Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Актуальные направления противодействия коррупции в Республике Беларусь на современном этапе

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
06.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
дят проверку полноты и достоверности сведений, указанных в декларации, до составления государственным органом, иной организацией, должностным ли­цом заключения о результатах проверки полноты и достоверности сведений о доходах и имуществе, указанных в декларации о доходах и имуществе. Это значит, что законодатель проявил гуманизм, постарался исключить формаль­ный подход к решению вопроса об административной ответственности, опре­делив, когда нарушения являются «незначительными».
Как известно, в статье 26 Конституции закреплен принцип невиновности: никто не может быть признан виновным в преступлении, если его вина не бу­дет в предусмотренном законом порядке доказана и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность [102]. Подчеркнем, что Основной Закон нашей республики ведет речь о презумпции невиновности в совершении именно преступления. Этот принцип имеет универсальный характер, однако на основании статьи 23 Конституции, полагаем, могут быть сделаны некоторые изъятия либо преду­смотрены дополнительные требования к лицу, что будет содействовать уста­новлению виновного лица. Например, некоторые особенности принципа пре­зумпции невиновности действуют в трудовом праве, когда обнаруживается недостача у материально ответственного лица, в административно-деликтном праве, когда фиксируется превышение скорости движения, нарушение правил остановки или стоянки транспортного средства работающими в автоматиче­ском режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, административной ответственности под­лежит собственник (владелец) транспортного средства (ст. 4.9 Кодекса Респу­блики Беларусь об административных правонарушениях [103]).
В зарубежной практике некоторых стран действует принцип виновности чиновников в коррупции. Это проявляется в том, что «при обнаружении фак­тов коррупции обвинения в участии в коррупционных действиях прежде все­го предъявляются чиновникам, а не гражданам и не бизнесменам, которые могли принимать участие в таких действиях» [104]. В этом случае именно чи­новники обязаны опровергнуть обвинения и доказать свою невиновность в со­вершении коррупционных действий [104]. Такая оценка действий чиновников проявляется еще и в том, что «правоохранительные органы и суды доверяют свидетельствам граждан и СМИ о совершении коррупционных действий чи­новниками, а потому всегда проверяют такие свидетельства, независимо от личностей тех, кто их представил даже без полного набора доказательств» [104]. Конечно, такое отношение к государственным служащим, представите­лям публичной власти для нашей правовой системы нетипично. В целом под­держиваем сложившийся у нас порядок доказывания вины. Вместе с тем не­которые изъятия вполне уместны, однако при этом не может идти речь об уголовной или административной ответственности. Например, нами предла­галось периодически проводить проверку должностных лиц, распоряжа­ющихся материальными и финансовыми ресурсами, на полиграфе (детекторе
161
лжи), в контракте оговорить возможность его досрочного расторжения по со­глашению сторон по причине выявленных на полиграфе оснований полагать о наличии злоупотреблений. Но в данном случае сторонами заранее оговоре­ны условия расторжения контракта. Еще раз подчеркнем, что он расторгается по соглашению сторон. Увольнение за виновные действия, в том числе в связи с утратой доверия, возможно лишь при подтверждении иным общепринятым способом злоупотреблений со стороны такого лица [105].
В 2009 г. нами предлагалась корректировка гражданского законодатель­ства таким образом, чтобы иметь право передавать в доход государства иму­щество чиновников, стоимость которого превышает его доходы и происхож­дение которого он не может подтвердить. Тем самым ответственность была бы усилена мерами имущественного характера. Срок исковой давности устано­вить не менее десяти лет [13, с. 5–14].
В статье 20 Конвенции ООН против коррупции дано определение «неза­конного обогащения». Это значительное увеличение активов публичного должностного лица, превышающее его законные доходы, которое оно не мо­жет разумным образом обосновать. Конвенция полагает возможным с учетом особенностей национальной правовой системы предусмотреть для этих слу­чаев даже уголовную ответственность. По сути, Конвенция нацеливает на ре­ализацию принципа in rem, т. е. совершения действий против собственности.
Указанная Конвенция ратифицирована нашей республикой. В действу­ющем Законе Республики Беларусь «О борьбе с коррупцией» предусмотрена возможность изъятия имущества (взыскание расходов), стоимость которого (размер которых) превышает доходы, полученные из законных источников (ст. 36).
Полагаем, что в данной статье Закона предусмотрена разумная правовая норма, реализация которой направлена на противодействие коррупции.
На практике иногда можно слышать, что отсчет десятилетнего срока для применения положений статьи 36 Закона «О борьбе с коррупцией» следует осуществлять со дня вступления данного Закона в силу. На наш взгляд, следу­ет исходить из того, когда выявлено превышение расходов и учитывать пред­шествующие этой дате десять лет, в том числе и период до вступления указан­ного Закона в силу. В данном случае идет речь о неправомерном обогащении, поэтому неуместно оперировать принципом «не придания акту, устанавлива­ющему ответственность, обратной силы». И до этого незаконное обогащение было нелегальным.
Вместе с тем выскажем некоторые пожелания относительно подхода, преду­смотренного в статье 36 Закона «О борьбе с коррупцией». Считаем, что не следует ограничиваться только теми категориями лиц, которые постоянно представляют декларации о доходах. В гражданском законодательстве следо­вало бы закрепить такой подход по изъятию имущества и в отношении иму­щества иных лиц, которые не могут подтвердить явное превышение расходов над доходами за последние десять лет. Можно принять соответствующий
162
закон, в котором также надо предусмотреть надлежащую процедуру для при­нятия такого решения судом. В зарубежной практике признано, что не требу­ется осуждения лица, допускается изъятие имущества третьих лиц, например, родственников или соучастников совершенных преступлений [106].
4.8. Сочетание мер правового и общественного воздействия – важнейший фактор противодействия коррупции
Направления борьбы с коррупцией.
1. Разумная (рациональная) экономическая и налоговая политика: создание равных условий для государственного и частного сектора; упрощение налогового законодательства; эффективность работы налоговой службы;
анализ причин появления теневой экономики и разумное сочетание раз­личного рода стимулов карательного и поощрительного характера, направ­ленных на «вывод» экономики из тени (для этого надо, во-первых, снять из­лишние препятствия для занятия мелким «бизнесом», например, в сфере оказания бытовых, ремонтных, строительных услуг, а во-вторых, предусмо­треть меры воздействия к лицам, прибегающим к помощи лиц, не облада­ющих правом заниматься предпринимательской деятельностью. Однако, учи­тывая широкое распространение подобной практики, предварительно следует обеспечить правовые и организационные условия для легальной работы. Лишь тогда, когда у людей будет возможность свободно решить свои бытовые вопросы, обратившись к официально функционирующим субъектам, можно предъявлять претензии.
2. Эффективная правовая и судебная системы:
устранение избыточности правового регулирования, рациональное регу­лирование отношений с учетом конституционных принципов и норм;
повышение авторитета и ответственности судебной власти за надлежащее исполнение принципов и норм, зафиксированных в Конституции о правовом демократическом социальном государстве; ответственность руководящих ор­ганов судебной власти за необеспечение единства судебной практики, закон­ности (разумности) вынесенных судебных постановлений;
не только судебный, но и административный прецедент должны быть юридически признаны как средство обеспечения единства правопримени­тельной практики;
развитие института конституционной жалобы, практики запросов судов непосредственно в Конституционный Суд;
развитие альтернативных способов разрешения споров.
3. Дополнение государственного, в том числе финансового, контроля кон-
тролем общественным.
Особое внимание должно быть уделено системе государственных закупок, предоставлению земельных участков, другим операциям с землей и недвижи-
163
мостью, предоставлению льгот и преимуществ за счет государственных средств, совершенствованию системы аудита; парламентскому контролю, контролю со стороны местных представительных органов с систематической официальной публикацией в официальных изданиях указанных органов от­четов о проделанной работе; взаимодействию в этой работе с институтами гражданского общества и средствами массовой информации; проведению не­плановых проверок; обеспечению режима конфиденциальности (тайности) для предотвращения утечек важной информации, которой можно воспользо­ваться в коррупционных целях, и установлению строгой ответственности за ее необеспечение; установлению запрета на занятие руководящей должности, руководство частным предприятием в течение определенного срока в случае увольнения государственного служащего в связи с утратой доверия (такое ос­нование должно появиться в Законе).
Особо можно использовать возможности публичного обсуждения резуль­татов противодействия коррупции в парламенте и его органах. Причем это не зависит от формы правления: парламент необходимо задействовать в данной работе. Это полезно в профилактических целях для всех участников и воз­можных будущих фигурантов подобного рода докладов.
Необходимы постоянная отчетность и гласность относительно фактов обна­ружения коррупции и анализ последствий в связи с выявленными фактами. Ис­ключение из принципа публичности только для случаев, когда они затрагивают систему национальной безопасности, могут представлять собой внешнюю и внутреннюю угрозу.
Следует проводить постоянный анализ существующей системы взаимоот­ношений граждан и органов государственной власти, системы принятия ре­шений, касающихся деятельности предпринимательских структур, финансо­вых потоков с целью упреждения зон возникновения коррупционных угроз.
Само по себе информирование о фактах коррупции без обратной связи формирует атмосферу циничного отношения к ней. Должно быть обществен­ное осуждение, а еще лучше – публичное раскаяние в совершении корруп­ционного преступления, что может влиять на меру наказания. Просто от­купиться штрафом, даже многократным, или прошением об освобождении от ответственности, о помиловании недостаточно. Должна быть реальная компенсация социуму (социальная компенсация). Наказание стыдом, чего не чураются в США и других западных странах, должно стать одной из мер, со­провождающих традиционную юридическую ответственность.
Можно согласиться с позицией о том, что «необходимо вызвать культур­ные изменения, при которых коррупционное поведение не будет сопрово­ждаться толерантным отношением коллег, а сами сотрудники будут избегать даже возможности коррупции или конфликта интересов. Это требует измене­ния не только системы ценностей, но и процедурных структурных методов предотвращения и обнаружения коррупции. Очевидно, что профилактика яв­ляется самым лучшим “лекарством”. Если мы боремся лишь с последствиями
164
коррупции, то ущерб все равно наносится… Наказание имеет ограниченные выгоды и влечет значительные затраты» [107, с. 49].
При проведении проверок хозяйствующих и иных субъектов в обязатель­ном порядке должна быть предварительная публикация об этом в местной пе­чати с указанием контактных телефонов и иных средств связи для граждан, предупреждение их об ответственности за предоставление ложной информа­ции. Следует практиковать опубликование основных выводов по итогам про­верки в печати.
4. Дальнейшая административная реформа и совершенствование систе-
мы государственной службы.
Президент Республики Беларусь А. Г. Лукашенко в одном из ежегодных посланий заявил, что для решения проблемы искоренения коррупции госап­парат должен пойти на радикальное избавление от избыточных и несвой­ственных ему функций, передав большинство из них обществу и рынку. По­этому важным представляется хорошо «просчитанное» совершенствование институциональной системы органов исполнительной власти. Развитие мест­ного самоуправления на основе перераспределения полномочий и повышения экономической самостоятельности органов, сокращение излишних управлен­ческих звеньев в сфере исполнительной власти в течение 3–5 лет и использо­вание всей сэкономленной заработной платы для повышения оплаты труда действующим государственным служащим – важный фактор повышения эф­фективности государственного управления. Абсолютно правильным является требование Главы государства о том, чтобы создание новых органов государ­ственной власти было только за счет сокращения численности работающих в других государственных органах. Важна также ротация чиновников.
В министерствах и государственных комитетах, других значимых органи­зациях за счет общей численности чиновников (работающих) необходимо соз­дать службы внутренней безопасности (антикоррупционные подразделения), сотрудники которой назначались бы на должности независимой инстанцией (например, при участии Администрации Президента Республики Беларусь либо по согласованию иных органов, для которых противодействие корруп­ции является основной функцией). В их составе должны быть профессионалы, хорошо знающие специфику работы ведомства, возможно, даже государствен­ные служащие, ушедшие в отставку, но выступающие своего рода консуль­тантами, которые знают, где существуют коррупционные угрозы. При этом не только спрос с них, но и их оплата могут быть на уровне руководителей ве­домства. Более того, при выявлении фактов коррупции и последующем при­влечении виновных лиц к ответственности в судебном порядке важно пре­дусмотреть определенный процент от выявленной суммы и возмещенной в бюджет для поощрения сотрудников. Ведь есть аналоги – например, судеб­ные исполнители получают поощрение из взысканных сумм. Важна профи­лактическая работа указанной службы.
165
Правоохранительные органы, в том числе прокуратура, могли бы шире ис­пользовать возможности официального предостережения чиновников, если появляются основания подозревать в совершении порочащих проступков. По­рой работа строится таким образом: попал кто-то в поле зрения, и в течение многих месяцев собираются подтверждающие неправомерную деятельность этого чиновника новые факты. Это, с позиции ведомственных интересов, аб­солютно понятно и правильно, однако в общегосударственных интересах ак­центы в работе следовало бы изменить.
Любое доказанное свидетельство коррумпированности чиновников вле­чет увольнение, в том числе в связи с утратой доверия.
В системе переподготовки и повышения квалификации чиновников стоит предусмотреть занятия, разъясняющие политический и общественный вред коррупции, возможные последствия для виновного.
Обязанность чиновников, а также депутатов всех уровней фиксировать все данные о коррупции и в последующем извещать об этом в установленном порядке органы Министерства внутренних дел. В Российской Федерации на­мечается тенденция не только защиты, но и поощрения лиц, сообщивших о фактах коррупции. Для западных стран это также становится нормой. В Рес­публике Беларусь было бы полезно шире использовать данный опыт.
Необходимо усилить ответственность (уголовную, административную, имущественную) средств массовой информации, журналистов, провайдеров сети Интернет за распространение ложной информации о коррупционных действиях, не получивших своего подтверждения.
Следует усилить ответственность руководителей государственных орга­низаций, особенно в сфере исполнительной власти, за подчиненных. Нужда­ется в совершенствовании практика подбора кадров на коррупциогенные должности. Требуется не только поручительство при приеме на работу, но и ответственность, хотя бы моральная, поручителей за своего коллегу.
Надлежит создать систему поощрения позитивной работы должностных лиц. Чиновнику (милиционеру, полицейскому, таможеннику, сотруднику ЖЭСа и др.) должно быть выгодно как в моральном, так и материальном пла­не трудиться честно и эффективно.
Необходим продуманный жесткий этический кодекс поведения государ­ственного служащего. Для отдельных категорий государственных служащих можно было предусмотреть принесение присяги на верность служения наро­ду и государству.
5. Регулярное обновление в законодательстве направлений и содержания антикоррупционных мер (происходит привыкание к методам работы как пра­воохранительных органов, так и потенциальных коррупционеров, которые на­ходят «противоядие»). Противодействие коррупции должно из разрозненного набора инициатив превратиться в полномасштабную стратегию государства и общества. Участие граждан в обсуждении местных антикоррупционных программ совместит одновременно общественный контроль, обеспечит на-
166
полнение программ реальными направлениями противодействия в силу зна­ния самими гражданами тех проблем, с которыми они постоянно сталкиваются. Кроме того, такой подход обусловлен и тем, что «каждому региону присущи определенная специфика коррупционных рисков, своя структура коррупцион­ных деяний и методы их осуществления» [108, с. 2].
6. Повышение роли и ответственности общественных формирований (со-
юзов предпринимателей и др.) в предупреждении и искоренении коррупции.
Непринятие ими мер в этой сфере должно быть предметом анализа реги­стрирующих органов. Можно подумать о пределах вторжения государства в деятельность таких общественных формирований (например, отстранение от руководства общественной организацией) по причине непринятия мер по противодействию коррупции.
Следует более активно внедрять идею социальной ответственности бизне­са. В обществе культивируется богатство, публикуются рейтинги богатых людей, но следовало бы уделять внимание рейтингам благотворительности.
7. Принятие закона об общественном противодействии коррупции. Кон-
цепцию его можно предложить достаточно оперативно.
8. Возрастающая роль науки в искоренении коррупции.
Исследование проблем искоренения коррупции, социологические опросы – это лишь начало работы, отправная точка определения уязвимых мест в госу­дарственном и частном секторах. Необходимо стратегическое осмысление процессов, которые реально помогут сократить коррупцию, а также выдача конкретных, реализуемых на практике рекомендаций. Констатация фактов социологическими и иными научными исследованиями недостаточна. Должны быть предложены механизмы искоренения коррупции и ее предупреждения.
Мы преимущественно оперируем так называемой заметной коррупцией (прошел сюжет по телевидению, в других средствах массовой информации о задержании при получении взятки чиновника, о незаконном денежном воз­награждении врача за оказание медицинской услуги и т. п.). Но такая корруп­ция может нести значительно меньшие потери, нежели коррупция с высокими издержками (например, теневая экономика, уклонение от уплаты налогов, не­законный вывод капиталов за рубеж и др.).
Открывается поле деятельности для различного рода научно-исследова­тельских центров, органов государственной власти – министерств экономики, финансов, по налогам и сборам, таможенного комитета. Эффект их противо­действия коррупции не тот, на который может рассчитывать общество.
Следует подумать о пределах и объемах банковской тайны по вкладам за рубежом. Западные страны, например Германия и Швейцария, находят взаи­мопонимание относительно получения информации о вкладах граждан Гер­мании в банках Швейцарии.
Одной из самых «диссертабельных» отраслей является уголовное право. Существует много исследований относительно новых редакций статей Уго­ловного кодекса, изменений статей и санкций. Казалось бы, Уголовный кодекс
167
должен быть одним из самых стабильных, однако он превратился в полигон реализации идей, успех которых не гарантируется никем из инициаторов идей или разработчиков проектов законов. Надо менять эту тенденцию и практику. Акцент следует делать на серьезные криминологические исследования, боль­ше сосредоточиться на криминологии – науке, которая изучает преступность, личность преступника, причины и условия преступности, пути и средства ее предупреждения.
Корректировка УК должна проводиться в тех случаях, когда без этого объективно нельзя обойтись. Больше следует уделять внимания своевремен­ному совершенствованию судебной практики. Например, анализ исполнения судами утвержденной Главой государства Концепции совершенствования си­стемы мер уголовной ответственности и порядка их исполнения свидетель­ствует о том, что резервы для улучшения правоприменения имеются [109].
4.9. Активная позиция государственных служащих и граждан – основной фактор предупреждения коррупции
Корысть – один из побудительных мотивов коррупции. Страх наказания, даже очевидная неотвратимость наказания не всегда являются сдержива­ющим обстоятельством.
Способы совершения коррупционных правонарушений различны, но до­вольно часто масштабы злоупотреблений обуславливают вопрос: «Где были контролирующие органы, местные власти, руководство организации, коллеги по работе?»
Сейчас в конституциях новой волны (принятых в последние пять-семь лет) закрепляется принцип коллективизма и солидарной ответственности, об­щей задачей является развитие солидарного общества, в котором все чувству­ют себя в безопасности, используют свободу, обладают равными возмож­ностями, а также существует социальная справедливость в рамках принципа соответствия прав и обязанностей граждан.
Как было заявлено на Х� Конгрессе ООН «Преступность планеты Земля: глобальная угроза, поиски адекватных ответов», успешная борьба с корруп­цией предполагает наличие политической воли; наличие сильного лидера; само общество должно быть готово к борьбе с коррупцией. При взаимодей­ствии этих трех составляющих можно рассчитывать на успех [110, с. 110]. Ю. Голик и А. Коробеев отмечают, что серьезным препятствием «для прове­дения антикоррупционных действий есть коррупция в системе юстиции», что «необходимо резко менять систему стимулов» [110, с. 110]. Полагаем, что вни­мание надо уделить деятельности государственных служащих, той среде, в которой они выполняют свои обязанности.
Известно, что действует Международный кодекс поведения государствен­ных должностных лиц, принятый резолюцией 51/59 Генеральной Ассамблеи от 12 декабря 1996 г. В нем содержится ряд важных для развития националь-
168
ного законодательства положений. Согласно Международному кодексу, госу­дарственная должность, как она определяется в национальном законодатель­стве, – это должность, облеченная доверием, предполагающая обязанность действовать в интересах государства. Поэтому государственные должностные лица проявляют абсолютную преданность государственным интересам своей страны, представляемым демократическими институтами власти. Государ­ственные должностные лица выполняют свои обязанности и функции компе­тентно и эффективно в соответствии с законами или административными по­ложениями и со всей добросовестностью. Они постоянно стремятся к тому, чтобы обеспечить как можно более эффективное и умелое распоряжение госу­дарственными ресурсами, за которые они несут ответственность. Государ­ственные должностные лица внимательны, справедливы и беспристрастны при выполнении своих функций и, в частности, в своих отношениях с обще­ственностью. Они никогда не оказывают какое бы то ни было неправомерное предпочтение какой-либо группе лиц или отдельному лицу, не допускают дискриминации по отношению к какой-либо группе лиц или отдельному лицу или не злоупотребляют иным образом предоставленными им полномочиями и властью. В Международном кодексе решены такие важные вопросы, как коллизии интересов и отказ от права, сообщение сведений государственными служащими об активах, освещены вопросы, касающиеся принятия подарков или других знаков внимания. В Кодексе зафиксировано, что государственные должностные лица не добиваются и не получают, прямо или косвенно, любых подарков или других знаков внимания, которые могут повлиять на выполне­ние ими своих функций, осуществление своих обязанностей или принятие ре­шений.
В связи с этим полезно взглянуть на этические кодексы государственных служащих, которые действуют в отдельных странах. Например, в Канаде Этический кодекс предписывает «государственным служащим честно и бес­пристрастно предоставлять руководству всю необходимую для работы ин­формацию, быть лояльным исполнителем принятых в рамках законов реше­ний. Они должны быть законопослушными и политически нейтральными, а также обязаны эффективно расходовать государственные средства, повы­шать эффективность и качество работы путем внедрения инноваций, стре­миться к открытости и гласности, не нарушая при этом конфиденциальности (как этого требует закон), руководствоваться при принятии решений обще­ственными интересами, уважать человеческое достоинство и признавать зна­чимость каждого человека» [111, с. 46]. Согласие на прием на работу означает согласие на соблюдение Кодекса: «Находясь при исполнении обязанностей, госслужащие должны вести собственные дела таким образом, чтобы не допу­стить реального, видимого или потенциального конфликта интересов. Если же конфликт все же возник, то его следует разрешать в пользу общественных ин­тересов» [111, с. 46–47]. Государственному служащему в Канаде не запрещено за­ниматься иными видами деятельности (кроме предпринимательской и т. п.).
169
Нам представляется это разумным, важно, чтобы не было при этом конфликта интересов, а при его возникновении он разрешался в пользу общественности. Интересно в Канаде решен вопрос о продолжении работы после ухода с госу­дарственной службы. Государственные служащие свои планы будущей рабо­ты во избежание конфликта интересов обсуждают с заместителем министра. «В конфиденциальном отчете приводится список всех поступивших от част­ных кампаний предложений о трудоустройстве и информация о принятом предложении» [111, с. 48]. Установлен годичный срок, в течение которого го­сударственный служащий не вправе занимать должности в кампаниях, с ко­торыми ему приходилось взаимодействовать в процессе своей работы [111, с. 48]. Каждое ведомство ответственно за реализацию положений Этического кодекса. Общее руководство и консультации возложены на Секретариат казна­чейства Канады.
Все органы власти желательно «настроить» на противодействие корруп­ции. Поэтому сводить их деятельность в этом направлении «к содействию» в предоставлении документов и иных материалов явно недостаточно. «Отмо­билизованы» должны быть все, в том числе и в плане проведения анализа причин и условий, способствовавших коррупционному преступлению.
Нужна рациональная система налогообложения, полезно регулярное об­новление направлений и содержания антикоррупционных мер (происходит привыкание к методам работы как правоохранительных органов, так и потен­циальных коррупционеров, которые находят «противоядие»). Необходимо предпринимать меры организационного и экономического характера для предупреждения коррупционных правонарушений. В данном случае слово должно быть за Министерством экономики и его аналитическими подразде­лениями. От них должна исходить инициатива по устранению возможных брешей, возникающих в сфере экономических отношений. Экономика и пра­вовое регулирование отношений в указанной сфере должны находиться в гармонии.
Таким образом, надо сосредотачиваться на решении проблем, подпитыва­ющих коррупцию. Отметим также, что искоренение коррупции, конечно, не­обходимо не для выполнения каких-то международных документов, а для раз­вития своей страны.
Справедливо отмечается в юридической литературе, что «эффективное противодействие коррупции возможно только при комплексном использова­нии экономических, политических, социальных, информационно-пропаган­дистских и правовых проблем» [112, с. 76]. Наиболее подвержена коррупции сфера заключения государственных контрактов. Важно, чтобы после объявле­ния победителя на конкурсе остальные участники получили полную инфор­мацию о причинах проигрыша и имели возможность обжаловать принятое решение. Так, по данным Счетной палаты Российской Федерации, сохраняет­ся много нарушений в области государственных закупок, особенно в сфере крупных государственных заказов. Обнаружено, что часть оплаты за крупные
170
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]