Теоретические и практические аспекты развития современной цивилистической науки. Выпуск 2. Сборник научных трудов

–подобие заложенных в обозначениях понятий, идей, в частности,

совпадение значения обозначений в разных языках;

–совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение;

–противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей. Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдель-

ности, так и в различных сочетаниях.

Изобразительные и объемные обозначения сравниваются:

–с изобразительными обозначениями;

–с объемными обозначениями;

–с комбинированными обозначениями, в композиции которых вхо-

дят изобразительные или объемные элементы.

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков:

–внешняя форма;

–наличие или отсутствие симметрии;

–смысловое значение;

–вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и т.д.);

–сочетание цветов и тонов.

Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдель-

ности, так и в различных сочетаниях.

Комбинированные обозначения сравниваются:

–с комбинированными обозначениями;

–с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы (п. 14.4.2 Правил составления, подачи и рассмотрения заявки на регистрацию товарного знака и знака обслуживания) [6].

Товарный знак, обладающий указанными признаками, считается юридически возникшим с момента его государственной регистрации. В

силу ст. 1480 ГК РФ государственная регистрация товарного знака осуществляется федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности в Государственном реестре товарных зна-

ков и знаков обслуживания Российской Федерации (Государственный реестр товарных знаков).

Список использованной литературы

1.Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть первая: ФЗ от 30 ноября 1994. Часть вторая: ФЗ от 26 января 1996 г., в ред. ФЗ от 06 декабря 2009 г.

61

2.Налоговый кодекс РФ (часть первая) от 31 июля 1998 г. (в ред. от

17.05.2007 г.) // СЗ РФ. -1998. – № 31. – Ст. 3824; 2007. – № 26. – Ст. 3351.

3.Федеральный закон от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции» // Собрание законодательства РФ. – 2006. – № 31 (ч. 1). – Ст. 3434.

4.Устав о Промышленности, по Прод. 1906 г. Т. XI. Ч. 2, ст. 161. Цит.

по: Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. Т. II: Торговые сделки.

– М.: Статут, 2005.

5.Белов В.А. Гражданское право: Общая и Особенная части. – М., 2003. – С.317.

6.Правила составления, подачи и рассмотрения заявки на регистра-

цию товарного знака и знака обслуживания // Российская газета. – 2003. – 03 апреля.

Зуев В.В., Овчеренко И.С.

К ВОПРОСУ ОБ ИСПОЛЬЗОВАНИИ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОГО ПРАВА НА ТОВАРНЫЙ ЗНАК

Термин «исключительное право» используется в ГК РФ в единственном числе, т.к. это право рассматривается как единое, состоящее из ряда правомочий. Во множественном числе этот термин употребляется только в тех случаях, когда в ГК РФ идет речь о правах на несколько видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации.

Исключительные права как самостоятельная юридическая категория выделяются в правовой науке и в законодательстве с конца XIX в. Сам термин возник в связи с тем, что при описании правомочий обладателя имущественных прав на нематериальный объект (произведение, изобретение, торговую марку и т.п.) исследователи, а затем и законодательные акты обязательно ссылались на то, что этот правообладатель имеет «исключительное право» использования такого объекта. Исключительность права строилась на том, что закон устанавливал монополию авто-

ра (или иного правообладателя, например, издателя) на использование охраняемого нематериального объекта. Причем по аналогии с таким классическим абсолютным правом, как право собственности, исключительное право также предусматривало, что правообладателю противостоит неопределенный круг лиц, обязанных воздерживаться от каких бы то ни было нарушений его права.

62

Однако отличия исключительного права от права собственности заключаются в том, что:

1)объектом исключительного права является нематериальное благо;

2)у обладателя исключительного права отсутствует правомочие вла-

дения;

3)объект исключительного права может быть использован одновременно неопределенным кругом лиц;

4)исключительное право чаще всего срочное;

5)действие исключительного права часто может быть ограничено

определенной территорией.

В России сторонником теории исключительных прав был выдающийся цивилист Г.Ф. Шершеневич. По его мнению, поскольку цель юридической защиты прав на нематериальные объекты во всех слу-

чаях сводится «к предоставлению известным лицам исключительной

возможности совершения известных действий с запрещением всем прочим возможности подражания... эти права следовало бы назвать исключительными» [5, 72]. Г.Ф. Шершеневич проводил свои исследования в отношении авторского права, но сделал вывод о том, что в ту

же группу прав должны быть включены привилегии на промышленные

изобретения, права на фирму, клеймо, фабричные рисунки и модели. Первоначально он полагал, что с точки зрения классификации место исключительных прав должно быть среди имущественных прав между вещными и обязательственными правами. Позднее он пришел к мне-

нию, что исключительные права должны находиться среди абсолютных

прав, рядом с вещными правами [5, 332-334].

Концепция исключительного права была использована в последнем российском дореволюционном законе, посвященном охране результа-

тов интеллектуальной деятельности, – «Положении об авторском праве» от 20 марта 1911 г. Им было установлено, что «автору принадлежит исключительное право всеми возможными способами воспроизводить,

опубликовывать и распространять свое произведение» (ст. 2). Исключительное право рассматривалось в Положении как право имуществен-

ное.

На протяжении последних десятилетий горячим сторонником теории исключительных прав выступал В.А. Дозорцев, который рассма-

тривал эти права как «ослабленные абсолютные» [3, 120] поскольку в их

отношении действует целая система ограничений (по срокам, по терри-

тории действия, а также в отношении случаев свободного использования), направленных на то, чтобы сбалансировать интересы правообладателей, пользователей исключительных прав и общества в целом. В.А. Дозорцев настаивал на том, чтобы считать исключительное право иму-

щественным правом и не распространять этот термин на личные не-

63

имущественные права, которые имеют иной правовой режим [3, 46-49]. Именно такой подход был последовательно проведен в части 4 ГК РФ.

В силу п.1 ст. 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии с ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1)на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2)при выполнении работ, оказании услуг;

3)на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4)в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5)в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

При этом никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения [3, 161].

Положения ст. 1484 ГК РФ находится в тесной связи со ст. 1229 ГК РФ, в связи с чем представляется необходимым обратить внимание на то, что нормы обеих статей устанавливают возможность принадлежности исключительного права на товарный знак одному или нескольким лицам совместно. Возможность сообладания исключительным правом на товарный знак известна и зарубежному законодательству. Резонно предположить, что часть четвертая Гражданского кодекса РФ, вводя

общее положение о возможности совместного обладания исключительным правом на средство индивидуализации, не только предоставила правообладателям серьезные преимущества по сравнению с традиционным индивидуальным владением правом на средство индивидуализации, но и учла интересы потребителей. Однако комплексное исследование норм гл. 69 и 76 ГК РФ приводит к выводу, что сообладание

64

исключительным правом на товарный знак (знак обслуживания) может

вызвать, с одной стороны, проблемы, а с другой стороны, затруднения при практической реализации этих норм [2, 41]. Например, возникает вопрос: сможет ли товарный знак, принадлежащий нескольким лицам, выполнять свою индивидуализирующую функцию, установленную ст. 1477 ГК РФ, ведь он должен служить для индивидуализации товаров,

т.е. для отличия товаров одних производителей от товаров других?

Также возникает вопрос по поводу установления конвенционного приоритета товарного знака, заявляемого в отношении нескольких классов товаров, если заявка основана на нескольких заявках, поданных в зарубежных странах заявителями, которые хотят быть созаявителями по

заявке, подаваемой в России. По нашему мнению, допущение возмож-

ности сообладания исключительным правом на товарный знак является ошибочным.

Помимо возможности для правообладателя использовать принадлежащий ему товарный знак любым законным способом п. 2 ст.1229

ГК РФ установлен ряд специальных правомочий, входящих в исключи-

тельное право на товарный знак. Так, исключительное право может осуществляться путем размещения товарного знака на товарах, этикетках, упаковке товаров при введении товаров в гражданский оборот. Знаки обслуживания могут размещаться на одежде персонала, выполняющего

работы и оказывающего услуги. Для индивидуализации товаров и услуг

товарный знак может использоваться в рекламе, а также в предложениях о продаже товаров, которые еще не введены в гражданский оборот (например, рекламные ролики, готовящие покупателей к появлению на рынке новых товаров с новым или уже использующимся товарным знаком). Осуществление исключительного права возможно также путем размещения товарного знака на деловой документации (бланки писем),

чаще всего на сопроводительных документах (накладные). Современная правоприменительная практика свидетельствует, что большое значение

имеет еще одно законодательно установленное правомочие правообладателя – использование товарного знака в сети Интернет: на различных сайтах, а также в доменном имени и при других способах адресации.

Наряду с вышеуказанным правомочием исключительное право на товарный знак включает также правомочие распоряжения товарным

знаком, например, путем передачи права на него (договор отчуждения

или лицензионный договор) полностью или частично другому лицу; путем продления срока действия регистрации, внесения в нее изменений

и т.д.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование товарный знак. Причем отсутствие запрета не считается согласием (разрешением) [1, 289].

65

Другие лица не могут использовать товарный знак без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

Использование товарного знака, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование товарного знака лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Исключительное право на товарный знак может принадлежать одному лицу или нескольким лицам совместно. В случае, когда исключительное право на товарный знак принадлежат нескольким лицам совместно, каждый из правообладателей может использовать его по своему усмотрению, если соглашением между правообладателями не предусмотрено иное.

Доходы от совместного использования товарного знака распределяются между всеми правообладателями поровну, если соглашением между ними не предусмотрено иное. Распоряжение исключительным правом на товарный знак осуществляется правообладателями совместно.

Ограничения исключительных прав на товарный знак, в том числе в случае, когда использование средств индивидуализации допускается без согласия правообладателей, но с сохранением за ними права на вознаграждение, устанавливаются ГК РФ. Указанные ограничения устанавливаются при условии, что они не наносят неоправданный ущерб обычному использованию товарного знака и не ущемляют необоснованным образом законные интересы правообладателей.

Таким образом, в составе исключительного права можно выделить два самостоятельных субъективных права – право использования и право распоряжения исключительным правом. Право использования направлено на реализацию правомочий, составляющих исключительное право, тогда как право распоряжения исключительным правом обеспечивает введение этого права в гражданский оборот [4, 63].

Право использования состоит, по словам В.А. Дозорцева, «в возможности правообладателя монопольно совершать действия по коммерческой эксплуатации объекта, приносящие имущественные выгоды, и запрете всем третьим лицам совершать такие действия без разрешения правообладателя» [3, 48].

Право распоряжения исключительным правом может осущест-

вляться в форме отчуждения права использования (полной передачи его другому лицу по договору об отчуждении исключительного права) или в форме выдачи разрешения (лицензии) на использование соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в установленных пределах (по лицензионному договору). Согласно абз. 1 п. 1 статьи 1229 ГК РФ право распоряжения

66

исключительным правом в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом РФ, может отсутствовать или быть ограничено. Так, не до-

пускается распоряжение исключительным правом на на коллективный товарный знак (п. 2 ст. 1510 ГК РФ).

Исключительное право рассматривается в Гражданском кодексе РФ как единое и неделимое целое. В частности, оно может быть отчуждено третьему лицу только в полном объеме (п. 1 ст. 1234 ГК РФ). Представляется, что к нему применимы по аналогии нормы ст. 133 ГК РФ о неделимой вещи.

Список использованной литературы

1.Гражданское право. Актуальные вопросы теории и практики / Под ред. В.А. Белова. – М., 2008.

2.Волынкина М.В. Концепция исключительных прав и понятие интеллектуальной собственности в гражданском праве // Журнал российского права. – 2007. – № 6.

3.Дозорцев В.А. Интеллектуальные права: Понятие. Система. Задачи кодификации: Сборник статей. – М., 2003.

4.Корчагин А. Вовлечение в гражданский оборот результатов интеллектуальной деятельности как основа новой экономической стратегии России // Интеллектуальная собственность. Промышленная собственность. – 2005. – № 7.

5.Шершеневич Г.Ф. Курс гражданского права (Юридическое наследие). – Тула, 2001.

Калинин Э.В.

ФУНКЦИОНАЛЬНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РЕГИОНАЛЬНЫХ ЭКОНОМИЧЕСКИХ СИСТЕМ

В данной статье рассмотрим функциональное содержание региональных систем. Для того, чтобы определить функции региональной системы необходимо проанализировать две системные характеристики:

1. Потенциал развития, имеющийся на данной территории, который представлен совокупностью элементов: природными и человеческими ресурсами; капиталом территории; элементами социальной и экономической инфраструктуры.

67

2. Потребности, локализованные на территории проживания устойчивой общности людей: потребности обеспечения материальной жиз-

ни, технологического и организационного развития элементов производительных сил региона, потребности в социальных коммуникациях между различными группами населения; потребности укрепления и развития конкурентных преимуществ территории.

Обобщив приведенные выше элементы потенциала развития и потребности, определим основные функции, составляющие содержание региональной экономической системы:

А. Воспроизводственная функция – позволяет сохранять и развивать взаимосвязь основных элементов потенциала региональной системы: капитала, человеческого фактора, инфраструктуры и ресурсной базы хозяйственного процесса.

Б. Социально-коммуникационная функция – обеспечивает необходимые коммуникации в социальной сфере данной системы. Развитые социальные коммуникации становятся на современном этапе эволюции общества необходимым условием дальнейшего прогресса любой пространственной системы.

Для осуществления социальных коммуникаций в региональной системе должны быть созданы элементы специальной инфраструктуры – линии связи, дороги, культурные центры и др. Причем эти элементы должны быть тесно переплетены с элементами хозяйственной инфраструктуры, поэтому следует утверждать о существовании интегральной социально-экономической инфраструктуры, обеспечивающей совокупные потребности функционирования и развития пространственной системы.

Характерно, что такая интегральная инфраструктура отражает достигнутый уровень обобществления социально-экономических отношений, и в этом плане кризисное состояние инфраструктуры современной России свидетельствует о снижении уровня обобществления, обусловленном рыночными преобразованиями экономики и социальной сферы.

В. Интеграционная функция – обеспечивающая двоякого рода процессы:

–различных видов интеграционного взаимодействия во внутренней среде пространственной системы;

–интеграционного взаимодействия с участием данной системы и других пространственных образований.

Интеграционная функция наиболее четко выражена в развитии такой формы пространственной системы, как город. При этом она реализуется в городской среде стихийно, о чем свидетельствуют неуправляемые процессы разрастания мега– полисов и присоединения к урбанизированному пространству выросших рядом с ним поселений.

68

Данная функция проявляется также в развитии более масштабных пространственных систем. Это естественно, поскольку в экономиче-

ском пространстве действует своеобразный аналог закона всемирного тяготения. Е. Гайдар, характеризуя своеобразие траекторий современного эволюционного процесса, приходит к выводу, что изменения, вызванные современным экономическим ростом, предъявляют новые требования к социально-экономическим и политическим институтам, притягивают друг к другу новые элементы. Если для аграрного общества, в котором организация экономики и уклад жизни не менялись тысячелетиями, важнее всего было поддерживать стабильность, сохранять традиции, то для периода современного экономического роста главное – институциональная гибкость, способность генерировать и использовать инновации, позволяющие адаптироваться к условиям быстро меняющегося мира. При этом в процессе взаимного притяжения и интеграции инноваций в пространственных системах образуется мощный синергетический эффект [1, С. 34-35].

Воспроизводственная функция пространственной системы по своей природе тяготеет к выходу за рамки любого локального пространства, то есть, интеграция «заложена» уже во внутренней структуре воспроизводственного процесса. Воспроизводственные процессы, которые начались, например, в системе региона, могут интегрироваться с воспроизводственными процессами, инициированными на всех уровнях организации социально-экономических отношений – от глобального уровня до уровня обычного домохозяйства.

Выделим в данном отношении аспект глобальной интеграции соци- ально-экономических отношений. Различного рода пространственные системы – от национальных общественно-хозяйственных систем до отдельных домохозяйств – последовательно втягиваются в указанный интеграционный процесс и изменяют в нем свое содержание.

При этом влияние глобальной интеграции на эволюцию пространственных систем является спорным моментом:

–сторонники «гипер-глобальной» интеграции полагают, что данный процесс не имеет встроенных механизмов сдерживания и способен развиваться дальше, разрушая локализацию и обособленность национальных социально-экономических систем, а также отделяя от них региональные системы, мега-полисы, субрегиональные системы и др. При этом ресурсное богатство, капитал и потенциал экономической культу-

ры пространственной системы рассматриваются в качестве факторов, способствующих интенсивному участию данных систем в глобальной интеграции;

–сторонники теории дезинтеграции считают, что обозначилась переломная точка процесса глобальной интеграции, по прохождении которой указанный процесс повернет вспять, то есть, будут включены сво-

69

еобразные компенсирующие механизмы дезинтеграции, что приведет к

укреплению тенденции к обособлению и локализации пространственных систем и «вернет» выпавшие элементы в структуру национальных экономик [1, С. 39].

Г. Специфицирующая функция, обеспечивающая дифференциацию различных аспектов данной системы и ее конкурентные позиции по от-

ношению к альтернативным системам. Характеризуя данную функцию

применительно к пространственной системе современной России, необходимо исходить из условий господства инновационного типа воспроизводства, то есть, из необходимости адаптации региональных систем, местных хозяйств, домохозяйств и всей национальной системы

страны к динамично изменяющимся технологическим, организацион-

ным и человеческим параметрам развития: новым высоким технологиям, сетевой организации хозяйственного процесса, человеческому капиталу и др.

Было бы ошибочно дифференцировать пространственные систе-

мы и искать их конкурентные преимущества, ориентируясь на старые

индустриальные позиции или на ресурсы, которые получили название «этно-экономических». Такая ставка шаг за шагом, цикл за циклом отбрасывала бы пространственные системы страны на глубокую периферию мирового развития. Напротив, в инновационном воспроизводстве

каждый новый цикл обусловливает позитивные перемены в условиях

институциональной среды, ресурсной базе, элементах функционирующего капитала, элементах инфраструктуры, что в итоге обеспечивает получение технологических и организационных преимуществ перед конкурентами.

Д. Функция субординации по отношению к вертикали власти, которая обслуживает «встраивание» пространственной системы в отно-

шения соответствующего уровня организации государственной власти. В общественно-хозяйственной системе России асимметрия и поля-

ризация выражены весьма выпукло:

–федеральный центр закрепляет за собой основную массу бюджетных доходов и расходных полномочий, формируя тем самым ситуацию

дефицитности средств на уровне регионального бюджета;

–для коррекции используется инструмент финансовой помощи,

предоставляемой федеральным бюджетом;

–однако финансовая помощь, распространяющаяся за определенные пределы (как правило, превышающие финансовые возможности

регионального или местного бюджета), становится инструментом де-

формации социально-экономической политики и ведет к формированию неэффективных форм экономического поведения – иждивенчества, пассивности и др.

70