Цивилизационные основания политических трансформаций. Монография

Глава 3. Цивилизационное развитие России

Таким образом, территории Северного и Восточного Причер­ номорья были включены в ареал восточнославянского холона,

вкотором и происходили коренные преобразования менталитета и, соответственно, всей духовной культуры славяно-русского эт­ носа. Мы солидарны с исследователем в том, что огромную роль

вформировании и развитии энергетического потенциала древ­ нерусского холона сыграли непосредственные связи с наследием древнегреческих колоний, а также скифов и многообразных пле­ мен, народов и этносов Причерноморья.

Солидарно подчеркивая значение греко-скифского синтеза культур для развития древнерусского холона, мы, тем не менее, не можем принять общий взгляд Ю.В. Яковца на предысторию современной российской цивилизации. Во-первых, Ю.В. Яко­ вец слишком свободно обращается с термином «цивилизация»; во-вторых, даже если подразумевать под этим его термином «развитую культуру», мы не можем считать первым этапом рос­ сийской цивилизации «смешанную греко-скифскую цивилиза­ цию — 1000-летнее Боспорское царство». Даже если рассматри­ вать греко-скифско-славянский культурный синтез в качестве «суперэтноса» (а в действительности, он был, скорее всего, — химерой), собственно цивилизации (в нашем понимании этого термина) в этом регионе в этот исторический период возникнуть не могло…

Согласно нашим представлениям, Киевская Русь, объеди­ нившая единой религией славянские племена, не смогла куль­ турно-энергетически подняться до уровня цивилизации.

Возможно, древнерусский этнос правильнее было бы назвать «культурно-историческим типом», используя терминологию нашего великого философа Н.Я. Данилевского8, заложившего фундамент дальнейшим западным концепциям о цивилизациях (О. Шпенглер, А. Тойнби, К. Ясперс и т.д.).

Вообще говоря, отождествление терминов — «культурноисторический тип» и «цивилизация», на наш взгляд, совершен­ но неправомерно (и не соответствует представлениям самого

8 Данилевский Н.Я. Россия и Европа. — М.: Книга, 1991.

101

Цивилизационные основания политических трансформаций

Н.Я. Данилевского). В историко-культурном и энергетическом плане цивилизация значительно мощнее и значительнее, она выполняет роль «поворотного колеса» истории, определяя пути не только своего суперэтноса, но и всей глобальной человеческой Цивилизации. Именно цивилизации становятся «ступенями» восхождения человечества и основой новых «волн» общечелове­ ческой истории.

В свою очередь, «культурно-исторический тип» — это, безус­ ловно, выход за пределы отдельного культурного и этнического поля, но энергетически это невысокий подъем уровня культур­ ного холона. Несомненная заслуга Н.Я. Данилевского состоит в том, что он обозначил разноуровневость культурного развития различных народов и этносов, хотя русский историк не опреде­ лил качественные различия этих уровней.

Латентный (скрытый) период подготовки русского цивили­ зационного холона и формирования Российской цивилизации включал в себя множество событий, связанных с зарождением, недолгим расцветом и падением множества славянских, древне­ русских, других иноплеменных сообществ, этносов и метаэтно­ сов.

Подготовка к «взрыву» российской цивилизации продол­ жалась, действительно, примерно две с половиной тысячи лет. Были этносы, княжества, царства, империи, которые аккуму­ лировали культурную энергию на той территории, которая по­ степенно формировалась как месторазвитие России как будущей мировой цивилизации.

3.2. Проблема определения исторического момента «пассионарного взрыва»

Российской цивилизации и начало ее подъема

Накопление культурной энергии в доцивилизационном хо­ лоне будущей российской цивилизации позволяло первым сла­ вяно-русским и русским этносам сохраняться на «поверхности»

102

Глава 3. Цивилизационное развитие России

волнообразного исторического процесса и закономерно подни­ маться на его «волнах».

Начало цивилизации — это складывание суперэтноса, спец­ ифика которого зависит от того, в какой фазе развития находит­ ся каждый из соединяющихся этносов. Энергетическое, а сле­ довательно, и политическое доминирование в межэтническом взаимодействии будет принадлежать более «молодым» этносам, находящимся на этапе своего подъема и расцвета.

Тесное сближение культурных полей Руси и Византии, про­ шедшее в эпоху христианизации Руси, дало ей возможность «сэкономить» историческое время на становление наиболее со­ временного на тот момент государства на основе объединения славяно-русских племен единой религией. История, конечно, не терпит сослагательного наклонения, но то, что Русь и Визан­ тия вряд ли образовали бы единую цивилизацию, можно пред­ положить достаточно уверенно. А вот то, что Русь под воздей­ ствием пассионарных христианских идей и усилиями русских пассионариев стала возрастать в направлении особой православ­ ной цивилизации, — это очевидный факт.

На этом этапе происходит резкое преобразование публичной власти. Так, киевский князь («каган»), приняв крещение визан­ тийского толка и женившись на представительнице царского ви­ зантийского рода, сам приблизился к басилевсам. И это не было формальным переименованием правителя, это была коренная государственно-политическая трансформация и соответствую­ щее преобразование всего жизненного уклада русского народа, ставшего на путь формирования единства на новой, государ­ ственно-политической, а не только идеологической основе.

По существу, это был постепенный переход от племенного об­ раза жизни, оформлявшегося во множестве удельных княжеств, к государственно-городскому и духовно-унифицированному укладу, предполагавшему централизацию власти, построение властной иерархии и поклонение единому богу.

Напомним, в цивилизационном поле увеличивается как фа­ зовое время, так и время фазовых переходов. Введение христи­ анства на Руси — это достаточно длительный и противоречивый

103

Цивилизационные основания политических трансформаций

процесс, который был не столько переходом к единой религии от многобожия, сколько цивилизационным скачком от «дикости» и «варварства» к «протоцивилизации».

Характер власти на этом этапе носит, так сказать, началь­ ный политический характер, поскольку еще достаточно сильны потестарные отношения: власть князя Владимира Святос­ лавовича — власть вождя, находящегося под кардинальным воздействием духовного главы семейства — бабушки Ольги, собственно, и начавшей христианизацию всего княжеского ближнего круга за десятилетия до начала общегосударственной политики идеологического перехода/перелома от язычества к христианству. Значение Ольги трудно переоценить, и в аспек­ те рассмотрения древнерусских властно-управленческих и ор­ ганизующих отношений, упадка вождества, можно предполо­ жить некую живую линию от древнего матриархата, имевшего серьезное влияние на властные племенные и межплеменные структуры, — вплоть до начала формирования славяно-русской цивилизации.

На этой фазе протополитическое неразрывно связано с духов­ но-религиозным, властное доминирование и открытое насилие было направлено именно на смену веры. Публичная власть — князь и его дружина — и во внутренней, как и во внешней, «по­ литике» использовала военные методы.

Исторический переход от древности к средневековью был также связан со сменой центра, как точки роста цивилизации, — от Киева к Москве, в конце концов, смена политического режима — от княжеского поздневождеского (князь Владимир Святославович, позаимствовав знаки византийской высшей вла­ сти, но сам так и не стал басилевсом на Руси…) — к единоличной царской власти московских правителей…

Пассионарный толчок, приведший к образованию русского народа (российского этноса), согласно Л. Гумилеву, произошел около 1200 г. Понятно, что «толчок» — не одномоментное собы­ тие, а достаточно насыщенный и продолжительный историче­ ский период (это с космических высот — только миг!). Речь идет о постепенном объединении русских земель, которое началось еще

104

Глава 3. Цивилизационное развитие России

со времен князя Юрия Долгорукого, подчинившего своему Вла­ димиро-Суздальскому княжеству Киев и выстроившего Москву; с объединительной деятельности Андрея Боголюбского, пере­ несшего центр политической жизни из Ростова во Владимир-на- Клязьме; и деятельности Всеволода Большое Гнездо, укрепив­ шего Владимиро-Суздальское княжество и создавшего ядро будущего Московского государства…

Заметим, что некоторые историки, последователи Л. Гумиле­ ва, более точно указывают дату пассионарного толчка русского суперэтноса, фактически — начала российской цивилизации.

Так, В.В. Панин называет 1230 г. (плюс-минус 50 лет); «мо­ мент» примерно за 150 лет до Куликовской битвы. Как указывал Гумилев «…взрыв этногенеза, или толчок (мутация), обнаружи­ вается в истории не сразу. Ему всегда предшествует инкубаци­ онный период, обычно недолгий, около 150 лет, но вскрыть его очень трудно»9.

Подъем пассионарной энергии означает, в первую очередь, резкое увеличение численности пассионариев. Первым пасси­ онарием, оставившим яркий след в истории России был князь Александр Невский, выдающийся полководец, тонкий дипло­ мат и мудрый правитель. Именно благодаря ему, как считает целый ряд современных историков, Русь, фактически заключив «мирный договор» с Ордой, была спасена от захвата Западом, ко­ торый в тот исторический период был несравнимо сильнее.

Сегодня, признавая высокий духовный авторитет и религи­ озную святость Александра Невского, не следует забывать, что он не только разбил шведов на реке Неве и рыцарей на Чудском озере в Ледовом побоище, но также защитил Родину диплома­ тически-правовым путем: заключил союз с Золотой Ордой. Он установил прочные личные связи с ханством, платил дань, побратался с сыном хана Батыя — Сартаком (т.е. фактически стал приемным сыном хана Батыя). И благодаря этому он при­ влекал татарские войска для отражения нападок с Запада, защи­ щаясь, в первую очередь, от литовцев.

9Гумилев Л.Н. Ритмы Евразии: эпохи и цивилизации. — М.: Кристалл, 2003. — С. 41.

105

Цивилизационные основания политических трансформаций

Приведём мнение Л.Н. Гумилева: «Союз Орды и Руси осу­ ществился благодаря патриотизму и самоотверженности князя Александра. В соборном мнении потомков выбор Александра Ярославича получил высшее одобрение. За беспримерные под­ виги во имя родной земли русская православная церковь при­ знала князя святым»10.

Пассионарием был и младший сын Александра Невского — Даниил Александрович, ставший первым законным московским удельным князем. Он расширил московские границы, присоеди­ нив Коломенский удел и получив беспошлинный выход на реку Оку. Он, единственный из правителей Москвы, считавшийся ее хранителем, похоронен в Даниловском монастыре.

Особым периодом отечественной истории был этап так назы­ ваемого «татаро-монгольского ига», к которому, как известно, у Гумилева был свой подход (и мы его, в значительной мере, раз­ деляем).

В рамках нашего исследования рассмотрение взаимодей­ ствия Руси и Орды — это столкновение традиционной кочевой культуры (которая никогда и не стремилась к собственному «оцивилизовыванию», а, наоборот, жестко отстаивала именно традиционный уклад) и цивилизующегося славяно-русского су­ перэтноса.

Говоря в целом, кочевники обладали низкой политической культурой, но они, введя Русь в империю Золотой Орды, не на­ рушили внутренний строй русских княжеств, хотя и обложили их высокими данями («выходом») и в случае необходимости тре­ бовали оказывать им военную помощь.

Характеризуя эту эпоху, В.О. Ключевский писал: «…XIII и XIV века были порой всеобщего упадка на Руси, временем уз­ ких чувств и мелких интересов, мелких, ничтожных характе­ ров» (имея в виду русских князей). И далее: «Если бы они были представлены вполне самим себе, они разнесли бы свою Русь на бессвязные, вечно враждующие между собой удельные лоскутья. Но княжества тогдашней северной Руси были не самостоятель­

10Гумилев Л.Н. От Руси к России. Очерки этнической истории. — М.: Эко­ прос, 1992. — С. 127.

106

Глава 3. Цивилизационное развитие России

ные владения, а даннические «улусы» татар; их князья звались холопами «вольного царя», как величали у нас ордынского хана. Власть этого хана давала хотя призрак единства мельчавшим и взаимно отчуждающимся вотчинным умам русских князей»11.

Только в начале XIV в., когда Золотая Орда преобразовалась

висламское государство (обычно называют 1312 г., при хане Уз­ беке), серьезно углубились социальные и идеологические про­ тиворечия между полукочевой Ордой и аграрной Русью. Победа

вКуликовской битве (1380 г.), как известно, не привела к пол­ ному освобождению от ордынской зависимости, однако русские княжества стали осознавать возможность обретения самостоя­ тельности Русского государства в общерусском единстве.

Представляется несомненным, что становление и развитие русской государственности, формирование политического типа государства и системы его управления являются прямыми по­ следствиями влияния Византии и результатом длительного монголо-татарского владычества. С одной стороны, византий­ ская императорская монархия с элементами восточной деспотии и абсолютное ханское единовластие Орды, как оказалось, были

аналогичны военно-княжеской власти домонгольской Руси. С другой стороны, как справедливо отмечает Н.В. Блинов, «об­ щинноземское самоуправление, вышедшее из глубины родо­ племенной организации и позволявшее наиболее рационально распределять и использовать природные ресурсы (чрезвычайно скудные), утвердили на практике свой тип централизации с под­ чинением личного общественному, частично публичному»12.

Политическая ситуация для России осложнялась влиянием Великого княжества Литовского. Оно осуществляло неагрессив­ ную экспансию на русские земли: без боя занимало некоторые территории или включало их в состав Литвы благодаря дина­ стическим брачным союзам. Ханы Золотой Орды не могли кон­ тролировать отдаленные княжества, потому предпочитали при­ знавать некоторые права правления Литвы на Руси, при условии

11Ключевский В.О. Сочинения. — М., 1957. — Т. 2. — С. 43.

12Блинов Н.В. Русь как улус Золотой Орды. Из истории государства // Вестник РУДН, серия Юридические науки. — 2006. — № 3 (21). — С. 9.

107

Цивилизационные основания политических трансформаций

соблюдения формальных прав Золотой Орды на высшую власть. (Так, например, Гедимин подчинил себе Туровско-Пинское кня­ жество на Полесье, а затем, благодаря браку сына Ольгерда с по­ следней витебской княжной, после 1320 г. получил Витебск.)

Таким образом, московский князь, собравший русские кня­ жества вокруг Москвы, не случайно был поименовал «царем», как называли хана Золотой Орды на Руси. Система власти

иуправления была очевидна и органична для освобожденной Руси, которая, к тому же, еще достаточно долго отбивала напад­ ки отдельных ханств после распада Орды, некоторые из них при­ няв в лоно своего крепнувшего государства.

Необходимо подчеркнуть культурное значение Орды на Русь. Кочевники определяли трансформации культур, с которыми они сталкивались. Как подчеркивает А. Хазанов, «Кочевники игра­ ли огромную роль в радикальных изменениях политических гра­ ниц, в разрушении многих государств и империй, и в создании других».Такжеониспособствовалираспространениюсемитских, алтайских, иранских и других языков. «Кочевники также игра­ ли очень важную роль в качестве организаторов и посредников в различного рода культурных обменах между самими оседлы­ ми обществами. Их вклад в трансконтинентальную циркуляцию

итрансмиссию культурных и технологических артефактов и ин­ новаций являлся очень значительным. В этом отношении полиэт­ нические и поликультурные империи, основанные кочевниками, играли определенную положительную роль». И конечно, в свою очередь, культура оседлых обществ влияла на кочевые, хотя «во­ оружение, украшения, одежда, мода и традиции кочевников не­ редко были объектом подражания в оседлых обществах»13.

Исследователи выявляют особенности потестарно-полити­ ческих институтов у номадов/кочевников. Так, С.А. Васютин отмечает: «…Политическая система кочевников, основанная на военной организации, отличалась от потестарных и раннего­ сударственных систем земледельцев. У номадов чиновничий ап­

13Хазанов А.М. Кочевники евразийских степей в исторической ретроспек­ тиве // Кочевая альтернатива социальной эволюции. — М., 2002. — С. 31.

108

Глава 3. Цивилизационное развитие России

парат возникал и осуществлял свою деятельность, как правило, только в военной судебной сферах. Сбор налогов тоже был тесно связан с военной деятельностью…» Но это было не прямое на­ логообложение, а дань с покоренных племен и народов, грабеж во время походов, «дары-откупы» соседей-земледельцев и т.п. «…Сложность политической структуры определялась только военными задачами, а в гражданской жизни сохраняются при­ оритет родственных связей, которые консолидировали общество перед лицом внешней угрозы»…14

Особенности поликультурных систем номадов/кочевников позволяют говорить о «кочевой империи» как об одной из форм ранней государственности.

«Централизация власти и сложность этнической стратифи­ кации у номадов прямо пропорциональна размерам контроли­ руемой территории, количеству подчиненных кочевых этносов и наличию/отсутствию в пределах кочевого государства терри­ торий с земледельческим населением…»15. К тому же письмен­ ность, как средство государственной пропаганды, свидетель­ ствовала о высоком уровне политического развития.

Военное и политическое управление, существовавшее до­ вольно долго, осуществлялось доминирующей этнической эли­ той, которая формировала как элитарную культуру (гуннскую, тюркскую, монгольскую), так и целый комплекс военных, ми­ ровоззренческих и социально-политических стереотипов всей кочевой общности.

Одной из главных задач этнополитической элиты было обе­ спечение независимости степного ареала, что было возможно только в рамках централизованной имперской структуры16.

В определенном смысле, степь (в мировоззрении кочевников представавшая как Великая Степь) вошла в русский менталитет не только как огромная территория и неотъемлемая часть место­

14Васютин С.А. Типология потестарных и политических систем кочев­ ников // Кочевая альтернатива социальной эволюции. — М., 2002. — С. 65.

15Там же.

16Там же. — С. 66.

109

Цивилизационные основания политических трансформаций

развития русского суперэтноса, но как этнический символ воли/ свободы, удальства, войны, но также — душевного и духовного необозримого простора…

В политическом плане столкнулись восточная ханская деспотия и нарождающаяся царская власть русского государства, которая, в конце концов (обратим внимание, именно к XVI веку!), и победила. Однако тесные контакты формирую­ щегося русского этноса, а затем и русского суперэтноса— с ко­ чевой культурой наложили серьезный отпечаток на особенно­ сти русской культуры.

Русский этнос не воспринял от кочевников агрессивность и приоритет военных завоеваний в политической сфере, тем не менее, у кочевников русские научились придавать политиче­ ский характер чисто экономическим или культурным связям. Несомненно, восходящая Русская цивилизация нарабатывала свой уникальный опыт, отталкиваясь от ушедших в небытие, но повлиявших на нее Византии и Орды, в значительной степе­ ни определивших ее подъем. Поскольку все «детские болезни» любой цивилизации определяют ее своеобразие на всех дальней­ ших этапах развития, не стоит ни переоценивать, ни недооцени­ вать эти кардинальные влияния.

3.3.Основные черты российской цивилизации

3.3.1.Складывание российского суперэтноса

Именно в процессе тесного и противоречивого взаимодей­ ствия Древней Руси и кочевой Степи складывался русский суперэтнос, а на его основе, на просторах суперэтнического месторазвития,—и русская/ российская цивилизация.

Мы солидарны с исследователем А.В. Логиновым, который выявляет два русских этногенеза —1) Древнюю Русь и 2) Мо­ сковскую Русь и Российскую империю17.

17Логинов А.В. Россия и Евразия. Евразийский вектор: поиски российской цивилизационной идентичности в ХХ столетии. — М.: Большая россий­ ская энциклопедия, 2013. — С. 409–480.

110