня
2013 г. с П.А.А. в пользу Г.А.С. взысканы сумма неосновательного
обогащения и проценты за пользование ею; 11июня 2013 г. ответчики заключили соглашение о разделе совместно нажитого имущества,
по которому спорный земельный участок с моечным цехом передавался в индивидуальную собственность Р.Е., а затем 21 февраля 2014 г.
был подписан брачный договор П.А.А. и Р.Е., согласно которому все
прочее общее недвижимое имущество супругов перешло к Р.Е.; 9 ок-
68
III.5
тября 2014 г. этот брак был расторгнут; на момент рассмотрения дела
право собственности на спорное имущество зарегистрировано за Р.Е.,
прочее имущество отчуждено; судебный пристав-исполнитель принял все возможные меры к отысканию денежных средств и другого
имущества, принадлежащих лично П.А.А., но таковых не установил;
договоренности ответчиков об изменении правового режима общего
имущества нарушают предусмотренные п. 1 ст. 46 СК РФ права истца
как кредитора П.А.А.
Сходные отношения, урегулированные законом
Суд, руководствуясь ст. 5 СК РФ и ст. 6 ГК РФ, усмотрел сходство
отношений по разделу общего имущества супругов на основании
их соглашения в порядке п. 2 ст. 38 СК РФ с подробно урегулированными семейным правом отношениями по заключению брачного
договора, предполагающего изменение законного режима имущества
супругов. Допустив возможность такого изменения, законодатель
в ст. 46 СК РФ установил гарантии прав кредиторов сторон брачного
договора. Так, в силу п. 1 ст. 46 СК РФ супруг обязан уведомлять
своего кредитора о заключении, изменении или расторжении брачного договора. При невыполнении этой обязанности супруг отвечает
по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора. Это положение, по мнению суда, должно применяться не только
к брачному договору, но и в силу схожести отношений и наступления
аналогичных последствий к соглашению о разделе общего имущества супругов. В противном случае кредитор должника, разделившего
со своим супругом (супругой) совместно нажитое имущество путем
заключения соглашения о его разделе, ставится в неравное положение с кредитором должника, совершившим такое же действие путем
заключения брачного договора.
Результат применения аналогии
Установив, что на момент заключения ответчиками соглашения
о разделе совместно нажитого имущества П.А.А. было известно о наличии у него долгового обязательства, вместо его исполнения, действуя
недобросовестно, П.А.А. произвел отчуждение принадлежавшего ему
недвижимого имущества, о заключении соглашения истец как кредитор П.А.А. уведомлен не был, суд применил по аналогии п. 1 ст. 46
СК РФ и иск удовлетворил: в спорном имуществе была выделена доля
П.А.А. и на нее обращено взыскание в целях исполнения обязательства
П.А.А. перед истцом.
69
III. Права и обязанности супругов
Комментарий
Очевидная схожесть возможных негативных последствий неосведомления кредиторов супругов о заключении последними брачного договора
и соглашения о разделе общего имущества1, существенная близость соответствующих договорных конструкций2, одинаково нацеленных на изменение законного режима имущества супругов, буквально наталкивает
на идею о применении к отношениям по разделу супружеского имущества
охраняющих интересы кредиторов правил о брачном договоре.
Действительно, умолчание законодателя об обязанности супруга
уведомлять своего кредитора (кредиторов) о заключении, изменении
или о расторжении им с другим супругом соглашения о разделе имущества, равно как и умолчание о последствиях неосуществления такого
уведомления, явно не может рассматриваться как квалифицированное
(едва ли законодатель желал специально игнорировать интересы кредиторов и предоставлять супругам возможность выводить имущество
из-под вероятного обращения взыскания по долгам одного из супругов). Следовательно, налицо действительный пробел в семейном
праве, предполагающий обращение к аналогии. При этом применение
к спорным отношениям по аналогии норм ст. 46 СК РФ соответствует
доктринальной оценке аналогии как способной при принятии судебных актов обеспечить действие принципа универсальности права,
требующего, чтобы схожие дела разрешались одинаково3.
Вывод о недопустимости нарушения прав и интересов кредиторов
при заключении супругом-должником соглашения о разделе имущества и необходимости применения имеющихся защитных правил
о брачном договоре может быть покреплен резонной идеей о целесообразности применения ко всем семейно-правовым соглашениям супругов, которые изменяют законный режим их имущества, положений
ст. 1, 10 ГК РФ, запрещающих злоупотребление правом и извлечение
выгоды из недобросовестного поведения4.
С позиции юридической методологии, требующей при формулировании заключения по аналогии устанавливать класс, к которому относится
1
Цветков А.С. Актуальные вопросы практики применения брачного договора в нота-
риальной деятельности // Современное право. 2017. № 1. С. 27–31.
2
Альбиков И.Р. Особенности правовой природы и содержания брачного договора //
Юрист. 2010. № 8. С. 44–47.
3
Maris C.W. Milking the Meter // Legal Knowledge and Analogy / Ed. by P.J. Nerhot. Kluwer
Аcademic Рublishers. Dordrecht, Netherlands. 1991. P. 73, 74.
4
Богданова Е.Е. Спорные вопросы раздела имущества супругов // Вестник Ун-та
им. О.Е. Кутафина (МГЮА). 2019. № 2 (54). С. 116.
70
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]