Добавил:
ivanov666
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз:
Предмет:
Файл:Актуальные направления противодействия коррупции в Республике Беларусь на современном этапе
.pdf
дят проверку полноты и достоверности сведений, указанных в декларации, до
составления государственным органом, иной организацией, должностным лицом заключения о результатах проверки полноты и достоверности сведений
о доходах и имуществе, указанных в декларации о доходах и имуществе. Это
значит, что законодатель проявил гуманизм, постарался исключить формальный подход к решению вопроса об административной ответственности, определив, когда нарушения являются «незначительными».
Как известно, в статье 26 Конституции закреплен принцип невиновности:
никто не может быть признан виновным в преступлении, если его вина не будет в предусмотренном законом порядке доказана и установлена вступившим
в законную силу приговором суда. Обвиняемый не обязан доказывать свою
невиновность [102]. Подчеркнем, что Основной Закон нашей республики ведет
речь о презумпции невиновности в совершении именно преступления. Этот
принцип имеет универсальный характер, однако на основании статьи 23
Конституции, полагаем, могут быть сделаны некоторые изъятия либо предусмотрены дополнительные требования к лицу, что будет содействовать установлению виновного лица. Например, некоторые особенности принципа презумпции невиновности действуют в трудовом праве, когда обнаруживается
недостача у материально ответственного лица, в административно-деликтном
праве, когда фиксируется превышение скорости движения, нарушение правил
остановки или стоянки транспортного средства работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции
фото- и киносъемки, видеозаписи, административной ответственности подлежит собственник (владелец) транспортного средства (ст. 4.9 Кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях [103]).
В зарубежной практике некоторых стран действует принцип виновности
чиновников в коррупции. Это проявляется в том, что «при обнаружении фактов коррупции обвинения в участии в коррупционных действиях прежде всего предъявляются чиновникам, а не гражданам и не бизнесменам, которые
могли принимать участие в таких действиях» [104]. В этом случае именно чиновники обязаны опровергнуть обвинения и доказать свою невиновность в совершении коррупционных действий [104]. Такая оценка действий чиновников
проявляется еще и в том, что «правоохранительные органы и суды доверяют
свидетельствам граждан и СМИ о совершении коррупционных действий чиновниками, а потому всегда проверяют такие свидетельства, независимо от
личностей тех, кто их представил даже без полного набора доказательств»
[104]. Конечно, такое отношение к государственным служащим, представителям публичной власти для нашей правовой системы нетипично. В целом поддерживаем сложившийся у нас порядок доказывания вины. Вместе с тем некоторые изъятия вполне уместны, однако при этом не может идти речь об
уголовной или административной ответственности. Например, нами предлагалось периодически проводить проверку должностных лиц, распоряжающихся материальными и финансовыми ресурсами, на полиграфе (детекторе
161

лжи), в контракте оговорить возможность его досрочного расторжения по соглашению сторон по причине выявленных на полиграфе оснований полагать
о наличии злоупотреблений. Но в данном случае сторонами заранее оговорены условия расторжения контракта. Еще раз подчеркнем, что он расторгается
по соглашению сторон. Увольнение за виновные действия, в том числе в связи
с утратой доверия, возможно лишь при подтверждении иным общепринятым
способом злоупотреблений со стороны такого лица [105].
В 2009 г. нами предлагалась корректировка гражданского законодательства таким образом, чтобы иметь право передавать в доход государства имущество чиновников, стоимость которого превышает его доходы и происхождение которого он не может подтвердить. Тем самым ответственность была бы
усилена мерами имущественного характера. Срок исковой давности установить не менее десяти лет [13, с. 5–14].
В статье 20 Конвенции ООН против коррупции дано определение «незаконного обогащения». Это значительное увеличение активов публичного
должностного лица, превышающее его законные доходы, которое оно не может разумным образом обосновать. Конвенция полагает возможным с учетом
особенностей национальной правовой системы предусмотреть для этих случаев даже уголовную ответственность. По сути, Конвенция нацеливает на реализацию принципа in rem, т. е. совершения действий против собственности.
Указанная Конвенция ратифицирована нашей республикой. В действующем Законе Республики Беларусь «О борьбе с коррупцией» предусмотрена
возможность изъятия имущества (взыскание расходов), стоимость которого
(размер которых) превышает доходы, полученные из законных источников
(ст. 36).
Полагаем, что в данной статье Закона предусмотрена разумная правовая
норма, реализация которой направлена на противодействие коррупции.
На практике иногда можно слышать, что отсчет десятилетнего срока для
применения положений статьи 36 Закона «О борьбе с коррупцией» следует
осуществлять со дня вступления данного Закона в силу. На наш взгляд, следует исходить из того, когда выявлено превышение расходов и учитывать предшествующие этой дате десять лет, в том числе и период до вступления указанного Закона в силу. В данном случае идет речь о неправомерном обогащении,
поэтому неуместно оперировать принципом «не придания акту, устанавливающему ответственность, обратной силы». И до этого незаконное обогащение
было нелегальным.
Вместе с тем выскажем некоторые пожелания относительно подхода, предусмотренного в статье 36 Закона «О борьбе с коррупцией». Считаем, что не
следует ограничиваться только теми категориями лиц, которые постоянно
представляют декларации о доходах. В гражданском законодательстве следовало бы закрепить такой подход по изъятию имущества и в отношении имущества иных лиц, которые не могут подтвердить явное превышение расходов
над доходами за последние десять лет. Можно принять соответствующий
162

закон, в котором также надо предусмотреть надлежащую процедуру для принятия такого решения судом. В зарубежной практике признано, что не требуется осуждения лица, допускается изъятие имущества третьих лиц, например,
родственников или соучастников совершенных преступлений [106].
4.8. Сочетание мер правового и общественного воздействия –
важнейший фактор противодействия коррупции
Направления борьбы с коррупцией.
1. Разумная (рациональная) экономическая и налоговая политика:
создание равных условий для государственного и частного сектора;
упрощение налогового законодательства;
эффективность работы налоговой службы;
анализ причин появления теневой экономики и разумное сочетание различного рода стимулов карательного и поощрительного характера, направленных на «вывод» экономики из тени (для этого надо, во-первых, снять излишние препятствия для занятия мелким «бизнесом», например, в сфере
оказания бытовых, ремонтных, строительных услуг, а во-вторых, предусмотреть меры воздействия к лицам, прибегающим к помощи лиц, не обладающих правом заниматься предпринимательской деятельностью. Однако, учитывая широкое распространение подобной практики, предварительно следует
обеспечить правовые и организационные условия для легальной работы.
Лишь тогда, когда у людей будет возможность свободно решить свои бытовые
вопросы, обратившись к официально функционирующим субъектам, можно
предъявлять претензии.
2. Эффективная правовая и судебная системы:
устранение избыточности правового регулирования, рациональное регулирование отношений с учетом конституционных принципов и норм;
повышение авторитета и ответственности судебной власти за надлежащее
исполнение принципов и норм, зафиксированных в Конституции о правовом
демократическом социальном государстве; ответственность руководящих органов судебной власти за необеспечение единства судебной практики, законности (разумности) вынесенных судебных постановлений;
не только судебный, но и административный прецедент должны быть
юридически признаны как средство обеспечения единства правоприменительной практики;
развитие института конституционной жалобы, практики запросов судов
непосредственно в Конституционный Суд;
развитие альтернативных способов разрешения споров.
3. Дополнение государственного, в том числе финансового, контроля кон-
тролем общественным.
Особое внимание должно быть уделено системе государственных закупок,
предоставлению земельных участков, другим операциям с землей и недвижи-
163

мостью, предоставлению льгот и преимуществ за счет государственных
средств, совершенствованию системы аудита; парламентскому контролю,
контролю со стороны местных представительных органов с систематической
официальной публикацией в официальных изданиях указанных органов отчетов о проделанной работе; взаимодействию в этой работе с институтами
гражданского общества и средствами массовой информации; проведению неплановых проверок; обеспечению режима конфиденциальности (тайности)
для предотвращения утечек важной информации, которой можно воспользоваться в коррупционных целях, и установлению строгой ответственности за
ее необеспечение; установлению запрета на занятие руководящей должности,
руководство частным предприятием в течение определенного срока в случае
увольнения государственного служащего в связи с утратой доверия (такое основание должно появиться в Законе).
Особо можно использовать возможности публичного обсуждения результатов противодействия коррупции в парламенте и его органах. Причем это не
зависит от формы правления: парламент необходимо задействовать в данной
работе. Это полезно в профилактических целях для всех участников и возможных будущих фигурантов подобного рода докладов.
Необходимы постоянная отчетность и гласность относительно фактов обнаружения коррупции и анализ последствий в связи с выявленными фактами. Исключение из принципа публичности только для случаев, когда они затрагивают
систему национальной безопасности, могут представлять собой внешнюю
и внутреннюю угрозу.
Следует проводить постоянный анализ существующей системы взаимоотношений граждан и органов государственной власти, системы принятия решений, касающихся деятельности предпринимательских структур, финансовых потоков с целью упреждения зон возникновения коррупционных угроз.
Само по себе информирование о фактах коррупции без обратной связи
формирует атмосферу циничного отношения к ней. Должно быть общественное осуждение, а еще лучше – публичное раскаяние в совершении коррупционного преступления, что может влиять на меру наказания. Просто откупиться штрафом, даже многократным, или прошением об освобождении
от ответственности, о помиловании недостаточно. Должна быть реальная
компенсация социуму (социальная компенсация). Наказание стыдом, чего не
чураются в США и других западных странах, должно стать одной из мер, сопровождающих традиционную юридическую ответственность.
Можно согласиться с позицией о том, что «необходимо вызвать культурные изменения, при которых коррупционное поведение не будет сопровождаться толерантным отношением коллег, а сами сотрудники будут избегать
даже возможности коррупции или конфликта интересов. Это требует изменения не только системы ценностей, но и процедурных структурных методов
предотвращения и обнаружения коррупции. Очевидно, что профилактика является самым лучшим “лекарством”. Если мы боремся лишь с последствиями
164

коррупции, то ущерб все равно наносится… Наказание имеет ограниченные
выгоды и влечет значительные затраты» [107, с. 49].
При проведении проверок хозяйствующих и иных субъектов в обязательном порядке должна быть предварительная публикация об этом в местной печати с указанием контактных телефонов и иных средств связи для граждан,
предупреждение их об ответственности за предоставление ложной информации. Следует практиковать опубликование основных выводов по итогам проверки в печати.
4. Дальнейшая административная реформа и совершенствование систе-
мы государственной службы.
Президент Республики Беларусь А. Г. Лукашенко в одном из ежегодных
посланий заявил, что для решения проблемы искоренения коррупции госаппарат должен пойти на радикальное избавление от избыточных и несвойственных ему функций, передав большинство из них обществу и рынку. Поэтому важным представляется хорошо «просчитанное» совершенствование
институциональной системы органов исполнительной власти. Развитие местного самоуправления на основе перераспределения полномочий и повышения
экономической самостоятельности органов, сокращение излишних управленческих звеньев в сфере исполнительной власти в течение 3–5 лет и использование всей сэкономленной заработной платы для повышения оплаты труда
действующим государственным служащим – важный фактор повышения эффективности государственного управления. Абсолютно правильным является
требование Главы государства о том, чтобы создание новых органов государственной власти было только за счет сокращения численности работающих
в других государственных органах. Важна также ротация чиновников.
В министерствах и государственных комитетах, других значимых организациях за счет общей численности чиновников (работающих) необходимо создать службы внутренней безопасности (антикоррупционные подразделения),
сотрудники которой назначались бы на должности независимой инстанцией
(например, при участии Администрации Президента Республики Беларусь
либо по согласованию иных органов, для которых противодействие коррупции является основной функцией). В их составе должны быть профессионалы,
хорошо знающие специфику работы ведомства, возможно, даже государственные служащие, ушедшие в отставку, но выступающие своего рода консультантами, которые знают, где существуют коррупционные угрозы. При этом не
только спрос с них, но и их оплата могут быть на уровне руководителей ведомства. Более того, при выявлении фактов коррупции и последующем привлечении виновных лиц к ответственности в судебном порядке важно предусмотреть определенный процент от выявленной суммы и возмещенной
в бюджет для поощрения сотрудников. Ведь есть аналоги – например, судебные исполнители получают поощрение из взысканных сумм. Важна профилактическая работа указанной службы.
165

Правоохранительные органы, в том числе прокуратура, могли бы шире использовать возможности официального предостережения чиновников, если
появляются основания подозревать в совершении порочащих проступков. Порой работа строится таким образом: попал кто-то в поле зрения, и в течение
многих месяцев собираются подтверждающие неправомерную деятельность
этого чиновника новые факты. Это, с позиции ведомственных интересов, абсолютно понятно и правильно, однако в общегосударственных интересах акценты в работе следовало бы изменить.
Любое доказанное свидетельство коррумпированности чиновников влечет увольнение, в том числе в связи с утратой доверия.
В системе переподготовки и повышения квалификации чиновников стоит
предусмотреть занятия, разъясняющие политический и общественный вред
коррупции, возможные последствия для виновного.
Обязанность чиновников, а также депутатов всех уровней фиксировать
все данные о коррупции и в последующем извещать об этом в установленном
порядке органы Министерства внутренних дел. В Российской Федерации намечается тенденция не только защиты, но и поощрения лиц, сообщивших
о фактах коррупции. Для западных стран это также становится нормой. В Республике Беларусь было бы полезно шире использовать данный опыт.
Необходимо усилить ответственность (уголовную, административную,
имущественную) средств массовой информации, журналистов, провайдеров
сети Интернет за распространение ложной информации о коррупционных
действиях, не получивших своего подтверждения.
Следует усилить ответственность руководителей государственных организаций, особенно в сфере исполнительной власти, за подчиненных. Нуждается в совершенствовании практика подбора кадров на коррупциогенные
должности. Требуется не только поручительство при приеме на работу, но
и ответственность, хотя бы моральная, поручителей за своего коллегу.
Надлежит создать систему поощрения позитивной работы должностных
лиц. Чиновнику (милиционеру, полицейскому, таможеннику, сотруднику
ЖЭСа и др.) должно быть выгодно как в моральном, так и материальном плане трудиться честно и эффективно.
Необходим продуманный жесткий этический кодекс поведения государственного служащего. Для отдельных категорий государственных служащих
можно было предусмотреть принесение присяги на верность служения народу и государству.
5. Регулярное обновление в законодательстве направлений и содержания
антикоррупционных мер (происходит привыкание к методам работы как правоохранительных органов, так и потенциальных коррупционеров, которые находят «противоядие»). Противодействие коррупции должно из разрозненного
набора инициатив превратиться в полномасштабную стратегию государства
и общества. Участие граждан в обсуждении местных антикоррупционных
программ совместит одновременно общественный контроль, обеспечит на-
166

полнение программ реальными направлениями противодействия в силу знания самими гражданами тех проблем, с которыми они постоянно сталкиваются.
Кроме того, такой подход обусловлен и тем, что «каждому региону присущи
определенная специфика коррупционных рисков, своя структура коррупционных деяний и методы их осуществления» [108, с. 2].
6. Повышение роли и ответственности общественных формирований (со-
юзов предпринимателей и др.) в предупреждении и искоренении коррупции.
Непринятие ими мер в этой сфере должно быть предметом анализа регистрирующих органов. Можно подумать о пределах вторжения государства
в деятельность таких общественных формирований (например, отстранение
от руководства общественной организацией) по причине непринятия мер по
противодействию коррупции.
Следует более активно внедрять идею социальной ответственности бизнеса. В обществе культивируется богатство, публикуются рейтинги богатых
людей, но следовало бы уделять внимание рейтингам благотворительности.
7. Принятие закона об общественном противодействии коррупции. Кон-
цепцию его можно предложить достаточно оперативно.
8. Возрастающая роль науки в искоренении коррупции.
Исследование проблем искоренения коррупции, социологические опросы –
это лишь начало работы, отправная точка определения уязвимых мест в государственном и частном секторах. Необходимо стратегическое осмысление
процессов, которые реально помогут сократить коррупцию, а также выдача
конкретных, реализуемых на практике рекомендаций. Констатация фактов
социологическими и иными научными исследованиями недостаточна. Должны
быть предложены механизмы искоренения коррупции и ее предупреждения.
Мы преимущественно оперируем так называемой заметной коррупцией
(прошел сюжет по телевидению, в других средствах массовой информации
о задержании при получении взятки чиновника, о незаконном денежном вознаграждении врача за оказание медицинской услуги и т. п.). Но такая коррупция может нести значительно меньшие потери, нежели коррупция с высокими
издержками (например, теневая экономика, уклонение от уплаты налогов, незаконный вывод капиталов за рубеж и др.).
Открывается поле деятельности для различного рода научно-исследовательских центров, органов государственной власти – министерств экономики,
финансов, по налогам и сборам, таможенного комитета. Эффект их противодействия коррупции не тот, на который может рассчитывать общество.
Следует подумать о пределах и объемах банковской тайны по вкладам за
рубежом. Западные страны, например Германия и Швейцария, находят взаимопонимание относительно получения информации о вкладах граждан Германии в банках Швейцарии.
Одной из самых «диссертабельных» отраслей является уголовное право.
Существует много исследований относительно новых редакций статей Уголовного кодекса, изменений статей и санкций. Казалось бы, Уголовный кодекс
167

должен быть одним из самых стабильных, однако он превратился в полигон
реализации идей, успех которых не гарантируется никем из инициаторов идей
или разработчиков проектов законов. Надо менять эту тенденцию и практику.
Акцент следует делать на серьезные криминологические исследования, больше сосредоточиться на криминологии – науке, которая изучает преступность,
личность преступника, причины и условия преступности, пути и средства ее
предупреждения.
Корректировка УК должна проводиться в тех случаях, когда без этого
объективно нельзя обойтись. Больше следует уделять внимания своевременному совершенствованию судебной практики. Например, анализ исполнения
судами утвержденной Главой государства Концепции совершенствования системы мер уголовной ответственности и порядка их исполнения свидетельствует о том, что резервы для улучшения правоприменения имеются [109].
4.9. Активная позиция государственных служащих и граждан –
основной фактор предупреждения коррупции
Корысть – один из побудительных мотивов коррупции. Страх наказания,
даже очевидная неотвратимость наказания не всегда являются сдерживающим обстоятельством.
Способы совершения коррупционных правонарушений различны, но довольно часто масштабы злоупотреблений обуславливают вопрос: «Где были
контролирующие органы, местные власти, руководство организации, коллеги
по работе?»
Сейчас в конституциях новой волны (принятых в последние пять-семь
лет) закрепляется принцип коллективизма и солидарной ответственности, общей задачей является развитие солидарного общества, в котором все чувствуют себя в безопасности, используют свободу, обладают равными возможностями, а также существует социальная справедливость в рамках принципа
соответствия прав и обязанностей граждан.
Как было заявлено на Х� Конгрессе ООН «Преступность планеты Земля:
глобальная угроза, поиски адекватных ответов», успешная борьба с коррупцией предполагает наличие политической воли; наличие сильного лидера;
само общество должно быть готово к борьбе с коррупцией. При взаимодействии этих трех составляющих можно рассчитывать на успех [110, с. 110].
Ю. Голик и А. Коробеев отмечают, что серьезным препятствием «для проведения антикоррупционных действий есть коррупция в системе юстиции», что
«необходимо резко менять систему стимулов» [110, с. 110]. Полагаем, что внимание надо уделить деятельности государственных служащих, той среде,
в которой они выполняют свои обязанности.
Известно, что действует Международный кодекс поведения государственных должностных лиц, принятый резолюцией 51/59 Генеральной Ассамблеи
от 12 декабря 1996 г. В нем содержится ряд важных для развития националь-
168

ного законодательства положений. Согласно Международному кодексу, государственная должность, как она определяется в национальном законодательстве, – это должность, облеченная доверием, предполагающая обязанность
действовать в интересах государства. Поэтому государственные должностные
лица проявляют абсолютную преданность государственным интересам своей
страны, представляемым демократическими институтами власти. Государственные должностные лица выполняют свои обязанности и функции компетентно и эффективно в соответствии с законами или административными положениями и со всей добросовестностью. Они постоянно стремятся к тому,
чтобы обеспечить как можно более эффективное и умелое распоряжение государственными ресурсами, за которые они несут ответственность. Государственные должностные лица внимательны, справедливы и беспристрастны
при выполнении своих функций и, в частности, в своих отношениях с общественностью. Они никогда не оказывают какое бы то ни было неправомерное
предпочтение какой-либо группе лиц или отдельному лицу, не допускают
дискриминации по отношению к какой-либо группе лиц или отдельному лицу
или не злоупотребляют иным образом предоставленными им полномочиями
и властью. В Международном кодексе решены такие важные вопросы, как
коллизии интересов и отказ от права, сообщение сведений государственными
служащими об активах, освещены вопросы, касающиеся принятия подарков
или других знаков внимания. В Кодексе зафиксировано, что государственные
должностные лица не добиваются и не получают, прямо или косвенно, любых
подарков или других знаков внимания, которые могут повлиять на выполнение ими своих функций, осуществление своих обязанностей или принятие решений.
В связи с этим полезно взглянуть на этические кодексы государственных
служащих, которые действуют в отдельных странах. Например, в Канаде
Этический кодекс предписывает «государственным служащим честно и беспристрастно предоставлять руководству всю необходимую для работы информацию, быть лояльным исполнителем принятых в рамках законов решений. Они должны быть законопослушными и политически нейтральными,
а также обязаны эффективно расходовать государственные средства, повышать эффективность и качество работы путем внедрения инноваций, стремиться к открытости и гласности, не нарушая при этом конфиденциальности
(как этого требует закон), руководствоваться при принятии решений общественными интересами, уважать человеческое достоинство и признавать значимость каждого человека» [111, с. 46]. Согласие на прием на работу означает
согласие на соблюдение Кодекса: «Находясь при исполнении обязанностей,
госслужащие должны вести собственные дела таким образом, чтобы не допустить реального, видимого или потенциального конфликта интересов. Если же
конфликт все же возник, то его следует разрешать в пользу общественных интересов» [111, с. 46–47]. Государственному служащему в Канаде не запрещено заниматься иными видами деятельности (кроме предпринимательской и т. п.).
169

Нам представляется это разумным, важно, чтобы не было при этом конфликта
интересов, а при его возникновении он разрешался в пользу общественности.
Интересно в Канаде решен вопрос о продолжении работы после ухода с государственной службы. Государственные служащие свои планы будущей работы во избежание конфликта интересов обсуждают с заместителем министра.
«В конфиденциальном отчете приводится список всех поступивших от частных кампаний предложений о трудоустройстве и информация о принятом
предложении» [111, с. 48]. Установлен годичный срок, в течение которого государственный служащий не вправе занимать должности в кампаниях, с которыми ему приходилось взаимодействовать в процессе своей работы [111,
с. 48]. Каждое ведомство ответственно за реализацию положений Этического
кодекса. Общее руководство и консультации возложены на Секретариат казначейства Канады.
Все органы власти желательно «настроить» на противодействие коррупции. Поэтому сводить их деятельность в этом направлении «к содействию»
в предоставлении документов и иных материалов явно недостаточно. «Отмобилизованы» должны быть все, в том числе и в плане проведения анализа
причин и условий, способствовавших коррупционному преступлению.
Нужна рациональная система налогообложения, полезно регулярное обновление направлений и содержания антикоррупционных мер (происходит
привыкание к методам работы как правоохранительных органов, так и потенциальных коррупционеров, которые находят «противоядие»). Необходимо
предпринимать меры организационного и экономического характера для
предупреждения коррупционных правонарушений. В данном случае слово
должно быть за Министерством экономики и его аналитическими подразделениями. От них должна исходить инициатива по устранению возможных
брешей, возникающих в сфере экономических отношений. Экономика и правовое регулирование отношений в указанной сфере должны находиться
в гармонии.
Таким образом, надо сосредотачиваться на решении проблем, подпитывающих коррупцию. Отметим также, что искоренение коррупции, конечно, необходимо не для выполнения каких-то международных документов, а для развития своей страны.
Справедливо отмечается в юридической литературе, что «эффективное
противодействие коррупции возможно только при комплексном использовании экономических, политических, социальных, информационно-пропагандистских и правовых проблем» [112, с. 76]. Наиболее подвержена коррупции
сфера заключения государственных контрактов. Важно, чтобы после объявления победителя на конкурсе остальные участники получили полную информацию о причинах проигрыша и имели возможность обжаловать принятое
решение. Так, по данным Счетной палаты Российской Федерации, сохраняется много нарушений в области государственных закупок, особенно в сфере
крупных государственных заказов. Обнаружено, что часть оплаты за крупные
170
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]
