Теория и практика обеспечения и охраны законности в сфере уголовно-правового регулирования. Монография

регулятивное воздействие на отечественное уголовное законодатель ство. Полагаем, что внутригосударственные уголовно правовые отно шения могут регулироваться лишь национальным законодательством.

Более того, даже если международным актом предусмотрена воз можность регулирования общественных отношений внутри государ ства, субъектами которых являются не государство в целом, а его от дельные органы, организации или их должностные лица, а также граждане, необходим перевод норм международного права в нормы национального права. Юридическим средством такого механизма, по мнению С.Л. Зивса, является метод трансформации1. Он состоит в из дании государством–участником соответствующего международно го договора закона, дополняющего или изменяющего действующее отечественное законодательство.

Приоритет норм международного права над нормами российского уголовного права не может иметь прямого действия еще и потому, что в такой ситуации в современных международных условиях вели ка вероятность подчинения норм отечественного законодательства правовым нормам отдельных (или группы) иностранных государств, пусть и под эгидой международного права.

Однако противоположную точку зрения высказывает Р.Н. Кораб лев2. Он присоединяется к мнению ученых, которые относят нормы международного права, касающиеся прав человека, к источникам уго ловного права3, а следовательно, к правовой основе законности и ее га рантиям.

Подобная концепция является спорной, если речь не идет о меж дународных обязательствах Российской Федерации. Правда, Р.Н. Ко раблев признает, что проблему приоритета международного или внутригосударственного права нельзя сводить лишь к вопросу об ис точниках уголовного права, мотивируя это тем, что приоритет меж дународного права определяется обязанностью государства неукос нительно соблюдать и реализовывать общепризнанные нормы международного права, относящиеся к правам человека, при опре делении своих уголовно правовых запретов. Другими словами, Р.Н. Кораблев уже говорит не об источниках права как таковых, а об обязанности государства–участника международного договора адаптировать свое внутренне право в соответствии со взятыми на се бя обязательствами. Это бесспорно. О подобной позиции Верховного Суда РФ мы уже писали выше.

В то же время нельзя признать обдуманной концепцию, выска занную А.В. Наумовым, о том, что существование какого либо уго ловно правового запрета, противоречащего международным нор мам, дает основание для освобождения от уголовной ответственности и наказания лица в силу прямого действия норм международного права1. Думается, что в этом случае следует придерживаться мнения Н.Ф. Кузнецовой о том, что «напрямую нормы международного пра ва применительно к преступлениям не действуют»2. Это связано с тем непреложным фактом, что реальный механизм воздействия на государство правонарушителя выработан только практикой Евро пейского суда по правам человека, сфера деятельности которого ог раничивается применением Конвенции от 4 ноября 1950 г. «О защите прав человека и основных свобод»3.

Так, например, в международном праве действует запрет на осу ществление экстрадиции, установленный прецедентом Европейско го суда по правам человека в дополнение к предусмотренным между народными договорами об ограничении выдачи иностранных граждан и лиц без гражданства. В соответствии с ним выдача лица по требованию государства, где этому лицу угрожают пытки, противо речит основополагающим ценностям, определенным в Конвенции о защите прав человека и основных свобод4.

Остальные органы, призванные реализовывать нормы междуна родного уголовного права, создаются персонально, как это было в случае организации Нюрнбергского военного трибунала для суда над главными немецкими военными преступниками, виновными в развя зывании Второй мировой войны и преступлениях против мира и че ловечества5.

Подводя итог сказанному, можно отметить, что нормы междуна родного права обладают лишь опосредованным влиянием на содер жание норм российского уголовного законодательства. Это связано с тем, что рассмотренные нормы могут применяться на практике ис ключительно после их включения в Уголовный кодекс РФ посредст вом имплементации.

Особняком в данном вопросе стоит вопрос законности уголовно правового регулирования с участием зарубежного уголовного права.

Глава 2 ПРОБЛЕМЫ ЗАКОННОСТИ УГОЛОВНО ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ

§1. ЗАКОННОСТЬ УГОЛОВНО ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ. ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ

С момента принятия в 1996 г. Уголовного кодекса РФ законность

вуголовно правовой науке в основном рассматривается в аспекте принципа законности уголовной ответственности, определенного в его ст. 3. Указанный принцип анализируется применительно к по ложениям различных институтов уголовного права. Хотя в боль шей степени исследователей интересуют содержание самого прин ципа законности и его взаимосвязь с другими принципами

уголовного права. При этом в уголовно правовой теории нет един ства взглядов не только на содержание законности1, но и на ту роль, которую она должна играть в уголовно правовом регулиро вании. По этому поводу комплексное исследование провел П.А. Фе фелов. Однако он рассматривал механизм уголовно правовой ох раны, т.е. частный вопрос уголовно правового регулирования, в аспекте воздействия на него всей системы принципов уголовного права. Работа указанного автора была написана задолго до приня тия действующего Уголовного кодекса, когда еще не существовало

законодательно определенных принципов уголовного законода тельства2.

Если же говорить о законности не как о принципе, а как о ком плексной категории реального выражения уголовного законодатель

1 По этому поводу см.: Кияйкин Д.В. Уголовно'правовой принцип законности: Дисс. ...

канд. юрид. наук. Саратов, 2001; Кораблев Р.Н. Принцип законности и его реализа' ция в уголовном праве Российской Федерации. М., 2004; Куприянов А.А. Реализа' ция принципа законности в уголовном праве: Дисс. ... канд. юрид. наук. М., 2006; Мальцев В.В. Принципы уголовного права и их реализация в правоприменительной деятельности. СПб.: Юридический центр Пресс, 2004; Олейник О.В. Принцип закон' ности и гарантии его реализации в уголовном праве Российской Федерации: Дисс. ...

канд. юрид. наук. Рязань, 2003; Чередниченко Е.Е. Принципы уголовного законода' тельства: понятие, система, проблемы законодательной регламентации. М.: Вол' терс Клувер, 2007; Филимонов В.Д. Принципы уголовного права, М.: Центр ЮрИн'

тов будет иметь некоторую специфику. Рассмотрим обозначен ную нами функциональную модель с позиции обеспечения закон ности.

1.1. Теоретический подход к определению роли законности в сфере уголовного правотворчества

формирование уголовного законодательства должно состоять в де криминализации преступлений небольшой и средней тяжести, име ющих обозначенную направленность объекта охраны, с переводом их в разряд административных правонарушений. На втором этапе сле дует, наоборот, криминализовать такие административно правовые деликты, которые в своей совокупности причиняют существенный вред охраняемому объекту, т.е. являются общественно опасными.

Однако при этом речь не должна идти о переходе юридической от ветственности одного вида в ответственность другого вида исключи тельно по соображениям целесообразности. Критерием перетекания ад министративной ответственности в уголовную (возможна только такая последовательность) должен служить переход количества в качество, т.е. наличие совокупности административных деликтов по примеру продолжаемого преступления. Как известно, подобные преступления складываются из ряда тождественных деяний. Разница в нашем слу чае будет состоять в некоторой специфике субъективной стороны предлагаемых составов преступлений с административной превенци ей. Она предполагает замену единства преступного намерения винов ного, свойственного продолжаемым составам, категорией привычного правонарушителя, которая должна определяться исходя из стойкости волевого элемента умышленной формы вины, направленного на совер шение противоправных деяний определенного вида, наказуемых со гласно санкциям норм КоАП РФ с максимальной строгостью. Напри мер, систематическое нарушение правил дорожного движения, создающее угрозу совершения дорожно транспортных происшествий, а соответственно, причинения гражданам (участникам дорожного дви жения) вреда здоровью различной степени тяжести либо их гибели.

Нам могут возразить, указав на невозможность повторного нака зания за одно и то же правонарушение. Действительно, законность репрессии не допускает подобного развития юридической ответст венности. В нашем случае уголовная ответственность возможна лишь за последнее деяние, свидетельствующее о невозможности ис правления виновного иначе, чем посредством уголовной репрессии, которая при этом обязательно должна иметь воплощение в виде ре ального наказания. Желательно, чтобы это был арест – наказание, по своим качественным параметрам близкое к административному аресту.

1.2.Теоретическое обоснование роли законности в сфере уголовного правоприменения

Теперь перейдем к рассмотрению законности функции уголовно го правоприменения. Общепризнанно, что оно базируется на принци 47 пе законности уголовной ответственности (ст. 3 УК РФ).

Благодаря этому принципу реализация всех положений и пред писаний уголовного закона призвана обеспечить правильное приме нение соответствующих норм к конкретным юридическим фактам (деяниям). Она связана с внешним воздействием уголовного закона на общественные отношения (объект уголовно правовой охраны). Например, посредством правильной квалификации преступления и назначения обоснованного наказания и (или) иных мер уголовно правового характера. В этом ракурсе законность означает неоспори мость применения норм Общей и Особенной частей УК РФ.

Cледует согласиться с мнением отдельных авторов о том, что про цесс реализации нормы принципа в рассматриваемых аспектах представляется в основном сходным с таковым процессом по отноше нию к другим нормам уголовного закона1.

Подобные утверждения создали научную почву для расширения познания воздействия законности уголовной ответственности не только на применение норм уголовного закона, но и на другие формы его реализации. Так, по мнению Б.Т. Разгильдиева, реализация, во первых, «обеспечивается поведенческим аспектом правоисполните лей и правоприменителей. Во вторых, имеет свои границы (начало и конец). В третьих, каждая форма реализации обладает своими, толь ко ей присущими особенностями, а потому самостоятельна. В четвер тых, все формы реализации, будучи самостоятельными, в совокуп ности создают единую систему реализации уголовного права в целом. И, в пятых, каждая форма в отдельности и все вместе реализуются для осуществления задач уголовного права по охране общественных отношений от преступных посягательств»2.

Полностью согласиться с подобным системой реализации принци па законности уголовной ответственности нельзя. Прежде всего надо четко отметить: мы имеем дело с материально правовой материей, и ставить процесс претворения в жизнь указанного принципа в зависи мость от процессуального законодательства, как это предлагает вы шеназванный автор, не следует. Принцип законности в уголовном праве «отвечает» не за форму, а за содержание реализации уголовной ответственности, т.е. выполняет самостоятельную оригинальную функцию отграничения преступного (запрещенного уголовным зако ном под угрозой наказания) от непреступного (а значит, дозволенно го, при отсутствии иных видов ответственности, например, админис тративной) поведения граждан.

Нельзя безоговорочно признать и утверждение Б.Т. Разгильдиева по поводу наличия различных аспектов законности применительно к

правоприменением, а лишь с его надлежащим режимом законности. По характеру подобное участие не является уголовно правовым, оно регулируется конституционным законодательством. Однако жела тельно в уголовном законе все же предусмотреть последствия для уголовно правовых отношений признания Конституционным Судом нормы УК РФ неконституционной.

1.3.Соблюдение законности при реализации уголовно правовой репрессии

Функция реализации уголовно правовой репрессии непосредст венно связана с законностью как режимом, создающим правовую ос нову применения наказаний и иных мер уголовно правового харак тера. Полагаем, что к таким условиям следует отнести принцип справедливости (ст. 6 УК РФ) и принцип гуманизма (ст. 7 УК РФ), а равно положения организационного характера.

Понятие репрессии, правда, политической, что ближе к истинно му ее смыслу1, дано в ст. 1 Закона РФ от 18 октября 1991 г. № 1761 1 «О реабилитации жертв политических репрессий»2. Закон опре деляет политические репрессии как «различные меры принужде ния, применяемые государством по политическим мотивам, в виде лишения жизни или свободы, помещения на принудительное ле чение в психиатрические лечебные учреждения, выдворения из страны и лишения гражданства, выселения групп населения из мест проживания, направления в ссылку, высылку и на спецпосе ление, привлечения к принудительному труду в условиях ограни чения свободы, а также иное лишение или ограничение прав и сво бод лиц, признававшихся социально опасными для государства или политического строя по классовым, социальным, националь ным, религиозным или иным признакам, осуществлявшееся по решениям судов и других органов, наделявшихся судебными функциями, либо в административном порядке органами испол нительной власти и должностными лицами и общественными ор ганизациями или их органами, наделявшимися административ ными полномочиями».

Таким образом, законодатель рассматривает понятие репрессии в качестве наказания и иных мер уголовно правового характера, т.е. уголовно правового принуждения, под которыми следует понимать меры, применяемые к лицам, совершившим преступные деяния, и выражающиеся в ограничении их прав или ином лишении принадле жащих им благ.

50 1 Репрессия (лат. repressio) – подавление политических противников.

2 Ведомости СНД и ВС РСФСР. 1991. № 44. Ст. 1428.