Уголовная ответственность за хулиганство и иные преступления, совершаемые из хулиганских побуждений. Монография

преступления, являющиеся средствами достижения других целей и совершаемые из-за неправильно понятых интересов общества. К этой категории следует относить, например, незаконное задержание, вынесение заведомо неправосудного судебного акта и т.п.;

преступления-«самоцели». К этой группе относятся преступления, сам процесс совершения которых доставляет

удовлетворение преступнику1.

Еще в 1924 г. М.М. Гродзинский совершенно справедливо отмечал, что для состава хулиганства требуется наличие озорства, с одной стороны, и проявление явного неуважения к обществу — с другой. Он полагал, что «озорными могут быть названы те действия, которые, нарушая закон или вообще порядок, не преследуют какой-либо особой цели, а вызваны стремлением совершить данное деяние только ради забавы, нарушить правопорядок ради самого нарушения». «Хулиганство характеризуется тем, что цель, преследуемая преступником, лежит в самом деянии, им исчерпывается и заключается именно в том, чтобы нарушить правопорядок»2.

Нам представляется, что хулиганство следует относить именно к третьей группе преступлений, так как у преступника наряду с целью вселить в потерпевшего чувство страха, подчинить его своей воле, выразить явное неуважение к обществу сам процесс совершения хулиганских действий является целью. По этому поводу С.Л. Рубинштейн указывал, что мотив может отделиться от цели и переместиться на саму деятельность, как это имеет место в игре, где мотив деятельности лежит в ней самой, либо на один из результатов деятельности3. В связи с этим С.В. Бородин и Л.А. Андреева указывали, что хулиган получает удовлетворение от самого совершения общественно опасных деяний4.

Вместе с тем нельзя не отметить, что при квалификации хулиганства по п. «б» ч. 1 ст. 213 УК РФ необходимо указать на наличие цели возбуждения ненависти или вражды. С.В. Борисов, высказывающий соответствующее мнение, по этому поводу отмечает, что в качестве мотива преступлений экстремистской

1Ñì.: Эминов В., Еникеев М. Óêàç. ñî÷. Ñ. 113.

2Гродзинский М.М. Преступления против личности. М., 1924. С. 60.

3Ñì.: Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. М., 1946. С. 564.

4Ñì., íàïð.: Бородин С.В. Óêàç. ñî÷. Ñ. 144; Андреева Л.А. Квалификация убийств, совершенных при отягчающих обстоятельствах. С. 32.

поэтому он совершил лишь побои, квалифицируемые по ч. 1 ст. 116 УК РФ1.

В другом случае применение насилия гр-ном А. в отношении своих соседей М. было правильно квалифицировано как хулиганство (ч. 1 ст. 213 УК РФ) и побои (ч. 2 ст. 116). А., находившись в состоянии алкогольного опьянения, лег под дверью своих соседей М. В ответ на правомерное замечание и просьбу пропустить их в свою квартиру А., громко и нецензурно выражаясь, достал из кармана гаечный ключ и с его помощью затеял драку с М., чем нарушил нормальный уклад жизни его жены, покой соседей.

Здесь в отличие от предыдущего случая имело место грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, сопряженное с причинением побоев, при отсутствии между соседями личных неприязненных отношений2. Более подробно проблемные аспекты квалификации хулиганских действий будут рассмотрены нами в следующих главах настоящей работы.

1.5. Квалифицирующие признаки хулиганства

Хулиганство, совершенное группой лиц по предварительному сговору или организованной группой

В качестве одного из квалифицированного вида хулиганства законодатель в ч. 2 ст. 213 УК РФ предусмотрел совершение этого преступления группой лиц по предварительному сговору или организованной группой.

Исходя из положений с ч. 2 ст. 35 УК РФ хулиганство следует признавать совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. В содержание предварительного сговора, как правило, входит соглашение о функциях каждого из соучастников, а также о самом преступлении, при этом предварительность сговора означает, что он должен предварять преступление, т.е. он должен быть совершен за какое-то

1Уголовное дело ¹ 1-588/2007 из архива Хорошевского районного суда г. Москвы.

2Уголовное дело ¹ 1-12/2008 из архива Тверского районного суда г. Москвы.

противоправных действий при отсутствии предварительного сговора с другими участниками преступления применило оружие или предметы, используемые в качестве оружия, либо продолжило хулиганские действия по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, содеянное им при наличии к тому оснований подлежит квалификации по соответствующему пункту ч. 1 ст. 213 УК РФ (ст. 36 УК РФ).

Действия других участников, не связанных предварительным сговором и не применявших оружие или предметы, используемые в качестве оружия, а также не совершавших преступных действий по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, не образуют состава указанного преступления. При наличии к тому оснований такие действия могут быть квалифицированы как мелкое хулиганство (ст. 20.1 КоАП РФ).

Таким образом, хулиганство признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвуют два или более лица, которые действовали совместно, с прямым умыслом и хулиганским мотивом, грубо нарушили общественный порядок и выразили явное неуважение к обществу своими действиями, применив при этом оружие или иные предметы, используемые в качестве оружия, либо действовали без применения этих предметов, по мотивам, указанным в п. «б» ч. 1 ст. 213 УК РФ. Вместе с тем рекомендации, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений», отвечают не на все проблемные вопросы юридической оценки групповых хулиганских действий.

Нередко в процессе квалификации и расследования преступлений возникает вопрос о том, должны ли все лица, входящие в группу, быть достигшими возраста уголовной ответственности или вменяемыми, либо, даже если лишь один соучастник достиг возраста уголовной ответственности, его действия следует квалифицировать как групповое преступление. Данная проблема до сих пор не получила однозначного решения как среди ученыхюристов, так и среди правоприменителей.

Эта проблема появилась во многом из-за разночтений, содержащихся в различных постановлениях Пленума Верховного Суда РСФСР и РФ. Так, в п. 9 постановления «О судебной практике по делам об изнасиловании»1 указывалось, что действия участника группового изнасилования подлежат квалификации по ч. 3 ст. 117 УК РСФСР, т.е. как групповое изнасилование, независимо от того, что остальные участники преступления не были привлечены к уголовной ответственности ввиду их невменяемости либо в силу требований ст. 10 УК РСФСР, т.е. недостижения возраста уголовной ответственности2. Подобное положение содержалось и в постановлении Пленума ВС РСФСР «О судебной практике по делам о грабеже и разбое» от 23 июня 1966 г. с изменениями и дополнениями, внесенными постановлениями от 21 декабря 1993 г. и 25 декабря 1996 г. В то же время в п. 12 постановления Пленума ВС РФ от 27 декабря 2002 г. «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» указывается, что в случае совершения кражи несколькими лицами без предварительного сговора их действия следует квалифицировать по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ по признаку «группа лиц», если в совершении этого преступления совместно участвовало два или более исполнителя, которые в силу ст. 19 УК РФ подлежат уголовной ответственности за содеянное3.

Обратимся к материалам научных исследований по данному вопросу. По мнению Р.Р. Галиакбарова, «не являются вариантом соучастия в преступлении… случаи квалификации как группового изнасилования фактов совместного совершения преступления субъектом с лицами, которые не подлежат ответственности в силу недостижения возраста субъекта преступления или невменяемости»4. Вместе с тем он указывает, что «такие прояв-

1Ñì.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22 апреля 1992 г. в редакции Постановления Пленума от 21 декабря 1993 г. «О судебной практике по делам об изнасиловании» // Сборник постановлений Пленума Верховного суда Российской Федерации. М.: Спарк, 1999. С. 456—461.

2Следует отметить, что в ныне действующем постановлении «О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 131 и 132 УК РФ» данный вопрос вообще не рассматривается.

3Постановление Пленума ВС РФ от 27 декабря 2002 г. «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2003. ¹ 2.

4Галиакбаров Р.Р. Квалификация групповых преступлений / Отв. ред. В.И. Артемов. М., 1980. С. 36—37.

ления группы хотя и не представляют собой соучастия в преступлении, но могут иметь самостоятельное правовое значение и учитываться как способ совершения преступления, характеризующий объективные признаки посягательства»1.

Применительно к рассматриваемому вопросу в отношении состава ст. 213 УК РФ Ю.И. Жих считает возможным квалификацию действий как групповое хулиганство, когда одно или несколько лиц не подпадают под признаки субъекта преступления2. В обоснование своего мнения она ссылается на вышеприведенные нами постановления Пленума Верховного Суда. Этой же точки зрения придерживается В.М. Шинкарук3.

Мы же с подобным мнением не соглашаемся. Нам представляется, что разрешение данного вопроса необходимо осуществлять в соответствии с действующим на сегодняшний день уголовным законом и постановлениями Пленума ВС РФ. Согласно ст. 19 УК РФ уголовной ответственности подлежит только вменяемое физическое лицо, достигшее возраста, установленного УК. С учетом того, что не достигшее возраста уголовной ответственности или невменяемое лицо не является субъектом преступления, а также поскольку основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего в себе все признаки состава преступления, такое лицо не считается совершившим преступление4.

В соответствии с п. 9 постановления Пленума ВС РФ от 14 февраля 2000 г. ¹ 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних» отмечалось, что совершение преступления с использованием лица, не подлежащего уголовной ответственности в силу возраста или невменяемости, не создает соучастия, а при совершении преступления несовершеннолетним, не подлежащим уголовной ответственности по указанным выше основаниям, лицо, вовлекшее несовершеннолетнего в совершение этого преступления, в силу ч. 2 ст. 33 УК

1Галиакбаров Р.Р. Óêàç. ñî÷.

2Ñì.: Æèõ Þ.È. Óêàç. ñî÷. Ñ. 19.

3Ñì.: Шинкарук В.М. Óêàç. ñî÷. Ñ. 16.

4Ñì., íàïð.: Батюкова В.Е. Квалифицированные составы хулиганства: определение объекта преступного посягательства // Образование и право. 2014. ¹ 1/2 (53/54). С. 120—129.

РФ несет ответственность за содеянное как исполнитель путем посредственного причинения1.

Таким образом, лицо, совершающее преступление совместно с лицом, не достигшим возраста уголовной ответственности или невменяемым, является исполнителем этого преступления, а не соучастником такого лица. Поэтому если лицо юридически является единственным исполнителем преступления, оно не может нести уголовную ответственность за это же преступление как за совершенное группой лиц.

Следует отметить, что в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2007 г. ¹ 45 «О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений» отмечается, что «при квалификации действий виновного как хулиганство, совершенное группой лиц по предварительному сговору, суды должны исходить из требований, предусмотренных ч. 2 ст. 35 УК РФ». На фоне этой, казалось бы, четкой и ясной позиции странным выглядит положение, содержащееся в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ: «Преступление, признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном его совершении, независимо от того, что некоторые из участвовавших не были привлечены к уголовной ответственности в силу недостижения возраста уголовной ответственности или ввиду невменяемости»2.

Некоторыми учеными это положение было воспринято положительно, и необходимость квалификации как группового преступления в подобных случаях обосновывалась, во-первых, тем, что в ст. 32 УК РФ нет указания именно на лиц, обладающих признаками субъекта преступления; во-вторых, тем, что такая квалификация позволяет отразить повышенную общественную опасность подобных посягательств3. В подтверждение

1Ñì.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г. ¹ 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2000. ¹ 4.

2Бюллетень Верховного Суда РФ. 2001. ¹ 8.

3Ñì., íàïð.: Рарог А., Есаков Г. Понимание Верховным Судом РФ «группы лиц» соответствует принципу справедливости // Российская юстиция. 2002. ¹ 1. С. 51— 53; Игнатов А.Н. Ответственность за преступления против нравственности. М., 1966. С. 107; Галиакбаров Р.Р. Как квалифицировать убийства и изнасилования, совершенные групповым способом // Российская юстиция. 2000. ¹ 10. С. 40; Рарог А.И. Проблемы квалификации преступлений по субъективным признакам. С. 215.

На основании изложенного выше следует прийти к выводу, что квалификация хулиганства как совершенного группой лиц или группой лиц по предварительному сговору возможна только при наличии как минимум двух лиц, подлежащих уголовной ответственности согласно положениям ст. 19 УК РФ, т.е. лиц, достигших возраста уголовной ответственности.

При рассмотрении проблемных вопросов квалификации группового хулиганства нельзя обойти вниманием положения ст. 36 УК РФ, характеризующие эксцесс исполнителя. Эксцессом исполнителя преступления признается совершение исполнителем преступления, не охватывающегося умыслом других соуча- стников, вследствие чего они уголовной ответственности не подлежат. При хулиганских действиях эксцессом исполнителя следует признавать не только совершение исполнителем преступления, не охватывающегося умыслом других соучастников, но и совершение исполнителем действий, не охватывающихся умыслом других соисполнителей, производимых в рамках совместно совершаемого преступления.

В этом случае речь идет не о количественном эксцессе, когда один из соучастников совершает большее количество преступлений, а о качественном эксцессе, когда один из соучастников совершает то же преступление, но в более тяжкой его форме1.

Так, справедливо были признаны эксцессом исполнителя действия Т., который совершил хулиганство совместно с Е. при следующих обстоятельствах. Е. и Т. заранее договорились о совершении хулиганства, и в то время, когда Е. избивал потерпевших Ш. и Р., Т. удерживал пытавшегося пресечь эти действия Г., приставив нож к его горлу. Затем Е. и Т. совместно нанесли Г. удары ногами. С уче- том того, что нож во время совершения хулиганства применял Т., а также того, что ни органами следствия, ни судом не установлено предварительной договоренности между Е. и Т. о применении последним ножа, а также не выяснено, знал ли Е. о наличии у Т. ножа, действия Т., применившего нож, были признаны эксцессом исполнителя, а действия Е. переквалифицированы с ч. 3 ст. 213 УК РФ (ред. УК РФ 1996 г.) на п. «а», «б» ч. 2 ст. 213 УК РФ2.

1Об этом подробнее см.: Толстопятова Н.В. Эксцесс соучастников в уголовном праве: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Ростов н/Д, 2004. С. 8—10.

2Ñì.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 2002. ¹ 7.