Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Альтернативные способы и процедуры разрешения правовых конфликтов. Учебное пособие
.pdf
Третейское разбирательство определяется как правовой институт, относящийся к нескольким отраслям права (сторон-
ники смешанной теории третейского суда).
Третейское разбирательство характеризуют как самостоя-
тельный комплексный межотраслевой правовой институт,
источником формирования которого являются нормы различных отраслей права – гражданского права, гражданского процессуального права, арбитражного процессуального права, международного права и норм, порождаемых договоренностью между заинтересованными по делу сторонами, не относя его ни к
одной из существующих отраслей права»1.
«Не все нормы, регулирующие третейское разбирательство,
являются процессуальными, а лишь те, согласно которым регулируется процедура третейского разбирательства, и в то же время нормы, регулирующие порядок заключения третейского соглашения, правосубъектность лиц, заключающих такое соглашение, находятся в плоскости частного права»2. Подобная точка
зрения обычно высказывается специалистами, поддерживающими смешанную правовую природу третейского разбирательства. Таким образом, данный автор «с одной стороны, распространяет смешанный правовой режим на весь институт третейского разбирательства, а с другой, отмечает разнородность
норм, сосредоточенных в институте третейского разбирательства. Однако, если нормы, регулирующие порядок заключения
третейского соглашения, относить к частноправовым, то к частноправовым также должны относиться и нормы, регулирующие
порядок его расторжения, а это может привести и уже не раз
приводило к серьезным негативным последствиям – возможности расторжения третейского соглашения по основаниям,
предусмотренным ГК РФ»3. В юридической науке общепризнанным считается мнение, согласно которому односторонний
отказ от третейского соглашения не допускается.
1
Виноградова Е.А. Разрешение экономических споров третейским судом //
Арбитражный процесс. М., 2001. С. 406.
2
Скворцов О.Ю. Проблемы третейского разбирательства предпринима-
тельских споров в России: дис. ... д-ра юрид. наук. СПб., 2006. Т. 1. С. 95.
3
Гражданский процесс. Учебник для юридических вузов / под ред. проф.
М.К. Треушникова. М., 2006. С. 757.
91
Более того, развивая точку зрения о частноправовой природе третейского соглашения и наличии возможности субсидиарного применения норм гражданского права к признанию арбитражного соглашения недействительным, некоторыми учеными
делается вывод о возможности рассмотрения государственным
судом самостоятельного иска о признании недействительной третейской записи1, что, по нашему мнению, может оказать негативное влияние на независимость арбитража как частного способа
разрешения спора (института частного саморегулирования) и развитие института третейского разбирательства в России.
«Не представляется возможным подавать иски в государственные суды о признании недействительным и тем более расторжении арбитражного соглашения, ибо обратное противоречило бы прямому указанию законодателя о том, что никакое
вмешательство не должно иметь место, кроме как в случаях, когда оно предусмотрено законом (ст. 5 Закона РФ «О международном коммерческом арбитраже»)2.
Справедливо утверждение о том, что «... арбитражное соглашение отличается от других соглашений; фактически оно
несет в себе значительный процессуальный заряд, поскольку
создает юрисдикционное образование (несомненно, эпизодическое и – что важно – частное, внегосударственное по своему характеру). Именно такой направленностью и оправдывается особый режим»3.
Что же касается порядка заключения третейского соглашения и правосубъектности сторон, можно отметить, что эти вопросы также должны рассматриваться в плоскости частного
процессуального права и соответствующих ему институтов –
1
Новиков Е.Ю. Правовая природа третейского разбирательства / Россий-
ский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. 2002-2003. № 2 / под
ред. В.В. Яркова. СПб., 2004. С. 314.
2
Международный коммерческий арбитраж. Комментарий законодатель-
ства (Постатейный научно-практический комментарий к Закону РФ «О международном коммерческом арбитраже») / под ред. А.С. Комарова, С.Н. Лебедева, В.А. Мусина. СПб., 2007. С. 73.
3
Ансель Б. Контроль действительности арбитражного соглашения: нега-
тивный эффект «компетенции-компетенции» // Российский ежегодник гражданского и коммерческого права. 2005. № 4. С. 558-559.
92
частного процессуального договора и частнопроцессуальной
право- и дееспособности. Можно также дополнительно отметить, что порядок заключения и требования к форме третейского
соглашения установлены в специальном частно-процессуальном
законодательстве в сфере третейского разбирательства, и относить эти вопросы к материальному праву нельзя.
Наличие материальной дееспособности не означает обязательное присутствие процессуальной дееспособности, например, в сфере третейского разбирательства.
Как представляется, в данном случае принципиальным является признание частно-процессуальной природы всех норм,
регулирующих институт третейского разбирательства как одного из способов альтернативного разрешения споров.
Следующая точка зрения состоит в признании третейского
разбирательства частью1 или подотраслью2 гражданского
(в широком смысле, т. е. включающего арбитражное процессуальное право) процессуального права.
Третейское разбирательство определяют также как само-
стоятельную совокупность норм или как отрасль права3.
«Третейское разбирательство является самостоятельной отраслью права4. Такая точка зрения имеет право на существование, отметим, что третейское разбирательство (в том числе международный коммерческий арбитраж), посредничество (медиация) и другие способы негосударственного разрешения споров и
урегулирования конфликтов (альтернативного разрешения споров) характеризуются общностью режима правового регулирования, правовой спецификой источников, а также едиными правовыми критериями. Поэтому не следует отрывать третейское
разбирательство от других способов альтернативного разрешения споров. Есть основания полагать, что способы альтернативного разрешения споров (способы частного саморегулирования),
1
Курочкин С. А. Третейское разбирательство гражданских дел в Россий-
ской Федерации: теория и практика. М., 2007. С. 103-104.
2
Зайцев А. И. Третейское судопроизводство в России (проблемные ас-
пекты): дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2005. С. 10.
3
Ануфриева Л.П. Указ. соч. С. 285.
4
Тарасов В. Н. Третейский процесс: Учебное пособие. СПб., 2002. С. 34-35.
93
к каковым относится и третейское разбирательство, как совокупности однородный правовых норм представляют собой институты общей для них отрасли частного процессуального права –
права альтернативного разрешения споров».
В доктрине процессуального права существуют четыре основные теории третейского разбирательства (арбитража):
– договорная или консенсуальная,
– публично-процессуальная,
– смешанная (теория особого рода – sui generis) и
– автономная.
Исходя из позиции сторонников договорной теории, «цель
арбитражного соглашения состоит в получении третейского решения, регулирующего спор между сторонами, которому стороны априорно подчиняются, поэтому данное соглашение имеет
чисто гражданско-правовой характер»1. «По мнению «консенсуалистов», стороны, вступая в договор об арбитраже, обязуются исполнить все обязанности, из него вытекающие, иными словами, арбитражное соглашение и арбитражное решение рассматриваются как две части единого договора – договора об арбитраже»2.
По мнению сторонников договорной теории: «Третейское
производство не подходит под понятие гражданского процесса,
ибо предоставление, в силу соглашения сторон, определенным
лицам возможности разрешать правовой спор есть чисто гражданская юридическая сделка, и самый процесс только завершает
гражданское правоотношение»3.
«Противники договорной теории, – отмечает Г.В. Севастьянов, – выдвигают множество аргументов, чаще всего процессуального плана, на которые приверженцы договорной теории
приводят свои контрдоводы, при этом им не удается сойтись во
мнении о юридической квалификации договора об арбитраже»4.
1
Лебедев С.Н. Избранные труды по международному коммерческому ар-
битражу, праву международной торговли, международному частному праву,
частному морскому праву. М., 2009. С. 59–60.
2
Лебедев С.Н. Там же. С. 62–63.
3
Лебедев С.Н. Там же. С. 63.
4
Указ. соч. С. 60.
94
В отличие от представителей договорной теории арбитража
«процессуалисты» не ставят знак равенства между третейским
решением и арбитражным соглашением, аргументируя это известной близостью норм, регулирующих арбитраж и судопроизводство в государственных судах, свойств решений, выносимых
государственным и третейским судом, механизмов их обжалования, миссий («статусов») судей и арбитров, схожестью ис-
пользуемой терминологии. Арбитраж (третейский суд), по
мнению сторонников процессуальной теории, является лишь
особой формой отправления правосудия.
«Отправление правосудия, – отмечает С.Н. Лебедев, – есть
функция государства, и если последнее разрешает сторонам
прибегать к арбитражу и соглашается прекращать в таких
случаях деятельность своих судебных учреждений, то это означает, что содержание арбитража заключается в осуществлении
публично-правовой функции1.
По мнению сторонников процессуальной теории третейского суда, «источником полномочий третейских судей (арбитров)
является государственное право, в котором проводится арбитражное разбирательство, "делегируемое" третейским судам»2.
Юридическая квалификация третейского соглашения на основе гражданской процессуальной (публичной по своему содержанию) теории противоречит сущности третейского разбирательства, так как предполагает отождествление публичного
(государственного) гражданского процесса и третейского разбирательства (международного коммерческого арбитража). Как
результат признания несомненных особенностей, присущих арбитражу в отличие как от чисто договорного, так и чисто процессуального правоотношения, возникла теория правовой природы арбитража как института sui generis.
«Подходы к определению правовой природы арбитража
(третейского суда) дифференцируются в зависимости от понимания места третейского разбирательства в системе гражданской юрисдикции, от включения третейских судов в систему
органов судебной власти (процессуальная теория) до уравнива-
1
Лебедев С.Н. Международный торговый арбитраж. М., 1965. С. 28.
2
Ануфриева Л.Ф. Указ. соч. С. 141.
95
ния третейского разбирательства с обычной гражданскоправовой сделкой (договорная теория). В этой схеме теория sui
generis занимает некое промежуточное положение»1.
Перечисленные выше теории не дают четкого и адекватного
представления о правовой природе арбитража2. Авторы теорий
проецируют их на не свойственные данному институту отношения: в случае договорной теории – на гражданско-правовые отношения, а в случае процессуальной теории – на отношения
в сфере государственного правосудия, т.е. публичные по своему
генезису гражданско-процессуальные отношения. Не избежала
обоснованной критики и смешанная теория правовой природы
третейского суда. Так, хорватские правоведы называют ее «квазимеханическим синтезом гражданско-правовых и процессуальных элементов»3.
Российские ученые полагают, что «и смешанная теория третейского соглашения также вряд ли может быть использована
для характеристики правовой природы арбитража, поскольку,
учитывая проблематичность договорного и публично-процессуального подходов в отдельности, трудно представить и их реальное совместное действие в правовом поле третейского процесса»4.
Относительно автономной теории правовой природы арбитража, которая разрабатывалась исключительно для целей международного коммерческого арбитража, высказываются мнения
о том, что она вообще не характеризует правовую природу третейского суда5, поэтому ее не стоит рассматривать как альтернативу другим теориям арбитража6.
Наиболее близко к раскрытию правового содержания арбитража подходит процессуальная теория, которая рассматривает третейское соглашение с точки зрения публичных (гражданско-процессуальных отношений).
1
Курочкин С.А. Указ соч. С. 8.
2
Севастьянов Г.В. Указ. соч. С. 61.
3
Трива С. Гражданское процессуальное право. Загреб, 1980, С. 308.
4
Севастьянов Г.В. Указ. соч. С. 61.
5
Виноградова Е.А. Правовые основы организации и деятельности тре-
тейского суда: автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1994. С. 22.
6
Курочкин С.А. Указ соч. С. 8.
96
3.3 КОМПЕТЕНЦИИ ТРЕТЕЙСКИХ СУДОВ
Компетенция – есть совокупность, некий объем вопросов,
в которых кто-нибудь хорошо осведомлѐн и может в этой связи
осуществлять свою профессиональную деятельность.
«Компетенция третейских судов установлена законодателем
не в виде исключения из общих правил подведомственности
всех дел государственным судам, а также является вполне рав-
нозначной (параллельной или альтернативной) возможностью
по реализации права на выбор способа защиты своих прав, гарантированного Конституцией РФ. Институт подведомственности в доктрине признается межотраслевым».
«Таковым его можно считать лишь в отношении публичнопроцессуальных отраслей права: гражданского процессуального, арбитражного процессуального, уголовно-процессуального и
конституционного, предмет которых связан с осуществлением
судопроизводства (правосудия)»1.
Налагает серьезные ограничения на использование единого
института подведомственности в отношении всех правоприменительных институтов и специфика применения способов альтернативного разрешения споров. «Поэтому создание единого
регулятора для разных по своей правовой природе правоприменительных институтов невозможно.
В юридической литературе высказывается мнение об отсутствии необходимости дробной регламентации права на судебную защиту (видов подведомственности), что обусловлено правом суда рассматривать все без исключения дела о защите прав,
свобод и охраняемых законом интересов физических и юридических лиц2. Данное мнение в определенной степени подтверждает выдвинутое нами предположение о существенной роли
института подведомственности лишь в отношении распределения дел между государственными судами».
В научной литературе существует мнение о необходимости
применения института арбитрабилъности для обозначения
1
Севастьянов Г.В. Указ. соч. С. 92.
2
Гражданский процесс: Учебник / под ред. С.Ф. Афанасьева, А.И. Зайце-
ва. Саратов, 2008. С. 55.
97
предметной компетенции третейских судов1. Появление термина
"арбитрабильность" вызвано необходимостью совершенствования правового регулирования третейского разбирательства2.
Присоединяясь к точке зрения о необходимости использования категории «арбитрабильность» в отношении третейских
судов, стоит добавить, что институт «подведомственности» не
может раскрыть специфику возникновения предметной компетенции третейского суда.
«Арбитрабильность в международной арбитражной доктрине традиционно трактуется в широком и узком смыслах. Арбитрабильность в широком смысле, помимо прочего, охватывает
вопросы, связанные с существованием и действительностью
арбитражного соглашения. Так, существует точка зрения, предусматривающая включение понятия «установление сферы действия третейского соглашения» в понятие «арбитрабильность»:
«...третейский суд приступает к исследованию арбитрабильности спора, что предусматривает исследование допустимости
передачи такого спора на разрешение третейского суда и включение данного спора в арбитражное соглашение». Под включением спора в арбитражное соглашение автор приведенного тезиса М.А. Рожкова подразумевает установление сферы действия
третейского соглашения»3.
«Арбитрабильность является одной из составных частей более широкого понятия – допустимости третейского соглашения,
в которое наряду с арбитрабильностью он включает и понятие
«установление сферы действия третейского соглашения»4.
Предпосылкой для проведения различия между понятиями
«арбитрабильность» и «установление сферы действия третейского соглашения» выступает оценка третейского суда не как
постоянно действующего института или состава третейских су-
1
Скворцов О.Ю. Комментарий к Федеральному закону «О третейских
судах в Российской Федерации». М„ 2003. С. 21.
2
Скворцов О.Ю. Третейское разбирательство предпринимательских спо-
ров в России: проблемы, тенденции, перспективы. М., 2005. С. 385.
3
Рожкова М.А. Разрешение и урегулирование коммерческих споров //
Приложение к журналу «Хозяйство и право». 2005. № 1. С. 23-24.
4
Ануров В.Н. Допустимость третейского соглашения // Третейский суд.
2005. № 3. С. 46.
98
дей, образованного для рассмотрения конкретного спора, а как
способа разрешения данного спора, подлежащего применению
на основании норм права, а не третейского соглашения. Если в
первом случае решение вопроса о наличии у спора вышеназванного свойства зависит от содержания правовых норм, то во втором случае ключевую роль играет принцип автономии воли сторон. Подобная постановка вопроса об арбитрабильности (в широком смысле) относится к действиям третейских судей в процессе третейского разбирательства.
Арбитрабильность в узком смысле употребляется для обозначения категории споров, которые могут быть переданы на
рассмотрение арбитража. В этом последнем смысле арбитрабильность пересекается с подведомственностью. Узкая трактовка понятия арбитрабильность – выступает только в значении
подведомственности – недостаточно для уяснения специфики
возникновения правоприменительных полномочий третейского
суда.
«Термин арбитрабильность отражают качественную специфику механизма распределения дел третейским судам. Так, арбитрабильность отражает правомочия третейского суда, опираясь на заключенное правоспособными лицами третейское соглашение, решить вопрос о собственной компетенции. В ходе
решения этого вопроса исследуется не только объективная характеристика спора (его отнесение законодательством к спорам,
которые вправе разрешать третейский суд), но и рассматривается субъективный фактор: волеизъявление заинтересованных лиц
передать дело на рассмотрение третейского суда»1.
При характеристике категории арбитрабильность «оказываются незначимыми те критерии, которые законодатель установил для подведомственности как механизма перераспределения дел между различными ветвями судебной власти. Для внутренних третейских судов не важна характеристика субъекта и
характеристика правоотношений как критериев отнесения тех
или иных дел к их компетенции. Внутренние третейские суды
рассматривают споры с участием и частных лиц, и предприни-
1
Скворцов О.Ю. Указ. соч. С. 385.
99
мателей, и юридических лиц; равно как третейские суды едино
рассматривают и весь спектр гражданско-правовых споров, отнесенных к их компетенции»1.
Понятие «предметная компетенция постоянно действующего третейского суда» может быть определено следующим образом. Предметная компетенция постоянно действующего третейского суда – виды правоотношений (категории споров), установленные в правилах, регламентах или других документах постоянно действующего третейского суда его учредителями, исходя из требований законодательства, которые могут быть переданы сторонами в третейский суд. Предметная компетенция постоянно действующего третейского суда может быть как общей,
так и специальной (например, морской или спортивный арбитраж). Предметная компетенция (или полномочия состава арбитров) для третейского суда ad hoc определяется сторонами спора
в третейском соглашении.
С учетом предлагаемых уточнений категория арбитра-
бильность может быть определена как в узком, так и в наиболее
полно отражающем правовую специфику третейского разбирательства – широком смысле.
В узком значении категория арбитрабильность определя-
ется как круг споров о праве, рассмотрение которых отнесено
законодательством к компетенции третейских судов, разрешающих споры в сфере «внутреннего» третейского разбирательства либо международного коммерческого арбитража.
Значение категории арбитрабильность в широком смысле,
с нашей точки зрения, состоит в возникновении права третейского
суда (или полномочий состава арбитров) на рассмотрение спорного правоотношения (разрешения спора), в отношении которого
стороны заключили действительное третейское соглашение.
Выше нами отмечалось, что третейские суды не относятся
к государственным юрисдикционным органам и государственной юрисдикционной системе как таковой. По этой причине категория «подведомственность» не используется в специальном
законодательстве о третейских судах. Применяется она лишь
в ГК РФ, АПК РФ и ГПК РФ. Причем процессуальные кодексы
1
Скворцов О.Ю. Указ. соч. С. 385.
100
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]