Эволюция правовой политики в отношении криминальной сферы в процессе развития российского государства. Монография

не индивидуального, а массового конфликта интересов общества и государства, так как общество может и не признать такую позицию законодателя в силу различных причин: исторических и национальных традиций, уровня развития общественного правосознания и социальной активности населения, экономической ситуации в стране и т. д. и т. п. В частности, в некоторых ситуациях исторические традиции могут служить препятствием для установления уголовноправового запрета, поскольку запрещаемое деяние может быть традиционно-исторически признаваемо не только правомерным, но и необходимым (например, калым), в связи с чем уголовно-правовая новелла окажется мертворожденной, так как находясь под влиянием исторических традиций, человек будет вынужден выбирать между различными социальными нормами. В такой ситуации, когда правовому воздействию противостоит моральное воздействие группы, выбор зачастую оказывается не в пользу правовых норм, в первую очередь ввиду реальной неотвратимости широкого спектра групповых санкций, чего, увы, не может продемонстрировать правовое воздействие.

Закон, если он не находит одобрения в общественном правосознании, будет нарушаться без всякого морального осуждения со стороны окружающих, так как в российском правовом сознании право практически отождествляетсясосправедливостью,отсутствие(реальное или предполагаемое) последней в законе является достаточным основанием этот закон не исполнять108. Подобное чревато ситуацией, о которой К. Маркс писал так:«Народвидитнаказание,ноневидитпреступления,

108 Полныйкурсуголовногоправа:в5т./подред.докт.юрид.наук,проф., заслуженного деятеля науки РФ А. И. Коробеева. Т. I: Преступление и наказание. СПб. : Изд-во Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2008. С. 139.

91

и именно потому, что он видит наказание там, где нет преступления, он перестает видеть преступление там, где есть наказание»109.

Признание того или иного поведения криминальным представляет своего рода компромисс между историческими традициями признания тех или иных поведенческих форм нежелательными, общественно опасными для государства и общества, идеологическими представлениями о недопустимости тех или иных форм поведения, определенной унификацией правовых систем, декларирующих те или иные формы поведения как общественно опасные. Соответственно криминализация того или иного деяния может получить объяснение только на основе осмысления культурных ценностей общества, в котором существует тот или иной уголовно-правовой запрет. Вне указанного контекста правильное понимание его весьма проблематично, а порой и вовсе невозможно, вследствие чего происходит «вымывание» из-под уголовного права более глубокого нормативного слоя и тем самым разрушение убеждения, которое вместе с принуждением образует фундамент уголовно-правового регулирования общественных отношений.

Таким образом, исследование представлений о сущности криминального поведения позволяет сделать вывод о том, что ни один вид человеческого поведения не является преступным, противоправным, антиобщественным только в силу внутренних, изначально присущих поведенческому акту свойств, независимо от того, как его оценивает общество. Характер оценки поведения обусловлен изменениями определяющих его социальных условий. Объявляя то или иное

109 Цит. по: Коган В. М. Социальный механизм уголовно-правового воздействия. М. : Наука, 1983. С. 125.

92

деяние преступным, уголовный закон формулирует либо дополняет систему социальных (культурных) ценностей, служащих центром объединения большинства членов общества. Сущность преступного поведения в данном случае проявляется в отрицании доминирующих культурных ценностей, т. е. в форме конфликта доминирующей в обществе и пользующейся поддержкой государства культуры и индивидуальной культуры преступника.

93

Глава II

СОДЕРЖАНИЕ УГОЛОВНОЙ ПОЛИТИКИ РОССИИ НА РАЗЛИЧНЫХ ИСТОРИЧЕСКИХ ЭТАПАХ

§1. Уголовная политика и ее роль

вмеханизме противодействия криминальной сфере

Полномасштабная криминализация, захлестнувшая российское общество начиная с 90-х гг. прошлого века, как нам представляется, не просто взрыв преступности, коррупции, а качественно новое явление и по масштабу, и по степени разрушительного влияния как на жизнедеятельность граждан, так и на функционирование и безопасность государства в целом, оказавшегося абсолютно не готовым к эскалации данного явления.

Несмотря на усилия, прилагаемые российскими учеными в поисках концепции, которая позволила бы остановить дальнейшую криминализацию общества, реальность не вполне соответствует ожиданиям. Мы разделяем мнение многих ученых, которые считают, что одной из причин кризисного состояния в сфере правопорядка не в последнюю очередь выступает отсутствие грамотной, четко сформулированной и реальной уголовной политики, являющейся краеугольным камнем деятельности государства в рассматриваемом направлении.

94

Насегодняшнийденьимеетместообъективнаянеобходимость формирования уголовной политики, основанной на учете современных реалий, в том числе объективной необходимости перехода к иным средствам как стратегического, так и тактического реагирования на криминальное поведение. И хотя всех государственных возможностей в этом плане она не исчерпывает, тем не менее именно уголовной политике принадлежит наиболее заметная роль в обеспечении деятельности, направленной на нейтрализацию криминальной сферы общества.

Следует отметить, что феномен политики (уголовной политики) с древнейших времен традиционно находится в сфере научных интересов. Начиная XIX в. к вопросам уголовной политики обращались в своих работах такие известные авторы, как Э. Ферри, Ф. Лист, М. П. Чубинский, С. К. Гогель. Проблемам формирования и реализации уголовной политики посвятили свои труды многие ученые современности. В частности, проблемам уголовной политики уделяли внимание Н. А. Беляев, С. С. Босхолов, Л. Д. Гаухман, Н. И. Загородников, И.Э.Звечаровский, И. А. Исмаилов, А.И.Коробеев, В. М. Коган, М. А. Кочубей, В. Н. Кудрявцев, Л. М. Колодкин, Н. А. Лопашенко, Г. М. Миньковский, А. В. Наумов, П. Н. Панченко, А. А. Пионтковский, Б. Т. Разгильдиев и многие другие.

Однако несмотря на многочисленность проведенных и проводимых исследований, четкого и соответствующего сегодняшним реалиям представления о феномене соответствующей государственной политики не выработано. Следует отметить, что до сих пор отсутствует единство мнений в вопросе о содержании этого понятия, его значении и соотношении с иными родственными, так называемыми смежными понятиями,

95

такими, например, как «политика противодействия преступности», «криминологическая политика», «уголовно-правовая политика» и др. Н. А. Лопашенко в этой связи справедливо отмечает, что «…концепция уголовно-правовой политики, ее понятие, содержание, направления, приоритеты и формы реализации трактуются по-разному, иногда диаметрально противоположно. В конечном счете, это сказывается на уровне применения уголовного закона и ослабляет борьбу с преступностью»110.

На наш взгляд, для того, чтобы разобраться в этом множестве взглядов и представлений о содержании и сущности исследуемых понятий, необходимо исходить из лежащего в основе общественного заказа, который должен быть удовлетворен посредством адекватной деятельности государства. Потребность общества в защите от воздействия криминальной сферы предопределяет необходимость и пределы государственной деятельности в этой сфере. Объединить на научной основе все усилия государства и общества в целях нейтрализации негативного воздействия криминальной сферы, обеспечить их максимальную организованность, целенаправленность и эффективность и должна соответствующая государственная политика.

В специальной научной литературе обращается внимание на сложность отражения существа исследуемого понятия в соответствующей дефиниции ввиду необычной содержательности отражаемого явления, его многоаспектности. В работах одного только В. И. Ленинамыможемобнаружитьсовершенноразличныеееобозначения, употреблявшиеся применительно к сферам, в рамках которых осуществлялось уголовно-правовое

110 Лопашенко Н. А. Основы уголовно-правового воздействия: уголовное право, уголовный закон, уголовно-правовая политика. СПб., 2004. С. 262–263.

96

воздействие, например «концентрированное выражение экономики», «наука и искусство», «отношения между классами», «участие в делах государства», «фактическая судьба миллионов»111 и т. д.

Следует отметить, что идентичное состояние наблюдается и применительно к понятию «уголовная политика». В частности, один из ученых, занимавшихся исследованием данной проблемы, C. B. Иванов, отмечает, что «…в отечественной литературе можно найти более ста двадцати определений уголовной политики»112.

В настоящее время термин «политика» используется в научной литературе в различных значениях: социологическом, экономическом, этическом, субстанциональном, институциональном, процессуальном (деятельностном)113 и др. Вместе с тем все-таки чаще всего он употребляется в деятельностном и институциональном значениях.

В частности, А. И. Демидов определяет политику как «…объективно обусловленное и целенаправленное участие больших масс людей, организованных социальных групп в делах государства, в решении проблем, относящихся к жизни общества в целом, с помощью использования властных механизмов»114. Б. Т. Разгильдиев утверждает, что политика — это «…основанная на нормах нравственности деятельность органов власти по сбалансированному обеспечению интересов личности, общества и государства либо отражение этой

111 Последовательно: Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 42. С. 278; Т. 41.

С. 65; Т. 43. С. 72; Т. 33. С. 340; Т. 40. С. 13, 11, 32.

112 ИвановC.B.УголовнаяполитикаРоссийскойФедерации:политологокриминологический и уголовноправовой аспекты : автореф. дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2006. С. 12.

113 См.: Демидов А. И. Политика: понятие и природа // Российская право-­ вая политика : курс лекций / под ред. Н. И. Матузова, A. B. Малько. М., 2003. С. 3.

114 Российская правовая политика : курс лекций / под ред. Н. И. Матузо-

ва, A. B. Малько. М., 2003. С. 4.

97

деятельности»115. А. В. Малько и К. В. Шундиков определяют политику как «…сферу деятельности, связанную с реализацией потребностей и интересов различных групп людей, стержнем которой являются завоевание, удержание и использование государственной власти»116.

В то же время ряд исследователей не разделяет указанные значения в качестве обособленного понимания. Деятельное и институциональное начала ими рассматриваются в качестве признаков политики. Динамическое начало выражается в том, что политика проявляется в форме рациональной деятельности, направленной на удовлетворение политических потребностей тех или иных социальных субъектов, а институциональное в том, что политика предстает в форме совокупности теорий, идей, взглядов, концепций, точек зрения, имеющих политический характер117. Институциональный аспект политики предопределяет нормативное оформление отношений, складывающихся в этой сфере (институализацию). Таким образом, политика представляет собой разветвленную сеть взаимодействий, взаимозависимостей и организаций, структурирующих общество, стабилизирующих отношения в нем, создающих возможность контроля и предвидения действий участников, выражения и защиты их прав118.

115 Разгильдиев Б. Т. Уголовно-правовая политика: понятие и содержание // Правовая политика и правовая жизнь. 2000. № 11. С. 134.

116 Малько A. B., Шундиков К. В. Цели и средства в праве и правовой политике. Саратов : СГАП, 2003. С. 197.

117 См.: Политология : учебник для вузов / под ред. В. Н. Лавриненко. 2-е изд. М., 2002. С. 15.

118 См.: Политическая и правовая жизнь модернизирующегося общества : сб. очерков / [А. И. Демидов и др.]. Пенза, 2002. С. 13.

98

В рамках вопроса о соотношении понятий «политика» и «государственная политика» в научных кругах также высказываются неоднозначные суждения. По мнению одних исследователей, государственная и политическая власти тождественны друг другу. Есть мнение, что политическая власть шире государственной, так как ее могут осуществлять и негосударственные образования — организации, партии, движения и т. д. По нашему мнению, более предпочтительно суждение о том, что любая деятельность приобретает собственно политический смысл только в результате ее прямого или косвенного соприкосновения с властью, поэтому вне государства либо связи с государственной властью политика существовать не может. Несмотря на отсутствие в толковых философских, политологических, политических, юридических словарях понятия «государственная политика», его толкование, в конечном счете, сводится именно к государственной политике.

Учитывая тождественность понятий «политика» и «государственная политика», следует отметить, что в юридической науке отчетливо сформировалось непротиворечивое убеждение о понимании правовой политики как особенного по отношению к общему понятию государственной политики, которая существует наряду с экономической, социальной и прочими видами государственной политики119. Также, если исходить из того, что правовая политика — часть государственной политики, представляется возможным рассматривать ее в рамках деятельностного и институционального аспектов.

119 См.: Матузов Н. И. Научно-методологический семинар «Обсуждение Концепции правовой политики». Доклад // Правовая политика и правовая жизнь. 2004. № 3. С. 183.

99

В русле деятельностного понимания «правовая политика — это управленческо-организационная и регулятивно-контрольная деятельность субъектов политики, опирающаяся на юридический инструментарий, охватывающая правовую жизнь государства, имеющая своей конечной целью становление устойчивых политико-правовых режимов законности и правопорядка»120. В институциональном аспекте правовая политика предстает в форме комплекса целей, задач, мер, программ и установок, реализуемых в правовой сфере посредством права.

Деятельность государства, направленную на противодействие преступности, принято именовать уголовной политикой. Представляется, что термины «уголовная политика» и «государственная политика в сфере борьбы с преступностью» или, как предлагается нами, «правовая политика в отношении криминальной сферы», по сути своей тождественны, прежде всего исходя из того, что поскольку политика определяется и реализуется государством, эта политика — государственная. В данном аспекте уголовная политика, безусловно, будет являться частью правовой политики государства, поскольку «…правовая сторона преступности немедленно обнаруживается при сколько-нибудь серьезном изменении уголовного законодательства»121.

Таким образом, на основе проведенного анализа понятий государственной политики, правовой политики и уголовной политики можно сделать ряд промежуточных выводов. Во-первых, основываясь на посылке, что вне государства, вне связи с государственной

120 Киреева С. А. Межгосударственная интеграционная деятельность как выражение внешней функции Российского государства / под ред. Н. И. Матузова. Саратов, 2005. С. 182.

С. 174. 121 Кузнецова Н. Ф. Преступление и преступность. М. : МГУ, 1969.

100