Оптимизация постнагрузочного восстановления спортсменов (методология и частные технологии)
.pdfтовой стимуляции. Полученный результат хорошо объясняет, почему не оправдались многолетние попытки внедрить «криогенный стимулятор» в соревновательную деятельность.
То есть использование криотерапии с очень низкими температурами пока что может быть рекомендовано только в качестве метода постнагрузочного восстановления, не предусматривающего следующей тренировки в течение ближайших часов.
3.4. Остеопатическая коррекция
Как известно, механизмы влияния достаточно большого числа физических методов реабилитации, рекомендованных в целях срочного ускорения процессов постнагрузочного восстановления, могут быть сгруппированы следующим образом:
–локальное влияние, направленное на улучшение периферического кровоснабжения, усиление теплообразования (либо непосредственно в период воздействия, либо по типу «бумеранга» после предварительного охлаждения),
атакже нормализацию венозного оттока и лимфообращения;
–локальное влияние, направленное на устранение мышечных гипертонусов, возникших в процессе тренировки, за счет либо непосредственного расслабления гипертоничных мышц путем использования ручных или аппаратных методов воздействия, либо за счет стимуляции мышцантагонистов;
–системное воздействие, направленное на нормализацию функционального состояния центральной нервной системы.
Однако в отдельных случаях, на фоне реализации необходимого локального воздействия, срочный системный механизм влияния того или иного метода восстановления не отвечает поставленным задачам (речь прежде всего идет о криотерапии, использование которой непосредственно
111
перед физической нагрузкой может обусловливать выраженное снижение спортивных достижений).
Следует также иметь в виду, что многие из рекомендуемых восстановительных процедур сами по себе являются дополнительной нагрузкой на организм, предъявляющей определенныетребования, частовесьмавысокие, кдеятельности различных функциональных систем. Игнорирование этого положения может привести к обратному действию восстановительных средств – усугублению существующего срочного постнагрузочного утомления.
Все вышесказанное свидетельствует о том, что следует крайне осторожно (особенно, когда речь идет о необходимости срочной коррекции функционального состояния организма перед соревнованиями, проводимыми в один день) относиться к рекомендуемым физическим средствам срочного постнагрузочного восстановления.
С этих позиций особый интерес вызывает обоснованность использования, а также степень эффективности остеопатических (мануальных, включая классический массаж) методов воздействия, а также специальных упражнений с эффектом остеопатических (мануальных) техник, в системе срочного постнагрузочного восстановления спортсменов.
Достаточно объемные сведения в виде описательного обзора литературы по влиянию остеопатических техник на функциональное состояние организма спортсменов
всрочном постнагрузочном периоде и уровень их физической работоспособности приведены в работе Miners A.L. (2010). Однако качество цитируемых в данном обзоре работ не позволяет нам ссылаться на них, хотя очевидно: однопозитивный эффект хиропрактик в плане скорости постнагрузочного восстановления спортсменов и реализации их функциональных возможностей действительно имеется.
Наиболее интересные в этом плане данные получены
в2013 г. сотрудниками НИИ Кубанского государственного
университета физической культуры, спорта и туризма в рамках научно-исследовательской работы «Дифференцированное использование физических средств в системе
112
срочного постнагрузочного восстановления спортсменов высокой квалификации циклических видов спорта, связанных с проявлением выносливости», выполненной в соответствии с государственным контрактом между Минспортом России и ФГБОУ ВПО КГУФКСТ № 302 от 29 августа 2013 г. (руководитель проекта д.м.н., профессор Г.А. Макарова).
В исследованиях приняли участие 9 пловцов мужского пола высокой квалификации (4 МС и 5 КМС), специализирующихся на спринтерских дистанциях 50 м, 100 м, 200 м, 400 м.
Экспериментальные исследования продолжались в течение 28 дней в условиях реального тренировочного процесса в предсоревновательном периоде подготовки при ее двухпиковом варианте (спортсмены принимали участие в первенстве Краснодарского края по плаванию и в чемпионате ЮФО).
Тренировочные занятия осуществлялись два раза в день (утром и вечером), продолжительность тренировок менялась в зависимости от запланированных тренировочных нагрузок. Обследование спортсменов проводилось ежедневно перед второй тренировкой с 13 до 15 ч, что соответствовало четвертому часу срочного постнагрузочного восстановления. Данный отрезок времени для проведения экспериментальных исследований был избран в связи с тем, что динамика физиологических и психофизиологических параметров согласно современным представлениям [1–2] в первой острой фазе постнагрузочного восстановления, которая занимает около полутора часов, может носить разнонаправленный характер, вплоть до хаотичного, и не позволяет с достаточным уровнем объективности судить об истинном функциональном состоянии организма спортсменов после тренировочных нагрузок.
Ежедневно анализировались функциональное состояние центральной и автономной (вегетативной) нервной системы, базовые гемодинамические и электрокардиографические параметры, остеопатические характеристики
113
функционального состояния опорно-двигательного аппарата (напряжение интракраниальной мембраны, фиксации реберно-поперечных сочленений и связок купола плевры, нарушенияположенияпервогоребра), субъективнаяоценка психоэмоционального состояния, педагогические критерии переносимоститренировочныхнагрузокирезультатыпедагогического тестирования на контрольных дистанциях.
Определение основных характеристик состояния ЦНС проводилось с помощью АПК «Истоки здоровья» при прохождении теста простой зрительно-моторной реакции.
Для оценки психоэмоционального состояния спортсменов использовалсятестцветовыхвыборовАПК«Истокиздоровья», являющийся модификацией сокращенного теста Люшера в интерпретации Л.Н. Собчик (2001). Вычислялись количественные характеристики тревожности, эмоциональной стабильности и стрессоустойчивости.
Обследование функционального состояния автономной (вегетативной) нервной системы производилось с помощью АПК «Валента» путем фиксирования кардиоритмограммы.
Электрокардиограмма регистрировалась в 12 общепринятых отведениях с помощью аппаратно-программного комплекса «Валента» со скоростью протяжки 50 мм/сек и усилением 1 мВ/см в положении лежа.
Для субъективной оценки психоэмоционального состояния спортсменов использовались анкеты тестов «Самочувствие, активность, настроение» (САН) (ДоскинВ.А., 1973), «Определениесамим спортсменом уровня воспринимаемого напряжения (RPE – rating of perceived exertion)» (Foster C., 2001) и«Оценкасубъективноговос-
приятия восстановления» (Виноградов М.А., 2010).
С целью решения основных задач, касающихся обоснованности использования остеопатических (мануальных) техник в системе срочного постнагрузочного восстановления спортсменов, влияния остеопатической коррекции на уровень их специальной физической работоспособности, дополнительно проводились оценка переносимости тренировочных нагрузок, а также повторное специальное педагогическое тестирование на контрольных дистанциях, отражающих уровень развития и текущие колебания отдельных энергетических потенций организма.
114
Градация зон мощности при выполнении тренировочных нагрузок осуществлялась согласно программе Workouts – for Swim Coaches 3.30.
Исходяизэтихградацийвнастоящейработебыливыделенытри вида нагрузок различной энергетической направленности:
–преимущественно аэробная – Zone-1А – Zone-2В;
–преимущественно аэробно-анаэробная – Zone-2B – Zone-3B;
–преимущественно анаэробная гликолитическая – Zone-4А –
CZ.
Оценка переносимости тренировочных заданий осуществлялась в баллах согласно следующей градации: 5 – «отлично»; 4 – «хорошо»; 3 – «удовлетворительно»; 2 – «неудовлетворительно» на основании следующих критериев:
–фактическое выполнение запланированных тренировочных нагрузок;
–сохранение оптимальной техники плавания при варьируемой в процессе занятия тренировочной нагрузке;
–динамика ЧСС во время тренировочных заданий;
–динамика восстановления ЧСС в конце тренировочного занятия по схеме 0 – 30 с – 3 мин;
–субъективная оценка состояния спортсмена в процессе тренировочного занятия.
Педагогическое тестирование на контрольных дистанциях проводилось следующим образом:
1-я неделя – пятикратное определение уровня и текущихколебанийанаэробныхалактатныхвозможностей: дистанция 25 м основным способом со старта с максимальной скоростью;
2-янеделя– пятикратноеопределениеуровняитекущих
колебаний анаэробных гликолитических возможностей: 4 отрезка по 50 м основным способом в режиме 50 с;
3-я неделя – трехкратное определение уровня и текущих колебаний аэробных возможностей: дистанция 800 м без разминки вольным стилем с ограничением ЧСС в конце дистанции (не более 132 уд./мин).
Повторное педагогическое тестирование на контрольных дистанциях разной энергетической направленности осуществлялось с целью исключения психологического
115
воздействия апробируемых методик срочного постнагрузочного восстановления. При этом предполагается только сравнение результатов экспериментальной (в которой используютсяопределенныеметодывоздействия) иконтрольной (их имитация) групп без учета истинной значимости звеньев, накоторыенаправленоизучаемоевоздействие. Эти звенья могут определяться только в условиях естественных текущих осцилляций педагогических критериев энергетических возможностей организма. Без подобных исследований эффект изучаемых воздействий может носить сугубо психологический характер, причем наличие контрольной группы, в которой принято проводить имитационные воздействия, не исключает возможности эффекта «плацебо».
Апробациятрехвариантовостеопатическихтехникосуществлялась в течение 4-й недели обследования.
Вработе изучалось влияние следующих остеопатических и мануальных техник:
– устранение нарушений фиксаций первого ребра на вдохе и коррекция напряжения интракраниальной мембраны;
– устранение фиксаций реберно-поперечных сочленений и коррекция напряжения интракраниальной мембраны;
– устранение фиксаций связок купола плевры и коррекция напряжения интракраниальной мембраны.
Проведение остеопатических (мануальных) техник осуществлялось сертифицированным врачом-остеопатом А.Ю. Шевченко согласно описаниям, приведенным в работах Кравченко Т.И. (2004), Чикурова Ю.В. (2004) и Бар-
раль Ж.-П. (2001).
Краткое описание используемых техник представлено ниже.
Краниосакральная терапия – один из методов мануаль-
ного воздействия на кости черепа и позвоночника, проводимый с целью восстановления естественной циркуляции спинномозговой жидкости (ликвора) и нормализации работы центральной нервной системы (ЦНС).
Вначале XX в. американский ученый-остеопат Уильям Сазерленд, изучая строение костей черепа и мест их сое-
116
динений (швов) предположил, что они способны двигаться: «расширяться» и «сужаться». Такие движения костей по аналогии с легочным дыханием он назвал вдохами и выдохами, а само явление – первичным респираторным механизмом.
В конце 1970-х годов врач-остеопат Джон Апледжер, входя в состав группы экспериментаторов, приглашенных Мичиганским государственным университетом, во время хирургических операций обратил внимание на движение мембран твердых мозговых оболочек – необъяснимую пульсацию, которая не была синхронна ни ритму дыхания, ни сердцебиению. Апледжер проанализировал его частоту, интенсивность и настойчивость (он даже пытался удерживатьмембранывпокоеспомощьющипцов), ноживоепульсирующее движение возобладало над механическим давлением. Оно было названо краниосакральным ритмом.
Краниосакральный ритм ― это один из основополагающих ритмов, наравне с дыханием и сердцебиением, хотя и более спокойный, менее заметный, менее влияющий на метаболизм, нежели прилив крови или поступление кислорода.
Пульсацию в краниосакральной системе вызывает цереброспинальная жидкость, а ее новые порции образуются с определенным ритмом. Ликвор продуцируется в желудочках головного мозга и омывает головной и спинной мозг от черепа до крестца, выполняя защитную функцию. Такой механизм продуцирования вызывает повышение и уменьшениедавлениявнутрикраниосакральнойсистемысчастотой от 6 до 12 циклов в минуту. Выработка и распределение спинномозговой жидкости заставляет кости черепа двигаться, «раскрываться» и «закрываться». Это естественный процесс функционирования человеческого организма, который, будучи незаметным визуально, тем не менее, сопровождает человека в течение всей жизни. Ритмические колебания регистрируются в любой точке краниосакральной системы, особенно явно они проявляются в сокращениях крестца и костей черепа. Ритм, фазы, частота и амплитуда сокращений передаются мельчайшим структурным элемен-
117
там человеческого организма через соединительные ткани. Это заставляет организм «дышать» в краниальном ритме.
Сбой в работе одной из частей системы может привестикнарушениюфункционированиядругой. Неправильное положение костей черепа или неправильное положение крестца и копчика в конечном итоге провоцируют хронические головные боли, постоянную общую усталость, снижение работоспособности и т.п.
Методами краниосакральной остеопатии (и специальными упражнениями) можно восстановить подвижность структур черепа, мозга, внутримозговых оболочек, позволить спинномозговой жидкости беспрепятственно двигаться, снабжая нервную систему полноценным питанием
ирегуляторными факторами, устранить сдавление головного мозга, нарушение его кровообращения, патологическую импульсацию с травмированных перевозбужденных участков нервной ткани. Исчезают болезненные симптомы, уходит хроническая усталость, нормализуются поведенческие реакции.
Коррекция нарушений положения первого ребра. Во время дыхания грудная клетка двигается как единое целое. Существует центральная позиция ребер, которая не требует мышечных усилий, из нее можно сделать активный выдох,
ик ней грудная клетка возвращается после активного вдоха. От состояния активного выдоха до состояния активного вдоха ребра меняют свое положение тремя основными способами:
–грудина как единое целое поднимается при вдохе,
ипередние края ребер поднимаются с ней, производя так называемое движение «ручка помпы». Это вместе с экскурсом вниз диафрагмы позволяет увеличиваться вертикальному диаметру грудной клетки;
–для увеличения горизонтального диаметра грудной клетки имеют место два других движения: движение «ручки ведра», что, согласно названию, означает экскурс ребер с относительно неподвижными передними и задними концами;
118
– «латеральное (кнаружи)» движение, при котором грудинный конец ребер движется латеральнее. При этом движении растягиваются реберные хрящи, и угол ребер становится шире. Такие латеральные движения ограничиваются с 6-го ребра по 10-е.
1-е и 2-е ребра поднимаются и опускаются с грудиной, описывая, такимобразом, толькодвижение«ручкипомпы». Начиная с 3-го по 6-е ребро происходит комбинированное движение «ручки помпы» и «ручки ведра», и с 6-го по 10-е ребро имеют место движения «ручки ведра» и латеральные движения. Плавающие ребра двигаются незначительно, так как они фиксируются квадратной мышцей поясницы, но из-за отсутствия фиксации спереди они позволяют нижним грудным позвонкам двигаться свободней, чего бы в противном случае не было.
Для того чтобы все ребра выполняли в полном объеме присущие им движения, не должно быть факторов, ограничивающих эти движения.
Подобные факторы могут быть сгруппированы следующим образом:
–спазм межреберных мышц;
–фиксация грудино-реберных суставов, при которой нарушается переднезаднее движение в шарнире этих сустава;
–растяжение в реберно-хрящевом соединении (встречается часто и является результатом либо прямого удара, либо дискоординации в работе мышц);
–соскальзывание хрящевых концов нижних ребер, где они соединяются, образуя реберный угол (иногда эти хрящи разъединены между собой, и каждый раз, когда они соскальзывают один на другой, может возникать боль).
1-е и 2-е ребра относятся к разряду «особенных», и их нормальное движение, как уже отмечено выше, происходит только по типу «ручки помпы». Однако, они также необычны потому, что к ним прикрепляются лестничные мышцы. Любое чрезмерное сокращение лестничных мышц поднимает эти два ребра так, что их движение будет происходить не по нормальной траектории (по типу «ручки помпы»),
119
а по типу «ручки ведра». Одной из важных особенностей этого нарушения является то, что, кроме раздражения межреберных нервов 1-го и 2-го ребра, уменьшается величина реберно-лестничного треугольника, в результате чего могут раздражаться любые из корешков плечевого сплетения.
Устранение фиксаций реберно-поперечных сочленений.
На каждом уровне грудного отдела позвоночника пара ребер сочленяется с позвоночником при помощи двух суставов с каждой стороны:
–двойным суставом, более прочным, реберно-позво- ночным (между головкой ребра, межпозвоночным диском, телом позвонка);
–простым суставом, реберно-поперечным (между бугорком ребра и поперечным отростком нижележащего позвонка).
Эти суставы усилены мощными связками и не могут функционировать один без другого: они механически связаны.
При ротации (круговое движение, вращение) одного грудного позвонка относительно другого суставные поверхности отростков скользят один по другому, что приводит к ротации одного тела позвонка относительно другого вокруг общей оси. За этим следуют выраженная ротация
искручивание межпозвоночного диска (а не сдвиг диска, как в поясничном отделе). Однако эта ротация могла быть еще больше, если бы грудной отдел позвоночника не был связан с грудной клеткой. Фактически любое движение на любом уровне позвоночного столба вызывает такое же движение соответствующих ребер, но скольжение одной пары ребер по другой ограничивается наличием грудины, к которой при помощи реберных хрящей прикрепляются все ребра. При низкой эластичности реберных хрящей, соответственно, происходит не только уменьшение экскурсии грудной клетки, но и ограничение подвижности грудного отдела позвоночника. Дополнительно ограничивают подвижность грудного отдела позвоночника и увеличивают механическую резистентность (сопротивляемость, жест-
120