Что такое анафема

Итак, слово анафема имело смысл прокляB тия только в иудаизме и, отчасти, в католичеB стве, но отнюдь не в Православии.

Православному сознанию настолько претит желание духовного и физического зла человеB ку, что один из богословов полагает, что бибB лейский смысл даже такого слова, как прокля тие, не следует понимать как насылание зла на человека: «Проклятие означает только, что нечто предоставляется своей судьбе, лишается поддержки: «проклинаю» — значит «отлучаю». Так что делать пугало даже и из такого слова, как проклятие, совсем не следует. Это страшB ное слово, но оно не обнаруживает никакой активной жестокости. И если Судия говорит грешникам «проклятые», то это значит только «отлученные от Меня, предоставленные самим себе»*.

Похоже, что об этом знала Е. Блаватская. Говоря о том, что спиритуализм (как практиB ка общения с душами умерших) никогда не

* Kн. Михаил (Грибановский). Письма // ПравославB ная община, 1995, №25. С. 79–80.

поощрялся на Востоке, она употребляет именB но этот термин: «Теософы имели смелость утB верждать, что вера в проникновение бестелесB ных человеческих духов всегда была anathema maranatha (предметом осуждения) на Востоке». Перевод этого выражения апостола из Первого Послания к Kоринфянам (см. 1 Кор. 16, 22) почти верен. Во всяком случае, стоит отметить, что оно в данном случае не переведено Блаватской как «предмет проклятия». Остается только уточнить, что апостол соединяет воедино греческое слово и арамейское, что вместе дает смысл «Да будет отлучен до пришествия Господа», то есть до СуB да. Полный стих: Kто не любит Господа Иису са Христа, анафема, маран афа (1 Kор. 16, 22).

Понятно, что было бы абсурдом переводить это Павлово выражение как «Kто не любит Господа нашего Иисуса Христа — да будет проклят до дня Его пришествия». Церковь отB деляет от себя того, кто живет совсем другим, чем христиане, — но она не берет на себя проB изнести над ним последний суд. Ни апостолы, ни иерархи, но лишь Сам Христос имеет право

(см. Ин. 5, 27) сказать: идите от Меня, прокля тые (Мф. 25, 41).

желания погибели им. С гневом Спаситель отB страняет предложение апостола Петра уклоB ниться от Kреста, но вряд ли разумно допущеB ние, будто Христос в эту минуту ненавидел и проклинал самого Петра.

Естественно, что попытка оккультистов внедрить в сознание верующих людей свой миB стический атеизм и через него «удалить тебя от Бога» вызвала реакцию отторжения у СобоB ра. И Собор сказал то, что можно и должно скаB зать христианину в таких случаях и пример чего мы видим уже в словах апостола Иоанна о гностиках: Они вышли от нас, но не были на ши: ибо если бы они были наши, то остались бы с нами; но они вышли, и через то откры лось, что не все наши (1 Ин. 2, 19).

Зачем же после ухода еретика бывает нужB но гласное объявление об его отпадении от ЦеркB ви? Чтобы ответ на этот вопрос стал яснее, предB варим его другим: зачем в Церкви существует противоположная практика канонизации свяB тых? «Церковная канонизация, акт, обращенB ный к земной Церкви, руководствуется релиB гиозноBпедагогическими, иногда национальноB политическими мотивами. Устанавливаемый ею

выбор (а канонизация и есть лишь выбор) не приB тязает на совпадение с достоинством иерархии небесной», — пишет Георгий Федотов*. АндB рей Рублев, очевидно, пребывал в Царстве ХриB стовом с момента своего преставления, а не с 1988 года, когда Церковный Собор объявил о его канонизации. Господь Сам дает венцы СвоB им чадам, не дожидаясь решения церковных властей. Церковь же некоторых (далеко не всех и очень немногих) из Христовых слуг гласно являет миру в качестве образца для подражаB ния. Это именно педагогический акт. У святоB го не прибавляется небесной радости от его земB ной канонизации, но перед глазами живущих людей важно востеплить еще одну свечечку чиB стой жизни, указать еще один путь ко спасению.

То же самое можно сказать и о людях, отпавB ших от Церкви. Само их отлучение совершается не в момент, когда об этом заявляет церковная иерархия. Оно происходит раньше, когда неB которая страсть (интеллектуальная, душевная или плотская) втискивается между человеком

* Федотов Г.П. Святые древней Руси. НьюBЙорк, 1959. С. 13.

и Церковью. Если в таком состоянии отчужденB ности и противления Евангелию и Церкви чеB ловек оканчивает свой земной путь, его посмертB ная судьба определяется сразу по его кончине. На языке богословия это называется «частный Суд Божий», — когда образ той вечности, в коB торую направил себя человек своими земными делами, приоткрывается ему вскоре после его кончины. И это его прикосновение к ВечноB му происходит еще как бы вне очевидной свяB зи с судьбами всего мира, всего человечества (которые определятся на всеобщем, последнем Суде).

Бог ищет, живо ли еще в этой душе то месB то, куда может привиться Истина, есть ли там такая жизнь, которая может вечно исполнятьB ся в причастии ко Христу. «Господь хочет всем спастись, следовательно и вам... У Бога есть одна мысль и одно желание — миловать и миB ловать, — говорит святитель Феофан ЗатB ворник. — Приходи всякий... Господь и на Страшном суде будет не то изыскивать, как бы осудить, а как бы оправдать всех. И оправдаB ет всякого, лишь бы хоть малая возможность была».

Но если вся жизнь человека прошла в проB тивлении Христу, если постоянное нарушение Его заповедей привело к разрушению самой дуB ши, Божий суд, удаляющий грешника от ВечB ной Радости, происходит сразу же по кончине. «Уделом таковых будет мучение, или, вернее сказать, отвержение от Бога и стыд в совести, которому не будет конца» (святой Григорий БоB гослов ). Для них Сам Христос может оказатьB ся страшным — ибо именно к Нему, к лику БоB жией любви, была обращена мольба некоего духа: Умоляю Тебя, не мучь меня! (Лк. 8, 28).

Тот, Kто есть сама Радость, Kто говорит своB им ученикам: радость Моя в вас пребудет и радость ваша будет совершенна (Ин. 15, 11), — Он мучит Собою духов зла и ими одержимых.

Именно в теософии есть вполне яркие опиB сания «нижних миров», многочисленных адов, кармических тюрем. Православное богословие (вновь повторю — надо отличать православB ное, святоотеческое богословие от обыденных представлений и от прикладной амвонной моB ралистики) о тайне мучения в Царстве Любви мыслит так: «Говорю же, что мучимые в геенB не поражаются бичом любви. И как горько и

жестоко это мучение любви! Ибо ощутившие, что погрешили они против любви, терпят муB чение вящее всякого приводящего в страх муB чения; печаль, поражающая сердце за грех проB тив любви, язвительнее всякого возможного наB казания. Неуместна человеку такая мысль, что грешники в геенне лишаются любви Божией. Любовь есть порождение ведения истины, котоB рая дается всем вообще. Но любовь силою своею действует двояко: она мучит грешников, как и здесь случается другу терпеть от друга, и весеB лит собою соблюдших долг свой. И вот, по моему рассуждению, таково геенское мучение — оно есть раскаяние» (преподобный Исаак Сирин).

Господь решит, сможет ли Он Свою любовь вместить в душу человека или та уже неспоB собна к такому. Господь до решений Соборов, иерархов, священников и богословов уходит из сердца того человека, что прислонил свою жизнь к силам смерти. Собственно, эта БогооставленB ность порождается христоборцем еще при его земной жизни. Сразу после смерти становятся очевидны ее последствия.

Публичное слово Церкви, обличающее ереB тика, нужно лишь в том случае, если и после

его кончины его идеи продолжают распростB раняться, причем принимаются несведующиB ми людьми как христианское, церковное учеB ние. Негоже проповедовать антихристианские взгляды, делая вид, что они как две капли воB ды похожи как раз на христианские. Kак при посмертной канонизации святого Церковь укаB зывает на возможный путь спасения, так при посмертном отлучении еретика она предупрежB дает о пути погибели. Kак канонизация свяB того не есть «награда» для него, так и посмертB ное отлучение не содержит в себе никакого суB губого наказания. У Бога все произошло уже прежде.

Но если начатое ересиархом разрушительB ное дело продолжает обитать на земле, то ЦеркB ви никогда не поздно гласно предупредить о том, что этот путь привел к погибели и его саB мого, и его последователей. Это важно не стольB ко для мертвых, сколько для живых. И вот, чтоB бы пробиться хотя бы не к сердцам, но к ушам людей, Церковь бывала вынуждена совершить акт, который каждый раз дается ей с болью.

Публичный отказ Церкви от соучастия в молитвах с некоторым человеком (который и

так уже сам вышел из Церкви) может сделать серьезнее отношение других людей к религиозB ной реальности.

Яков Kротов* однажды остроумно заметил, что через зеркало современных СМИ Церковь видна лишь подобно «человекуBневидимке». Kак уэллсовского персонажа люди замечали только по грязи, что прилипала к его ногам, так и Церковь привлекает к себе внимание средств массовой информации лишь какимBлибо сканB далом. О нормальной жизни Церкви, о ее моB литве и надежде, о ее неприметном воссоздании писать какBто неинтересно, несюжетно. А вот, скажем, отношения Глеба Якунина и Синода (вопрос, который в самой Церкви весьма мало кого интересует) можно прослеживать по заB конам рубрики «Светская жизнь», не обремеB няя себя ни богословскими, ни церковноBистоB рическими познаниями.

Поскольку такова реальность газетного миB ра, то глупо на нее лишь просто сетовать. Лучше

* Яков Kротов — священник, современный праB вославный публицист. С 1997 года ведет программу «С христианской точки зрения» на радио Свобода».