Подходы к решению проблем законотворчества и правоприменения. Выпуск 22. Межвузовский сборник научных трудов адъюнктов и соискателей

нием норм уголовного закона, неразрывно связана с уголовно-процессу- альным познанием.

В то же время осуществляемый непосредственно при квалификации анализ проводится в рамках норм, предусмотренных уголовным законом, который устанавливает, какие конкретно общественно опасные деяния считаются преступлениями. Квалификация осуществляется на основании уголовного закона, поэтому является уголовно-правовой категорией. Суть квалификации сводится к принятию решения о том, какая именно уголовноправовая норма предусматривает совершенное преступление. Сопоставляются конкретное и абстрактное, единичное и общее, а именно уголовноправовые признаки совершенного и правовая норма, т. е. устанавливается, содержатсялив содеянномпризнакиконкретногосостава преступления. Поэтому центральное место в квалификации занимает состав преступления, представляющий чисто материальную категорию. В правоприменительной деятельности имеют место квалификационные ошибки. Иногда правоприменитель усматривает состав преступления там, где он отсутствует, или не усматривает его там, где он есть, либо неправильно избирает норму уголовногозакона для квалификации. Невдаваясь в причины и условия таких ошибок, необходимо сказать, что эти ошибки, в отличие от уголовно-про- цессуальных, носят уголовно-правовой характер8. Если осуществлена неправильная квалификация, то нарушены нормы именно уголовного закона, но никак не уголовно-процессуального. Данное обстоятельство подчеркивает то, что содержание квалификации преступлений является сугубо материальным. Процессуальные нормы для квалификации не используются, квалификация преступлений происходит только по уголовно-пра- вовым нормам9.

Если рассматривать неоднократное использование законодателем термина «квалификация» в Уголовно-процессуальном законе РФ, то это связаностем, чтоквалификация обладает процессуальными чертами ипризнаками. О квалификации говорится во многих главах УПК РФ, большинство из которых относятся к судебной стадии уголовного судопроизводства. Это такие главы, как «Общий порядок подготовки к судебному заседанию», «Предварительноеслушание», «Общиеусловиясудебногоразбирательства», «Постановление приговора», «Производство по уголовным делам, рассматриваемым судомс участием присяжных заседателей» и др. Например, в ч. 3 ст. 231 УПК РФ указано, что в постановлении о назначении судебного заседания без проведения предварительного слушания должны содержаться решения о назначении судебного заседания с указанием фамилии, имени и

8Кузнецова Н. Ф. Указ. соч. С. 18.

9Там же. С. 17.

11

отчества каждого обвиняемого и квалификации вменяемого емув винупреступления, а такжео мере пресечения. Или, согласноч. 3 ст. 307 описатель- но-мотивировочнаячасть обвинительногоприговора должна содержать указание на обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а в случае признания обвинения в какой-либо части необоснованным или установления неправильной квалификации преступления — основания и мотивы изменения обвинения.

В уголовно-процессуальном законе имеются нормы, закрепляющие фиксацию результата квалификации преступления. Таковыми являются ст. 146, касающаяся возбуждения уголовного дела публичного обвинения, в ч. 2 которой говорится, что «в постановлении о возбуждении уголовного дела указываются пункт, часть, статья Уголовного кодекса РФ, на основании которых возбуждается уголовноедело». Крометого, к данным нормам относится ст. 171, устанавливающая порядок привлечения в качестве обвиняемого. Согласноч. 2 данной статьи впостановлении должны быть указаны пункт, часть, статья Уголовного кодекса РФ, предусматривающие ответственность за данное преступление. Необходимоотметить и ст. 308, касающуюся резолютивной части обвинительного приговора. На основании ч. 1 данной статьи в резолютивной части обвинительного приговора должны быть указаны пункт, часть, статья Уголовногокодекса РФ, предусматривающие ответственность за преступление, в совершении которого подсудимый признан виновным. Таким образом, нормами уголовно-процес- суального законодательства предусмотрены документы, в которых фиксируется результат деятельности правоприменителя по квалификации (постановление о возбуждении уголовного дела, постановление о привлечении в качестве обвиняемого, приговор), запись данного результата (необходимость указания пункта, части, статьи УК РФ), а также порядок и последовательность их вынесения.

Зафиксированные в уголовно-процессуальном документе пункт, часть, статья Особенной части УК РФ (при необходимости и нормы Общей части) представляют собой лишь формузакрепления вывода из проделанной работыпоустановлению взаимосвязиизучаемыхобъектов(деяния исоставапреступления). Сами же объекты — категории материального права, их содержание не является уголовно-процессуальным. Все же природа любого правового явления должна определяться не формой, а содержанием. В противном случае уголовному праву не останется практически ничего, сугубо ему принадлежащего10. Поэтому, хотярезультатуголовно-правовойоценки изакрепляется в процессуальном документе, это еще не означает процессуальной природы квалификации. В любом случае, каким бы не был уголовно-

10 Благов Е. В. Квалификация при совершении преступления. М., 2010. С. 13.

12

процессуальный документ (постановление о возбуждении уголовного дела, постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого и т. д.), содержащийв себерезультат квалификации, в немвсегдаделается ссылка нанорму именно уголовного закона. Таким образом, нормы УПК РФ регламентируютвнешнюю сторонуквалификации —ееформу. Онинекасаются еевнутренней стороны — содержания.

В УПК РФ квалификация упоминается весьма часто. Однако законодатель в ст. 5, содержащей и раскрывающей основные понятия уголовно-про- цессуального закона, не дает ее определения. В пункте 3 ч. 8 ст. 246 УПК РФ закреплено, что государственный обвинитель доудаления суда в совещательную комнатудля постановления приговора может изменить обвинение в сторонуегосмягчения путем переквалификациидеяния в соответствииснормой УКРФ, предусматривающейболеемягкоенаказание. Такжевч. 5ст. 396УПК РФ законодателем указано, что «вопросы, указанные в пункте 21 статьи 397 настоящего Кодекса, рассматриваются судом, к подсудности которого относится совершенное осужденным преступление, с учетом его квалификации по Уголовному Кодексу РФ и места последнего проживания осужденного в Российской Федерации». В этих случаях ссылки на уголовный закон подчеркивают материальный характер квалификации преступлений.

Для более полного понимания квалификации не следует ограничиваться только ее легальным (официальным) видом, ее необходимо рассматривать в более широком смысле, так как в этимологическом понимании она означает качественную оценку познаваемого объекта (предмета, явления), соответствующую некоторому критерию11. Хотя результаты неофициальной квалификации незакрепляются в имеющих юридическое значение по конкретномууголовномуделудокументах, ноона имеет место и осуществляется различнымилицами — автораминаучных работ, комментариев кУголовному закону, преподавателями и студентами, журналистами, лицами, привлекаемыми к уголовной ответственности, их защитниками, потерпевшими. В данном случае квалификация преступления, как проходящий во времени мыслительный логический процесс, так и результат данного процесса, имеет полностью материальный характер.

Разделяя уголовно-правовой и уголовно-процессуальный аспекты квалификации преступлений, можно сделать вывод, что внутренняя сторона квалификации — ее содержание — является уголовно-правовой категорией, которая регулируется нормами уголовного закона. Уголовно-процессу- альный аспект выражается во внешней стороне квалификации — ее форме.

11 Тарханов И. А. Юридическая квалификация: понятие и место в правоприменительном процессе // Российский юридический журнал. 2012. № 3. С. 131.

13

Нормы уголовно-процессуального закона указывают документы, в которых фиксируется результат квалификации, регулируют записьтакого результата, а также порядок и условия оформления соответствующего документа. В то же время следует помнить, что такие категории, как содержание и форма, существуют в единстве и во взаимообусловленности.

М. Г. Ильина

(Омская академия МВД России)

ПРЕДПОСЫЛКИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ УГОЛОВНОЙ

ОТВЕТСТВЕННОСТИЗАНЕЗАКОННОЕОБРАЗОВАНИЕ

ЮРИДИЧЕСКОГОЛИЦА(ДОСОВЕТСКИЙПЕРИОД)

Раскрываются предпосылки возникновения уголовной ответственности за незаконное образование юридического лица. Выявлена связь между процессом формирования института юридических лиц и развитием нормы об уголовной ответственности за незаконное создание юридического лица.

Ключевые слова: юридическое лицо, незаконное образование юридического лица, история развития незаконного образования юридического лица, предпосылки возникновения уголовной ответственности.

При исследовании истории развития уголовной ответственности за незаконное образование юридического лица необходимо ориентироваться на опыт уголовно-правовой охраны общественных отношений в сфере создания и деятельности коммерческих организаций.

Центральная проблема содержания уголовной ответственности за незаконное образование юридического лица в России неразрывно связана с пониманиемвопросов формирования институтаюридическихлиц в России, потомучто именно они во многом определяли сущность уголовно-правовой нормы, предусматривающей ответственность за незаконное образование юридического лица. По мере того как происходило становление и развитие института юридических лиц, требовалась его эффективная уголовно-право- вая охрана.

Развитие понятия юридического лица было связано с новым этапом экономических отношений в России. Со времен Киевской Руси большую рольв основерусскойэкономикииграла торговля, вкоторой главнымсубъектом был русский купец.

С ростом и развитием внутренней и внешней торговли на Руси происходило становление русского купечества как социальной прослойки, развивающей экономику Российского государства. Постепенно ведущее место в экономике стало занимать ремесленное производство, которое сформиро-

14

вало мелкотоварное производство — основу развития торговли. Основными предметами торговли в товремя выступали лес, кожа, мех, драгоценные камни, ковры и другие предметы сельского хозяйства. В государстве стали интенсивно развиваться товаро-денежные отношения.

К XVII в. экономическая деятельность России достигла нового уровня. Основной чертой этого времени стало формирование всероссийского национальногорынка, при которомпроизошлоэкономическоеобъединениестраны путем слияния отдельных территорий в единую систему хозяйственных связей пообмену, купле-продаже товаров междуразличными частями страны. В целях урегулирования торговой сферы были приняты Торговый устав 1653 г.1 и Новоторговый устав 1667 г.2, регулирующие внутреннюю и внешнюю торговлю.

Получило развитие и мануфактурное производство. Чаще всего оно осуществлялось товарищескими и артельными формами, которые длительное время не были закреплены и оформлены в качестве субъектов предпринимательской деятельности. Законодательное регулирование их деятельности началось только после того, как существующие обычаи делового оборота перестали удовлетворять экономическим интересам государства, когда потребовалась более детальная регламентация их деятельности.

Однимиз первыхнормативныхправовыхактов, регулирующихколлективнуюформуосуществленияпредпринимательскойдеятельности, сталУказ Петра I от 27 октября 1699 г. № 1706 «О составлении купцам, каки вдругих государствах, торговых компаний, о расписании городов по торговым делам на провинции, сподчинением малых городов главномупровинциальномугороду, и опричислениикслободам разночинцев, имеющих промыслы»3. В соответствии с этим Указом предписывалось «Московского Государства и городовым всяких чинов купецким людям торговать также, как торгуют в иных государств торговые люди, компаниями... иметь о том всем купецким людям меж собою с общего совета установления, которые пристойно было бы к распространению торгов их, от чегонадлежит быть в сборе к егоВеликогоГосударя казны пополнению компаниями»4. Идея о необходимости осуществления торговли компаниями также содержалась в Указе Петра I от 2 марта 1711 г. «О предоставлении права заниматься торговлей людям всякогозвания, овыморочных деревнях и о наказании укрывающихся от служ-

1Полное собрание законов Российской империи с 1649 г. : в 45 т. СПб., 1830. Т. 1. С. 302.

2Российское законодательство Х–ХХ вв. : в 9 т. / отв. ред. А. Г. Иваньков. М., 1986. Т. 4 : Законодательство периода становления абсолютизма. С. 116–145.

3ПолноесобраниезаконовРоссийскойимпериис 1649 года :в 45 т. Т. III, № 1706. С. 653.

4Там же.

15

бы»5. Таким образом, благодаря нормотворческой деятельности Петра I получили свое закрепление формы предпринимательства, ставшие прообразом юридических лиц.

Следующимзначимымправовым актом, способствующимстановлению юридических лиц, былМанифест Александра I от 1 января 1807 г. «О дарованных купечествуновых выгодах, отличиях, преимуществах к распространению и усилению торговых предприятий»6. Манифестввел двавида торговых домов, которые действовали на основе заключенных договоров: товарищество на вере и товарищество полное. Положения Манифеста легли в основу раздела «О торговом товариществе» Устава торгового7.

Промышленныйпереворот, произошедшийвРоссиив30–40-е гг.XIX в., вызвалнеобходимость правовогорегулированияпорядкасоздания идеятельности акционерных компаний, способных осуществлять масштабную производственную деятельность в различных сферах предпринимательства. В 1836 г. императором Николаем I утверждено «Положение о компаниях на акциях»8, которое позже быловключено в Свод законов гражданских9.

На основании изложенного можно сделать вывод о том, что в досоветскойРоссии, несмотрянаотсутствиелегальногопонятия юридическоголица, в законодательстве сформировались правовые нормы, регулирующие коллективные формы осуществления предпринимательской деятельности.

Одновременнонановыйуровеньобщественнойопасностивыходилифакты нарушения правовых норм, регулирующих создание и деятельность товариществ, что вызвало необходимость их уголовно-правовой защиты. Первые упоминания об уголовной ответственности за незаконное образование компанийможновстретитьвУложениионаказаниях уголовныхиисправительных10, подписанном15 августа1845 г.Николаем I. Так, ст. 1706, включеннаяв главу тринадцатую «О нарушении уставов торговых», предусматривала уголовную ответственность за открытие какого-либо торгового общества, товарищества или компании без разрешения правительства или без соблюдения предписанных законом правил. За совершенное деяние виновный, сверх закрытия учреждения, подвергался денежномувзысканию от ста до пятисот рублей.

Диспозиция нормы была бланкетная. В ней говорилось о нарушении порядка открытия торгового общества, товарищества или компании, кото-

5Там же. Т. IV, № 2330. С. 643.

6Свод законов Российской империи : в 15 т. СПб., 1913. Т. XI, ч. 2. С. 971.

7Там же.

8Поткина И. В. Законодательное регулирование предпринимательской деятельности в России // История предпринимательства в России : в 2 кн. М., 2000. Кн. 2 : Вторая половина XIX – начало XX в. С. 17–18.

9Свод Законов Российской империи. СПб., 1913. Т. Х, ч. I. С. 153.

10Там же. Т. ХV. С. 100.

16

рый был урегулирован Уставом торговым, включенным в Свод законов РоссийскойИмперии. В соответствиисост. 771Устава торгового, торговыйдом, открытый без соблюдения правил, изложенных в ст. 766 (торговый дом не иначе может быть открыт и не иначе получает гражданское и торговое знаменование, как по предварительном обвещении о том купечества печатными листамии повнесении в магистрат или в Думу, выписки из своих взаимныхпостановлений)ист. 767(всей выпискедолжнобытьобозначено:1) род товарищества, полноеили на вере; 2) имя, отчество, призвание, жительство

извание товарищей; 3) подпись и печать таких товарищей, которые уполномочены непосредственно править и распоряжаться делами; 4) количество капитала, составленноготоварищами)подлежит уничтожению, а виновные, сверх того, подвергаются взысканию в соответствии со ст. 1706 Уложения о наказаниях.

Свыходом в 1885 г. новой редакции Уложения о наказаниях уголовных

иисправительных11 сущностьнормы неизменилась: в ст. 1197 устанавливалась ответственность за открытие какого-либо торгового общества, товарищества или компании без разрешения правительства или без соблюдения предписанных законом для этого правил.

Дальнейшее развитие норма, предусматривающая уголовную ответственность за незаконное образование юридического лица, получила в последнем кодифицированном уголовно-правовом акте Императорской России — Уголовном уложении, утвержденном 22 марта 1903 г. Николаем II12.

В соответствии со ст. 318, входящей в состав главы шестнадцатой «О нарушении постановлений о надзоре за промыслами и торговлей», виновный в открытии, без соблюдения установленных правил или без надлежащего разрешения: 1) торгового или промышленного общества или товарищества; 2) частного или общественного кредитного установления, банкирского заведения или меняльной лавки; 3) комиссионной или справочной конторы для дел частных; 4) ссудной кассы, наказывался арестом или денежной пеней не свыше пятисот рублей13.

11Таганцев Н.С.Уложениео наказаниях уголовных иисправительных.1885 года.

М., 2011. 963 с.

12Таганцев Н. С. Уголовное Уложение 1903 г. с мотивами извлеченными из объяснительной записки редакционной комиссии, представлениями Министерства Юстиции в Государственном Совете и журналов — особого совещания, особого присутствия департаментов и общего собрания Государственного Совета. СПб., 1904. 1125 с.

13Волков Н. Т. Новое уголовное уложение с сенатскими решениями, разъяснениями и указателями: сравнительными таблицами статей с уложением и уставом о наказаниях и предметным (алфавитным). М., 1906. 687 с.

17

Под действие рассматриваемой нормы подходили все виды торговых и промышленных обществ, для открытия которых требовалось соблюдение установленногопорядка.К нимотносилисьтовариществаполноеилинавере, по вкладам (на паях) или по участкам либо компания (акционерное общество), а такжевсевидыобществили товариществ, независимоотрода проводимых ими торговли или промысла. На основании данной статьи не могли привлекатьсякответственностиучредителипромышленныхтовариществ,для создания которых закон не предусматривал получение каких-либо разрешений.Например,такимитовариществамимоглибытьартели, действующиебез письменных уставов и предназначенные для выполнения подряда или занятия промыслом, который по закону не требовал получения разрешения.

Проанализировав ст. 1705 Уложения 1845 г., ст. 1197 Уложения 1885 г. и ст. 318Уложения 1903 г., можносделать вывод отом, чтосодержаниенормы расширилось. Так, в последней статье кроме торговых товариществ упомянуты частные и кредитные установления, комиссионные или справочные конторы для дел частных, ссудные кассы, а также некоторые торговые предприятия, на открытие которых требуется правительственное разрешение.

Чтожекасаетсясанкции,тоонатожеизменилась.ЕсливУложении1845 г. предусмотрено денежное взыскание с установленным минимальным размером и закрытие учреждения, то в Уложении 1903 г. минимальный размер не установлен. Кроме того, за данное преступление предусматривалось более суровое наказаниев виде ареста. Срок ареста в ст. 318 не определен, но если исходить из положений общей части, а именно ст. 21 Уложения, то можно сделать вывод, что он ограничен периодом от одного до шести месяцев.

Часть 2 ст. 318 Уголовного уложения закрепляла положение, в соответствии с которым такому же наказанию «подлежал виновный в производстве от имени получившего надлежащее разрешение общества или товарищества таких операций, совершение которых обществу или товариществу не разрешено, или в производстве хотя бы и разрешенных операций, ноне в соответствии с полученным разрешением»14. Данная норма формально сохраняла юридическую силу до принятия в 1922 г. Уголовного кодекса РСФСР15.

Такимобразом, норма, предусматривающаяуголовнуюответственность за незаконное образование юридического лица в Императорской России, в подобном виде сформулирована не была, однако ее прообразом стали ст. 1705Уложенияонаказанияхуголовныхиисправительных 1845 г., ст. 1197

14ТаганцевН.С.УголовноеУложение1903 г.с мотивамиизвлеченными из объяснительной записки редакционной комиссии, представлениями Министерства Юстиции в Государственном Совете и журналов — особого совещания, особого присутствия департаментов и общего собрания Государственного Совета. С. 712.

15Уголовный кодекс РСФСР от 1 июня 1922 г. // Собрание узаконений РСФСР.

1922. № 15, ст. 153.

18

Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1885 г. и ст. 318 Уголовного уложения 1903 г.

Предпосылкидля созданияданнойнормы складывалисьна всемпротяжении развития Российского государства. Процедура формирования института юридических лиц требовала соответствующей уголовно-правовой охраны. Современный вид сложился только в Советской России.

А. Р. Акиев

(Омская академия МВД России)

ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОГО УГОЛОВНОГО

ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА,НАПРАВЛЕННОГО НАОХРАНУ

ИНТЕРЕСОВ СЕМЬИ

Рассматриваются возникновение, становление и развитие уголовного законодательства, регламентирующего ответственность за преступления против семьи. В качестве вывода автор предлагает собственную периодизацию развития уголовного законодательства, направленного на охрану интересов семьи.

Ключевые слова: история уголовного законодательства, охрана интересов семьи, преступления против семьи.

История развития отечественного уголовного законодательства показывает, что институт семьи и ее интересы никогда не были первостепенными объектами уголовно-правовой охраны, хотя в разные периоды законодатель в определенной степени пытался регулировать семейные отношения, то расширяя, то сужая круг деяний, признаваемых преступными, иногда устанавливая за посягательства на них суровые наказания.

В Русской Правде интересы семьи и несовершеннолетних не рассматривались в качестве самостоятельных объектов уголовно-правовой охраны, а их охрана осуществлялась только нормами семейного и наследственного права (ст. ст. 90–109 Русской Правды). Нельзя не отметить, что и до появления Русской Правды, и наряду с ней общественные отношения, в частности семейные, регулировались также нормами неписанного, обычного права.

Впервые «семейные проступки» с точки зрения церковного права стали расцениваться как преступления, нарушающие семейные отношения и нравственность в XI в., и нашли свое отражение в Церковном уставе князя Владимира Святославовича. Так, в ст. 9 Устава объявляются общественно опасными такие проступки, как: «роспуст» — развод супругов без разрешения церковного суда; «смилное» — не освященная церковью совместная жизнь мужчины и женщины; «заставанье» — прелюбодеяние и др.1 Стоит

1 Российское законодательство Х–ХХ веков : в 9 т. / под ред. О. И. Чистякова.

М., 1984. Т. 1. С. 156–157.

19

отметить, что Устав князя Владимира Святославовича не определял меру наказания за эти деяния, ограничившись указанием о проклятии тем, кто станет вмешиваться в дела, переданные церкви (ст. 19)2.

В XII в. Устав князя Ярослава расширил перечень норм, охраняющих нравственную и моральную основу института семьи. В отличие от 9 норм, закрепленных в Уставе князя Владимира Святославовича, в Уставе князя Ярослава содержится уже 16 составов, что свидетельствует о расширении уголовно-правовой охраны интересов семьи. Не менее значимым было и установление наказания в виде денежного штрафа в пользу церковных властейсвозможностью установлениякняземдополнительногонаказания ввиде штрафа или телесных наказаний.

Положения уставов князя Владимира Святославовича (XI в.) и князя Ярослава (XII в.), охраняющих интересы семьи, в дальнейшем дублировались в Смоленских Уставных грамотах (XI в.) и Уставе великогокнязя Всеволода о церковных судах (XIII в.).

Крупнейшие нормативные акты феодального права эпохи раздробленности Руси (а именно, Новгородская и Псковская судные грамоты) содержат лишь две нормы, имеющие отношение к охране интересов семьи. Так, в ст. 53 Псковской судной грамоты регулируются наследственные правоотношениясынаи родителей, а вст. 97 устанавливается уголовнаяответственность за отцеубийство и братоубийство3. Судебники 1497 и 1950 гг., напротив, не содержали норм, устанавливающих ответственность за посягательства на интересы семьи.

Дальнейшее развитие уголовного законодательства за преступления против семьи связано с изданием Соборного уложения 1649 г. Так, в главе 22(ст. ст. 1–3, 7, 14, 26)назначалась ответственность за убийствородителей и детей, братьев и сестер, женой мужа, незаконнорожденных детей, наказание устанавливалось также за нанесение побоев родителям, самовольное завладение их имуществом (ст. ст. 4, 5 главы XXII). Нормы Уложения регулировали взаимоотношения родителей и детей в пределах семьи, предоставляя родителям полную свободу в выборе средств и методов воздействия на детей, «исходя из принципа безусловной власти первых над вторыми»4. Если обязанности главы семьи перед детьми имели исключительно моральный характер, то обязанности детей перед родителями были определены в законе.

Значительныйвклад вправовую охрануинститута семьибыл сделанпри правлении Петра I. Воинский артикул 1715 г. содержал главуXX «О содом-

2Там же. С. 149–150.

3Там же. С. 368, 379.

4Соборное Уложение 1649 года. Текст. Комментарий. Л., 1987. С. 66.

20