Тактико-криминалистические особенности следственных действий, связанных с информацией, передаваемой по техническим каналам связи. Монография

ся контролировать, важно и в аспекте диагностики вероятности сокрытия им информации, передаваемой по техническим каналам связи.

Типичными вариантами сокрытия виновными информации, передаваемой ими с помощью средств телефонной связи, являются:

–умышленное сообщение ложной информации с целью дезинформировать следствие, а также выявить таким образом факт прослушивания и форму связи, подверженную прослушиванию;

–сознательное искажение тембра голоса, использование условных слов и обозначений;

–применение устройств, обеспечивающих цифровую обработку речевого сигнала для изменения тембра голоса;

–использование шифраторов речевых сообщений;

–использование средств обнаружения подключения к телефонной

линии;

–применение телефонных анализаторов, осуществляющих круглосуточное тестирование телефонных систем и создающих помехи при попытках прослушивания или снятия информации;

–использование генератора зашумления, создающего помехи за счет виброакустического зашумления [46, с. 319–320].

Так, сознательное изменение тембра голоса характерно для случаев, когда виновные выходят на контакт с потерпевшими, пытаясь оказать на них устрашающее или иное необходимое с точки зрения реализации преступного умысла воздействие. Например, судебной практике известны случаи, когда виновные, выходя на контакт с родственниками похищенного с целью выкупа лица, имитировали кавказский акцент. Таким образом они, во-первых, пытались добиться большего устраше-

ния, осознавая высокую криминальную активность, асоциальность и жестокость многих представителей кавказских народностей, особенно вследствие наличия ряда вооруженных конфликтов на данной территории. Во-вторых, изменение голоса в данном случае, одновременно яв-

лялось попыткой направить следствие по ложному пути и вынудить отрабатывать заведомо тупиковую версию о причастности к похищению человека чеченских организованных преступных групп.

В рамках изучения личности данных субъектов является определение и расшифровка условных слов, словосочетаний, обозначений, названий и т.д., которые виновные, общаясь между собой, употребляют

81

для маскировки преступной деятельности, тех или иных обстоятельств подготовки, совершения или сокрытия преступления. Так, в современных условиях уже никого не удивляет иносказательное обозначение виновными денег как «документов», а их размер – «страницами» и т.д. Это побуждает виновных искать новые более конспиративные формы выражения.

Например, члены организованной преступной группы, занимавшейся сбытом поддельных денежных купюр, поставляемых оптом из республик Северного Кавказа, в целях конспирации подлинных обстоятельств преступлений, при телефонных переговорах между собой называли поддельные денежные купюры «коньяком», количество которого измерялось в «ящиках». Ростовскую область, на территории которой преступники сбывали поддельные денежные купюры, соучастники называли «Карелией». Соучастника, который непосредственно сбывал купюры на территории Ростовской области – именовали «корейцем», хотя последнее было наименее иносказательно, учитывая корейское происхождение этого соучастника1.

Производство контроля и записи переговоров допускается на срок не более шести месяцев, однако данное следственное действие не должно продолжаться после завершения предварительного расследования (если предварительное расследование завершено в менее продолжительный срок). Если имеется необходимость в дальнейшем осуществлении контроля информации, передаваемой с помощью телефонной или иной связи, то осуществление этих мероприятий возможно в рамках оперативно-розыскной деятельности, в форме оперативного со-

провождения предварительного следствия и судебного разбирательства. Как известно, предварительное следствие, по общему правилу, осуществляется в срок, равный двум месяцам (ч. 1 ст. 162 УПК РФ), который может быть при наличии соответствующих оснований продлен руководителем следственного органа до трех месяцев (ч. 4 ст. 162 УПК РФ). Если уголовное дело представляет особую сложность, то срок предварительного следствия может быть продлен до 12 месяцев руководителем следственного органа по субъекту Российской Федерации, а

в исключительных случаях и на больший срок Председателем След-

1 Материалы уголовного дела № 2007067343. Архив ГСУ при ГУ МВД России по Ростов-

ской области. 2008 г.

82

ственного комитета РФ, руководителем следственного органа соответствующего федерального органа исполнительной власти (при федеральном органе исполнительной власти) и их заместителями

(ч. 5 ст. 162 УПК РФ).

Следователь вправе самостоятельно определить наиболее целесообразный, по его мнению, срок, временной период, негласного прослушивания и фиксации информации, передаваемой по техническим каналам связи. Определяя этот срок, следователю целесообразно соотносить его с реально диагностируемым сроком производства расследования по данному уголовному делу, с учетом сложности соответствующего деяния, причастности к его совершению группы лиц либо организованной группы.

Однако представляется, что если уголовное дело изначально было возбуждено по признакам преступления, вызвавшего высокий общественный резонанс, совершенного группой лиц или организованной группой, отнесенному к категории тяжких или особо тяжких, являющегося преступлением экономической, служебной, коррупционной, экстремистской или террористической направленности, а равно совершенного в условиях неочевидности и т.п., то целесообразно сразу ходатайствовать о назначении максимально возможного срока прослушивания телефонных или иных переговоров, т.е. в шесть месяцев.

Помимо определения срока производства технического прослушивания и фиксации телефонных и иных переговоров, необходима также реализация комплекса тактических приемов, позволяющих повысить телекоммуникационную активность абонентов в определенном направлении. Иными словами, серии побудительных импульсов, способствующих тому, чтобы интересующие следствие абоненты «заговорили» по телефону или с помощью иных средств связи, находящихся на контроле.

Для этого реализуются тактические комбинации, в ходе которых создается «тревожная» ситуация, дозировано сообщаются подлинные или вымышленные некоторые обстоятельства, полученные в ходе расследования, которые с высокой вероятностью способны вызвать интерес субъектов, переговоры которых контролируются.

Что касается технического исполнителя данного этапа следственного действия, то им, как правило, являются подразделения специаль-

83

ных технических мероприятий, оснащенные соответствующим оборудованием, а также взаимодействующие с представителями организаций, оказывающих услуги связи. Эти подразделения находятся в структуре органов внутренних дел, органов Федеральной службы безопасности, органов госнаркоконтроля.

Дело в том, что в соответствии с законодательством Российской Федерации непосредственный слуховой контроль и запись прослушиваемых переговоров неотделимы от конспиративного подключения специальных технических средств к стационарной аппаратуре учреждений связи независимо от форм собственности, физических и юридических лиц, предоставляющих услуги связи [73]. Это обусловливает

основанное на ведомственных и межведомственных нормативных актах или соглашениях взаимодействие между органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность и субъектами, предоставляющими

услуги связи.

Как отмечается в специальной юридической литературе, основания осмотра (прослушивания) и приобщения фонограммы к уголовному делу отличаются от оснований контроля и записи переговоров (в смысле непосредственного прослушивания телефонных или иных переговоров и их фиксации на долговременный носитель информации). Фактическим основанием осмотра и прослушивания фонограммы является наличие в распоряжении следователя (дознавателя и др.) должным образом опечатанной фонограммы и сопроводительного письма к ней, в котором указаны даты и время начала и окончания записи указанных переговоров и краткие характеристики использованных при этом технических средств [161]. Юридическое основание для обоих этапов кон-

троля и записи переговоров общее (единое): постановление следователя о возбуждении ходатайства о производстве контроля и записи переговоров и соответствующее судебное решение о разрешении производства контроля и записи переговоров.

Говоря о подготовительном этапе по отношению к стадии осмотра и прослушиванию фонограммы, необходимо выделить следующие мероприятия:

–определение даты и времени производства осмотра и прослушивания фонограммы;

–подготовка технических средств воспроизведения фонограммы;

84

–определение обязательных и факультативных участников следственного действия, определение способа их вызова для участия в производстве следственного действия;

–подготовка технических средств фиксации хода и результатов следственного действия (если понятые не присутствуют при производстве осмотра и прослушивания фонограммы, то это мероприятие осуществляется в обязательном порядке).

Обязательными участниками являются те, участие или присутствие которых прямо регламентировано уголовно-процессуальным за-

коном независимо от ситуации. Применительно к ч.7 ст. 186 УПК РФ такими являются: следователь, лицо, чьи переговоры записаны на фонограмме.

Некоторые авторы полагают, что к моменту производства осмотра

ипрослушивания фонограммы следователь должен владеть информацией о том, чьи переговоры записаны на данном носителе [161]. Однако

выполнение данного условия, как мы покажем в настоящей работе, далеко не всегда реально, если иметь в виду всех лиц, принимавших участие в переговорах за весь период прослушивания переговоров с определенного телефонного номера. Тем более, если доступ к стационарно-

му или иному абонентскому устройству на правомерных основаниях имеет не только лицо, вызывающее интерес субъектов расследования, но и третьи лица: его члены семьи, близкие лица, коллеги и т.п.

Кроме того, если лицом, чьи переговоры фиксировались в порядке ст. 186 УПК РФ, являлся подозреваемый или обвиняемый, то статус обязательного участника приобретает также его защитник (особенно если участие защитника является обязательным в соответствии с требованиями ст. 51 УПК РФ), законный представитель (если подозреваемый, обвиняемый является несовершеннолетним), переводчик (если лицо, чьи показания зафиксированы в фонограмме, не владеет свободно языком уголовного судопроизводства) и т.д.

Иные, факультативные, участники приглашаются по усмотрению следователя, если их присутствие способно повысить результативность производства данного следственного действия. К таковым относятся: специалист, переводчик (если лицо, чьи переговоры зафиксированы на фонограмме свободно владеет языком уголовного судопроизводства, однако телефонные переговоры велись не на русском, а на ином языке).

85

Рабочий этап контроля и записи переговоров, как нами уже отмечалось и как следует из формулировки п. 14.1 ст. 5 и ст. 186 УПК РФ, включает две стадии:

1)получение уполномоченными органами и сотрудниками информации о телефонных и иных переговорах определенного лица и ее фиксацию на носитель информации;

2)осмотр и прослушивание фонограммы следователем и иными участниками данного следственного действия.

Как уже упоминалось, первый этап носит преимущественно негласный характер, осуществляется в условиях фактора внезапности для лица, чьи телефонные и иные переговоры подлежат прослушиванию и иным формам контроля. Он начинается с момента передачи-получения

соответствующего постановления следователя и судебного решения исполнителю, которым, как правило, являются специализированные оперативные подразделения органов внутренних дел, органов федеральной службы безопасности. Законодатель, правда, в ч. 4 ст. 186 УПК РФ не конкретизирует исполнителя, оставляя разрешение этого вопроса за пределами уголовно-процессуального закона, а также в рамках дей-

ствующих различных подзаконных актов, в том числе регламентирующих порядок взаимодействия сотрудников специализированных оперативных подразделений с сотрудниками организаций, предоставляющих услуги связи.

По мнению ряда авторов, на этом этапе осуществляется следующий комплекс мероприятий:

– техническая система контроля и записи переговоров определяет активизацию канала связи (поднятие телефонной трубки), вся передаваемая информация оцифровывается и записывается на долговременный носитель;

– для каждой сделанной записи указывается дата и время;

– из полученной информации формируется специализированная база данных [46, с. 319].

Вместе с тем, как показало интервьюирование специалистов, далеко не во всех подразделениях существует современная цифровая аудиозаписывающая техника, позволяющая в многоканальном режиме фиксировать одновременно значительное количество телекоммуникационных контактов. О недостаточной технической оснащенности под-

86

разделений, осуществляющих специальные технические мероприятия, указывают и некоторые исследователи данной проблемы [121]. Иногда

количество данной специальной аппаратуры ограничено, что не всегда позволяет одновременно осуществлять прослушивание всех абонентов, в отношении которых принято решение о контроле их переговоров. Поэтому проблема дальнейшей автоматизации и оснащения подразделений специальных технических мероприятий специальной цифровой многоканальной специальной техникой сохраняет свою актуальность.

Процесс фиксации телефонных контактов, тем не менее, позволяет осуществлять прослушивание любой ранее сделанной записи без остановки в ней [46, с. 319]. Это обусловливает техническую возмож-

ность немедленной передачи следователю информации, носящей важный и безотлагательный характер для расследования по уголовному делу. Конечно, уголовно-процессуальный закон не предусматривает не-

медленное инициативное обращение сотрудников оперативных подразделений специальных технических мероприятий к следователю с представлением результатов контроля и записи переговоров в случаях, если при прослушивании телефонных и иных переговоров была зафиксирована информация, свидетельствующая о конкретных обстоятельствах приготовления, совершения или сокрытия преступления, требующих незамедлительного реагирования. Но, вместе с тем, при хорошо налаженном взаимодействии между подразделениями и должностными лицами органов внутренних дел или иных правоохранительных органов деятельность различных сотрудников, выполняющих присущие им функции для достижения общей цели, слажена и согласована. В этих случаях возможно неофициальное и не противоречащее закону обращение сотрудника оперативного подразделения к следователю о наличии такой информации и совместное обсуждение способа ее реализации в уголовный процесс (например, путем запроса следователя о ее предоставлении, что следователь правомочен делать в течение всего срока проведения контроля и записи переговоров).

К сожалению, как показал анализ эмпирических источников в виде интервьюирования практических сотрудников органов расследования, в ряде регионов существует негласная практика не исполнять постановление следователя о производстве контроля и записи переговоров. В некоторых случаях эта практика основывается на действующих

87

локальных правоприменительных актах, например, приказах, распоряжениях, в рамках выполнения которых специализированные подразделения специальных технических мероприятий вынужденно составляют рапорт о том, что осуществить контроль переговоров указанных следователем абонентов не представилось возможным по техническим причинам. Но, вместе с тем, они готовы выполнить негласное прослушивание телефонных и иных переговоров, а также их фиксацию на носитель информации, действуя в рамках аналогичных оперативно-розыскных

мероприятий – прослушивание телефонных переговоров или снятие информации с технических каналов связи. По завершении указанных оперативно-розыскных мероприятий они также готовы представить

информацию о зафиксированных переговорах, фонограмму и распечатку на бумажном носителе следователю в рамках механизма представления следователю результатов оперативно-розыскной деятельности.

Регламент реализации комплекса оперативно-розыскных мер при осуществлении указанного оперативно-розыскного мероприятия де-

тально представлен в соответствующих инструкциях, распоряжениях и предписаниях, касающихся как непосредственного проведения прослушивания и записи телефонных и иных переговоров, так и дальнейшей легализации добытой информации. Н.П. Яблоков считает, что в этой связи задача получения необходимой информации при производстве контроля и записи переговоров в подобных случаях (т.е. в ходе непосредственного подключения специальной аппаратуры к линии связи или иному оборудованию, имеющему соответствующие технические возможности) для следователя существенно упрощена [201, с. 264]. Од-

нако, учитывая наличие вышеуказанной коллизии, можно сказать, носящей неочевидный характер, редко обсуждаемой на страницах юридической прессы, полагаем критически отнестись к данному выводу весьма авторитетного ученого-криминалиста.

Возникновение данной противоречивой практики, как пояснили опрошенные сотрудники оперативных и следственных подразделений, обусловлено тем, что всякое следственное действие, являясь средством собирания, проверки и оценки доказательств, должно носить гласный характер, касательно не только его результатов, но и методов и средств его осуществления. Более того, концепция механизма уголовно-

процессуального доказывания такова, что проверка и оценка доказа-

88

тельств допускает проверку и оценку применяемых при производстве следственного действия методов и средств с точки зрения их допустимости и достоверности.

Этим условиям не всегда готов соответствовать этап прослушивания телефонных переговоров и их фиксации на носитель информации. В частности, как выяснилось в ходе интервьюирования субъектов оперативных подразделений, при подключении к стационарной телефонной линии в некоторых случаях приходилось использовать смежные помещения, стены и оборудование, которыми владели соседи лица, переговоры которого прослушивались. Данные о лицах, оказывающих конфиденциальное содействие, как и о методах оперативно-розыскной

деятельности, представляют собой охраняемую законом тайну, а потому не подлежат разглашению в рамках уголовного судопроизводства, которое, напротив, по общему правилу, носит открытый и гласный характер. В отдельных случаях, как сообщили проинтервьюированные сотрудники, разглашение подобной информации в ходе уголовного судопроизводства, например, в результате допроса технических исполнителей, влекло возбуждение уголовных дел в отношении сотрудников оперативных подразделений, нарушивших, по мнению, стороны обвинения, гарантии неприкосновенности личности, жилища и в целом частной жизни граждан. Именно по этим причинам в ряде случаев оперативные подразделения отказывали в производстве указанных мероприятий в форме этапа данного следственного действия, ссылаясь на отсутствие технической возможности.

Очевидно, что такое противоречие латентного характера при регламентации и осуществления следственного действия «контроль и запись переговоров» не способствует успешной правоприменительной практики по доказыванию обстоятельств преступления и негативно сказывается на реализации уголовным судопроизводством своего назначения. Поэтому необходима дальнейшая масштабная работа междисциплинарного характера по преодолению данной коллизии. Определенные успехи в этом направлении имеются. Во-первых, объективную тенденцию научно-технического прогресса в форме постоянного со-

вершения технических возможностей в сфере связи и массовых коммуникаций следует использовать в направлении придания процессу фиксации данной информации максимальной технизации и автоматизации,

89

что снижает роль человеческого фактора, в том числе при получении этой информации. Во-вторых, если все же имеется необходимость в до-

просе лица, осуществлявшего техническую фиксацию телефонных или иных переговоров, то необходимо разработать механизм, подобно тому, который предусмотрен для допроса лица с сохранением в тайне его анкетных данных, которые не должны подлежать разглашению.

Вторая стадия рабочего этапа контроля и записи телефонных и иных переговоров, как уже отмечалось, заключается в осмотре и прослушивании фонограммы с переговорами, представленной следователю в рамках исполнения его постановления. Она носит гласный характер и детально регламентирована положениями соответствующих частей ст. 186 УПК РФ.

Задачей данной стадии рабочего этапа контроля и записи переговоров является анализ поступившей информации, зафиксированной в фонограмме, выявление информации, имеющей значение для расследования.

Проведение данной стадии контроля и записи переговоров может быть обусловлено:

1)завершением установленного в постановлении следователя и в судебном решении срока контроля и записи переговоров (который может быть определен продолжительностью до 6 месяцев, но не позднее окончания предварительного расследования по данному уголовному делу – ч. 5 ст. 186 УПК РФ);

2)реализацией следователем права истребования от соответствующего уполномоченного оперативного подразделения фонограммы с результатами прослушивания.

Дело в том, что согласно ч. 6 ст. 186 УПК РФ, следователь имеет право истребовать от подразделения, осуществляющего контроль и запись переговоров, фонограмму с переговорами подконтрольных лиц в любое время в течение всего срока проведения данного следственного действия. Полагаем, что данное истребование фонограммы с переговорами носит промежуточный характер и не тождественно прекращению производства следственного действия «контроль и запись переговоров», хотя в некоторых случаях эти два действия следователя могут совпадать.

90