Уголовная ответственность за хулиганство и иные преступления, совершаемые из хулиганских побуждений. Монография

опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими. Медицинский критерий невменяемости как бы характеризует причину наличия у лица юридического критерия невменяемости и состоит в наличии у него в момент совершения общественно опасного деяния хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия или иного болезненного состояния психики. Для признания лица невменяемым необходимо наличие у него хотя бы одного из перечисленных признаков юридического критерия и одного из признаков медицинского критерия невменяемости.

1.4. Субъективная сторона хулиганства

Согласно мнению В.Н. Кудрявцева, субъективная сторона преступления представляет собой психическую деятельность лица, непосредственно связанную с совершением преступления, отражение (возможность отражения) в сознании субъекта объективных признаков содеянного, характеризующее отношение к ним субъекта.1 Эта точка зрения в науке уголовного права является общепринятой. Обязательным признаком субъективной стороны преступления является наличие вины — «психического отношения лица к совершаемому им преступлению»2.

При этом в юридической литературе отмечается, вина как собственно психическое конкретное реальное явление не существует, это абстракция, это то общее, что есть во всех элементах психического отношения, составляющих субъективную сторону преступления, что содержится в отдельных реальных психиче- ских явлениях — мотиве, цели, эмоциональном отношении, решении о выборе средств для достижения цели. Формы вины — это признаки, характеризующие ту или иную форму психиче- ского отношения в целом3. Профессор А.И. Рарог определяет вину как «психическое отношение, проявленное в конкретном преступлении. Его составными элементами являются сознание и воля. Различные предусмотренные уголовным законом комбинации сознательного и волевого элементов образуют различные

1Кудрявцев В.Н. Óêàç. ñî÷. Ñ. 147.

2Òàê æå.

3Ñì., íàïð.: Овчинников Б.Д. Теоретические проблемы изучения механизма формирования и преступного проявления хулиганских побуждений: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Л., 1971. С. 10.

модификации вины. Интеллект и воля — это элементы, совокупность которых образует содержание вины»1.

Вина в субъективной стороне умышленного преступления включает в себя два элемента: интеллектуальный и волевой.

Интеллектуальный элемент означает, что лицо осознает общественную опасность и уголовную противоправность совершаемого им деяния.

Волевой элемент означает, что указанное лицо предвидит возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желает их наступления (прямой умысел) либо не желает, но сознательно допускает наступление общественно опасных последствий либо относится к ним безразлично (косвенный умысел).

Факультативными признаками субъективной стороны преступления являются мотив и цель преступления, а также эмоции лица2.

Спорные вопросы, касающиеся субъективной стороны хулиганства, в науке уголовного права были и остаются, а их неразрешенность, безусловно, не может не отразиться на практике. Еще в 1966 г. Ю.А. Красиков указывал на то, что определение хулиганства не содержит основных признаков, характеризующих его субъективную сторону, что, в свою очередь, негативно отражается на правоприменительной практике3.

Вместе с тем Н. Иванов и И. Косарев также полагают, что субъективная сторона хулиганства противоречива по той простой причине, что хулиганство не имеет собственных особенностей субъективной стороны, а также собственного объекта. Все компоненты субъективной стороны хулиганства являются одновременно компонентами других составов преступлений, что отрицает специфику именно хулиганства4. Вряд ли следует согласиться с вышеприведенной точкой зрения, поскольку хулиганство имеет значительное число особенностей субъективной стороны, одной из которых является как раз то, что компоненты

1Рарог А.И. Проблемы квалификации преступлений по субъективным признакам. М.: Проспект, 2016. С. 53.

2Êóðñ уголовного права. Общая часть / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой и И.М. Тяжковой. Т. 1. С. 344.

3Красиков Ю.А. Хулиганство, его сущность, причины и профилактика: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 1966. С. 12.

4Иванов Н., Косарев И. Субъективная сторона хулиганства // Уголовное право. 2007. ¹ 5.

субъективной стороны хулиганства интегрированы в целый ряд иных составов преступлений. Другое дело, что Ю.А. Красиков прав в том, что редакция соответствующей уголовно-правовой нормы о хулиганстве в части указания в ней на субъективную сторону данного преступления требует своего уточнения, но об этом позже.

Субъективная сторона любого преступления является наиболее сложным элементом его состава. Это обусловливается тем, что ее содержание можно достоверно установить, только имея информацию, полученную от лица, совершившего преступление. Объективных признаков деяния, указывающих на содержание его субъективной стороны, зачастую бывает недостаточно. В связи с этим И.Я. Козаченко отмечает, что специфика субъективной стороны хулиганства заключается в недостаточной определенности формы вины и кажущейся «необычности» мотива и цели хулиганских действий, так как с точки зрения нормальной житейской логики они бессмысленны1. Это в принципе верное положение обусловливает необходимость подробного рассмотрения в настоящей работе вопросов, касающихся субъективной стороны хулиганства. Тем не менее, на наш взгляд, для определения содержания вины при совершении хулиганства необходимо устанавливать осознание и желание совершения всех действий, входящих в объективную сторону этого состава преступления.

Âроссийском уголовном праве вопросам вины уделялось большое внимание. Многие положения, касающиеся данного института уголовного права, получили всестороннее освещение в монографической и учебной литературе. Однако до сих пор уяснение некоторых из них представляет некоторые трудности в правоприменительной деятельности, что нередко влечет судебные ошибки2.

Âсоответствии со ст. 24 УК РФ, а также в силу отсутствия в диспозиции ст. 213 УК РФ указания на неосторожность хулиганство возможно совершить только с умышленной формой вины.

Âсоответствии со ст. 25 УК РФ выделяются две формы умысла: прямой и косвенный.

1Уголовное право. Особенная часть: Учебник / Под ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамовой, Г.П. Новоселова. С. 390.

2Ñì., íàïð.: Рарог А.И. Вина в советском уголовном праве Саратов, 1987. С. 7. По результатам проведенного А.И. Рарогом изучения и обобщения уголовных дел, количество судебных ошибок, связанных с неправильным установлением субъективных признаков, составляют от 20 до 50%.

Преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий, предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления.

Преступление признается совершенным с косвенным умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий, предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично.

При этом следует иметь в виду, что, исходя из законодательной формулировки видов умысла, следует сделать вывод, что они сформулированы применительно к материальным составам преступления. По этому поводу В.Ф. Щепельков указывает, что необходимо выделить новую форму умысла, в соответствии с которой волевой момент должен определяться как психическое отношение виновного не только к последствиям, но и к деянию. Такая конструкция умысла будет применима не только к материальным, но и к формальным составам преступлений1.

По поводу вопроса о форме умысла в составе хулиганства существует несколько точек зрения. А.Н. Игнатов высказывает мнение, что хулиганство может быть совершено как с прямым умыслом, так и с косвенным умыслом: «… как правило, хулиганство совершается с прямым умыслом, то есть субъект сознает, что совершает общественно опасные действия, грубо нарушающие общественный порядок, и желает проявить неуважение к обществу. Но возможен и косвенный умысел. Хулиганство с косвенным умыслом имеет место тогда, когда субъект предвидит, что его действия могут нарушить общественный порядок, затронуть общественные интересы, и совершает их, сознательно допуская проявление неуважения к обществу»2. Подобное мнение высказывали и некоторые другие ученые3.

1Ñì.: Щепельков В.Ф. Уголовный закон: преодоление противоречий и неполноты. М.: Юрлитинформ, 2003. С. 224.

2Игнатов А. Спорные вопросы квалификации хулиганства // Советская юстиция. 1987. ¹ 2. С. 14.

3Ñì., íàïð.: Кириченко В.Ф. Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения. М., 1970. С. 10; Якубович М.И. Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения // Советское уголовное право. Особенная часть. М., 1973.

Ñ.472; Коржуев Е.К. Óêàç. ñî÷. Ñ. 8; Гришанин П.Ф., Владимиров В.А. Óêàç. ñî÷.

Ñ.9.

Похожее мнение высказывает Л.В. Сердюк, однако, по его мнению, хулиганство может быть совершено с прямым или косвенным умыслом по отношению к общественно опасным последствиям: «…наступления определенных последствий субъект желает (например, причинить побои). Другие побочные последствия могут и не являться целью его преступных действий, но он их сознательно допускает или относится безразлично к их наступлению (например, нарушение общественного порядка)»1.

В.В. Мальцев отмечает, что Верховный Суд РФ допускает возможность совершения хулиганства по мотиву личных неприязненных отношений2, а следовательно, и с косвенным умыслом. Состав хулиганства сконструирован в законе скорее по типу материальных, нежели формальных составов (что, как известно, предполагает наличие обоих видов умысла). Отсутствие прямого указания в диспозиции на обязательность хулиганского мотива при совершении хулиганства также выступает достаточ- но весомым аргументом в пользу указанной позиции.

По мнению И.Н. Даньшина, И.Я. Козаченко, В.С. Егорова, Н.Э. Мартыненко, Е.В. Кичигиной, П.И. Гришаева, В. Мальцева, Э.Г. Лемещенко и подавляющего большинства других исследователей, хулиганство всегда совершается с прямым умыслом3.

1Сердюк Л.В. Óêàç. ñî÷. Ñ. 231.

2Против возможности совершения хулиганства из личных неприязненных отношений выступает Л.С. Аистова, которая считает, что такие деяния должны квалифицироваться как преступления против личности (см.: Аистова Л.С. Квалификация хулиганства. С. 8). Не разделяет мнения В.В. Мальцева по этому вопросу В. Зарубин, который полагает, что мотивы личной неприязни при совершении хулиганства оттесняются хулиганскими. То есть хулиганский мотив является доминирующим, а это свидетельствует о желании хулигана причинить вред общественном порядку (см.: Зарубин В. Спорные вопросы субъективной стороны хулиганства // Уголовное право. 2001. ¹ 3. С. 14).

3Даньшин И.Н. Óêàç. ñî÷. Ñ. 156; Козаченко И.Я. Социально-правовая характеристика хулиганства: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Свердловск, 1973. С. 16; Êóðñ советского уголовного права / Отв. ред. Н.А. Беляев. Л.: Изд-во ЛГУ, 1981. Т. 2. С. 16; Мальцев В. Ответственность за хулиганство // Законность. 2000. ¹ 7.

Ñ.7—10; Егоров В.С. Óêàç. ñî÷. Ñ. 32; Уголовное право. Общая и Особенная части. Интенсивный полный курс / Под ред. Л.Д. Гаухмана, А.А. Энгельгардта.

Ñ.98; Гришаев П.И. Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения // Уголовное право. Особенная часть. М., 1966. С. 231; Кичигина Е.В. Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения / Уголовное право БССР. Минск, 1978. Т. 2. С. 293; Лемещенко Э.Г. Уголовно-правовая характеристика хулиганства // Следователь. 2002. ¹ 6. С. 3; Батюкова В.Е. Субъективная сторона хулиганства в науке уголовного права // Новый юридический журнал. 2013. ¹ 2. С. 280—296.

Поскольку, как мы уже отмечали, хулиганство относится к формальным составам преступления, а такие составы не требуют наличия общественно опасных последствий, следует высказать предположение, что определяющим моментом для установления умысла в формальных составах преступлений является психологическое отношение лица к совершенному им деянию.

С учетом отсутствия в уголовном законе определения форм вины, применимых для формальных составов преступлений, следует согласиться с точкой зрения Г. Кригера, который указывал, что в преступлениях с формальным составом в понятие умысла включаются психическое отношение только к деянию и определенное волевое отношение к нему1. Исходя из этого положения конструкция понятия вины в форме прямого умысла для преступлений с формальным составом может выглядеть следующим образом: преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий и желало их совершения.

Говоря о подобной конструкции видов умысла в формальных составах преступлений, В.А. Нерсесян указывает, что теория уголовного права и судебно-следственная практика вынуждены искусственно сокращать законодательную формулу вины в преступлениях с формальным составом. Он также указывает, что в подобных случаях налицо очевидная коллизия между законодательной формулой вины в формальных составах и практикой2. С данной позицией нельзя не согласиться, однако, если следовать этому подходу, придется прийти к выводу, что, поскольку понятие вины в формальных составах преступлений не определено, вина в этих составах преступления отсутствует вообще. Естественно, что в подобном случае придется констатировать и факт отсутствия в действиях лица состава преступления, поскольку преступлением может быть признано лишь виновно совершенное деяние.

Представляется, что различие взглядов на форму вины в составе хулиганства главным образом вызвано различными суждениями о структуре объективной стороны этого преступления, что приводит к неосновательному введению в качестве признака состава хулиганства вины по отношению к возможным последствиям или к признанию действий последствиями. При этом не учитывается, что в соответствии с определением хулиганства в

1Кригер Г. Определение формы вины // Советская юстиция. 1979. ¹ 20. С. 4.

2Ñì., íàïð.: Нерсесян В.А. Понятие и формы вины в уголовном праве // Правоведение. 2002. ¹ 2. С. 80.

законе нелогично представить возможность грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, совершенного при безразличном отношении к этим действиям. Эти действия, по своему характеру выражающие волевое стремление их совершить, нередко преследуют вздорную хулиганскую цель и т.п. К тому же признание того, что лицо, совершающее хулиганские действия, безразлично относилось к нарушению общественного порядка, неосновательно расширяет понятие хулиганства, лишает его присущей ему по закону специфики, ибо косвенный умысел в отношении нарушения общественного порядка может иметь место и при совершении других уголовных преступлений, совершенных публично, в общественном месте. В то же время следует иметь в виду, что хулиганские действия в некоторых случаях могут быть причинно связаны с последствиями, не охватываемыми составом хулиганства.

Представляется, что прямой и косвенный умысел отличаются между собой не только по волевому моменту (при прямом умысле виновный желает преступного результата, при косвенном — сознательно допускает его наступление). Имеется отли- чие между этими двумя видами умысла и по интеллектуальному моменту — предвидению. При этом умысле виновный предвидит как неизбежность преступного результата, так и возможность его наступления. При косвенном умысле — лишь возможность наступления преступных последствий.

По этому поводу А.В. Наумов пишет: «Предвидение возможности наступления преступных последствий означает, что эти последствия могут по каким-то причинам и не наступать. Предвидение неизбежности их наступления означает, что сознанием виновного исключаются какие-либо обстоятельства, в соответствии с которыми желаемые последствия могут не наступать»1. Вместе с тем предвидение неизбежности наступления последствий, по мнению А.И. Рарога, означает наличие не косвенного, а прямого умысла. Он отмечает, что невозможно говорить о нежелании причинить вредные последствия, если человек мобилизует свою волю на совершение действий, которые заведомо повлекут указанные последствия2.

1Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть. С. 228.

2Ñì., íàïð.: Рарог А.И. Проблемы квалификации преступлений по субъективным признакам. С. 67; Îí æå. Субъективная сторона преступления // Уголовное право Российской Федерации. Общая часть. М., 1996; Îí æå. Вина в советском уголовном праве.

Таким образом, при предвидении виновным неизбежности преступного результата своих действий всегда имеется в нали- чии прямой умысел. В связи с этим мы полагаем, что лицо, угрожая в общественном месте здоровью гражданина либо унич- тожением или повреждением имущества, не может не осознавать общественную опасность своих действий, не предвидеть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу.

Этой точки зрения придерживается и судебная практика. Так, в целом ряде судебных постановлений Президиума Верховного Суда РФ, областных и республиканских судов указывается на то, что хулиганство является преступлением, совершенным с прямым умыслом1.

Исходя из этого, мы приходим к выводу, что для хулиганства характерны умышленная форма вины и прямой умысел.

Факультативными признаками субъективной стороны преступления являются мотив è öåëü преступления. Профессор Аванесов Г.А. указывал, что мотивы, которыми руководствуется личность, являются его ядром2. А.А. Ковалкин и Д.П. Котов под мотивом преступления предлагают понимать «порожденное системой потребностей осознанное и оцененное побуждение, принятое лицом в качестве идеального основания и оправдания совершенного им преступления»3.

В современной юридической литературе наиболее часто встре- чается следующее определение мотива преступления: «…обусловленное определенными потребностями и интересами внутреннее побуждение, которое вызывает у лица решимость совершить преступление и которыми оно руководствуется при его совершении»4.

Н.А. Платошкин отмечает, что условно можно выделить два основных подхода к хулиганскому мотиву: формально-юриди- ческий и психологический. Первый предполагает рассмотрение

1Бюллетень ÂÑ ÐÔ. 1998. ¹ 1. Ñ. 12; 2000. ¹ 2. Ñ. 22.

2Аванесов Г.А. 10 глав о мотивации и мотивах. Через призму науки криминологии. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2014. С. 10.

3Ковалкин А.А., Котов Д.П. Мотивы хулиганства // Вопросы борьбы с преступностью. М., 1973. Вып. 18. С. 41.

4Российское уголовное право. Общая часть / Под ред. А.И. Рарога. Т. 1. С. 196; Рарог А.И. Проблемы квалификации преступлений по субъективным признакам. С. 112.

мотива как признака состава того или иного преступления. Применительно к хулиганскому мотиву это означает, что главным его признаком является способность вызывать грубое нарушение общественного порядка, явное неуважение к обществу, поскольку хулиганский мотив — это необходимый признак состава хулиганства. Психологический подход основан на рассмотрении мотива как производной процесса мотивации в связи с вызвавшей его потребностью, целью, конкретной жизненной ситуацией и т.п.1

Следует отметить, что в уголовно-правовой науке всегда существовало мнение о том, что хулиганский мотив является обязательным признаком субъективной стороны хулиганства. По этому поводу Б.С. Волков писал, что он «не может не рассматриваться как обязательный элемент субъективной стороны данного преступления. Без хулиганского мотива не может быть и хулиганских действий»2. Этой же точки зрения придерживается большинство опрошенных нами специалистов (71%). Однако не все исследователи соглашались с данной позицией, что во многом было обусловлено включением экстремистских побуждений

âсубъективную сторону хулиганства.

Âлитературе отмечается, что уважение к обществу, общест-

венному порядку относится к числу наиболее общих, высших, базовых ценностей, которые реализуются множеством иных ценностей — уважением к людям, их достоинству, спокойствию, труду, материальным ценностям и т.д. С этих позиций хулиганский мотив, выражая собой пренебрежение к обществу, выливается в посягательство на самые разнообразные объекты. Общий мотив неуважения к обществу обусловливает способ удовлетворения иных стремлений субъекта, таких как утвердить свое превосходство над другими, показать свою силу, смелость, власть, независимость от всяких нормативных ограничений. Такое общее понимание хулиганского мотива не снимает необходимости более тонкой психологической дифференциации разных видов хулиганского поведения и различных типов мотивации хулиганства. Осознание психологического многообразия хулиганского мотива является необходимой предпо-

1Платошкин Н.А. Хулиганский мотив и мотив хулиганства // Актуальные проблемы российского права. 2007. ¹ 1. С. 497.

2Волков Б.С. Мотив и квалификация преступлений. Казань, 1968. С. 152.

сылкой правильной квалификации преступного деяния, оценки его общественной опасности, индивидуализации ответственности и мер исправительно-воспитательного воздействия на виновного1.

В связи с этим в научных работах последнего времени пристальное внимание уделяется содержательной части, сущности хулиганских побуждений. Б.В. Волженкин видит сущность хулиганского мотива в грубо пренебрежительном отношении ко всему обществу в целом, в желании противопоставить себя общественному мнению, нормам нравственности, продемонстрировать свое превосходство, грубую силу и т.п.2

А.И. Коробеев, рассматривая вопрос о хулиганских побуждениях применительно к составу ст. 105 УК РФ, отмечает, что хулиганские мотивы есть проявление со стороны виновного крайней степени эгоцентризма, нетерпимости к существующим в обществе моральным и правовым запретам и ограничениям, выражение бравады и вседозволенности, стремление своими агрессивными действиями девальвировать ценность человече- ской жизни3.

По мнению Л.А. Андреевой, хулиганский мотив «проистекает из эгоизма, связанного с неуважением человеческого достоинства, безразличного отношения к общественным интересам, пренебрежения к законам и правилам поведения, и в его основе лежит злоба, вызванная неудовлетворением антисоциальных потребностей преступника»4. И.Я. Козаченко указывает, что «хулиганский мотив выражается в стремлении виновного утвердить свою гипертрофированную исключительность в сознании неопределенного круга лиц. При этом хулиган может руководствоваться в своих действиях не одним, а несколькими мотивами, однако этот в любом случае доминирует»5. С.В. Бородин полага-

1Ñì.: Ратинов А.Р. О психологической природе хулиганского мотива // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 45. М.: Юрид. лит., 1987. С. 40—45.

2Ñì.: Волженкин Б.В., Питерцев С.К., Шимановский В.В. Расследование дел о хулиганстве. Л., 1979. С. 8.

3Ñì.: Российское уголовное право. Курс лекций / Под ред. А.И. Коробеева. Т. III. Владивосток, 2000. С. 115.

4Андреева Л.А. Квалификация убийств, совершенных при отягчающих обстоятельствах. СПб., 1998. С. 32.

5Уголовное право. Особенная часть: Учебник / Под ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамовой, Г.П. Новоселова. С. 390.