Добавил:
Опубликованный материал нарушает ваши авторские права? Сообщите нам.
Вуз: Предмет: Файл:

А.П. Чехов и Общество любителей российской словесности

.pdf
Скачиваний:
0
Добавлен:
06.09.2026
Размер:
1 Мб
Скачать
Литературные дебюты А.П. Чехова (критикобиблиографический очерк)
Далее автор передаёт, как Иван Никитич прихо дит к себе на квартиру и после долгих пререканий с дочерью, которую он будит, прося у неё два листика бумаги для корреспонденции, садится за работу.
На другой день, трепеща от страха, он не без пре пятствий проникает к своему покровителю Ивану Степановичу, которого застаёт ещё в спальне только что проснувшимся. Преодолев свою робость, Иван Никитич объясняет ему причину своего прихода и отдаёт на суд своё произведение.
Пока жертвователь читал о том, как на смену «не вежеству» «повеяло воздухом, которым дышит вся образованная Россия», как жители Т. получили раз решение открыть прогимназию и т.д., всё шло благо получно, но как только он дошёл до того места, где после перечисления других благотворителей стояло: «Иван Степанович Трамбонов (2000). Последний обещал...», произошло нечто невероятное.
«— Кто это последний? — спрашивает Иван Степа нович.
— «Последнийс? Это выс!» — отвечает Иван Никитич.
— Так я, потвоему, значит, последний?
— Последнийс… То есть… эк… эк… гем… в смысле.
— Так я последний!
Иван Степанович поднялся и побагровел.
— Кто последний? Я!
— Выс, только в каком смысле?!
— В таком смысле, что ты дурак! Понимаешь? Ду рак! На тебе твою корреспонденцию!
— Ваше высокостеп… Батюшка, Иван… Иван…
— Так я последний? Ах ты, прыщ ты этакий! Гусь! — Из уст Ивана Степановича посыпались роскошные вы ражения, одно другого непечатнее… Иван Никитич обезумел от страха, упал на стул и завертелся.
111
В.В. Каллаш
— Ах, ты сссвинья! Последний!?! Иван Степанович Трамбонов последним никогда не был и не будет! Ты по следний! Вон отсюда, чтобы и ноги твоей здесь не было!
Иван Степанович с остервенением скомкал коррес понденцию и швырнул комком в лицо корреспонден та газет московских и санктпетербургских...»
После этой бурной сцены несчастный, перепуган ный Иван Никитич коекак выбрался на улицу и «бледный, как бумага... побрёл по грязи на свою квартиру».
«Иван Степанович. — заключает автор свой рас сказ, — уходя из дома, увидел в передней, на окне, фу ражку, забытую Иваном Никитичем.
— Чья это шапка? — спросил он Серёжку (лакей).
— Да того миздрушки, что намедни прогнать изво лили.
— Выбрось её! Чего ей здесь валяться?
Серёжка взял фуражку и, вышедши на улицу, бро сил её в самую жидкую грязь».
От всего этого пахнет, конечно, анекдотом, но не трудно заметить большой шаг вперёд в области тех ники, самой компоновки рассказа, а в изображении самого «корреспондента» и его злоключений смех над «пошлостью» пошлого человека глубоко прони кается грустью.
III
Рассказ «Ненужная победа» очень велик по своим размерам: он растянулся на одиннадцать номеров (С. 24—34). Написан он в необычном для Чехова тоне и напоминает по своим приёмам и содержанию фелье тонные романы французских бульварных газет. То же запутанное действие с рядом не идущих к делу подроб ностей и лишних лиц, не везде удачные попытки пора
112
Литературные дебюты А.П. Чехова (критикобиблиографический очерк)
зить читателя неожиданностями в ходе происшествия и в обрисовке героев рассказа. Чехов взялся за изобра жение жизни, слишком мало ему известной, и ему при ходилось выдумывать. За исключением некоторых не многих мест выдумка эта ему совсем не удалась.
В общих чертах содержание этого рассказа таково.
Действие происходит в Венгрии.
Знатная дама ни с того ни с сего избила музыканта Цвибуша в присутствии его дочери, молоденькой де вушки с решительным характером и развитым чувст вом человеческого достоинства. Она мечтает о мес ти. Отец, привыкший к подобным приключениям, никак не может понять её настроения и всячески пробует её отговорить от наивных несбыточных пла нов. Она пробует обратиться к судье, но тот матери ально зависит от обидчицы и только смеётся над молодым задором бедной девушки. Между прочим, в шутку он сказал ей, что она сможет отомстить толь ко тогда, когда сама сделается знатною дамой. Бродя чие артисты случайно встречаются потом с бароном фон Зайницем, большим оригиналом, разорившим ся аристократом, который в охоте ищет спасения от меланхолии и мизантропии. Зайниц узнаёт о постиг шем девушку горе, принимает в ней участие и, тоже в шутку, говорит ей, что женится на ней, если у неё будет миллион франков. Эта фраза запала в душу, в го лову экзальтированной Ильке. После целого ряда приключений она попадает в Париж и там получает от своих поклонников миллион франков. Зийниц между тем заводит роман с её обидчицей, увлекает её и потом начинает обращаться с ней крайне резко и грубо. Когда Илька возвращается на родину с мил лионом, Зайниц женится на ней, но благодаря ин тригам своего зятя, евреябанкира, попал под суд
113
В.В. Каллаш
и был лишён баронства, которое всётаки осталось у его жены. При первом появлении своём в свете Илька попробовала отомстить своей сопернице, но неудачно и покончила самоубийством: титул не дал ей того, чего она ожидала — «ненужная победа».
От других рассказов этого периода «Ненужная по беда» отличается своим серьёзным, даже грустным тоном. История Ильки в общем трагична. Зайниц — лишний человек, жизнь которого складывается край не бессмысленно, который без цели и сознания всю ду вносит с собою разлад и горе. Его взгляды на жизнь отличаются крайним пессимизмом. Цвибушу и Ильке он, например, проповедует: «Жизнь — это такая отвратительная, мерзкая, тягучая ерунда, такая пошлая, бесцельная, необъяснимая чушь, которая не выносит сравнения даже с помойной ямой, которая выкопана для того, чтобы быть наполненной всякой гадостью».
Рассказ вообще написан в серых однообразных то нах, бесцветным книжным языком, не везде даже пра вильным. Некоторым исключением в этом отношении служит прелестная сказка [несколько напоминает «Дюймовочку» Андерсена], которую рассказывает Зай ниц Ильке. Она не везде выдержана, но в ней много счастливых выражений и ярких образов.
«Ты мне ужасно напоминаешь одну девушку, в кото рую я был влюблён в детстве. Девочки этой не было, она не существовала, но мне про неё каждый вечер рассказы вала моя няня. Я её воображал себе именно такой, как ты. Эта девочка, по словам моей няньки, жила в некото ром царстве, в некотором государстве, в большом тюль пане. Она сидела на пестике и поглядывала изза листи ков тюльпана на мир Божий. Занятия у неё были самые разнообразные. Она ухаживала за цветами, разливала
114
Литературные дебюты А.П. Чехова (критикобиблиографический очерк)
в бутылки росу, которую употребляла для ванн и питья, пела песни. Девочка эта, забыл тебе сказать, была рос том не более твоего мизинца. Ела она только мёд, кото рый носили ей пчёлы. Она одевалась в пурпурные лис тья маковых цветов. Специальность её была медицина. Она заговаривала зубы, перевязывала раны, приготовля ла капли и т.д. Одному кузнечику, который в схватке с па уком сломал себе ногу, она сделала операцию с такою ловкостью и с таким знанием, какому может позавидо вать даже Бильрот. Занимаясь медициной, она не брезго вала и другими ремёслами. Она обшивала бедных насе комых, починяла камергерские мундиры золотых жу ков, душегрейки божьих коровок… Насекомые уважали её, как мать родную, и любили её больше всего на свете. Ещё бы! Она совсем разорилась на нищихчервей, кото рые со всех сторон ползли к ней за подаянием, она поте ряла голос, читая проповеди насекомым. Проповеди её были верхом ораторского искусства. Из достоверных ис точников известно, что десять трутней, прослушав её проповедь «о лености», заплакали от угрызений совес ти. Она выдавала бабочек замуж, причём в приданое да вала им прекраснейшие кисейные платья. Она женила сверчков, строгонастрого приказывая им, чтобы они по ночам не беспокоили жён своим криком… Настоящая была мать! Является однажды к этой девочке тарантул и просит её, чтобы она заговорила ему зубы. Девочка за говорила ему зубы, и у паука моментально исчез с лица флюс. „Ладно, — сказал паук. — Спасибо. Я тебе за твою работу когданибудь соус из мухи пришлю… Послушай, гениальная мысль пришла мне сейчас в голову! Выходи за меня замуж! А? Выйдешь?“ Девочка засмеялась и сказа ла, что она ни в коем случае не может быть женой паука. „Я не люблю тебя, — сказал паук, — ты мне не нравишься, но я хочу брать дань с тех насекомых, которых ты ле
115
В.В. Каллаш
чишь, одеваешь, согласна?“ — спросил он девочку. „Не со гласна! Не заводи, паук, неудовольствий! Посмотри, сколько у меня защитников!“ Паук посмотрел и увидел не защитников, а трусов, которые были бледны и дрожа ли всем телом. Он громко засмеялся и на глазах всего на секомого мира зарезал своими скверными зубами бед ную девочку. Убив её, он спокойно отправился домой. Пчёлы сделали из воска гроб и положили в него девочку. Муравьи взялись выкопать могилу. За гробом шли кома ры, которые превосходно пели и играли на трубах. Золо той жук прочёл надгробное слово… Одним словом, по хороны вышли шикарные. Поминки были ещё лучше. Ели и пили все насекомые до боли в животах. После по минок насекомые выспались, поручили сороконожке со бирать на памятник и разлетелись по домам.
— И конец? — спросил Цвибуш.
— Что же тебе ещё нужно? — спросил барон. — Хо чешь, чтобы паука в тюрьму посадили? Держи кар ман! Нянька моя была отличный педагог. Она не лгала мне даже в сказках. У неё не торжествовала до бродетель. Паук и до сих пор сидит у себя в норе и ку шает соус из мух, а подлые насекомые, больные и изо рванные, небось чаще вспоминают о вкусных помин ках, чем о девочке. Царство тебе небесное, няня! Ты отлично знала природу!»
В следующем, 1883 году, Чехов принимает в «Бу дильнике» ещё более оживлённое участие. Под псев донимом «Брат моего брата» (его раскрыл нам брат покойного И.П. Чехов) он напечатал в № 19 (С. 147) и № 24 (С. 193) ряд злободневных набросков под за главием «Коечто» о гг. Лентовском, Егорове, Родоне, Гулевиче и т.д. Факты, послужившие поводом для них, слишком мелки и давно уже забыты, что делает эти статьи Чехова неинтересными и малопонятными.
116
Литературные дебюты А.П. Чехова (критикобиблиографический очерк)
Только одна их них, последняя, самая коротенькая, — «Картофель и тенор» заслуживает внимания самыми приёмами рассказа, совершенно чеховскими.
«Как иногда бывают вредны съестные запасы, мо жет засвидетельствовать следующая выписка из «Меди цинского свистуна» (С. 22): „На днях мне ещё раз при шлось убедиться во вреде крахмалистых веществ, — пи шет др Б. — Ко мне в поликлинику явился певец Шмов с жалобой на стеснение и судороги в горле. Осмотрев через зеркало его горло, я заметил у самых голосовых связок картофелину величиною с куриное яйцо; карто фелина уже разбухла и дала ростки. Отвечая на мои во просы, несчастный тенор сказал мне, что картофелина застряла у него в горле лет пять тому назад и уже пять раз давала плод (sic!). — За пять лет пять мешков карто феля выкашлял! — сказал он, горько улыбаясь.
Когда я предложил больному операцию, тот отка зался наотрез, сказав, что картофель нисколько не ме шает ему петь. Я попросил его спеть чтонибудь. Он лю безно согласился на мою просьбу и спел чтото из „Ка лиостро“. Действительно, голос его годился ещё для пения.
— А это ничего, что ваш голос несколько напомина ет голос молодого шакала? — спросил я его.
— Думаю, что ничего, — ответил мне певец“.
В № 30 (С. 265) напечатан рассказ «Приданое», ко торый в переработанном виде и с исключением под заголовка «История одной мании» вошёл в марксов ское издание сочинений Чехова (т. II).
«Осенью» (№ 37. С. 343—344) изображает деревен ский кабак и «прохвоста» из дворян, алкоголика, кото рый пропивает последнюю свою драгоценность — ме дальон с портретом любимой женщины. Вошедший потом в кабак мужик рассказывает историю «прохвос
117
В.В. Каллаш
118
та»: запил он, оказывается, потому, что ему изменила жена — убежала сейчас же после венчания к своему «аб лакату». Затем он поручился в банке за своего зятя и потерял все свои деньги. «Глупый человек за глупость и муки терпит. Жена со своим аблакатом детей прижи ла, зять около Полтавы имение купил, а наш ходит, как дурак, по кабакам, да к нашему брату мужику с жалобой лезет; «Потерял я, братцы, веру! Не в кого мне теперь, это самое, верить! Малодушество!»
Кабатчик из жалости предлагает «прохвосту» вы пить. «Барин подошёл к прилавку и с наслаждением выпил милостыню». Как милости он просит у кабат чика дать ему в последний раз полюбоваться портре том, но тот сцарапал ногтями лицо.
Рассказ оканчивается грустным аккордом, очень характерным для Чехова: «А дождь лил и лил… Холод становился всё сильней и сильней, и казалось, конца не будет этой подлой тёмной осени. Барин впивался глазами в медальон и всё искал женское лицо… Тухла свеча… Весна, где ты?»
Сценка «Относительно женихов» (№ 43. С. 403—
404) с небольшими переменами пошла во вторую часть рассказа «В бане», которым открывается марк совское издание сочинений Чехова.
Очерк «В Москве на Трубе» (№ 43. С. 417)
1
с незна чительными сокращениями и стилистическими поправками вошёл в третий том того же издания. В 50м номере (С. 509—511) помещён не перепечатан ный Чеховым рассказ «В рождественскую ночь» (по свящается М.П. Чехову). Он изображает тревогу жен щин, мужья которых отправились ловить рыбу в мо ре. Пошёл сильный дождь, начала разыгрываться бу
1
В Москве На трубной площади.
Литературные дебюты А.П. Чехова (критикобиблиографический очерк)
ря на море, можно было ожидать, что скоро начнёт ломаться лёд и рыбаки могут погибнуть. Весте с ры боловной артелью помещик Литвинов. Жена, не лю бившая его, пришла на берег моря вместе с другими женщинами. Все боятся за рыболовов, одна она не знает, чего желать — возвращения мужа или его смер ти. Литвинов вернулся, слегка пьяный, счастливый тем, что избавился от опасности и что его ждали в та кую ужасную непогоду.
«По его опьяневшему от счастья и вина лицу раз лилась мягкая, детски добрая улыбка. Его ждали на этом холоде, в эту ночную пору! Это ли не любовь? И он засмеялся от счастья…Пронзительный, душу раздирающий вопль ответил на этот тихий, счастли вый смех. Ни рёв моря, ни ветер — ничто не было в состоянии заглушить его. С лицом, искажённым от чаянием, молодая женщина не была в силах удержать этот вопль, и он вырвался наружу. В нём слышалось всё: и замужество поневоле, и непреоборимая анти патия к мужу, и тоска одиночества, и, наконец, рух нувшая надежда на свободное вдовство. Вся её жизнь с её горем, слезами и болью вылилась в этом вопле, не заглушённом даже трещавшими льдинами. Муж понял этот вопль, да и нельзя было не понять его». Сказав «пусть будет потвоему!» он пошёл к лодке и с больным дурачком Петрушей быстро пустился на встречу высоким волнам. Жене он успел крикнуть: «Прощай, Наташа! Пусть будет потвоему! Получай то, чего ждала, стоя здесь на холоде!» Издалека скоро донёсся до него надорванный, молящий голос: «Во ротись!»
«У Литвинова забилось сердце… Его ждала жена, а тут ещё на берегу в церкви зазвонили к Рождествен ской заутрени.
119
В.В. Каллаш
— Воротись! — повторил с мольбой тот же голос.
Эхо повторило это слово. Протрещали эти слова льдины, взвизгнул его ветер, да и рождественский звон говорил: «Воротись!»
— Едем назад! — сказал Литвинов, дёрнув дурачка за рукав.
Но дурачок не слышал. Стиснув зубы от боли и гля дя с надеждою вдаль, он работал своими длинными руками.
Ему никто не кричал «воротись!», а боль в нерве, начавшаяся сызмальства, делалась всё острее и жгу чее… Литвинов схватил его за руки и потянул их на зад, но руки были тверды, как камень, и нелегко бы ло оторвать их от вёсел. Да и поздно было. Навстре чу лодке неслась громадная льдина. Эта льдина долж на была избавить навсегда Петрушу от боли.
До утра простояла бледная женщина на берегу мо ря. Когда её, полузамёрзшую и изнемогшую от нравст венной муки, отнесли домой и уложили в постель, губы её всё ещё продолжали шептать: «Воротись!» В ночь под Рождество она полюбила своего мужа».
В 1884 году Чехов поместил в «Будильнике» девять статей. Первый номер открывается «Завещанием ста рого 1883 года», подписанным псевдонимом «Брат моего брата
»
. Находясь в здравом рассудке и полной памяти, несколько, впрочем, «под шефе», старый год завещает своему «любезнейшему сыну» прежде всего «весь земной шар с его пятью частями света, океана ми, Кордильерами, газетами, компрачикосами, Пари жем, кокотками обоих полов и всех возрастов, Север ным полюсом, персидским порошком, театром Мош нина, мазью Иванова, Шестёркиным, обанкротивши мися помещиками, одеколоном, крокодилами, Ок рейцем и проч.
»
.
120
Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]