Административно-территориальное устройство и управленческий аппарат Азиатской России (конец XVI — начало XXI в.). Монография

сказал: «Край подошел к критической точке — когда риск того, что все рухнет в одночасье, стал реальностью. Функции старой системы управления в свое время переродились: она начала об­служивать только свои интересы. Решения, которые принима­лись, делались в интересах ограниченного круга людей. Во главе управления регионом стояла бывшая партэлита — особая каста ˝избранных˝»1. В свою очередь, депутаты в интерпелляции главе края от 29 декабря 2004 г. по этому поводу заявили: «Однако ка­дровая политика, проводимая администрацией, не оставляет ме­ста нашим ожиданиям. За непродолжительное время были уво­лены и смещены со своих постов заместители главы администра­ции края, председатели краевых комитетов по образованию, по здравоохранению, по социальной защите, по управлению иму­ществом, по жилищно-коммунальному и газовому хозяйству, по транспорту и дорожному хозяйству, а также руководители крае­вых организаций: Агентства по жилищному ипотечному кредито­ванию, Фонда имущества края, Территориального фонда обяза­тельного медицинского страхования, многих государственных предприятий и акционерных обществ с участием края»2.

192

194

должностных лиц, в частности полномочных представителей в федеральных округах. Так, в случае с В. А. Логиновым последний заявил: «Это несправедливо. Я сделал все, что было в моих си­лах, чтобы округ мог выжить. Ситуация действительно тяжелая, в этом смысле нет вопросов, но бывали ситуации хуже. И есть на сегодня регионы, где также замерзают поселки, но никого от должности не отстраняют»1. С другой стороны, заместитель Ло­гинова М. Соколовский в апреле 2005 г. был осужден на три года лишения свободы за превышение служебных полномочий, по­влекшее тяжкие последствия. «Выступая с последним словом на судебном процессе, М. Соколовский выразил сожаление, что ря­дом с ним на скамье подсудимых нет бывшего губернатора В. А. Логинова, чья подпись стоит под постановлением о закупке то­плива у московской компании, которой было перечислено 58 млн бюджетных рублей, но топливо так и не было завезено»2. Объясняя ситуацию в отношении главы Корякского АО, В. Ива­нов пишет: «Конечно, Логинова можно было вызвать в Москву или в Хабаровск (к полпреду) и убедить написать заявление о добровольной отставке. Но с главой КАО решили не церемо­ниться. Чтобы все убедились, что Центр может легко сместить даже избранного главу, если посчитает нужным. Думается, прав­да, что для показательной демонстрации следовало бы выбрать фигуру позначительнее. Вероятно в тот момент не нашлось ни­кого другого, кого и нужно, и можно было снять открытым во­левым решением»3.

196

В конечном счете в первом десятилетии XXI века ситуация с управленческими структурами субъектов РФ стабилизировалась. Помимо уставов и избирательных законов, они приобрели гер­бы, гимны и флаги. В каждом субъекте РФ была создана своя на­градная система. Так, например, в Кемеровской области местным Советом народных депутатов в 2001 г. принят закон «О наградах Кемеровской области», которым учреждены: золотой знак «Ге­рой Кузбасса», ордена «Доблесть Кузбасса», «Ключ дружбы», «Золотой знак Кузбасса», медали «За особый вклад в развитие Кузбасса», «За веру и добро», «За достойное воспитание детей», «За честь и мужество», «За служение Кузбассу», «Материнская доблесть», «Надежда Кузбасса», «За бизнес во имя созидания». Кроме того, законом были сохранены существовавшие ранее звания «Почетный гражданин Кемеровской области» и «Лауреат премии Кузбасса».

рактер деятельности законодательного органа Алтайского края, что не в полной мере согласуется с принципами его самостоя­тельности в системе органов государственной власти Алтайского края и наличия собственных полномочий. Полагаем, что наиме­нование ˝Алтайское краевое Законодательное собрание˝ отра­жает не только самостоятельность органа, но и другие основные принципы его деятельности, такие как коллективное, свободное обсуждение и решение вопросов, контроль за принимаемыми решениями, представление интересов избирателей и ответствен­ность перед ними»1.

198

тельные кампании 1993–1999 гг. в Государственные думы РФ в Западной Сибири В. К. Козодой установил, что в ходе них под­твердилась «устойчивость политических предпочтений избирате­лей региона. Коренных перемен во взглядах не произошло, хотя, естественно, они не остались без изменений. Так, число избира­телей, проголосовавших за коммунистические организации в це­лом по стране, уменьшилось более чем на 4 % и составило 28,18 %. Наибольшие потери понесли национал-патриоты: их поддержка уменьшилась почти втрое: с 20,06 до 7,14 %. Налицо и падение влияния демократов: с 20,63 до 15,15 %. У центристов наоборот прирост, и притом весьма значительный: с 22,64 до 44,39 %»1.