Неоязычество на просторах Евразии

С. И. Рыжакова ● Dievturмba. Религиозно-национальная идея и ее реализация

в Латвии

скую мудрость каждому приходилось бы отыскивать самому, н о век отдельного человека слишком короток, чтобы успеть это сде лать. По-

этому стоит примкнуть к более длинному веку, а это – жизнь н арода. Народ вечен, если только Несчастье не прервет этот век» (Ц, 75).

Важнейшие этические нормы диевтурибы заключены в раздел е «О

жизненных добродетелях» (Par dzмvošanas tikumiem). Э. Брастыньш

подразделяет добродетели (tikumi) на четыре части: главная (pamattikums), личные (pastikumi), народные (laužtikumi) и божественная

(dievtikums). Главная добродетель – доброта (labums): «Все мне было

бы хорошо, когда я сама добра; все было бы мне плохо, если я са ма зла

зачинательница» (LFK 530,3638).

«Если бы все были добрыми, тогда зла больше не было бы... Поня тие

добра вмещает в себя правильное поведение по отношению к себе, другим и к Диевсу. Добро считается высочайшей достижимой целью как в практических, так и в духовных ценностях. Его опекун и податель – сам Диевс. Людей, больше всех скопивших материальны х и ду-

ховных благ, в древности называли Labiesi. Это слово означало то же

самое, что и аристократ в своем первом значении» (Ц, 81). Личны е

добродетели – мудрость (gudriba), трудолюбие (darbigums), красота

(dailums) и радость (liksmмba). Ум Брастыньш определяет как «понима-

ние намерений и целей»; трудолюбие приносит человеку духо вное и

материальное богатство; красота и радость – присущие латы шскому

мировоззрению жизненные ценности. Народные (людские) доб роде-

тели необходимы для общения людей и народов. Это любовь (miles мtba),

согласие (saderiba), щедрость (deviba) и правдивость (taisniba). «К мудрости, красоте, трудолюбию, радости каждый может стремить ся обособленно, но в любви всегда нужно искать кого-то другого... В се религии почитают любовь как самую первую добродетель, которая выстраивает людское сообщество. Семья и род были ближайшим круг ом для этой людской добродетели... Но на чужаков и чужеземцев добр одетель любви обычно не распространяется; к взаимоотношениям с ни ми применяется другая людская добродетель, а именно согласие (д ружба), которое гасит неприязнь и войны» (Ц, 86). Щедрость Брастыньш толкует как «отклик от себя во благо другого», а правдивость « основывается на требовании, чтобы каждый делал то, что нужно, чтобы вс який получал то, что ему полагается, и чтобы один не вредил друго му» (Ц, 88, 89). Единственной Божьей добродетелью (dievtikums) Брастыньш называет богобоязненность (dievbijiba), которая выражается в «священном трепете перед всем добрым и добродетельным, а такж е в выполнении установленных Диевсом/Богом законов». «Богобоязненность как добродетель предопределяет многие действия, од ухотво-

ренные благочестием и чувством уважения» (Ц, 90).

—101 —

НЕОЯЗЫЧЕСТВО НА ПРОСТОРАХ ЕВРАЗИИ

В «Календарных песнях латышей» и «Церокслисе» Э. Брастынь ш предложил новый календарь – так называемое «древнее врем ясчисле-

ние». По мнению автора, древние латыши пользовались годов ым календарем, состоящим из 36 десятидневных недель (mendaоa), и одной

рождественской «полунедели» – пяти «святых дней», котора я через

каждые четыре года увеличивалась до шести дней41. 12 месяцев состо-

яли из 30 дней и 3 недель («Диедаля», «Лайдаля» и «Мадаля»). В г оду

выделяется четыре сезона – зима, весна, лето и осень.

Э. Брастыньш и его теория национализма

«Церокслисе» Э. Брастыньш объявляет, что латышский наро д издревле обладал божественным откровением, которое он прон ес че- рез века, часто вопреки завоеваниям и насаждению чуждых в ерова-

ний и образа жизни. Правда, это откровение не является в при нци-

пе уникальным: каждый народ им обладал или обладает (в этом смысле

Ý.Брастыньша даже называют «основателем всеобщей теории нацио-

нализма для всех народов»). Все же, согласно его мнению, не в о всякой

народной культуре оно проявилось с такой очевидностью ка к, напри-

мер, у латышей. В дальнейшем Брастыньш более или менее удач но

балансирует между этими двумя положениями, однако период ически

большую отчетливость у него обретают образы «богоизбран ности» и

«мессианства» латышского народа: «Диевс (Бог) определил л атышам

сохранить эту религию, чтобы научить мудрости другие арий ские на-

роды...» (Ц, 9). Вот так из латышской традиционной культуры выр астает новая религия, которая, однако, не связывается с каким-то новым пророчеством или откровением. Более того, эту новоизобрет енную «древнюю» религию Брастыньш не определяет как «веру»: «В арийских религиях более важна не вера, но исполнение культа, поэ тому не вполне точно называть латышскую религию «верой», но – дие втурибой («почитанием Диевса/ Бога»)» (Ц, 1).

Âработе «Тысячелетняя борьба с нашим богопочитанием» Э. Брастыньш высказал большие надежды на развитие диевтурибы, на ее распространение в латышском обществе42. Более того, с ее помощью он надеялся существенно изменить латышское общество в куль турном

отношении, привить ему национальную идентичность – «латы шскость» (latvietмba). «В будущем латышу надо стать стопроцентным латышом»,

заявлял он в книге «Латвия, ее жизнь и культура», отмечая, ч то пока что встречаются и «полунемцы», и другие «неистинные» латы ши43.

41E. Brastiðø Latvju Gadskârtas dziesmas. Rìga, 1929, 12. lpp.

42E. Brastiðu Músu dievestìbas túkstoøgadìga apkaroøana. B. v., 11986.

43E. Brastiðø Latvija, viðas dzìve un kultúra. Rìga, 1931, 240. lpp.

—102—

С. И. Рыжакова ● Dievturмba. Религиозно-национальная идея и ее реализация

в Латвии

дится понятие общины, или братства (draudze, между прочим, цер-

ковный термин – «лютеранский приход»), как «сообщества единомышленников», что подкрепляется такими текстами народных пе сен: «Близко, близко сельские пастухи, только вместе (draudze) не пас ут,/

То ли сами разбранились, то ли телята разбодались?»; «Тесне е, теснее,

смелее, смелее, держись, мое братство,/ Пусть прочие свадебн ые гости как гороховая солома стелются».

Вот что пишет об общине Э. Брастыньш: «Община – настоящее и

хорошее латышское слово, которое христианство заимствов ало для нужд своей церкви. Но это не причина для диевтуров отказыв аться от

этого слова. Общинами диевтурибы сейчас называют объедин ения

диевтуров, которые составляют Сообщество Диевтуров Латв ии (Latvijas Dievturu Sadraudze). В древности у нас не было необходимос-

ти ни в каких особых общинах диевтуров, так как тогда кажды й латыш

жил по законам одной религии, никем не отравляемый. Теперь , напротив, диевтуров окружают чужие верования. Чтобы легче у стоять

среди них и скорее освободить соотечественников от духов ного ига,

всем диевтурам нужно объединиться в общины» (Ц, 120). Наименьшая ячейка – группа диевтуров, объединяющая до 30 чл е-

нов, называлась puduris («купа»), несколько «куп» составляли draudze

(«общину»). Из общин, сложившихся в Риге, Валмиере, Лиепае, Е лгаве, складывалась вся организация – sadraudze (объединение общин) .

Любопытно, что через несколько лет Брастыньш напишет о бр ат-

ствах как временной мере в деле распространения диевтури бы. К на-

стоящему времени в различных организациях диевтуров сло жились различные, неунифицированные культы. Диевтуриба сформир овалась без священства, многие (хотя не все) диевтуры полагают, что «каждый может вступать в связь с Диевсом, проводить ритуалы».

Не обращая внимания на христианское происхождение слова baznмca от рус. «божница», он определяет понятие «церковь» как «об саженные деревьями места, трудно достижимые места вблизи жилищ », которые, оказывается, были в приусадебных садах практически всякого хозяина (Ц, 113). Рамавы – места успокоения, леса с божественны ми местами, где погребали/ «упокаивали» усопших, а также соби рались на праздниках (Ц, 114). Брастыньш приводит высказывание А. Шва бе о рамаве: «Огромная историческая роль религии прямо объясняется

общественным характером, раскрашенным красками религио зного культа, когда культовые песни, танцы и церемонии погружал и в эк-

стаз «умершее в сердечных болях» сердце (13250, 42), и возвышенно е чувство силы и единство самих собравшихся людских масс ро ждало

иллюзию религиозной «рамувы», которая высушивает слезы повседневности, утишает боли дней пребывания в рабстве. Полумиф ичес-

—105 —

НЕОЯЗЫЧЕСТВО НА ПРОСТОРАХ ЕВРАЗИИ

кая-полуисторическая Рамава Пруссии со священной дубово й рощей –

только красочный символ всех тех бесчисленных «рамув» ре лигиоз-

ных праздников древней Латвии, которые существовали повс юду, все

равно, были ли они воплощены в особых рощах и холмах с идола ми или же жили только как преходящие чувства в эмоциях масс н а празд-

никах...» (Ц, 114).

В диевтурибе отсутствует институт жрецов и священников. Н ачи- нать и проводить праздничные действия может каждый, «подх одящий

для этого по своему социальному положению, или кого выбра ли люди» (Ц, 119). Таких руководителей в ходе праздников и священнодей ствий

âдиевтурибе называют vicиji – букв. «устроители, проводители». Несмотря на надежды Э.Брастыньша и других инициаторов это го

движения, диевтуриба в 1930-х гг. не только не стала государств енной

религией Латвии, но и не оказала серьезного влияния на все латышское общество, оставшись достоянием очень ограниченного к руга лю-

дей. Однако многие ее идеи легли в основу формирующейся «э тнической мифологии».

После присоединения Латвии к Советскому Союзу в июле 1940 г.

диевтуры оказались одними из первых, подвергшихся здесь р епрессиям. История этого религиозно-общественного движения была навсег-

да вычеркнута из советской историографии.

Дальнейшая судьба диевтурибы была связана с деятельност ью латышских эмигрантов в США, Канаде, Австралии, Германии, Англ ии.

В эмиграции было продолжено издание журнала «Лабиетис» ( выходит в США, дважды в год), был основан альманах по истории и ку льтуре Латвии «Архив» (в Мельбурне). Появилось немало работ, по священных осмыслению латышского народного искусства и – осо бенно орнамента (как священных графических знаков), праздников , повседневных обычаев.

Â1975 г. был принят новый устав организации, которая с тех пор

называется «Latvju dievturu sadraudze». Ее руководителем (Dižvadonis)

âнастоящее время является Маргертс Гринс (США). Его жена – Мара Грин, дочь Арвида Брастыньша, – главный редактор журнала « Лабиетис». Организацию диевтуров Канады возглавляет Аусеклис Перконс,

Австралии – Зигфридс Лейтис, Германии – Вилнис Трачумс, Ан глии –

Янис Вилипсонс.

ÂСША (штат Висконсин) был образован центр диевтуров – Dievseta

(«Божья усадьба»). Он занимает три здания – Скандаву (место собраний), хозяйственную постройку с кухней и спальнями и школь ное зда-

ние для детских летних лагерей. Рядом располагается Рамав а – место проведения праздников и молений. Каждое лето сюда, а также в аналогичные лагеря собираются дети латышских эмигрантов, прие зжают

гости из Латвии. Для них устраиваются праздники песни, лек цион-

—106—

НЕОЯЗЫЧЕСТВО НА ПРОСТОРАХ ЕВРАЗИИ

дическим обществом Латвии», руководимым Модрисом Славой . Ряд

статей диевтуров появился в их издании «Виедас вестис». Н о с 1992 г. эти контакты были прерваны, а сама диевтуриба на страница х одного из номеров журнала была охарактеризована как «идеол огичес-

ки-политическая идейная структура во внешне латышском уб ран-

ñòâå»52.

В Риге раз в квартал стал выходить журнал «Вестник диевту ров»

(вся периодическая печать диевтуров употребляет свое лет осчисле-

ние, удревненное от общепринятого на десять тысяч лет, а та кже древнелатышские обозначения месяцев). С конца 1980-х гг. в тесной с вязи

с идеями, заложенными диевтурами, в Латвии выходят альман ахи,

учебные пособия и работы, посвященные латышской народной культуре. Это продолжающаяся серия «Латышское народное миров оззре-

íèå»53, работы по календарным праздникам54. Министерство народ-

ного образования в 1991 г. издало программу курса для школ «Ла тышское народное мировоззрение», основывающегося на принцип ах диев-

турибы55.

Возможно, новое поколение латышей будет знать о латышской традиционной культуре именно через призму системы взгля дов ди-

евтуров.

Х. Биезайс в статье «Диевтуры – национальные романтики – д ревние латыши» пишет, что идейным звеном возникновения диевт ури-

бы было индоевропейское происхождение латышей: «Это было откры-

то уже в конце ХVIII в. в сравнительном языкознании, подробно и зуче-

но во второй половине ХIХ в., и с большим запозданием стало и звестно среди латышей... Националистически настроенные круги обще ства, не углубляясь в лингвистический материал, восприняли это так, что была открыта древность латышей, их истоки. Что могло быть п риятнее народу, столетиями терпящему притеснения, осознать св ои глубокие, древние корни! С помощью сравнительного языкознани я диевтуры как будто нашли также древнюю латышскую религию. Теп ерь осталось только ее восстановить. Этим самым латышскому на роду будет отдана его исконная идентичность»56.

Национально-психологическим мотивом возникновения диев тури-

бы в латышском обществе – только что впервые в своей истор ии со-

52Viedas Vèstis, 1992, ¹ 4, 2. lpp.

53Latvieøu tautas dzìvesziða. 1.-5. sèj. Rìga, 1989–1993.

54Ziemas svètku roze. Sast. M. Misiða. Rìga, 1991; Mellèna M., Muktupâvels V., Å. Splàs Ziemas svètki. Rìga, 1990; Rudens grâmata. Rìga, 1991; Liela diena. Rìga, 1990; Metenis. Rìga, 1990.

55Latvieøu tautas dzìvesziða. Audzinâtâja stundu programma. Rìga, 1991.

56H. Biezais. Op. cit. 50. lpp.

—108—

НЕОЯЗЫЧЕСТВО НА ПРОСТОРАХ ЕВРАЗИИ

России есть диевтуры?» При этом имелись в виду, конечно, нац иональ-

но-религиозные, неоязыческие движения.

Общины собираются несколько раз в месяц. Один раз в месяц п ро-

ходят собрания правления, на которых обсуждаются организ ационные вопросы. Отмечаются календарные праздники, проводятс я обря-

ды жизненного цикла.

Âсвое время Э. Брастыньш ввел помимо этого две формы религ иоз-

ных собраний диевтуров (не под влиянием ли протестантизм а?) Это

«восхваление» (daudzinвjums) и «доклад» (priekslasijums). В настоящее

время среди диевтуров Латвии один-два раза в месяц проход ит «вос-

хваление» (daudzinвjums), посвященное определенной теме («восхваление» добродетелей, божеств, Даугавы, осени и т. п.). Оно соп ровождается совместным пением и музицированием. На докладах об ычно

обсуждают вопросы национальной культуры.

«Восхваление» обычно проходит следующим образом. Собираются

люди – 20–30 человек, взрослые и дети. Проводящий ритуал расса живает всех в круг, посередине ставит стол, на котором зажига ет свечи. Все присутствующие поют народные песни: «Медленно, медлен но

Диевиньш едет с горы в долину…» При словах: «Разжигайте ог онь, замолкайте молодые, Диевс входит в комнату» все встают. Поют другие

песни – посвященные Маре или Лайме. Затем руководитель об ряда рассказывает что-то на заданную тему (проповедь?), кто-нибу дь из присутствующих может почитать свои стихи, высказаться. Далее прово-

дится «укрепляющий обряд»: все встают в круг и, взявшись по д руки, маленькими шажками движутся направо и налево, при этом на певая тексты заклинаний, начинающиеся обычно формулой: «Пусть б удут слова, у кого есть слова, / У меня самого сильные слова…» Пот ом все протягивают руки в центр и «собирают энергию в пучок». В «в осхваление» могут входить игры – символическая «передача» по кру гу из рук в

руки «добра», что-то вроде проповедей-размышлений. Некото рые уча-

стники могут затронуть политические проблемы, но большинством это не приветствуется.

Âначале и конце всех собраний диевтуры поют народные пес ни: «С Боженькой сходимся, с Боженькой расстаемся, / С Боженько й пусть

останется эта опетая комната./ Ты с Богом, я с Богом, мы с Бого м хо-

рошие люди./ Иди, Боже, ты вперед, я по твоим следам, / Не дай мне по той дороге пойти, по которой ушел Злой день».

На праздновании календарных праздников в песнях, разгово рах обычно придерживаются определенной тематики.

ÂЛатвии сейчас готовится открытие курсов для руководите лей об-

щин диевтуров по практике культовых отправлений. Обучени ем об-

рядам крещения, бракосочетания и погребения займется Рам антс Янсонс (по признанию некоторых диевтуров, он имеет большой л ичный

—110—