Уголовная ответственность за хулиганство. Учебно-практическое пособие

ББК 67.628.113.1

В 26

Рецензенты:

доктор юридических наук, профессор Л. М. Прозументов;

председатель Омского областного суда В. А. Ярковой.

Авторы:

С. В. Векленко – начальник кафедры уголовного права Омской академии МВД России, доктор юридических наук, профессор;

И. Г. Рагозина – доцент кафедры уголовного права и процесса НОУ ВПО «Омский юридический институт», кандидат юридических наук

Векленко С. В., Рагозина И. Г. Уголовная ответственность за хулиганство: учеб- но-практическое пособие. – Омск: Омский юридический институт, 2007. – 61 с.

Допущено Учебно-методическим объединением по юридическому образованию вузов Российской Федерации в качестве учебного пособия для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальности 030501 и направлению 030500 «Юриспруденция».

В пособии дается подробный анализ уголовной ответственности за совершение хулиганских действий с учетом изменений, внесенных Федеральным законом Российской Федерации от 24 июля 2007 г. № 211-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием государственного управления в области противодействия экстремизму». Рассматриваются вопросы квалификации хулиганства, разграничения его со смежными составами преступлений, анализируется судебно-следственная практика по делам данной категории.

Учебно-практическое пособие также может быть использовано в практической деятельности работниками правоохранительных органов, рекомендовано студентам, слушателям и курсантам юридических вузов и факультетов.

ISBN 978-5-98065-050-6

© С. В. Векленко, И. Г. Рагозина, 2008 © Омский юридический институт, 2008

2

ВВЕДЕНИЕ

Хулиганство относится к числу наиболее опасных и распространенных пре-

ступных посягательств. Хулиганские действия причиняют существенный вред об-

щественному порядку, который представляет собой систему общественных отно-

шений, сложившихся на основе соблюдения норм права, направленных на поддер-

жание общественного спокойствия и нравственности, взаимного уважения, надле-

жащего поведения граждан в общественных местах, отношений в сфере социально-

го общения. Совершение этих преступлений приводит к нарушению общественно-

го спокойствия, причинению физического вреда личности и имущественного ущерба.

Общественная опасность хулиганства заключается также в его прецедентно-

сти и многообразии форм проявления. Хулиганство нередко служит отправным моментом для совершения новых, более тяжких насильственных преступлений. В 2005 г. в стране было зарегистрировано 30041 хулиганство, рост этого преступного деяния составил 21,1 %. В 2006 г. по России зарегистрировано 28645 хулиганств, в 2007 г. – 20360. Однако снижение роста числа зарегистрированных хулиганских проявлений объясняется прежде всего изменением конструкции состава преступ-

ления, а именно исключением из ст. 213 УК действий, связанных с применением насилия и уничтожением имущества.

Проблема уголовно-правовой борьбы с хулиганством не является новой. В

теории уголовного права вопросам уголовной ответственности за хулиганство по-

священо достаточное количество исследований, направленных на анализ многих проблемных ситуаций, возникающих у правоприменителей. Вопросы квалифика-

ции хулиганских действий рассматривали А. В. Вдовин, В. П. Власов, Ф. Я. Галь-

ченко, П. И. Гришаев, П. Ф. Гришанин, Н. Д. Дурманов, А. Н. Игнатов, Ю. А. Кра-

сиков, И. Я. Козаченко, В. Ф. Кириченко, Н. Ф. Кузнецова, Ю. Ф. Любшев, П. С.

Матышевский, С. А. Таратухин, В. В. Груфанов, И. М. Тяжкова, Д. Ю. Юровский,

С. С. Яценко и многие другие. Кроме того, толкованию признаков уголовно-

правовой нормы о хулиганстве на всех этапах ее совершенствования много внима-

ния уделяется Пленумом Верховного Суда Российской Федерации.

Правоприменительная практика квалификации хулиганских действий весьма противоречива, на что неоднократно обращалось внимание высшими судебными инстанциями.

Указанные обстоятельства, а также большое количество судебно-

следственных ошибок, связанных с квалификацией хулиганских действий, требуют детального рассмотрения современных проблем, возникающих в правопримени-

тельном процессе, и толкования их Верховным Судом Российской Федерации.

3

§1. История развития уголовной ответственности за хулиганство

Внаучной литературе встречается много достаточно аргументированных точек зрения на происхождение слов «хулиган» и «хулиганство». Одни авторы утверждают,

что слово «хулиган» возникло от наименования двух кланов американских индейских племен, кочевавших между Техасом и Калифорнией, – хулиганов и апашей, которым за их упорное сопротивление завоеватели приписали самые отрицательные качества1. По мнению других, термин «хулиган» происходит от древнерусского слова «хула» – то,

что порочит, и французского gens – люди. Кличку «хулиган» давали крепостным кре-

стьянам, слугам и другим лицам, которых хотели опорочить, унизить2. Однако боль-

шинство лингвистов и юристов считают, что «хулиган» и «хулиганство» – иностранные слова. Произошли они от английского Hooligan – фамилии ирландской семьи, жившей в конце XVIII в. в Лондоне и известной своей грубостью3. Впоследствии хулиганами называли уличных буянов, а само это слово стало нарицательным.

В России термины «хулиган» и «хулиганство» получили распространение в 90-х

годах XIX в. Немалую роль в этом сыграла публицистика. Впервые в литературном обороте они были употреблены в одной из статей популярного московского кор-

респондента Дионео, напечатанной в «Русском богатстве»4. По другим сведениям,

названные слова первоначально упоминались в приказе Петербургского градона-

чальника фон Валя, который в 1892 г. распорядился принять решительные меры против бесчинствующих в столице «хулиганов», подразумевая при этом действо-

вавшие тогда шайки уличных насильников5. Полиция, взявшаяся за «изловление хулиганов», внедрила это новое слово в широкие массы населения6. Несмотря на довольно частое использование в публицистической литературе и активное внедрение термина «хулиганство» в разговорный язык россиян, в русском доре-

волюционном уголовном законодательстве отсутствовало определение данного понятия.

Отдельные виды правонарушений, по существу отдельные виды хулиганства,

предусматривались различными статьями Уголовного Уложения 1903 г.7 Так, в

главе 12 «О нарушении постановлений, ограждающих общественное спокойст-

1См.: Люблинский П. И. Хулиганство и его социально-бытовые корни // Хулиганство и хулиганы. М., 1929. С. 38.

2См.: Калмыков В. Т. Хулиганство и меры борьбы с ним. Минск, 1979. С. 9.

3См.: Энциклопедический словарь. М., 1964. Т. 2. С. 260.

4См.: Бугайский Я. Хулиганство как социально-патологическое явление. М.; Л., 1927. С. 9.

5См.: Гулько А. Л. История уголовной ответственности за хулиганство в России // Адвокатская практика. 2006. № 5. С. 36–42.

6См.:Даньшин И. И. Ответственностьза хулиганствопосоветскомууголовномуправу. Харьков, 1971. С. 8.

7См.:УголовноеУложение22марта 1903г. СПб., 1904.

4

вие» ст. 262 предусматривала, что виновный в учинении шума, крика или ино-

го бесчинства в публичном месте либо общественном собрании, или хотя и вне оных, но с нарушением общественного спокойствия или порядка наказывается арестом на срок не свыше двух недель или денежным штрафом не свыше 50 руб-

лей. Последующие пункты статьи предусматривали ответственность за то же деяние при наличии отягчающих обстоятельств – учинение драки, совершение бесчинств во время торжественного или погребального шествия при участии толпы и т. п. – за что назначалось более строгое наказание, вплоть до заключе-

ния в тюрьму.

Статья 75 второй главы «О нарушении ограждающих веру постановлений» предусматривала те же правонарушения – непристойный крик, шум или иное бесчинство, но учиненные в церкви, часовне или препятствующие «отправлению общественного христианского богослужения». В этих случаях предусматривалось более строгое наказание.

По статье 154 шестой главы «О неповиновении власти» ответственность на-

ступала за оказание «неуважения к власти учинением явно неприличного поступ-

ка в правительственном или общественном установлении», т. е. учреждении.

Статья 280 главы 13 «O нарушении постановлений о надзоре за обществен-

ной нравственностью» предусматривала, что виновный в публичном нарушении благопристойности бесстыдным поступком или произнесением бесстыдных слов наказывается арестом, денежным штрафом и т. д., а при отягчающих обстоя-

тельствах – заключением в тюрьму.

На собрании русской группы Международного союза криминалистов, со-

стоявшемся в Петрограде в 1914 г., обсуждался вопрос об определении уголовно-

правового понятия хулиганства и о соответствующем дополнении закона. Но прийти к единому мнению тогда не удалось. Одни юристы считали, что хули-

ганство – «явление совершенно особого типа, требует и специального законода-

тельства»8. Другие, наоборот, полагали невозможным сделать из хулиганства единый наказуемый деликт. В частности, А. Н. Трайнин считал вообще логиче-

ской ошибкой попытку дать уголовно-правовое определение хулиганства9.

После Октябрьской революции 1917 г. впервые о хулиганстве упоминалось в Декрете Совета народных комиссаров от 4 мая 1918 г. «О революционных три-

буналах», согласно которому большая категория дел об уголовных преступлениях изымалась из ведения военных трибуналов и передавалась в компетенцию народ-

ных судов. Хулиганство же как опасное преступление, наряду со взяточничеством

8Иванов В. Что такое хулиганство? Оренбург, 1915. С. 9−10.

9См.: Отчет X общего собрания русской группы Международного союза криминалистов.

Петроград, 1916. С. 133.

5

и государственными преступлениями, по-прежнему оставалось в ведении военных трибуналов. Советское уголовное законодательство с момента своего зарождения выделило хулиганство в самостоятельный состав преступления. Однако дать этому преступлению и его объекту четкое определение оказалось крайне затрудни-

тельным. Впервые законодательное определение термин «хулиганство» полу-

чил 1 июля 1922 г. в § 5 «Иные посягательства на личность и ее достоинства» главы V «Преступления против жизни, здоровья и достоинства личности» пер-

вого Уголовного кодекса РСФСР. Статья 176 содержала следующую формули-

ровку: «Хулиганство, т. е. озорные, бесцельные, сопряженные с явным прояв-

лением неуважения к отдельным гражданам или обществу в целом действия, –

карается принудительными работами или лишением свободы на срок до одного года»10.

Постановлением от 16 октября 1924 г., принятым на второй сессии ВЦИК

XI созыва, ответственность за хулиганство дифференцируется. Хулиганство, со-

вершенное впервые, является административным проступком, деяния, совершен-

ные повторно либо в случае игнорирования предупреждения милиционеров, вле-

кут за собой уголовную ответственность.

Декретом ВЦИК и СНК от 7 июля 1926 г. ст. 176 УК РСФСР 1922 г. была изложена в новой редакции: «Хулиганство, то есть озорные, сопряженные с яв-

ным неуважением к обществу действия, совершенные в первый раз, влекут лише-

ние свободы на срок до 3 месяцев, если до возбуждения уголовного преследова-

ния на совершившего действия не было наложено административное взыскание.

Если означенные действия заключались в буйстве и бесчинстве, или совершены повторно, или упорно не прекращались, несмотря на предупреждение органов,

охраняющих общественный порядок, или же по своему содержанию отличались исключительным цинизмом или дерзостью, – лишением свободы до 2 лет»11.

ВУК РСФСР 1926 г. эта норма была существенно изменена. Во-первых,

еепоместили в главу об иных преступлениях против порядка управления. Во-

вторых, изменилась конструкция нормы. Статья 74 УК РСФСР состояла из двух частей. В первой части статьи предусматривалась ответственность за ху-

лиганство без отягчающих обстоятельств, под которым понимались хулиган-

ские действия на предприятиях, в учреждениях и общественных местах. Ква-

лифицированный состав предусматривал ответственность за те же действия,

заключающиеся в буйстве или бесчинстве, или совершенные повторно, или упорно не прекращающиеся, несмотря на предупреждение органов, охраняю-

10 Сборник документов по истории уголовного законодательства СССР и РСФСР (1917– 1952 гг.). М., 1953. С. 136.

11 Собрание законодательства РСФСР. 1926. № 33. С. 269.

6

щих общественный порядок, или отличающиеся исключительным цинизмом или дерзостью.

В Указе Президиума Верховного Совета СССР от 10 августа 1940 г. «Об уголовной ответственности за мелкие кражи на производстве и хулиганство» особо подчеркивалось, что характерным признаком хулиганства являются дей-

ствия, совершенные в общественных местах, на предприятиях или в учреждени-

ях12. 16 августа 1940 г. ч. 1 ст. 74 УК РСФСР 1926 г. была приведена в соответствие с данным Указом, впервые мелкое хулиганство было приравнено к уголовно нака-

зуемому деянию. Хотя законодатель и перечислял признаки хулиганства, но они носили оценочный характер, что, безусловно, порождало проблемы в правоприме-

нении.

В УК РСФСР 1960 г. хулиганство стало рассматриваться как преступление,

посягающее на общественную безопасность, общественный порядок и здоровье на-

селения. По выражению судьи Верховного Суда Н. А. Колоколова, хулиганство оп-

ределялось по российской традиции весьма «резиново» и «туманно» как умышлен-

ные действия, грубо нарушающие общественный порядок и выражающие явное не-

уважение к обществу (ч. 1 ст. 206)13. Квалифицированный состав хулиганства (зло-

стное хулиганство) составляли действия, связанные с сопротивлением представите-

лю власти, представителю общественности, выполнявшему обязанности по охране общественного порядка, или же отличающиеся исключительным цинизмом либо особой дерзостью. Особая дерзость имела место в случаях причинения потерпев-

шему побоев, легкого или средней тяжести вреда здоровью, уничтожения чужого имущества либо если хулиганские действия отличались своей продолжительно-

стью.

В 1966 г. Президиум Верховного Совета СССР в Указе от 26 июля «Об усилении ответственности за хулиганство» дает новое уголовно-правовое опре-

деление этому негативному социальному явлению, описывая его как «умыш-

ленные действия, грубо нарушающие общественный порядок и выражающие яв-

ное неуважение к обществу» (ст. 206 УК РСФСР)14. Кроме того, согласно тому же Указу мелкое хулиганство, совершенное лицом, к которому в течение года применялось административное воздействие за мелкое хулиганство, признавалось уголовно наказуемым. Позже Указ Президиума Верховного Совета СССР от 8 фев-

12См.: Ведомости Верховного Совета СССР. 1940. № 28.

13См.: Колоколов Н. А. Борьба с хулиганством: кризис правового регулирования // Российский следователь. 2004. № 11. С. 18.

14Ведомости Верховного Совета СССР. 1966. № 30.

7

раля 1977 г. исключил уголовную ответственность за повторное мелкое хулиганство15.

Неконкретность признаков основного состава хулиганства приводила к отсутствию единого подхода в их применении. Разъяснения Пленума Верховного Суда РСФСР о том, что хулиганство отличается очевидным для виновного грубым нарушением общественного порядка и явным неуважением к обществу, не вносили ясность в разрешение этого вопроса, поскольку большинство умышленных преступлений (разбой, изнасилование и др.) представляют собой явное неуважение к обществу и грубо нарушают общественный порядок.

Уголовный кодекс Российской Федерации 1997 г. подошел к закреплению уголовной ответственности за хулиганские проявления более дифференцированно. Во-первых, существенно изменилось само законодательное понятие хулиганства. Под этим преступлением понималось «грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся применением насилия к гражданам либо угрозой его применения, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества» (ч. 1 ст. 213 УК). Таким определением законодатель практически декриминализировал ч. 1 ст. 206 УК РСФСР, предусматривающую ответственность за простое хулиганство. Из прежнего состава хулиганства в самостоятельный состав преступления «Вандализм» (ст. 214 УК) выделились «осквернение зданий или иных сооружений, порча имущества на общественном транспорте или в иных общественных местах». Кроме того, законодатель расширил сферу использования такого квалифицирующего признака, как совершение преступления «из хулиганских побуждений», введя его в качестве обстоятельства, усиливающего ответственность виновного не только при убийстве (п. «и» ч. 2 ст. 105 УК России), но и при наиболее опасных посягательствах на здоровье личности (п. «д» ч. 2 ст. 111, п. «д» ч. 2 ст. 112).

Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» в ст. 213 УК в очередной раз были внесены изменения16. Из диспозиции статьи исключили действия, связанные с причинением вреда здоровью и уничтожением имущества, однако обязательным условием уголовной ответственности за хулиганские действия стало применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия. В то же время глава 16 «Преступления против жизни и здоровья» была дополнена ч. 2 ст. 115 «Умышленное причинение легкого вреда здоровью из

15 Там же. 1977. № 7.

16 См.: Собрание законодательства Российской Федерации. 2003. № 50. Ст. 4848.

8

хулиганских побуждений» и ч. 2 ст. 116 «Причинение побоев из хулиганских побуждений», в ч. 2 ст. 167 УК появился новый квалифицирующий признак – уничтожение имущества из хулиганских побуждений. Декриминализированной оказалась угроза применения насилия, совершенная из хулиганских побужде-

ний. Стремление законодателя ограничить хулиганство только опасными дей-

ствиями получило неоднозначную оценку в научном обществе.

По данным Министерства внутренних дел, с 1986 по 1995 г. на террито-

рии России ежегодно регистрировалось примерно по 150 тыс. фактов уголовно наказуемого хулиганства, с 1995 по 2003 г. – более 130 тыс., а в 2004 г. их чис-

ло составило лишь около 25 тыс. А. В. Рагулин отмечает, что данное обстоя-

тельство свидетельствует о том, что значительное количество хулиганских действий, объективно не утративших общественной опасности, присущей пре-

ступлениям, перестали учитываться в качестве таковых. Поэтому вряд ли ука-

занные изменения являются в полной мере социально обусловленными и науч-

но обоснованными17.

Указанные изменения, касающиеся уголовной ответственности за хули-

ганские действия, вызвали дискуссию в теории уголовного права и новые сложности в ее применении.

В юридической литературе появились справедливые замечания на то, что исключение из уголовной ответственности за хулиганство действий, связанных с причинением вреда здоровью, неоправданно ограничило право на защиту граждан от хулиганских действий и сократило сферу уголовно-правовой защи-

ты личности18. Уголовное и уголовно-процессуальное право должны находить-

ся в тесном единстве, что обусловлено их общими задачами. Внесению изме-

нений в нормы уголовного права должно предшествовать прогнозирование их применения. Дело в том, что в соответствии с редакцией ч. 2 ст. 20 УПК РФ,

действовавшей на момент внесения изменений в ст. 213 УК РФ, ст. 115 и ст. 116 УК РФ относились к делам частного обвинения, которые возбуждаются по жалобе потерпевшего или его законного представителя. В ч. 5 ст. 318 УПК РФ отмечается, что помимо прочих реквизитов, присущих для заявлений такого рода, они должны содержать данные о лице, привлекаемом к уголовной ответ-

ственности. Если учесть, что хулиганские действия совершаются в отношении ранее незнакомых лиц, то сложно представить, где и как потерпевший должен

17См.: Рагулин А. В. К вопросу о совершенствовании уголовно-правовой нормы об ответственности за хулиганство // Уголовное право: стратегия развития в XXI веке: материалы 4-й междунар. науч.-практ. конфер. 25–26.01.2007 г. М., 2007. С. 422.

18См. напр.: Колоколов Н. А. Указ. соч.; Кашепов В. П. Об особенностях современного уголовного законотворчества // Журнал российского права. 2005. № 4. С. 82.

9

получить сведения о лице, причинившем ему телесные повреждения из хулиганских побуждений. Иными словами, признание хулиганских побуждений в качестве отягчающих обстоятельств при нанесении побоев или причинении легкого вреда здоровью, совершаемых, как правило, на бытовой почве, перевело хулиганские проявления из категории преступлений против общественной безопасности и общественного порядка в раздел частного обвинения, что не способствовало защите граждан от этих посягательств, совершаемых в общественных местах. Данное положение было исправлено только после внесения Федеральным законом от 12 апреля 2007 г. № 47-ФЗ изменений в ст. 20 УПК РФ. В соответствии с данными изменениями ч. 2 ст. 115 и ч. 2 ст. 116 не стали относиться к делам частного обвинения.

Отдельные авторы предлагали восстановить ст. 213 УК в таком виде, в каком она существовала до 8 декабря 2003 г.19 Д. В. Тарасюк отмечает, что такой подход нашел поддержку у представителей законодательной и исполнительной власти в некоторых субъектах Российской Федерации и послужил основанием для внесения в Государственную Думу проекта Федерального закона № 38818-4 «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» Курганской областной Думой. Правительство Российской Федерации не поддержало данный законопроект, указав в официальном отзыве, что исключение признака «применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия» повлечет возникновение коллизии между нормами уголовного и административного (т. е. предусматривающего мелкое хулиганство) законодательства20.

Следует отметить, что в юридической литературе высказывается и иная точка зрения по этому вопросу. Н. Иванов полагает, что хулиганство «выливается в совершенно конкретные действия, за что субъект и должен нести уголовную или иную ответственность»21. По его мнению, частые ошибки в квалификации деяния, расплывчатость формулировок дают основания усомниться в практической целесообразности и научной обоснованности выделения в уголовном законодательстве специального состава, предусматривающего уголовную ответственность за хулиганство. К точке зрения о необходимости декриминализации хулиганских действий присоединяется Н. Иванцова. Свою позицию она аргументирует тем, что за мелкое хулиганство существует админист-

19См., напр.: Мачинский В. Зачем декриминализировали хулиганство? // Законность. 2004.

№6. С. 4.

20См.: сайт «Автоматизированная система обеспечения законодательной деятельности» http://asozd.duma.gov.ru

21Иванов Н. Хулиганство: проблемы квалификации // Российская юстиция. 1996. № 8. С.

14.

10