Уголовная ответственность за хулиганство и иные преступления, совершаемые из хулиганских побуждений. Монография
.pdf
Квалификация и разграничение хулиганства и иных преступлений |
181 |
|
|
Затем неустановленное лицо, продолжая действовать согласно отведенной ему преступной роли, находясь на улице по вышеуказанному адресу, т.е. в общественном месте, выражая явное неуважение к обществу, умышленно нарушая общепринятые нормы и правила поведения, а также желая противопоставить себя окружающим, подошел к Х. и Д., после чего, выражаясь нецензурной бранью, демонстрируя при этом пренебрежительное отношение к обществу по мотивам национальной ненависти
èвражды, т.е. грубо нарушая общественный порядок, общепризнанные нормы и правила поведения, беспричинно напал на Х.
èД. Потерпевшие попытались оказать установленному лицу сопротивление, тогда, продолжая реализовывать свой преступный умысел, к нему (установленному лицу) присоединились З. и остальные неустановленные соучастники. В процессе нападения и избиения З. и неустановленные соучастники из хулиганских побуждений, оскорбляя честь и достоинство потерпевших Х. и Д., добиваясь разжигания национальной ненависти и вражды, реально осознавая, что такие их действия вызовут общественный резонанс, выкрикивали лозунги националистического характера «бей, чурок», «проклятые чехи».
Своими действиями, З. и неустановленные лица, действуя из
хулиганских побуждений, нарушая общественный порядок, добиваясь резонанса и разжигания национальной ненависти и вражды, нанесли потерпевшим Х. и Д. удары руками и ногами, по голове, туловищу и ногам, в количестве не менее 10 каждому, а также, используя неустановленный травматический пистолет в качестве оружия, произвели выстрелы по корпусу потерпевших в количестве не менее 4 раз в каждого, причинив потерпевшему множественные телесные повреждения, расценивающийся как легкий вред здоровью1.
Похожая практика квалификации хулиганских действий постепенно внедряется не только в Москве, но и в регионах России.
Анализ судебной практики позволяет сделать вывод, что судьями не всегда верно раскрывается содержание умысла при квалификации хулиганства и иных преступлений, совершаемых из хулиганских побуждений или по мотивам, указанным в п. «б» ч. 1 ст. 213 УК РФ.
1 Уголовное дело ¹ 1-54/ 2011 из архива Кузьминского районного суда г. Москвы.
182 |
Глава 2 |
Так, Нижневартовский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа — Югры 17 января 2014 г. вынес постановление о прекращении уголовного дела в отношении Синельникова А.О., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «а, б» ч. 1 ст. 213, ч. 2 ст. 119, п. «б» ч. 2 ст. 115 УК РФ, а также в отношении Костюкова А.В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 116 УК РФ, на основании подп. 3 и 5 п. 6 постановления Государственной Думы Федерального Собрания РФ ¹ 3500-6 ГД от 18.12.2013 г. «Об объявлении амнистии в связи с 20-летием принятия Конституции Российской Федерации».
Данные преступления были совершены виновными при следующих обстоятельствах.
Синельников А.О. 31.08.2013 г. около 19.00 часов, находясь на строящемся объекте в г. Нижневартовске ХМАО-Югры, будучи в состоянии алкогольного опьянения, испытывая чувство ненависти и вражды к определенной социальной группе, а именно к лицам без определенного места жительства (бомж), к которым относится ранее незнакомый ему Ф1, так как считает, что бомжи «засоряют» общество своим наличием, являются асоциальными, деградированными личностями, распространителями и переносчиками инфекционных заболеваний и их нахождение в обществе не соответствует общепринятым нормам, беспричинно, из хулиганских побуждений, грубо нарушая общественный порядок, противопоставляя себя окружающим, демонстрируя свое пренебрежение к указанной социальной группе (бомжи), с целью причинения телесных повреждений Ф1, находясь в непосредственной близости от последнего, умышленно нанес один удар кулаком правой руки в область левого глаза Ф1, отчего последний, не устояв на ногах, упал на землю. Синельников А.О., не удовлетворившись содеянным, продолжая свои преступные действия, удерживая в правой руке находившийся при нем пневматический пистолет модели GLETCHER ТТ NBB cal.4,5 mm» с номерным обозначением «16ТТ¹ 4222», снаряженный металлическими снарядами (шариками), используя его в качестве оружия, умышленно произвел из него несколько (более двух) выстрелов по ногам Ф1, в результате чего последний испытал физическую боль. После чего Синельников А.О., продолжая свой преступный умысел, направленный
Квалификация и разграничение хулиганства и иных преступлений |
183 |
|
|
на причинение телесных повреждений Ф1, нанес последнему множественные (не менее двух) удары ногами по различным частям тела Ф1. Далее, Синельников А.О., видя, что Ф1 пытается встать с земли на ноги, умышленно, с целью причинения телесных повреждений, произвел из указанного выше пистолета множественные (более двух) выстрелы в область головы Ф1, в результате чего последний, испытав сильную физическую боль, присел на корточки и прикрыл голову руками. Синельников А.О. же, продолжая свои преступные действия, не взирая на просьбы Ф1 прекратить его избиение и производство выстрелов
âнего из пистолета, в присутствии знакомого Костюкова А.В., пришедшего по его (Синельникова А.О.) просьбе на указанную территорию строящегося объекта, умышленно нанес несколько (не менее двух) ударов рукояткой пистолета по голове, в области затылка и по спине Ф1, отчего последний, испытав сильную физическую боль, не удержав равновесие, упал лицом в грязь, а Синельников А.О., действуя совместно с Костюковым А.В., продолжая свои преступные действия, умышлено нанес множественные (более двух) удары ногами по спине Ф1. Своими хулиганскими действиями Синельников А.О. грубо нарушил порядок
âобщественном месте и, используя пневматический пистолет в качестве оружия, умышленно произвел из него выстрелы в Ф1, причинив последнему сильную физическую боль и, согласно заключению эксперта ¹ 5343 от 27.09.2013, телесные повреждения, относящие к легкому вреду здоровью по признаку кратковременности его расстройства.
Все действия со стороны Синельникова А.О. и высказанную угрозу убийством Ф1 воспринял реально, опасаясь за свою жизнь и здоровье, а также за возможность причинения тяжкого вреда здоровью, и у него имелись все основания опасаться ее осуществления, так как Синельников А.О. находился в состоянии алкогольного опьянения, был зол, агрессивен, угрозу убийством сопровождал активными действиями.
Костюков А.В. 31.08.2013 г. около 19.10 часов, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь на территории строящегося объекта, куда он пришел по звонку своего знакомого Синельникова А.О., увидев, как последний умышленно нанес лежащему на земле Ф1 множественные (более двух) удары ногами по спине, он (Костюков А.В.), действуя совместно с Си-
184 |
Глава 2 |
нельниковым А.О., имея умысел, направленный на причинение телесных повреждений ранее не знакомому Ф1, умышленно нанес последнему множественные (более двух) удары ногами по спине. Своими преступными действиями Костюков А.В. совместно с Синельниковым А.О. причинил Ф1 сильную физическую боль и, согласно заключению эксперта, телесные повреждения в виде кровоподтеков поясничной области с двух сторон, которые не причинили вред здоровью по признаку отсутствия его расстройства.
Действия Синельникова А.О. квалифицированы по п. «а», «б» ч. 1 ст. 213 УК РФ — хулиганство, т.е. грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с применением оружия, по мотивам ненависти и вражды в отношении какой-либо социальной группы.
Действия Синельникова А.О. квалифицированы по ч. 2 ст. 119 УК РФ — угроза убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, совершенной по мотивам ненависти и вражды в отношении какой-либо социальной группы.
Действия Синельникова А.О. квалифицированы по п. «б» ч. 2 ст. 115 УК РФ — умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенное по мотивам ненависти в отношении какой-либо социальной группы.
Действия Костюкова А.В. квалифицированы по п. «а» ч. 2 ст. 116 УК РФ — нанесение побоев, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст. 115 УК РФ, совершенные из хулиганских побуждений1.
Данный пример судебной практики свидетельствует, что при вынесении постановления о прекращении уголовного дела суд вообще не обсуждал субъективную сторону всех совершенных преступлений виновными. На наш взгляд, это привело к неправильной квалификации действий Синельникова А.О. Изначально действия виновного не содержали признаков состава преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ. Использо-
1 Уголовное дело ¹ 1-181/14 // https://sudrf.ru/
Квалификация и разграничение хулиганства и иных преступлений |
185 |
|
|
вание оружия в данном примере было обращено именно на причинение вреда здоровью и угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, которую потерпевший воспринял как реальную, а не на грубое нарушение общественного порядка. Указанные выше действия Синельниковым действительно были совершены «по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какойлибо социальной группы».
Мотив совершения преступления Костюковым А.В. в судебном заседании также не обсуждался, и поэтому по непонятным причинам его действия были квалифицированы как совершенные из хулиганских побуждений.
Âсвязи с изложенным выше представляется, что двойную мотивацию хулиганских действий, заложенных в конструкцию
ï.«б» ч. 1 ст. 213 УК РФ, следует рассматривать как исключе- ние из общепринятых правил квалификации преступлений1.
Âсвязи с этим можно вспомнить апелляционное постановление Московского городского суда от 16 июня 2015 г. по делу ¹ 10-7083/2015 по апелляционному представлению государственного обвинителя Д.Д. Галиуллиной, апелляционные жалобы адвоката Г.Г. Шатворяна и осужденного М.
М. признан виновным в хулиганстве, т.е. грубом нарушении общественного порядка, выражающем явное неуважение к обществу, совершенном с применением оружия и по мотивам политической ненависти.
18 августа 2014 г. М., находясь у здания Посольства Турецкой Республики в г. Москве, произвел выстрел из ружья в знак Посольства Турецкой Республики. В обосновании правильной квалификации действий виновного М. по п. «а» и «б» ч. 1 ст. 213 УК РФ, суд указал: «…установленные судом фактические обстоятельства дела, выводы в приговоре о виновности М. в хулиганстве и квалификация его действий по ст. 213 ч. 1 п. «а», «б» УК РФ являются верными и подтверждаются совокупностью
исследованных в судебном заседании доказательств, достовер-
1 Ñì., íàïð.: Горбунова Л.В. Общая теория квалификации преступлений: Учеб. пособие. Казань, 2004.
186 |
Глава 2 |
ность и допустимость которых сомнений не вызывают: заявлением из Посольства Турецкой Республики о совершении преступления, показаниями свидетелей З., Ч., К., С., протоколами осмотра места происшествия, протоколами осмотра предметов, вещественными и иными доказательствами, проанализированными в приговоре.
Побуждения, которыми руководствовался М., характер его действий, его поведение во время и после совершения преступления указывают на то, что он посягал исключительно на общественные отношения, составляющие содержание общественного порядка, который, в свою очередь, предполагает наличие условий безопасности в публичных местах и обеспечение спокойствия неопределенно большого круга лиц. Мотивация его действий носила явно хулиганский характер, поскольку, выстрелив из ружья в знак Посольства Турецкой Республики, М., помимо прочего, продемонстрировал дерзость и стремление противопоставить себя окружающим — характерные составляющие субъективной стороны хулиганства»1.
Как мы уже ранее указывали, поскольку применение насилия либо уничтожение или повреждение имущества, совершенное при хулиганских действиях, составом ст. 213 УК РФ не охватываются, подобные действия необходимо дополнительно квалифицировать по статьям УК РФ, предусматривающим ответственность за умышленное причинение вреда здоровью, побои либо умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества (ч. 2 ст. 115, ч. 2 ст. 116 и ч. 2 ст. 167 УК РФ соответственно). В данном случае будет иметь место идеальная совокупность преступлений.
Нам представляется, что необходимость применения подобной уголовно-правовой квалификации нередко вызывает следственные и судебные ошибки. Они проявляются как в недостаточной квалификации преступных действий лица, т.е. неприменении уголовно-правовой нормы, подлежащей применению, так и в необоснованной квалификации действий лица по совокупности преступлений.
1 Уголовное дело ¹ 10-7083/2015. https://bsr. sudrf.ru/ (дата обращения: 20.12.2016 г.).
Квалификация и разграничение хулиганства и иных преступлений |
187 |
|
|
Так, были неправильно квалифицированы (лишь по ч. 2 ст. 115 УК РФ) действия М., который, находясь в нетрезвом состоянии в подъезде многоквартирного дома, стал стучать в дверь квартиры ранее незнакомого ему Х. и требовать открыть ее. Получив отказ, он стал наносить удары ногами и пустой бутылкой по двери квартиры Х. и дверям соседних квартир. После того как вышли жители соседних квартир Е. и К., Х. открыл дверь и сделал М. правомерное замечание. В ответ на это замечание М. достал из кармана нож и нанес им удар по руке Х., чем причинил легкий вред его здоровью, а также угрожал ножом Е. и К. Свои действия М. сопровождал нецензурной бранью, чем нарушил нормальный уклад жизни еще нескольких жителей подъезда1.
Нам представляется, что действия М. необходимо было квалифицировать по совокупности ч. 2 ст. 115 и п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, поскольку он грубо нарушил общественный порядок, выразил явное неуважение к обществу с применением предмета, используемого в качестве оружия.
В другом случае действия Б., который, будучи единственным пассажиром маршрутного такси, используя малозначительный повод, нанес водителю несколько ударов подобранным шлангом, были необоснованно квалифицированы по совокупности ч. 2 ст. 116 и ч. 1 ст. 213 УК РФ. В данном случае действия Б. следовало квалифицировать как побои, совершенные из хулиганских побуждений, поскольку грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, в его действиях не усматривается2.
Нельзя не отметить и то, что необходимость квалификации хулиганства по совокупности с преступлениями против личности и собственности излишне усложняет и процесс доказывания по уголовному делу, что нередко ведет к процессуальным ошибкам и, как следствие, к недоказанности вины хулигана либо к существенному перекосу в процессе доказывания в сторону установления обстоятельств совершения преступлений против личности, а не хулиганских действий.
1Уголовное дело ¹ 1-109/2010 из архива Орджоникидзевского районного суда г. Уфы.
2Уголовное дело ¹ 1-015/2010 из архива Калининского районного суда г. Уфы.
188 |
Глава 2 |
Âкачестве обстоятельства, подлежащего доказыванию, ст. 73 УПК указывает на установление виновности лица в совершении преступления, а также формы его вины и мотивы.
Хулиганство и иные преступления, совершаемые из хулиганских побуждений, характеризуются не только умышленной формой вины, но и обязательными мотивами, установление которых вызывает наибольшую трудность в правоприменительной практике.
Спорные вопросы, касающиеся субъективной стороны хулиганства, в науке уголовного права были и остаются, а их неразрешенность, безусловно, не может не отразиться на практике1.
Согласно ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора наряду с описанием преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения должна содержать указание о мотиве и целях преступления.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело
¹22-ÀÏÓ16-1 по апелляционным представлениям государственного обвинителя, жалобам потерпевшей П., а также потерпевшего Б. на приговор Верховного Суда Республики Северная Осетия — Алания от 12 ноября 2015 г.
Âсвоем апелляционном определении государственный обвинитель указал, что суд первой инстанции вопреки требованиям этого уголовно-процессуального закона при описании в приговоре действий осужденного Гагиева, связанных с производством из автомата одного выстрела в Б. и одного выстрела в сторону Ш., мотивы и цели действий осужденного не указал.
Вместе с тем, как видно из приговора, Гагиеву было предъявлено обвинение в умышленном причинении легкого вреда здоровью Б. и в умышленном убийстве Ш. из хулиганских побуждений и с целью достижения таких последствий. Данное об-
1 Ñì., íàïð.: Борисов С.В., Дмитренко А.П., Осипов В.А. Óêàç. ñî÷.; Гаухман Л.Д. Квалификация преступлений: закон, теория, практика. 4-å изд., перераб. и доп. М.: АО «Центр «ЮрИнфоР», 2010; Рарог А.И. Проблемы квалификации преступлений по субъективным признакам, 2016.
Квалификация и разграничение хулиганства и иных преступлений |
189 |
|
|
стоятельство, т.е. неустановление мотива совершения преступления, послужило основанием к отмене приговора.
Еще одной сложной правоприменительной проблемой следует считать вопрос о том, следует ли деяния, сопряженные с хулиганством, считать совершенными из хулиганских побуждений.
Думается, что в силу ранее исследованных нами особенностей субъективной стороны хулиганских действий и в случае идеальной совокупности преступлений на этот вопрос следует ответить положительно. Однако в правоприменительной практике допускаются факты квалификации хулиганских действий и сопряженных с ними преступлений по различным мотивам. Так, согласно приговору суда К., выражая явное неуважение к обществу, осознавая, что находится в общественном месте на территории студенческого городка, при массовом скоплении народа и что его действия видят посторонние лица, испытывая ненависть к социальной группе — движению «Антифа», грубо нарушая общественный порядок, противопоставляя себя обществу, осознавая, что в результате его преступных действий могут быть причинены телесные повреждения, достал вышеуказанный пистолет и, нарушая общественное спокойствие граждан, действуя умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий, сознательно допуская их, с целью причинения легкого вреда здоровью, произвел не менее двух выстрелов в сторону находившихся на крыльце лиц. В результате преступных действий К. находящемуся на крыльце лабораторного корпуса М.К. были причинены телесные повреждения, расценивающиеся как легкий вред здоровью1. В силу того что субъективная сторона действий К. по грубому нарушению общественного порядка, как следует из приговора суда, была одновременно обусловлена хулиганскими и экстремистскими побуждениями, квалификацию умышленных действий К., связанных с причинением в процессе хулиганских действий легкого вреда здоровью лишь по п. «б» ч. 1 ст. 213 УК РФ, т.е. по признаку экстремистского мотива, представляется нам неверной. На основании вышеизложенного представляется необходимым рекомендовать
1 Уголовное дело ¹ 1-169/11 из архива Советского районного суда г. Новосибирска.
190 |
Глава 2 |
правоприменителям при квалификации преступлений, совершенных в процессе хулиганских действий, образующих идеальную совокупность с хулиганством, оценивать сопутствующие преступления как совершенные из хулиганских побуждений.
Одной из правоприменительных проблем является недостаточная мотивировка предъявляемого обвинения и последующего приговора по уголовным делам о хулиганстве и преступлениям, совершенным из хулиганских побуждений. Это прежде всего касается описания таких действий, входящих в объективную сторону хулиганства как «грубое нарушение общественного порядка» и «явное неуважение к обществу». Упущения в описании преступных действий хулиганов нередко влекут к оправданию виновных по ст. 213 УК РФ и вменению хулиганам лишь действий, являющихся преступлениями против личности, но наказываемых менее строго. Суд, как известно, не вправе изменять объем предъявленного обвинения1.
Так, например, по причине упущений следователя имевшихся в формулировании объективной стороны преступных действий, описанных в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, был вынесен оправдательный приговор в части хулиганских действий гр. Ш., который во время хоккейного матча с участием команд «Автомобилист» (г. Екатеринбург) и «Салават Юлаев» (г. Уфа), проведенного 14 марта 2010 г., взял хоккейную клюшку и нанес данным спортивным снарядом несколько ударов по голове запасному вратарю ХК «Салават Юлаев» В. Колеснику. Суд, оправдывая Ш. в части совершения преступления, предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 213 УК РФ, вынужденно, основываясь на данных, содержащихся в постановлении о привлече- нии в качестве обвиняемого и обвинительном заключении, поверхностно описал в приговоре способ, время, место совершения преступления, а также интенсивность, продолжительность и другие обстоятельства хулиганских действий2.
Нередко судьи, рассматривающие уголовные дела о хулиганстве, сами допускают ошибки при составлении текста пригово-
1Ñì., íàïð.: Рагулин А.В. Процессуальные и тактические аспекты деятельности адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве. М.: Юрлитинформ, 2011. С. 294—314.
2Ñì., íàïð.: Сараев В.В. Уголовно-правовая оценка «спортивного хулиганства» // Науч. вестн. Омск. акад. МВД России. 2011. ¹ 1. С. 7—9.