Юридическое образование и юриспруденция в России в эпоху «великих реформ» (60-е – начало 80-х гг. XIX в.). Учебное пособие

Студенты второго курса изучали общественное право (преподававший его по 6 часов в неделю ординарный профессор В. Н. Лешкова называл так предмет, именовавшийся в Университетском уставе полицейским правом), историю римского права (лекции по этому предмету читал 3 часа каждую неделю в качестве «стороннего» (внештатного) преподавателя Н. И. Крылов), историю русского законодательства (лекции по ней читал 6 часов в неделю ординарный профессор И. Д. Беляев), государственное право (этот предмет преподавал по 4 часа в неделю ординарный профессор Б. Н. Чичерин), историю философии права (для чтения лекций по этой дисциплине 2 часа каждую неделю был приглашен ординарный профессор философии П. Д. Юркевич), политическую экономию (ее преподавал по 4 часа в неделю о. п. И. К. Бабст).

На третьем курсе студентам преподавались: римское право (по 3 часа в неделю, «сторонний преподаватель» Н. И. Крылов), уголовное право (лекции читал по 2 часа в неделю ординарный профессор С. И. Баршев), гражданское право (лекции по 3 часа в неделю читал исправляющий должность экстраординарного профессора В. Н. Никольский), финансовое право (по 6 часов в неделю и. д. э. п. Ф. Б. Мильгаузен), судебная медицина (ее преподавал по 4 часа в неделю старший преподаватель В. А. Легонин), история важнейших иностранных законодательств древних и новых (лекции читал по 4 часа в неделю и. д. э. п. Ф. М. Дмитриев).

Указанный предмет преподавался Ф. М. Дмитриевым и студентам четвертого курса (и также по 4 часа в неделю). Кроме того, студенты последнего года обучения слушали лекции: о. п. С. И. Баршева по уголовному судопроизводству (3 часа в неделю), и. д. э. п. В. Н. Никольского по гражданскому судопроизводству (3 часа в неделю), Н. И. Крылова по римскому праву (5 часов в неделю), о. п. М. Н. Капустина по международному праву (3 часа в неделю).

С 1868/1869 года на юридическом факультете стала преподаваться русская словесность (приват-доцент Н. С. Тихонравов). Курс истории средних веков начал читать ординарный профессор В. И. Герье. Для преподавания курса гражданского судопроизводства был приглашен бывший преподаватель юридического факультета СанктПетербургского университета, а с 1866 года член Московского Окружного суда ординарный профессор А. И. Вицын.

«Именной список ординарных и экстраординарных профессоров императорского Московского университета, состоящих к 1-му янва-

ря 1872 года» показывает, что на юридическом факультете в это время преподавало восемь профессоров: один — заслуженный (В. Н. Лешков) и семь ординарных профессоров (С. И. Баршев, И. К. Бабст, И. Д. Беляев, Ф. Б. Мильгаузен, В. Н. Никольский, Н. К. Соколов и В. И. Сергеевич).

Согласно же «Именному списку ординарных и экстраординарных профессоров императорского Московского университета, состоящих к 1-му января 1874 года» среди преподавателей юридического факультета было шесть профессоров: трое — заслуженных (Ф. Б. Мильгаузен — декан факультета, С. И. Баршев и В. Н. Лешков) и трое — ординарных профессоров (И. К. Бабст, Н. К. Соколов и В. А. Легонин). Если учесть, что Виктор Алексеевич Легонин являлся ординарным профессором судебной медицины, Иван Кондратьевич Бабст — ординарным профессором политической экономии и статистики, а Николай Кириллович Соколов — ординарным профессором церковного права, то нельзя не прийти к выводу, что юридический факультет Московского университета был в это время весьма скуден правоведами. В 1874 году И. К. Бабст оставит службу

вМосковском университете, а Н. К. Соколов умрет, не дожив года до 50 лет. 11 января 1878 г. уйдет из жизни 57-летний Федор Богданович Мильгаузен.

Конец 60-х – 70-е годы XIX века были в истории юридического факультета императорского Московского университета скорее временем утрат, чем приобретений. На протяжении десяти лет факультет лишился по разным причинам целой плеяды выдающихся правоведов.

20 июля 1868 года Министерство народного просвещения уволило из Московского университета на основании прошений об отставке Ф. М. Дмитриева и Б. Н. Чичерина. Причиной увольнения профессора Дмитриева было ухудшение состояния его здоровья. Профессор Чичерин ушел в отставку по другой причине. Его уход — целая история, настоящая драма. Она интересна уже тем, что показывает такие подробности внутренней жизни юридического факультета Московского университета, которые невозможно увидеть

вдокументах или в официальных «отчетах о состоянии и действиях» этого учебного заведения.

Особую драматичность этой истории придавала сама личность Бориса Николаевича Чичерина: он был не просто ученым правоведом, автором целого ряда крупных научных трудов. Он был выдающимся преподавателем, мыслителем и публицистом, гражданином

и патриотом1 — одним словом: русским культурным деятелем в самом глубоком и широком значении этих понятий2. С юридическим факультетом Московского университета были связаны двадцать три года его жизни, протекших с тех пор, как вошел он в его стены студентом.

1 ноября 1865 года Борис Николаевич был удостоен Советом Санкт-Петербургского университета степени доктора государственного права3, а Совет Московского университета избрал его на должность ординарного профессора по кафедре государственного права. В 1866 году Б. Н. Чичерин успешно защитил докторскую диссертацию «О народном представительстве». Казалось, его карьера складывалась в высшей степени удачно. Однако в это время уже разгорался конфликт, который побудил молодого талантливого профессора покинуть университет.

В декабре 1865 года закончился пятилетний срок службы престарелых профессоров юридического факультета Меншикова и Лешкова, занимавшего должность декана. По университетскому уставу, профессора, прослужившие двадцать пять лет, могли избраться на новый пятилетний срок только в случае, если получали за это избрание две трети голосов членов Совета факультета. Это правило было установлено с целью парализовать слишком привычное во всякой замкнутой корпорации кумовство и очистить место для новых людей. Лешков же и Меншиков прослужили уже по тридцать лет. При избрании в Совете 22 января 1866 года на новый пятилетний срок они были отстранены от участия в голосовании на том основании, что срок их полномочий истек еще месяц назад. По результатам голосования Меншиков не получил даже простого большинства, а Лешкову не хватило одного голоса до двух третей. После этого со-

1Возвышенным словосочетанием «Русский патриот» Б. Н. Чичерин подписывал в конце XIX – начала XX в. свои публицистические статьи. Он был одних из тех русских интеллигентов, кто пытался соединить либерализм с патриотизмом.

2Подробный биографический очерк о Б. Н. Чичерине см. в издании: Томсинов В. А. Российские правоведы XVIII–XX веков: Очерки жизни и творчества. В двух томах. М.: Зерцало, 2007. Том 1. С. 422–455.

3Вместе с Б. Н. Чичериным на этом заседании Совета Санкт-Петербургского университета баллотировался на степень доктора гражданского права К. Д. Кавелин. При подведении итогов голосования оказалось: Чичерин был избран на ученую степень доктора государственного права большинством пятнадцати избирательных шаров против одиннадцати неизбирательных. Кавелин получил десять избирательных и шестнадцать неизбирательных шаров (Извлечение из журналов собраний Совета императорского С.-Петербургского университета // ЖМНП. 1866. Ч. 129. Отдел 2. С. 428.

стоялись выборы на должность декана юридического факультета, и большинство Совета проголосовало за профессора Б. Н. Чичерина. «Лично мне этот выбор был неприятен, — писал впоследствии Борис Николаевич об этой истории в своих мемуарах. — Должность декана влекла за собою участие в хозяйственных делах университета, которыми заведовало Правление, разбор массы мелких студенческих дел и просьб, а, главное, значительное сокращение каникул, которыми

яочень дорожил. Приходилось жертвовать и временем потребным для ученой работы и любимою мною деревенскою жизнью для всякого рода мелочных хлопот. Я бы очень рад был оставить Лешкова деканом, лишь бы он перестал быть профессором. Но отказываться

ябыл не вправе. Друзья мои радовались тому, что влиятельное место в юридическом факультете, а с тем вместе и в университете, получил человек из нашего кружка»1.

Но события повернулись вскоре таким образом, что о деканстве Чичерину пришлось забыть. В. Н. Лешков не согласился с отстранением его от участия в голосовании и опротестовал результаты прошедших в Совете юридического факультета выборов. Министерство народного просвещения его поддержало, решив, что «кончившие срок службы профессора все-таки сохраняют права профессоров до тех пор, пока не будут забаллотированы». В результате 14 мая 1866 года приказом министра народного просвещения Д. А. Толстого деканом юридического факультета на три года (с 16 апреля 1866 г.) был утвержден профессор, действительный статский советник В. Н. Лешков.

Б.Н. Чичерин и целая группа других профессоров восприняли это решение как «нечто чудовищное, неслыханное» в практике русских учреждений. Почти год длилось их препирательство с Министерством народного просвещения и руководством Московского университета. Натолкнувший на нежелание начальства даже просто выслушать разумные доводы, они подали в начале февраля 1867 года в отставку.

Данное событие вызвало большой резонанс не только в Московском университете, но и во всем русском образованном обществе. Историк В. О. Ключевский, заканчивавший в то время обучение в магистратуре историко-филологического факультета, воспринял его как личную драму. 9 февраля 1867 года он сообщал своему товарищу, однокласснику по Пензенской духовной семинарии, П. П. Гвоз-

1Воспоминания Бориса Николаевича Чичерина. Московский университет / Вступительная статья и примечания С. В. Бахрушина. М., 1929. С. 168.

деву: «Пишу тебе неожиданно по поводу дела, которого ты, конечно, предвидеть не мог. Пишу с стесненным сердцем, с тяжестью на душе, какую я испытывал только в самые тяжелые минуты жизни. Забудь на время все свои текущие интересы, очисть душу от ежедневных впечатлений, сделай ее белым листом, и тогда почувствуешь, сознаешь весь истинный смысл того, что я имею передать тебе. Перенесись мыслью в наш университет, припомни кое-что из говоренного тебе мною и внемли: Сол[овьев], Чич[ерин], Дмитр[иев], Кап[устин], Рачин[ский] и Баб[ст[ подают в отставку, вследствие гадостей, сделанных им большинством совета, и—и—одобрения этих гадостей министром. Во главе этого гадкого большинства стоят ректор (С. И. Баршев. — В. Т.), Леонтьев, Юркевич и Любимов… Большинство выходящих принадлежит юрид[ическому] факультету, и после них смотри, кто остается на этом и без того бедном профессорами факультете старейшего русского университета: дура ректор, совершенно тупой Никольский (проф[ессор] гражданского права), меньше чем недалекий Беляев, да ни рыба, ни мясо Мильгаузен, проф[ессор] финанс[ового] права»1. Оценки, которые Ключевский раздает профессорам юридического факультета — С. И. Баршеву, Д. И. Беляеву, В. Н. Никольскому — в высшей степени субъективны, но они хорошо показывают, какое впечатление производил в то время юридический факультет Московского университета на талантливого молодого историка.

Университетскому начальству удалось, в конце концов, уговорить Б. Н. Чичерина и других профессоров, выступивших против нарушения законности при выборах декана юридического факультета, не покидать Московского университета. Однако это лишь отложило их увольнение.

Убедившись, что никаких мер по исправлению сложившейся ситуации так и не было предпринято, Борис Николаевич в самом конце 1867 года покинул юридический факультет Московского университета. Он хотел дочитать свой курс и выступить перед студентами за несколько дней до Рождества с прощальной лекцией, но не получил на это разрешения от университетского руководства, опасавшегося, что прощание профессора со студентами может вылиться в митинг. Чичерин вынужден был проститься со своими студентами письмом. «Честь и совесть не дозволяют мне долее оставаться

1Ключевский В. О. <Московский университет в письмах и записках> // Московский университет в воспоминаниях современников. Сборник / Составитель Ю. Н. Емельянов. М., 1989. С. 434–435.

на соискание степени доктора государственного права. Она была написана на тему: «Задача и метода государственных наук»1.

Через месяц после защиты докторской диссертации В. И. Сергеевич был утвержден в должности экстраординарного профессора юридического факультета Московского университета по кафедре государственного права. Спустя пять месяцев после этого — 9 октября 1871 года — он стал ординарным профессором по той же кафедре. Но в мае 1872 года В. И. Сергеевич был единогласно избран на должность ординарного профессора императорского СанктПетербургского университета по кафедре истории русского права, освободившейся в связи с уходом из университета профессора М. М. Михайлова (1827–1891). В августе он переехал из Москвы

вСанкт-Петербург.

Вконце 1865 года истек срок пребывания по избранию в должности ординарного профессора по кафедре римского права Н. И. Крылова. На новый срок он отказался баллотироваться. В связи с этим юридический факультет обратился 18 декабря в Университетский совет со следующим ходатайством: «Имея рассуждение о замещении вакантной кафедры римского права, по тому случаю, что заслуженный профессор Никита Иванович Крылов отказался баллотироваться на продолжение службы, члены юридического факультета, не имея в виду ученого, который бы в настоящее время с пользою мог занять означенную кафедру, и высоко ценя и уважая глубокие научные познания и всем известные преподавательские способности профессора Крылова и желая удержать его хотя на время при университете, единогласно пришли к тому заключению, чтобы просить профессора Крылова о продолжении чтений при университете в качестве стороннего преподавателя, пока имеющийся в виду ученый окончательно приготовится к занятию кафедры римского права»2. Университетский совет поддержал ходатайство юридического факультета и, получив согласие Н. И. Крылова на указанное предложение, обратился к попечителю Московского учебного округа с просьбой исходатайствовать у министра дозволение Крылову завершить чтение лекций по римскому праву во втором полугодии 1865/1866

1См. характеристику магистерской и докторской диссертации В. И. Сергеевича, а также других его трудов в посвященном ему биографическом очерке: Томсинов В. А. Российские правоведы XVIII–XX веков: Очерки жизни и творчества. Том 1. С. 479–509.

2Извлечение из протоколов заседаний Совета императорского Московского университета // ЖМНП. 1866. Ч. 130. Отдел 2. С. 193.

учебного года и продолжать его в качестве стороннего преподавателя в 1866/1867 учебном году, с выдачей ему за такое преподавание содержания, присвоенного званию ординарного профессора по штату 1863 года1.

Н. И. Крылов читал лекции по истории и догме римского права как сторонний (внештатный) преподаватель по 1871/1872 учебный год. После его окончательного ухода из Московского университета преподавание римского права было поручено в качестве стороннего преподавателя Н. П. Боголепову, который летом 1873 года выдержал магистерский экзамен.

В 1873 году юридический факультет лишился ординарного профессора Ивана Дмитриевича Беляева2, умершего в расцвете своих творческих сил возрасте 63 лет. Кафедру истории русского права занял его ученик С. А. Петровский. Но ни он, ни сменивший его по этой кафедре в 1878 году П. Н. Мрочек-Дроздовский не смогли заменить в этой науке своего учителя.

Недолго преподавал на юридическом факультете и выделявшийся своими талантами Сергей Андреевич Муромцев3. Он окончил факультет в 1871 году. 5 апреля 1875 года успешно защитил магистерскую диссертацию «О консерватизме римской юриспруденции: Опыт по истории римского права». 21 апреля того же года Совет Московского университета утвердил его в степени магистра и избрал на должность доцента юридического факультета по кафедре римского права.

2 сентября 1875 года началась преподавательская деятельность С. А. Муромцева в Московском университете: он прочитал студентам-юристам вступительную лекцию своего курса «Римское право как предмет науки».

27 ноября 1877 года С. А. Муромцев успешно защитил в публичном заседании юридического факультета Московского университета диссертацию на степень доктора гражданского права под названием: «Очерки общей теории гражданского права». 3 декабря Совет Московского университета утвердил его в степени доктора гражданского права. В день защиты своей докторской диссертации С. А.

1Извлечение из протоколов заседаний Совета императорского Московского университета // ЖМНП. 1866. Ч. 130. Отдел 2. С. 193–194.

2См. о нем: Томсинов В. А. Иван Дмитриевич Беляев (1810–1873): к двухсотлетию со дня рождения // Законодательство. 2010. № 4. С. 88–94; № 5. С. 88–94.

3См. биографический очерк о С. А. Муромцеве в издании: Томсинов В. А. Российские правоведы XVIII–XX веков: Очерки жизни и творчества. М.: Зерцало, 2007. Том 2. С. 21–63.

Муромцев был избран Советом факультета на должность экстраординарного профессора по кафедре римского права. 10 декабря 1877 года Университетский совет подтвердил баллотировкой это избрание, а 22 февраля 1878 года избрал С. А. Муромцева на должность ординарного профессора по кафедре римского права.

20 февраля 1880 года Сергей Андреевич был избран председателем Юридического общества при императорском Московском университете. 5 февраля 1881 года его избрали проректором Московского университета на трехлетний срок, однако пробыл он на этой должности недолго. После убийства императора Александра II в Московском университете начались волнения среди студентов. Проректор Муромцев не хотел принимать никаких мер к студентам, превращавшим учебное заведение в политический клуб. И это дало основание обер-прокурору Синода К. П. Победоносцеву при докладе императору Александру III о студенческих волнениях в Московском университете обвинить его в потворстве бунтовщикам. И хотя разбирательство, проведенное по распоряжению Александра III попечителем Московского учебного округа гр. П. А. Капнистом, опровергло это обвинение и действия Муромцева в качестве проректора университета были одобрены, он подал 30 мая прошение об отставке с поста проректора, которое было удовлетворено 24 августа 1881 года.

С самого начала своей преподавательской деятельности профессор Муромцев открыто проявлял себя сторонником университетской автономии. Он был ярым противником нового университетского устава, проект которого, предполагавший существенное ограничение университетских свобод, с октября 1883 года обсуждался в Государственном Совете. Эта позиция Сергея Андреевича скорее всего и стала главной причиной его увольнения из Московского университета. Распоряжение министра народного просвещения об отставке Муромцева от должности ординарного профессора университета было подписано 19 июля 1884 года, а новый университетский устав был утвержден императором спустя месяц с небольшим — 23 августа того же года.

Таким образом, с конца 60-х и до начала 80-х годов XIX века юридический факультет Московского университета покинуло по разным причинам восемь ведущих профессоров (Б. Н. Чичерин, Ф. М. Дмитриев, И. Д. Беляев, В. И. Сергеевич, Н. И. Крылов, М. Н. Капустин, С. А. Муромцев, Ф. Б. Мильгаузен), имевших огромный творческий потенциал и определявших собой духовную атмосферу этого учебного заведения. С их уходом юридический факультет заметно обеднел.

И эти потери стали одной из главных причин утраты им первенства среди юридических заведений. Центр российского юридического образования переместился к началу 80-х в Санкт-Петербург, где блистали своими преподавателями императорский университет и императорское Училище правоведения.

§5. Преподавание юридических наук

вСанкт-Петербургском университете

в60-е – начале 80-х годов XIX века

Для императорского Санкт-Петербургского университета введение в действие нового Университетского устава означало его открытие после более чем полуторагодичного перерыва. Студенческие волнения, охватившие осенью 1861 года Санкт-Петербургский университет, заставили правительство признать его существование на прежних основаниях вредным для обучающегося в нем юношества. Изданным 20 декабря 1861 года Именным указом императора Александра II Санкт-Петербургский университет был закрыт «впредь до пересмотра Университетского устава» и до высочайшего утверждения тех изменений, которые Его Величество сочтет полезным допустить в нем1.

В результате после открытия Санкт-Петербургский университет оказался в тяжелом положении: большинство кафедр, предусмотренных новым Общим уставом императорских российских университетов, не имели профессоров. Из преподавателей юридических наук, работавших в университете до его закрытия, к июлю 1863 года оставались в штате трое: ординарный профессор общенародного правоведения (международного права) Игнатий Иакинфович Ивановский (1807–1886)2, ставший после открытия Санкт-Петербургского университета деканом юридического факультета3, адъюнкт Михаил Михайлович Михайлов (1827–1891), читавший с 1857/1858 учебного года

1Именной указ, объявленный Сенату Министерством народного просвещения, 20 декабря 1861 года «О закрытии С.-Петербургского университета впредь до пересмотра Университетского устава и выдаче пособий студентам, желающим переселиться в другие университетские города» // 2-ПСЗРИ. Том 36. № 37766. С. 629.

2См. о нем в книге: Томсинов В. А. Юридическое образование и юриспруденция в России во второй трети XIX века. М.: Зерцало-М, 2010. С. 108–110.

319 мая 1866 года он был избран Советом Санкт-Петербургского университета на новый срок. Это избрание было утверждено 28 мая приказом управляющего Министерством народного просвещения (Извлечение из журналов Совета