Цифровые трансформации психологии человека. Учебное пособие

Аргументируясвоюточкузрения,Дж.Макмалленотмечает,что мораль включает в себязнания ипринципы,которыефокусируются на должном. Моральные предписания, как правило, конкретны, линейны и подразумевают четкую причинно-следственную связь, аморальныепринципыабстрактны.Крометого,посколькуморальныеценностисвязанысконцентрациейнапоследствияхсобственных поступков для других людей, нравственная социализация требуетосновыобщегоопыта,котораяпозволяетчеловекупонимать и отождествлять себя с ними. Соответственно, система взаимодействия между людьми, в рамках которой происходит нравственнаясоциализация,должнабытьспособнапередаватьинформацию о конкретных поведенческих фактах и их последствиях, а также абстрактныеитеоретическиепринципыиидеи.Посколькумораль связывает между собой причины и следствия, эта система должна эффективно передавать линейные и последовательные принципы. Кроме того, в этом взаимодействии должны укрепляться взаимоотношения с моральными авторитетами, а также поддерживать осознание общности опыта с людьми, в отношениях с которыми субъект реализует моральные нормы. По мнению исследовательницы, цифровые технологии не позволяют решать перечисленные задачи эффективно, акцентируя внимание на том, что в случае нравственной социализации критически важное значение имеют именнохарактеристикисамихтехнологий,аненавыки,связанные с их использованием.

Ключевыеособенностицифровойсреды,нерелевантныеусловиям успешной нравственной социализации, описываются Дж. Макмаллен двумя основными тезисами. Во-первых, гипертекст представляет собой непоследовательную систему, которая уменьшает или устраняет причинно-следственные связи, что не соответствует «причинно-следственной логике» моральных принципов и норм. Во-вторых,коммуникациявцифровойсредестремитсякупрощению, в результате чего последствия собственных поступков могут упрощатьсяилиполностьюигнорироваться:поскольку«другой»сводитсякпрофилюилиаватару,основнойэтическийимперативучитывать потребности других теряет свою приоритетность, и «цифрового другого» можно символически избегать или уничтожать без каких бы то ни было последствий. В результате эпистемология цифровой среды не может способствовать повышению уровня моральной

121

зрелости, отражая, скорее, приоритет Я и самостоятельное конструирование истины, в том числе в сфере морали.

Аналогичные взгляды, хотя и в несколько более смягченной форме, представлены в статье американских исследовательниц А.ФлоресиК.Джеймс.Ониотмечают,что«постоянноеподключение» к цифровой среде может мешать развитию автономного Я, которое представляет собой важнейшее условие моральной децентрации, и, кроме того, может дестабилизировать отношения с другими, создавая условия для полного слияния с ними или, напротив, для полного отчуждения, дистанцирования своих действий от их последствий для других. Особенно ярко эти тенденции, по их мнению,проявляютсявнравственнойрегуляции«цифровогоповедения» молодых людей, которые получают в лице цифровой среды пространство для личностного становления, не модерируемое представителямистаршихпоколений,традиционноявляющимисятрансляторами моральных норм. В основу данного исследования была положена классификация способов осмысления собственных поступковвцифровойсреде,опирающаясянаширокоизвестнуютеорию морального развития Л. Колберга. Основания этой классифи- кациивключают,во-первых,степеньосознаниясубъектомтого,что его действия влияют на других людей, во-вторых, способность к со- переживаниюи,в-третьих,приверженностьпринципамчестности, справедливости и взаимного уважения. С опорой на них было выделенотритипаосмыслениясобственного«цифровогоповедения»: мышление о последствиях (сосредоточенное на потенциальных последствиях для себя и практически не учитывающее интересы других),моральноемышление(учетинтересовограниченногокруга людей, например друзей, знакомых, членов семьи, авторитетных фигур,коллег-блогеровилигеймеров)иэтическоемышление(спо- собность абстрактно размышлять о влиянии своих действий на более широкое сообщество). Результаты интервьюирования подростковимолодыхлюдейпоказали,чтобольшинствонравственных суждений респондентов оказались сформулированными в логике «мышления о последствиях», в то время как этическое мышление оказалосьраспространеновнаименьшейстепениииспользовалось непоследовательно:респонденты,высказывающиесуждениявформате «этического мышления» в одних ситуациях, часто принимали неэтические решения в других. По мнению авторов исследования,

122

эти результаты указывают на разрыв между реальным поведением людейвцифровойсредеиосмыслениемегопоследствий.Этоозначает, что пользователи воспринимают цифровое взаимодействие какменее«реальное»,чемобщениелицомклицу,котороеобладает более выраженной побудительной силой для запуска этического мышления. Некоторые цифровые контексты при этом могут быть более чувствительными к вопросам этики, в то время как другие, напротив, могут провоцировать более выраженную «расторможенность».

Висследовании И. Марин-Лопес и соавт. подчеркивается, что цифровыетрансформациинравственногопотенциалачеловекатесносвязанысособенностямимежличностнойкоммуникации,опосредованной цифровыми технологиями. Точное восприятие эмоций

ичувствдругогочеловекавэтихусловияхзатруднено,чтоприводит кснижениюспособностивидетьичувствоватьдругого,атакжебыть увиденным и прочувствованным, то есть к сокращению доступных социальных и эмоциональных сигналов. В связи с этим цифровое пространство провоцирует моральную двусмысленность, которая проявляется в отсутствии уверенности в том, что правильно, а что неправильно, и моральное отчуждение, провоцирующее возникновениеиллюзииотом,чтодействиянепричиняютвредатому,накого онинаправлены,основаннуюнаневозможностиувидетьегореакцию на них (как, например, в случаях киберагрессии и кибербуллинга). Другимисловами,вцифровойкоммуникациинедостаточнопредпосылокдлявозникновениянравственныхчувств,которыевозникают при наблюдении за аморальными действиями других людей (вызывая гнев и отстаивание прав жертвы) или в качестве механизма саморегуляции (вызывая стыд и вину и останавливая собственные аморальные действия).

Висследовании А. Барк-Дюрана с соавт. показано, что в цифровойсредеизменяетсясоотношениедеонтологическихиутилитарных решений в ситуациях нравственного конфликта. Деонтологические суждения, обусловленные интуитивными реакциями, вызванными эмоциональнымсодержаниемморальнойдилеммы,позволяютсубъекту оценивать поступок на основе его соответствия моральной норме. Утилитарные суждения, в свою очередь, являются результатом контролируемого размышления, обусловленного сознательной оценкойпотенциальныхрезультатов,ипозволяютоцениватьдействие

123

взависимости от его последствий. В исследовании проверялась гипотеза о том, что цифровая среда может усиливать тенденцию к принятию нравственных решений на основе утилитарных сужденийвсилутого,чтовнейувеличиваетсяпсихологическаядистанция между людьми. Согласно результатам, полученным на модели анализа решений знаменитой «Дилеммы вагонетки», нравственные суждениялюдейзависятоттого,какоеустройствоиспользуетсяпри принятии решения — смартфон или персональный компьютер: использованиесмартфоновпровоцируетутилитарностьнравственных суждений в большей степени, чем использование компьютеров. Авторыобъяснилиростчислаутилитарныхсужденийпсихологическим дистанцированием от ситуации, порождающим абстрактное (не личностное) представления о действиях. В аналогичном исследовании израильскими учеными Д. Бухником и Д. Мором было установлено, что тенденция к снижению «гуманных суждений»

вцифровой среде очевидна уже в подростковом возрасте, особенно у подростков-мальчиков.

Тезис о том, что в цифровой среде изменяются нравственные регуляторыповедениялюдей,нагляднопрослеживаетсянаматериалеширокораспространенноговсовременномобразованиифеномена — академической нечестности. Академическая нечестность представляетсобойоказаниеилиполучениеобучающимсяпомощи

всоздании работ, подлежащих представлению на академическую оценку, в порядке, не санкционированном преподавателем (в этом случае она квалифицируется как обман), а также представление чужих идей как своих собственных (этот вариант академической нечестностии называется плагиатом). Помимо обмана и плагиата, кформамакадемическинечестногоповедениямогутбытьотнесены сговор, манипулирование технологиями и искажение информации. Исследователиподчеркивают,чтопсихологическиемеханизмырас- пространенияакадемическойнечестностивцифровойсреде—это, прежде всего, сокращение объема «физического» контроля со стороны преподавателей, а также представления о нормативности такого поведения. Имеются сведения о том, что именно физическое присутствие преподавателя, «живое» взаимодействие с другими представителями студенческого сообщества и этически благоприятная институциональная среда являются ключевыми факторами формирования академической честности, при том что именно эти

124

факторы не представлены в практике цифрового образования. Аналогичнымобразомподдерживаетсяи поведение,квалифицируемое как «цифровое пиратство» — использование продукции, защищеннойавторскимправом,безсоответствующегоразрешения(например, «взломанного» программного обеспечения или «скачанных» книг, фильмов и музыки). Как отмечают С. П. Сахни и И. Гупта, индивидуальная мотивация к нелегальному скачиванию, судя по всему, обусловлена не только простотой доступа к интересующим человека продуктам или финансовым удобством. В ее основе лежат представления о цифровом пиратстве и его нормативности.

В научном и обыденном дискурсе сегодня широко обсуждается проблема недостаточной осведомленности человека о том, «что такое хорошо и что такое плохо» при взаимодействии с другими людьмивцифровойсреде,обусловленнойтем,что«цифроваяэтика» находится на этапе становления, и этические принципы, призванныерегулироватьвзаимоотношениявцифровойсреде,покане получилитакогожераспространения,какпринципы«доцифровой этики». Так, еще в начале XXI века в исследовании Б. Бернэма

иЯ. Кафай, к участию в котором привлекались младшие школьники, было показано, что дети зачастую демонстрирую сомнения в том, являются ли «компьютерные сценарии» (то есть действия в цифровой среде) моральными по своей природе. На основании эмпирических результатов авторы сделали вывод о необходимости создания условий для обсуждения нравственной проблематики, связанной с использованием возможностей цифровой среды, со школьниками, а также прояснения для них политики образовательной организации в отношении соблюдения правил цифровой этики (естественно, что для этого соответствующие правила должны быть определены). Проверяя экспериментально тезис о важности прояснения для обучающихся правил цифровой этики на выборке студентов, американские исследователи Ф. Лошьяво

иМ. Шатц показали, однако, что информирование не является достаточной мерой для преодоления академического обмана. Анали- зируяповедениястудентоввпроцессеонлайн-викториныпоитогам прохождения обучающего онлайн-курса, выстроенного асинхронно (то есть без взаимодействия с преподавателем), авторы обнаружили,чтоболее70%студентовсообщилиосписываниипокрайней мере в одном из 14 тестов, как правило, сверяясь с учебником или

125

материаламионлайн-курса.Когдавследующейсерииэксперимен- та на фоне сохранения асинхронности обучения учащиеся были случайным образом распределены на две группы, одна из которых подписала«кодексчести»,предполагающийотказотакадемической нечестности, в то время как второй группе не было предложено ознакомиться с «кодексом чести» или тем более подписать его, между студентами этих групп не было выявлено существенной разницывпоказателяхобмана.Втретьейсерииэкспериментаучащиеся, также разделенные на две группы (подписавшие кодекс и не ознакомленные с ним), проходили обучение в смешанном формате, предполагавшем не только онлайн-обучение, но и непосредственный контакт с преподавателем. В этом случае учащиеся, подписавшие кодекс чести, обманывали примерно на 30% реже, чем те, кто не подписывал его. Обсуждая полученные результаты, авторыпредполагают,чтооднимизключевыхфакторов,влияющих на соблюдение кодексов чести на онлайн-курсах, является непосредственностьконтактаспреподавателем,сокращающаясоциальную дистанцию. В целом, в становлении нравственной регуляции в цифровой среде, судя по всему, социально-психологические факторы имеют приоритет над когнитивными.

Другой активно дискутируемый вопрос связан с обсуждением компетенций межличностного общения, обеспечивающих поддержание человеком этических правил взаимодействия в цифровой среде.Исследуякомпетентностныепредпосылки«цифровогогражданства» (метафора, которая используется для обозначения норм поведениявотношенииприменениятехнологий),исследовательская группаподруководствомС.Хуобнаружилаположительноевлияние на«цифровоегражданство»такихкомпетенций,каксамораскрытие, эмпатия,социальнаярелаксация(понимаемаякакотсутствиетревоги,связаннойскоммуникацией),уверенноеповедение,альтероцентризм, управление взаимодействием, выразительность, поддержка, непосредственность(открытостьккоммуникации)иконтрольокружающей среды (способность достигать целей и удовлетворять потребности во взаимодействии со средой), причем два последних навыка оказались самыми сильными предикторами «цифрового гражданства» среди рассмотренных. Как отмечают исследователи, именноэтинавыкиобеспечиваютчеловекувозможностьсохранения конфиденциальности личной информации, противостояние вик-

126

тимизации со стороны интернет-мошенников, а также сокращают вероятность цифрового плагиата.

Еще одна широко обсуждаемая проблема касается утраты однозначных идентификационных образцов, которые определяли бы основныевекторынравственнойсоциализации,котораяобусловлена как минимум двумя группами факторов. Первая из них связана

спрактическинеограниченнымдоступомкинформацииоразличных системах нравственных ценностей, существующих в культурах исубкультурах,которыевтойилиинойстепенимогутпротиворечить другдругу,создаваяпредпосылкидлявозникновениярастерянности. Вторая группа факторов связана с ограничениями возможностей трансляции «этически нагруженных» смыслов в цифровой среде, что проявляется в процессах восприятия другого человека, опосредованного применением цифровых технологий, закономерности которого не способствуют «считыванию» нравственных качеств личности партнеров по взаимодействию в цифровой среде и тем самым не позволяют им становиться объектами идентификации. В совокупности эти факторы помещают современного человека, особенновпериодактивногостановлениянравственнойсферыличности,впространствоэтическойнеопределенности,котороеставит егопереднеобходимостьюсамоопределениявпотокепотенциальных моральных ориентиров. Вероятно, именно этим объясняется отмеченная в нашем метааналитическом исследовании тенденция к изменениюхарактераценностногосамоопределениямолодыхлюдей, находящихсянаэтапеактивногостановлениянравственнойрегуляции поведения, на разных этапах развития цифровых технологий. Если на первых этапах студенчество ориентировалось на ценности измененийиоткрытостиновомуопыту,топомереразвитияцифровых технологий большее значение приобретают ценности сохранения, консерватизма, что может быть связано с нарастанием напряженности и тревоги, обусловленных ростом неопределенности, и стремлением сохранить хотя бы иллюзию стабильности в быстро меняющемся мире, а также наблюдается переход от ценностей самоутверждения к ценностям самотрансцендентности, смещение к ценностям коллективизма и сохранения позитивных отношений

слюдьми: «В условиях нестабильного, хаотичного и сложного мира (VUCA-мир), ошибочности, а порой и невозможности прогнозов особую значимость приобретают стабильность социального

127

договора, целенаправленные действия по строительству оптималь- ногосо-бытияпутемукрепленияформализованныхинеформальных социальных структур»30.

Вопросы для обсуждения

1.Каким образом изменяется социально-психологическое взаимодействие в цифровой среде?

2.Какой вклад в трансформацию социально-психологического потенциала человека вносят такие характеристики цифрового взаимодействия, как асинхронность и анонимность?

3.Как цифровые трансформации социально-психологического потенциала связаны с визуализацией идей, типичной для «цифрового» мира?

4.Какие последствия для социально-психологического функционирования человека сопряжены с изменениями социально-пси- хологического взаимодействия под влиянием цифровизации различных сторон жизни? Охарактеризуйте их с точки зрения вклада в решение задач адаптации в различных сферах жизни (например, в образовании, профессии, семейных отношениях и пр.).

5.Какие личностные качества могут рассматриваться как предпосылки укрепления адаптационных возможностей человека в условиях цифровых трансформаций социально-психологического взаимодействия? В чем заключается их вклад?

Практические задания

1.ВисследованииА.ПшибыльскииН.Вайнштейн,опубликованном в 2012 г.31, был описан iPhone-эффект, заключающийся

30Микляева, А. В., Проект, Ю. Л., Хороших, В. В. (2021) Мета-аналитическое исследование ценностного самоопределения российского студенчества на различных этапах информатизации общества. Вестник Кемеровского государственного университета,т.23,№4,с.958–975.https://doi.org/10.21603/2078-8975-2021-23-4- 958-975 (С. 965).

31Przybylski,A. K., Weinstein, N. (2012) Can you connect with me now? How the presence of mobile communication technology influences face-to-face conversation quality. Journal of Social and Personal Relationships, vol. 30 (3), pp. 237–246.

128

втом, что присутствие в поле зрения человека его мобильного телефона существенно ухудшает качество контакта с партнерамипо«живому»взаимодействию.ДесятьюгодамипозжеК.Ли- наресиА.-Л.Селье32 полностьювоспроизвелиэтотэксперимент, однако не смогли зафиксировать этот эффект. Сформулируйте предположения, с чем может быть связан тот факт, что первоначальные результаты не удалось воспроизвести в повторном эксперименте.

2.Подготовьтекраткое(объемом250–300слов)эссе—ответнасуж- дение М. А. Маниковской: «В современном цифровом образовании существуют … проблемы, связанные с этической проблематикой…Срединихвпервуюочередьобращаетнасебявнимание инструментализация образования, сопровождающаяся его последовательной дегуманизацией»33.

3.Подготовьтетворческийпроектнатему«Цифроваяэтикастудента: к разработке студенческого webикета».

4.Подготовьте презентацию статьи по психологии или смежным наукам, раскрывающей «доцифровые» этапы эволюции ком- муникативно-речевого или нравственного потенциала человека

всравнении с их изменениями в контексте цифровизации различных сторон жизни.

5.Определитетипыосмыслениясобственногоповедениявцифровой среде в соответствии с подходом А. Флорес и К. Джеймс34:

— Джаред, 23 года, иллюстрируетсвоеотношениекскачиванию музыки: «Вы всегда в курсе того, что качаете там, где нельзя, и [думаете]: “Надеюсь, у меня из-за этого не будет неприятностей”».

— Роза, 18-летняя старшеклассница, о процессе принятия решений о своем контенте в социальных сетях: «Я не хочу,

32Linares, C., Sellier, A.-L. (2021) How bad isthe mere presence of a phone? A replication of Przybylski and Weinstein (2013) and an extension to creativity. PLoS ONE, vol. 16 (6), article e0251451. https://doi.org/10.1371/journal.pone.0251451

33Маниковская,М.А.(2019)Цифровизацияобразования:вызовытрадиционным нормам и принципам морали. Власть и управление на Востоке России, № 2 (87), с. 100–106. ttps://doi.org/10.22394/1818-4049-2019-87-2-100-106

34Flores,A.,James,C.(2012)Moralityandethicsbehindthescreen:Youngpeople’s perspectives on digital life. New media & society, vol. 15 (6), pp. 834–852. https://doi. org/10.1177/1461444812462842

129

чтобыуменябылифотографииобнаженнойнатуры, илюди спрашивали: «Ладно, кто она такая? Что это за человек, если она выкладывает такие фотографии?” Это действительно важно для меня».

—Девон, 19 лет, обиспользованиинелицензионногопрограммного обеспечения: «Я знаю, что поступаю неправильно, но пока не появятся более строгие законы, я просто по-настоящему не думаю об этом».

—Алексис, 18 лет, принимая решение о размещении постов на страницах своих друзей в социальных сетях: «Я не хочу говоритьчто-то, что, вероятно, поставилобыихвнеловкое положение».

—Мэдлин, 21 год, о комментариях под чужими постами в социальных сетях: «У меня не было никаких негативных комментариев… но то, что я видела [по отношению к другим людям] — это заставило бы меня чувствовать себя плохо».

—Сет, 25 лет, описываетопытонлайн-игр: «Вонлайн-игрето, чтовыделаетесосвоимперсонажем, можетнегативноповлиять на то, что происходит [в игре]… Это портит игру другим игрокам».

—Карлос, 20 лет: «Я думаю, потому что я увлекся музыкой, более серьезно занялся, и я вроде как начал больше узнавать отом, чтотакоенезаконноескачивание, какэтоможетповлиять и как это в настоящее время влияет на музыкальную карьеру, икакмузыкальнаяиндустриястрадаетиз-заэтого. Поэтомуяпредпочитаюнеподдерживать[пиратствовэтой сфере]».

—Джулиан, 23 года: «Я испытываю определенное чувство к музею, потому что я их сотрудник, поэтому я бы не хотел,

чтобыониплоховыглядели. … Тожесамоеис[моимколледжем]. И я думаю, что я также испытываю определенное чувство долга перед своими друзьями и семьей. … Так что я думаю, что это цепочка ответственности».

Приведите дополнительные примеры на основе собственного мини-исследования.Приразработкепрограммымини-исследования воспользуйтесьоригинальнойисследовательскойпрограммойА.Флорес и К. Джеймс, представленной в приложении к их статье.

130