Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

Актуальные направления противодействия коррупции в Республике Беларусь на современном этапе

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
06.09.2026
Размер:
2 Мб
Скачать
информация об участии в проведении криминологической экспертизы специалистов государственных органов и иных организаций (в случае их при­влечения в установленном порядке Научно-практическим центром);
общая криминологическая оценка проекта правового акта (правового акта);
вопросы, рассмотренные при проведении криминологической экспертизы, и криминологические критерии их оценки;
указание на наличие в проекте правового акта (правовом акте) норм, при­менение которых может повлечь (повлекло) возникновение рисков кримино­генного характера, с обоснованием соответствующего вывода либо на отсут­ствие таких норм;
обоснованные предложения об устранении выявленных в проекте право­вого акта (правовом акте) недостатков (при наличии норм, применение кото­рых может повлечь (повлекло) возникновение рисков криминогенного харак­тера).
Данное заключение может содержать иную информацию, связанную с про­ведением криминологической экспертизы.
Положением предусмотрена обязательность рассмотрения заключения криминологической экспертизы по проекту правового акта уполномоченным субъектом (например, субъектом, направившим проект правового акта для проведения криминологической экспертизы, Администрацией Президента Рес­публики Беларусь и др.). Оно предусматривает соответствующую процедуру реагирования на заключение криминологической экспертизы и реагирования на ее выводы при несогласии с ними. Так, в случае, если в заключении крими­нологической экспертизы указано на наличие в проекте правового акта, ука­занном в абзацах втором, четвертом–шестом части первой пункта 9 данного Положения, норм, применение которых может повлечь возникновение рисков криминогенного характера, субъектом (субъектами), направившим проект правового акта для проведения криминологической экспертизы, организуется доработка данного проекта. В случае, если в заключении криминологической экспертизы указывается на наличие в проекте закона с изменениями и (или) дополнениями, внесенными в Палате представителей Национального собра­ния Республики Беларусь и направленными в установленном порядке на со­гласование субъекту права законодательной инициативы, норм, применение которых может повлечь возникновение рисков криминогенного характера, соответствующим субъектом права законодательной инициативы (уполно­моченным структурным подразделением Администрации Президента Рес­публики Беларусь – по проекту закона, по которому субъектом права законо­дательной инициативы является Президент Республики Беларусь) в Палату представителей Национального собрания Республики Беларусь направляются замечания и предложения о доработке соответствующих положений проекта закона (об исключении из проекта закона отдельных положений). Указанные замечания и предложения направляются в течение десяти рабочих дней (двух рабочих дней в отношении проекта закона, рассмотрение которого в Палате
111
представителей и Совете Республики Национального собрания Республики Беларусь объявлено срочным) со дня получения заключения криминологиче­ской экспертизы (п. 18).
При несогласии субъекта (субъектов), направившего проект правового акта для проведения криминологической экспертизы, с выводами (их частью), содержащимися в заключении криминологической экспертизы, он обращает­ся в Генеральную прокуратуру с мотивированным обоснованием своего несо­гласия с этими выводами (их частью), приложением проекта правового акта, заключения криминологической экспертизы и документов, которые представ­лялись для проведения криминологической экспертизы. Срок рассмотрения данного обращения не должен превышать десяти рабочих дней (в случае, ука­занном в части третьей настоящего пункта, – пятнадцати рабочих дней) со дня его поступления.
По результатам рассмотрения поступившего обращения Генеральной про­куратурой принимается одно из следующих решений:
о признании обоснованными выводов (их части), содержащихся в заклю­чении криминологической экспертизы, о наличии в проекте правового акта норм, применение которых может повлечь возникновение рисков кримино­генного характера, и направлении проекта правового акта соответствующему субъекту (субъектам) для доработки;
о признании необоснованными выводов, содержащихся в заключении криминологической экспертизы, о наличии в проекте правового акта норм, применение которых может повлечь возникновение рисков криминогенного характера, и целесообразности принятия (издания) проекта правового акта в представленной редакции.
Решение в отношении проекта закона, правового акта Президента Респу­блики Беларусь принимается Генеральной прокуратурой по согласованию с Администрацией Президента Республики Беларусь.
После доработки в соответствии с заключением криминологической экс­пертизы (решением Генеральной прокуратуры) проект правового акта подле­жит согласованию с заинтересованными государственными органами и ины­ми организациями, повторному направлению на обязательную юридическую экспертизу, а также криминологическую экспертизу, проводимую в порядке, установленном Положением. Направление на согласование и экспертизу по­сле доработки проекта правового акта, принимаемого (издаваемого) несколь­кими нормотворческими органами, осуществляется в порядке, согласованном этими органами. Криминологическая экспертиза повторно направленного проекта правового акта проводится в течение пяти рабочих дней со дня полу­чения Научно-практическим центром проекта правового акта с необходимы­ми сопроводительными материалами к нему.
Положением предусмотрено также проведение антикоррупционной экс­пертизы вступивших в действие нормативных правовых актов.
112
Как уже отмечено, согласно Положению о порядке проведения кримино­логической экспертизы, утвержденному Президентом Республики Беларусь, обязательной криминологической экспертизе подлежат, как правило, проекты законов, правовых актов Президента Республики Беларусь, Совета Министров Республики Беларусь, Комитета государственного контроля, Национального банка, Управления делами Президента Республики Беларусь, Следственного комитета, Государственного комитета судебных экспертиз.
Что же касается криминологической экспертизы актов министерств, иных республиканских органов государственного управления, областных, Минско­го городского Советов депутатов, облисполкомов, Минского горисполкома, местных Советов депутатов, исполнительных и распорядительных органов базового уровня, то ее проведение прямо не предусмотрено. Однако в опреде­ленной мере восполняет этот пробел Указ Президента Республики Беларусь от 30 декабря 2010 г. № 711 «О некоторых вопросах осуществления обязатель­ной юридической экспертизы нормативных правовых актов» (в ред. Указов Президента Республики Беларусь от 24 февраля 2012 г. № 106, от 23 августа 2016 г. № 316) [70]. Он предусматривает проведение юридической экспертизы, составной частью которой может быть криминологическая (антикоррупцион­ная) экспертиза. В упомянутом выше Указе предусмотрено, что критериями оценки нормативных правовых актов Национального банка, Комитета госу­дарственного контроля, Следственного комитета, Государственного комитета судебных экспертиз, Управления делами Президента Республики Беларусь, Национальной академии наук Беларуси, министерств, иных республиканских органов государственного управления, областных, Минского городского Со­ветов депутатов, облисполкомов, Минского горисполкома, местных Советов депутатов, исполнительных и распорядительных органов базового уровня при проведении обязательной юридической экспертизы Министерством юстиции, главными управлениями юстиции облисполкомов (далее – управления юстиции) являются:
соответствие Конституции Республики Беларусь;
соответствие нормативным правовым актам Президента Республики Бела­русь, законам Республики Беларусь, иным нормативным правовым актам большей юридической силы по отношению к оцениваемому нормативному правовому акту, в том числе устанавливающим требования нормотворческой техники.
Однако было бы полезно, на наш взгляд, руководствоваться теми ориенти­рами, которые рассматриваются как коррупциогенные факторы, указанные в модельном законе «О государственной экспертизе», принятом Межпарла­ментской ассамблеей государств – участников СНГ 7 сентября 2002 г. [71]. К ним, например, отнесены такие, как:
широта дискреционных полномочий – отсутствие или неопределенность сроков, условий или оснований принятия решения, наличие дублирующих полномочий органов государственной власти или органов местного само­управления (их должностных лиц);
113
определение компетенции по формуле «вправе» – диспозитивное установ­ление возможности совершения органами государственной власти или орга­нами местного самоуправления (их должностными лицами) действий в отно­шении граждан и организаций;
чрезмерная свобода подзаконного нормотворчества – наличие бланкетных и отсылочных норм, приводящее к принятию подзаконных актов, вторга­ющихся в компетенцию органа государственной власти или органа местного самоуправления, принявшего первоначальный нормативный правовой акт;
принятие нормативного правового акта за пределами компетенции – пре­вышение компетенции органами государственной власти или органами мест­ного самоуправления (их должностными лицами) при принятии нормативных правовых актов;
отсутствие или неполнота административных процедур – отсутствие по­рядка совершения органами государственной власти или органами местного самоуправления (их должностными лицами) определенных действий либо од­ного из элементов такого порядка;
отказ от конкурсных (аукционных) процедур – закрепление администра­тивного порядка предоставления права и (или) блага и др.
Полностью поддерживаем подход, сформулированный в данном Указе, что при проведении юридической экспертизы Министерством юстиции, управлениями юстиции не осуществляется оценка установленных в норма­тивных правовых актах финансовых показателей, индексов, коэффициентов, нормативов, лимитов и иных показателей, а также формул их расчета, за ис­ключением оценки их соответствия показателям, установленным норматив­ными правовыми актами большей юридической силы; соответствия норма­тивных правовых актов техническим нормативным правовым актам. Однако что касается запрета на оценку необходимости, приоритетности и полноты правового регулирования нормативными правовыми актами соответству­ющих общественных отношений, за исключением оценки полноты правового регулирования в части соответствия нормативным правовым актам большей юридической силы, то это положение следовало бы исключить, предоставив право Министерству юстиции (управлениям юстиции) давать соответству­ющие оценки и на этой основе вносить предложения по совершенствованию действующего законодательства.
Согласно модельному закону «О государственной экспертизе», принятому Межпарламентской ассамблеей государств – участников СНГ 7 сентября 2002 г., к коррупциогенным факторам относятся содержащие неопределен­ные, трудновыполнимые и (или) обременительные требования к гражданам и организациям:
наличие завышенных требований, предъявляемых к лицу, которое реали­зует принадлежащее ему право, – установление неопределенных, трудновы­полнимых и обременительных требований к гражданам и организациям;
114
злоупотребление органами государственной власти или органами местно­го самоуправления (их должностными лицами) правом заявителя – отсут­ствие четкой регламентации прав граждан и организаций;
юридико-лингвистическая неопределенность – использование категорий оценочного характера и многозначной терминологически не оправданной лек­сики без уточнения толкования конкретных понятий.
В качестве приоритетных сфер проведения антикоррупционной эксперти­зы нормативных правовых актов в первоочередном порядке должны прохо­дить процедуру антикоррупционной экспертизы:
1) нормативные правовые акты, регламентирующие отношения, в которых с одной стороны выступают представители государственных органов, а с дру­гой – граждане и организации;
2) нормативные правовые акты в экономической сфере:
антимонопольное законодательство; налоговое законодательство; законодательство о банкротстве; законодательство, регулирующее внешнеэкономическую деятельность; таможенное законодательство; законодательство о валютном контроле; законодательство, регулирующее отношения в сфере жилищно-комму-
нального хозяйства, жилищного строительства и дорожного строительства;
законодательство о лицензировании;
3) нормативные правовые акты, регламентирующие отношения, связанные с распределением бюджетных средств, в том числе законодательство о закуп­ках для государственных и муниципальных нужд;
4) нормативные правовые акты, регламентирующие оказание бесплатных государственных услуг.
Модельный закон указал множество субъектов проведения антикорруп­ционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов. Таковыми являются прокуратура; парламент государства; ор­ган исполнительной власти, осуществляющий функции в области юстиции; иные государственные органы, органы местного самоуправления и их долж­ностные лица; специально уполномоченный президентом или правительством государства орган (организация, учреждение или должностное лицо) в сфере проведения антикоррупционной экспертизы; юридические и физические лица, прошедшие аккредитацию на право проведения независимой антикор­рупционной экспертизы.
Как отмечено в Комментарии к Федеральному закону «Об антикоррупци­онной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных пра­вовых актов», «практической проблемой в рамках реализации комментиру­емого Модельного закона является соотношение нормативных правовых актов и организационно-распорядительных документов (актов правоприменения), так как последние не являются предметом антикоррупционной экспертизы,
115
проводимой уполномоченными субъектами. Коррупционный риск заключает­ся в том, что организационно-распорядительные документы (акты правопри­менения), формально не попадая под признаки нормативного правового акта (не проходят регистрационные или иные учетные процедуры), тем не менее, подчас фактически являясь таковыми, могут нести в себе коррупциогенные нормы и тем самым иметь потенциальную возможность для последующих коррупционных проявлений [72, с. 116]. Модельный закон определяет следу­ющие принципы антикоррупционной экспертизы нормативных правовых ак­тов и проектов нормативных правовых актов (ст. 3):
обязательности проведения антикоррупционной экспертизы проектов нор­мативных правовых актов, а также нормативных правовых актов в ходе мони­торинга правоприменения;
достоверности и полноты информации, представляемой для проведения антикоррупционной экспертизы;
оценки нормативного правового акта и проекта нормативного правового акта во взаимосвязи с другими нормативными правовыми актами;
научной обоснованности, объективности и всесторонности антикоррупци­онной экспертизы и проверяемости ее результатов;
обязательности рассмотрения результатов антикоррупционной эксперти­зы разработчиками нормативного правового акта и проекта нормативного правового акта;
компетентности лиц, проводящих антикоррупционную экспертизу;
сотрудничества органов исполнительной власти, иных государственных органов, органов местного самоуправления, их должностных лиц, организа­ций и учреждений с институтами гражданского общества при проведении антикоррупционной экспертизы;
гласности, обеспечения возможности ознакомления с результатами анти­коррупционной экспертизы;
ответственности уполномоченных субъектов антикоррупционной экспер­тизы, в компетенцию которых входит ее организация и проведение, за каче­ство антикоррупционной экспертизы.
Не будем останавливаться на анализе содержания всех указанных прин­ципов, коснемся лишь некоторых из них. Так, обратимся к принципу компе­тентности лиц, проводящих антикоррупционную экспертизу, который непо­средственно связан с обоснованностью результатов антикоррупционной экспертизы. Для достижения целей модельного закона антикоррупционную экспертизу должны проводить специалисты в области применения анализи­руемого законодательного акта, квалификация которых позволит на основе общетеоретических и специальных познаний, в том числе знаний практики применения законодательства, как позитивной, так и связанной с правонару­шениями в данной области, осмыслить реальную степень возможности использовать соответствующие особенности нормативно-правовых формул в коррупционных целях [73, с. 29]. Как отмечает А. Э. Бикмухаметов, «компе-
116
тентность лиц, проводящих антикоррупционную экспертизу нормативных правовых актов (их проектов), означает, что данный вид деятельности долж­ны осуществлять специалисты, имеющие необходимую квалификацию. Важ­ность комментируемого принципа заключается в том, что уровень знаний эксперта является одним из существенных элементов антикоррупционной экспертизы. Несоответствие уровня компетентности эксперта степени слож­ности экспертизы может привести к ошибочному (недостоверному) заключению. Принцип компетентности непосредственно связан с принципом объективно­сти, предполагающим применение научно обоснованных методов получения и интерпретации результатов исследования» [74, с. 21]. Считаем важным уси­лить значение принципа ответственности уполномоченных субъектов анти­коррупционной экспертизы, в компетенцию которых входит ее организация и проведение, за качество антикоррупционной экспертизы. Пока, к сожалению, ни разработчики проектов нормативных правовых актов, ни лица, осущест­вляющие антикоррупционную и иную правовую экспертизу, не несут надле­жащую ответственность за плохую подготовку актов, за их низкое качество.
Способствовать совершенствованию умений и навыков в проведении ан­тикоррупционной экспертизы может овладение правовым мониторингом, в том числе антикоррупционным. Антикоррупционный мониторинг, как опре­делено в модельном законе об антикоррупционном мониторинге, – это на­учно обоснованная комплексная плановая деятельность уполномоченных субъектов и участников по сбору, обобщению, анализу и оценке информации, касающейся эффективности антикоррупционного законодательства и пред­принимаемых государством мер против коррупции, состояния правоприме­нительной практики в сфере противодействия коррупции, восприятия и оцен­ки уровня коррупции институтами гражданского общества и гражданами, а также деятельность по проведению антикоррупционной экспертизы норма­тивных правовых актов. Его целями являются оценка эффективности функ­ционирования правовой системы в сфере противодействия коррупции, систе­матизация и совершенствование действующего законодательства в сфере противодействия коррупции, а также обеспечение разработки и реализации антикоррупционных программ. При проведении антикоррупционного мони­торинга решаются следующие задачи:
выявление в нормативных правовых актах и проектах нормативных пра­вовых актов коррупциогенных факторов;
оценка эффективности реализации нормативных правовых актов в сфере противодействия коррупции и их отдельных норм;
обеспечение субъектов нормотворческой деятельности объективной ин­формацией о тенденциях и потребностях в правовом регулировании обще­ственных отношений в сфере противодействия коррупции;
создание условий для повышения открытости деятельности органов госу­дарственной власти, в том числе повышение степени участия институтов гражданского общества в формировании и реализации решений государ­ственных органов по противодействию коррупции;
117
предоставление уполномоченным органам государственной власти и их должностным лицам информации о масштабах и тенденциях распростране­ния коррупции и эффективности общегосударственных мер по противодей­ствию ей.
Модельным законом определены формы, в которые облекаются резуль­таты антикоррупицонного мониторинга. Так, они могут быть представлены в форме:
ежегодных аналитических докладов Президенту;
предложений к проекту плана законопроектной деятельности правитель­ства государства;
сводных аналитических докладов о состоянии дел в сфере противодей­ствия коррупции для предоставления оценочным миссиям международных антикоррупционных инстанций;
предложений к проекту плана антикоррупционного мониторинга на сле­дующий плановый период (ст. 12).
Результаты антикоррупционного мониторинга учитываются органами го­сударственной власти, что позволяет избегать повторения ошибок. Было бы правильно, чтобы к анализу результатов правового (антикоррупицонного) мо­ниторинга были активно и целенаправленно подключены Конституционный Суд, Парламент (при разработке и реализации мер по совершенствованию за­конодательного регулирования проведения антикоррупционного мониторин­га; разработке рекомендаций по совершенствованию законодательных актов, в том числе касающегося порядка и методики антикоррупционного монито­ринга); Правительство (при разработке и реализации плана законопроектной деятельности Правительства государства; разработке и реализации мер по повышению эффективности деятельности органов государственной власти в сфере противодействия коррупции; разработке предложений и реализации мер по изменению структуры и полномочий органов государственной власти; организации взаимодействия с оценочными миссиями международных анти­коррупционных инстанций); органы исполнительной власти в сфере юстиции (при разработке рекомендаций по совершенствованию порядка и методики проведения антикоррупционного мониторинга и др.); прокуратура.
В области правового регулирования антикоррупционной экспертизы по­лезен опыт Российской Федерации, где принят комплекс нормативных право­вых актов, посвященных данному вопросу. Так, действует Федеральный закон от 17.07.2009 г. № 172-ФЗ (ред. от 21 октября 2013 г.) «Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов» [75].
Этот закон установил правовые и организационные основы антикоррупци­онной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов в целях выявления в них коррупциогенных факторов и их по­следующего устранения. В нем определено, что коррупциогенными фактора­ми являются положения нормативных правовых актов (проектов норматив-
118
ных правовых актов), устанавливающие для правоприменителя необоснованно широкие пределы усмотрения или возможность необоснованного применения исключений из общих правил, а также положения, содержащие неопределен­ные, трудновыполнимые и (или) обременительные требования к гражданам и организациям и тем самым создающие условия для проявления коррупции (ст. 1 Закона).
К основным принципам организации антикоррупционной экспертизы нор­мативных правовых актов (проектов нормативных правовых актов), согласно Закону, относятся:
1) обязательность проведения антикоррупционной экспертизы проектов
нормативных правовых актов;
2) оценка нормативного правового акта во взаимосвязи с другими норма-
тивными правовыми актами;
3) обоснованность, объективность и проверяемость результатов антикор­рупционной экспертизы нормативных правовых актов (проектов норматив­ных правовых актов);
4) компетентность лиц, проводящих антикоррупционную экспертизу нор­мативных правовых актов (проектов нормативных правовых актов);
5) сотрудничество федеральных органов исполнительной власти, иных государственных органов и организаций, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, а также их должностных лиц с институтами гражданского общества при проведении антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов (проектов нор­мативных правовых актов).
Закон определил органы, проводящие антикоррупционную экспертизу. Она осуществляется прокуратурой Российской Федерации, федеральным ор­ганом исполнительной власти в области юстиции, органами, организациями, их должностными лицами.
В Законе (ст. 3) «распределены» полномочия перечисленных выше субъектов.
Указано, что прокуроры в ходе осуществления своих полномочий прово­дят антикоррупционную экспертизу нормативных правовых актов органов, организаций, их должностных лиц по вопросам, касающимся:
1) прав, свобод и обязанностей человека и гражданина;
2) государственной и муниципальной собственности, государственной и муниципальной службы, бюджетного, налогового, таможенного, лесного, водного, земельного, градостроительного, природоохранного законодатель­ства, законодательства о лицензировании, а также законодательства, регули­рующего деятельность государственных корпораций, фондов и иных орга­низаций, создаваемых Российской Федерацией на основании федерального закона;
3) социальных гарантий лицам, замещающим (замещавшим) государ­ственные или муниципальные должности, должности государственной или муниципальной службы.
119
Федеральный орган исполнительной власти в области юстиции проводит
антикоррупционную экспертизу:
1) проектов федеральных законов, проектов указов Президента Россий­ской Федерации и проектов постановлений Правительства Российской Феде­рации, разрабатываемых федеральными органами исполнительной власти, иными государственными органами и организациями, – при проведении их правовой экспертизы;
2) проектов поправок Правительства Российской Федерации к проектам федеральных законов, подготовленным федеральными органами исполни­тельной власти, иными государственными органами и организациями, – при проведении их правовой экспертизы;
3) нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти, иных государственных органов и организаций, затрагивающих права, свободы и обязанности человека и гражданина, устанавливающих правовой статус организаций или имеющих межведомственный характер, а также уста­вов муниципальных образований и муниципальных правовых актов о внесе­нии изменений в уставы муниципальных образований – при их государствен­ной регистрации;
4) нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации – при мониторинге их применения и при внесении сведений в федеральный регистр нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации.
Органы, организации, их должностные лица проводят антикоррупцион­ную экспертизу принятых ими нормативных правовых актов (проектов нор­мативных правовых актов) при проведении их правовой экспертизы и монито­ринге их применения.
Органы, организации, их должностные лица в случае обнаружения в нор­мативных правовых актах (проектах нормативных правовых актов) коррупци­огенных факторов, принятие мер по устранению которых не относится к их компетенции, информируют об этом органы прокуратуры.
Согласно статье 4 Закона, выявленные в нормативных правовых актах (проектах нормативных правовых актов) коррупциогенные факторы отража­ются в требовании прокурора об изменении нормативного правового акта или в обращении прокурора в суд в порядке, предусмотренном процессуальным законодательством Российской Федерации; в заключении, составляемом при проведении антикоррупционной экспертизы.
В требовании прокурора об изменении нормативного правового акта и в заключении должны быть указаны выявленные в нормативном правовом акте (проекте нормативного правового акта) коррупциогенные факторы и предложены способы их устранения. Требование прокурора об изменении нормативного правового акта подлежит обязательному рассмотрению соот­ветствующими органом, организацией или должностным лицом не позднее чем в десятидневный срок со дня поступления требования и учитывается в установленном порядке органом, организацией или должностным лицом,
120
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]