Наместники и наместничества в конце XVI – начале XVIII века

ГЛАВА III

После отмены в России местничества правила комплек- тования Ответной палаты, ведущей переговоры с послами, в целом сохранялись. Глава Ответа, как и ранее, носил один из самых высоких наместнических титулов. В период с 1682 по 1689 г. среди титулов этих должностных лиц появился «на- местник Новгородский», чего ранее не наблюдалось. Причина этого заключалась не столько в общей тенденции повыше- ния наместнических титулов глав Ответной палаты, сколько в том, что большинство переговоров проходили при личном участии и руководстве В. В. Голицына, возглавлявшего наря- ду с другими и Посольский приказ. Фаворит Софьи Алексеев- ны получил в период правления царевны огромное количест- во различных почетных титулов и высоких должностей, хотя, справедливости ради, заметим, что возвышение Голицына началось в правление Федора Алексеевича, а занимаемые им должности во многом соответствовали его способностям. В 1683 г. Голицын был пожалован титулом «Царственные боль- шие печати и государственных великих посольских дел обере- гателя». Наместником Новгородским он стал ранее, в 1682 г. Книги наместнических титулов свидетельствуют о том, что В. В. Голицын руководил Ответной палатой в 7192 (1683/84) г. при переговорах с польскими послами, в 7192 (1683/84) г. при переговорах со шведским послом, в феврале 1686 г. при пере- говорах с польскими великими и полномочными послами во главе с Криштофом Гримальтовским, воеводой Познаньским и в ряде других случаев161.

Интересен тот факт, что практически сразу после отмены местничества, когда местнические предрассудки были еще живы среди русского высшего общества, а согласно им высо- кородному боярину и наместнику, обладавшему очень высо- ким наместническим титулом, было зазорно принимать долж- ность главы Ответа на переговорах с посланниками, Голицын в 7191 (1682/83) г. возглавил Ответную палату, ведущую пе- реговоры с польским посланником. Товарищем Голицына и вторым членом Ответа в этом случае стал наместник Черни- говский боярин князь Владимир Дмитриевич Долгорукий162. Третьим членом этого Ответа был окольничий С. Ф. Толоча- нов, наместник Можайский163. Можно предположить, что от-

161РГАДА. – Ф. 166. – № 6. –Л. 43 об., 69 об.; № 7. – Л. 19, 46, 51; № 8. –

Л.9, 53.

162РГАДА. – Ф. 166. – № 6. – Л. 43 об.

163РГАДА. – Ф. 166. – № 7. – Л. 51; № 8. – Л. 53.

81

ГЛАВА III

мена местничества сказалась на комплектовании Ответной палаты, определении статуса и положения лиц, в нее назна- чавшихся. Ранее четко существовавшая связь между статусом делегации, положением страны и статусом лиц, ведущих пе- реговоры, их местническим положением и наместническими титулами теперь не соблюдалась, Палата, по статусу своих членов соответствующая переговорам с послами, назначалась для ведения переговоров с посланниками.

При отмене местничества перестала существовать и ранее не очень четко соблюдавшаяся практика, согласно которой все документы строго фиксировали положение первого, второго, третьего, четвертого членов Ответа. Ранее при записях о при- своении титула третьему или четвертому членам Палаты, как правило, указывалось, что он выступает товарищем первого и второго членов Ответа, перечислялись их фамилии, чины и титулы. Например, в 1657 г. при присвоении титула намест- ника Чебоксарского В. С. Волынскому книги наместнических титулов содержали запись о том, что он назначен в Ответ к кизылбашским послам вместе с боярами А. Н. Трубецким и Б. А. Репниным164.

Впослеместнический период каждый член Ответной па- латы, не являвшийся ее главой, считался товарищем перво- го в Ответе. В силу этого трудно установить порядковый но- мер и положение среди членов Ответной палаты, ведшей в 7192 (1683/84) г. переговоры со шведским послом, наместника Можайского окольничего С. Ф. Толочанова, который считался товарищем боярина князя В. В. Голицына, но, будучи околь- ничим, вряд ли мог претендовать на должность второго в От- вете165. Аналогичная ситуация возникает при определении роли в Ответе с польскими великими и полномочными посла- ми 1686 г. окольничего и наместника Шацкого П. Д. Скурато- ва, товарища главы Палаты В. В. Голицына166.

Вцелом система наместнических титулов в конце XVI – на- чале XVIII в. находилась в тесном взаимодействии и взаимо- влиянии с должностной системой русского государства. Как той, так и другой системам были присущи четкая иерархия, усиливающаяся по мере развития российского государства. Система должностей носила более разветвленный, масштаб- ный и сложный характер. Определить значимость и соотно-

164РГАДА. – Ф. 166. – № 5. – Л. 28; № 6. – Л. 138.

165РГАДА. – Ф. 166. – № 7. – Л. 51; № 8. – Л. 53.

166РГАДА. – Ф. 166. – № 7. – Л. 46.

82

ГЛАВА III

шение различных должностных поручений, существовавших в это время межу собой, судить о почетности одной должнос- ти по сравнению с другой достаточно сложно. Традиционно эта задача решалась посредством сопоставления чинов лиц, занимавших те или иные должности. Дополнительным су- щественным фактором определения должностной градации может послужить сопоставление соответствия должностной и наместнической иерархии. Важность данных, получаемых в результате анализа системы наместнических титулов, в этой связи повышается в силу того, что с присвоением наместни- чества были связаны одни из важнейших должностных пору- чений: военное и гражданское воеводство, служба в послах, в Ответной палате.

При этом необходимо учитывать в качестве важнейшего ус- ловия присвоения наместнического титула факт непременной связи должностного поручения с взаимодействием исполня- ющего его лица с представителями иностранных государств. Если службы в послах, посланниках, Ответах, межевщиках по своей сути подразумевали непосредственный контакт с иностранными должностными лицами различного статуса и уровня, то воеводство далеко не всегда предполагало наличие такой возможности. В силу этого далеко не все воеводы явля- лись одновременно и наместниками. В большей мере намест- ничество было присуще гражданским воеводам пограничных территорий России.

В период существования местнической системы закономер- ности связи между должностью и наместничеством прослежи- ваются в большей мере, нежели в послеместнический период. Сопоставление уровня наместнических титулов различных должностных категорий этого времени позволяет сделать сле- дующие замечания.

Среди всех служб, отмеченных присвоением наместни- чества, самыми значительными и почетными являлись на- значения главой Ответной палаты, ведущей переговоры с представителями иностранных держав, находившихся в ран- ге послов; назначение главным воеводой военного разряда (особенно руководящим военными формированиями на поль- ско-литовском направлении); назначение гражданским пер- вым воеводой в Новгород и Киев; назначение великим послом на польский или литовский съезды. Наместнические титулы этихдолжностныхлицотносились, какправило, кпервомуде- сятку всех титулов, хотя и не поднимались выше наместника

83

ГЛАВА III

Казанского (3-го). Даже в рамках перечисленных должностей не было абсолютного единства статусов. Так, первые граждан- ские воеводы Новгорода и Киева не носили наместнических титулов выше Псковского (5-го), вполне могли быть намест- никами, чей статус по наместническим росписям относился ко второму десятку (наместники Рязанские (14-е), Костромские (19-е) и пр.). В то же время главы Ответных палат, ведущих переговоры с дипломатами в ранге не ниже послов, а также главы русских великих посольств, отправленных на посоль- ские съезды, часто носили титул наместника Казанского (3-го)

ипрактически никогда не спускались по титульным показа- телям ниже наместника Тверского (7-го).

Следующую с точки зрения уровня и почетности категорию служб местнического периода (согласно анализу наместничес- ких титулов) составляли лица, занимавшие такие должности, как первый гражданский воевода в Пскове; второй великий посол на съезде с польскими или литовскими послами; пер- вый великий посол на съезде со шведскими послами; глава великого посольства в Польшу или Литву, не участвующий в посольском съезде; второй член Ответной палаты, ведущий переговоры с дипломатами не ниже послов. Наместнические титулы, соответствующие перечисленным должностям, начи- нались с конца первого десятка по наместническим росписям

идоходили до середины (в крайнем случае – конца) второго десятка. Тесно примыкали ко второй категории почетности служб, но занимали положение немногим ниже такие долж- ности, как служба в качестве главы Ответной палаты, веду- щей переговоры с дипломатами, не выше посланников; служ- ба второго члена великого посольства в Польшу или Литву; служба главы посольства в Польшу или Литву, не носящего статус «великого». Наместнические титулы, соответствующие этим должностям, как правило, входили во второй десяток. При этом не отмечалось случаев их повышения до уровня ти- тулов первого десятка.

Третью категорию почетности служб, связанных с присвое- нием наместничества, составляли служба третьего члена От- ветнойпалаты, ведущейпереговорыспослами; службавторого членаОтветнойпалаты, ведущейпереговорыспосланниками; служба третьего посла, отправленного на посольский съезд с представителями Польши или Литвы; служба второго посла, отправленного на съезд с представителями Швеции; служба второго члена посольства в Литву или Польшу, не носящего

84

ГЛАВА III

статус великого; служба первого посла в Данию или Англию, не имевшего статуса великого. Наместнические титулы пере- численных лиц, как правило, относились к третьему десятку.

Более низкое положение в градации всех служб, исполни- тели которых являлись наместниками, занимали поручения и должности, соотносимые с наместническими титулами, от- носящимися к концу третьего, четвертому и пятому десяткам

внаместнических росписях. К ним относились служба в това- рищах гражданских воевод; служба сходных военных воевод; служба третьим членом посольства, отправленного на швед- ский съезд; служба второго, третьего (редко – первого) посла, не имевшего статус великого, отправленного в такие страны, как Швеция, Дания; служба посланником; служба третьего члена Ответной палаты, ведущего переговоры с посланника- ми; служба лица, отправленного на межевание границы (кро- ме редких исключений) и многие другие.

Впериод после отмены местничества соответствие между должностьюинаместническимтитуломхотяисохранялось, но все же не носило столь выраженной зависимости, как в пред- шествующее время. В правление Ивана и Петра, а также при Петре мы наблюдаем случаи назначения главой Ответа, ве- дущего переговоры с посланниками, высокородного боярина и обладателя одного из самых высоких наместнических титулов наместника Новгородского (2-го в наместнической иерархии),

вто время как при господстве местничества этой должности соответствовал наместнический титул, входивший только во вторую десятку, носителем которого не мог быть человек, от- носящийсякпервостепеннойаристократии. Втовремя, какдо отмены местничества наместнический титул Псковского вое- воды не поднимался в наместнических росписях выше конца первого десятка, но мог опускаться до середины второго десят- ка, после 1681–1682 гг. на эту должность мог быть назначен обладатель самого высокого наместнического титула – намес- тник Владимирский, бывший при этом не боярином, как было принято ранее для псковского воеводы, а кравчим.

Таким образом, практика присвоения наместнических ти- тулов значительно зависела от факта господства или отсутс- твия местнических правил и традиций. Эта закономерность носила столь существенный характер, что нуждается в даль- нейшем более конкретном и подробном рассмотрении.

85

Глава IV.

ЗАКОНОМЕРНОСТИ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ, ПРАВИЛА И НОВШЕСТВА ТИТУЛЬНОНАМЕСТНИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ

Наместнические титулы, используясь в дипломатической практике со второй половины XVI до начала XVIII в., пос- тепенно сложились в четко выстроенную систему, которой были присущи свои правила и закономерности. Ряд из них функционировал исключительно в рамках наместнической системы, другие же, напротив, формировались в результате взаимодействия этой системы с системами должностей, чинов и пр. Наместнические титулы, так же, как и чины, должности выступали регуляторами социальных и служебных отноше- ний представителей высшего российского общества. Сама же служба, правила назначения на нее в рассматриваемый нами период базировались изначально на традициях местничест- ва, постепенно сменявшихся правилами абсолютизма, начав- шего свое развитие в России со второй половины XVII в. В ито- ге перехода от местничества, не совместимого по своей сути с абсолютизмом, к реалиям новой государственной системы, наместнические титулы, как и другие регуляторы служебно- го положения, подвергались серьезной перестройке. Правила присвоения наместничеств, существовавшие до 80-х гг. XVII в. отчасти разрушались, отчасти модифицировались. Местни- чество было отменено в 1681–1682 гг., но влияние принципов этого института сохранялось еще некоторое время. В итоге весь период 50–80-х гг. XVII столетия стал для наместничес- кой системы временем постепенной смены влияния законов местничества законами абсолютизма.

В силу изложенного выше, перед исследователем системы наместнических титулов конца XVI – начала XVIII в. стоит за- дача определить правила и закономерности, присущие самой наместнической системе, выявить принципы влияния мест- ничества на нее, установить особенности трансформации сис- темы наместнических титулов под влиянием абсолютизма.

Средивсехнаместническихтитулов, когда-либовводивших- ся в наместнические росписи, далеко не все использовались в

86

ГЛАВА IV

равной мере. Чем выше был ранг титула, тем меньшее коли- честволюдеймоглонанегопретендовать. Междутем, подавля- ющее большинство титулов все же находило своих владельцев. Единственным исключением из этого правила, пожалуй, ста- ла судьба титулов наместника Московского и Киевского. Как известно, попытка ввести их в перечень наместничеств была предпринята в царствование Федора Алексеевича. Однако же

впоследующей практике эти титулы не использовались. На- местник Владимирский по-прежнему оставался высшим ран- гом реально функционировавшей наместнической системы. Немногим уступал ему по уровню титул наместника Новгород- ского. Оба титула употреблялись сравнительно редко. Рассмот- рим правила присвоения этих наместничеств.

Впериод функционирования местничества и сохранения еговлияниянапорядокросписейикнигнаместническихтиту- лов наместниками Владимирскими и Новгородскими являлся очень небольшой круг лиц. Наместниками Владимирскими

вдопетровскую эпоху были боярин князь Федор Иванович Мстиславский; небезызвестный «дядька» царя Алексея Ми- хайловича и глава правительства в первый период правле- ния этого царя – боярин Борис Иванович Морозов; при Федо- ре Алексеевиче – боярин князь Никита Иванович Одоевский.

Морозов проходит в росписях как Владимирский намест- ник в марте 7162 (1654) г. Остро стоявший в данный период Малороссийский вопрос, отношения России с Польшей тре- бовали от него вести переписку с гетманом Богданом Хмель- ницким, в связи с чем он и стал проходить в документах с указанием наместничества. До этого Морозов не участвовал

вдипломатической деятельности, в силу чего документы на- чала царствования Алексея Михайловича отмечали, что до 1646 г. «Борис Иванович Морозов наместничеством не писы- ван, потому что в Ответе с послы не бывал»167.

15 августа 7187 (1679) г. Владимирское наместничество было «велено писать» боярину князю Никите Ивановичу Одо- евскому, что стало венцом его служебной карьеры168.

Наместниками Новгородскими в период существования местничества, согласно книгам наместнических титулов, яв- лялись боярин Иван Никитич Романов (в силу своего близко- го родственного положения с царствующими особами); боярин князь Яков Куденетович Черкасский, включившийся в дип-

167РГАДА. – Ф. 166. – № 9. – Л. 48.

168СГГиД. – Ч. 4. – № 116. – С. 372–373.

87

ГЛАВА IV

ломатическую переписку в марте 1654 г., будучи главой Ко- миссии, которой была поручена Москва на момент отсутствия царя Алексея Михайловича в связи с Польским походом169.

По указу 9 марта 7186 (1678) г. на непродолжительный период наместником Новгородским стал ближний боярин Н. И. Одоевский, вскоре получивший повышение наместничес- кого титула170. За ним наместником Новгородским в диплома- тических службах стал писаться боярин князь Юрий Алексее- вичДолгорукий171. ВсамомначалеправленияИванаиПетрав июне 1682 г. наместником Новгородским титуловался Василий Васильевич Голицын172. Не исключено, что этот титул ему был присвоен еще в конце царствования Федора Алексеевича.

Ранее нами был сделан анализ уровня наместнических ти- тулов, связанных с различными должностями. Была выделе- на группа наиболее престижных должностей. При этом стала очевидна закономерность, согласно которой в период господс- тва местничества даже самые престижные должности (глав Ответных палат, первых послов на съезды, воевод, командую- щих крупными военными соединениями и пр.) были связаны с присвоением наместнического титула не выше Казанского, третьего в наместнической иерархии. Титулы самого высоко- го достоинства присваивались либо видным государственным деятелям (вплоть до уровня глав правительства), либо лицам, особо приближенным к государям и, в свою очередь, были по- казателями высокого положения и значительной роли их об- ладателя во внутренней и внешней политике России.

В петровский период ранее отмеченной закономерности не наблюдалось. В марте 1697 г. титул наместника Владимирс- кого был присвоен родственнику царя по материнской линии кравчему Кириллу Алексеевичу Нарышкину при назначении еговоеводойвПсков173. Ранеесуществовавшаясвязьмеждучи- ном, должностью и наместническим титулом была нарушена по всем статьям. Никогда до этого первым наместническим титулом не жаловали кравчего, никогда до этого псковский воевода не поднимался в титульной иерархии выше девятой позиции наместника Вятского. Единственное правило, кото- рое все еще сохранилось при этом назначении, было связано с

169РГАДА. – Ф. 166. – № 5. – Л. 2 об.; № 4. – Л. 5; № 6. – Л. 8; № 9. –

Л.47.

170РГАДА. – Ф. 166. – № 6. – Л. 8 об.

171СГГиД. – Ч. 4. – № 116. – С. 372.

172РГАДА. – Ф. 166. – № 6. – Л. 9, 35; № 7. – Л. 8.

173РГАДА. – Ф. 166. – № 7. – Л. 7 об.; № 8. – Л. 8.

88

ГЛАВА IV

традицией жаловать высшими наместничествами лиц, близ- ко стоящих у трона, ближайшее окружение правителей.

В петровскую эпоху титул наместника Новгородского поо- чередно носили Франц Яковлевич Лефорт (с декабря 1696 г.), Алексей Семенович Шеин (с июля 1697 г.), Борис Алексеевич Голицын (с июля 1700 г.)174. При этом при присвоении титула в случае с Шеиным, так же, как и в случае с К. А. Нарышки- ным, четкоуказываласьдолжность, сназначениемнакоторую связано наместничество. Боярин Шеин в этот период являлся воеводой Большого полка. Присвоение Новгородского намест- ничества в рассмотренной ситуации являлось нарушением ус- тановленных традиций, поскольку ранее лица, занимавшие аналогичную должность, в крайнем случае могли подняться до титула наместника Казанского.

Еще одно правило, относящееся к внутренним характерис- тикам системы наместнических титулов, касалось установле- ния срока, в рамках которого то или иное лицо имело право писаться с наместничеством.

Согласно практике, установившейся с XVI в. и просущес- твовавшей до 80-х гг. XVII в., должностное лицо писалось с наместническим титулом только в тот период, когда его долж- ностное назначение было связано с отношениями с иной де- ржавой и ее представителями. В тех же случаях, когда это поручение было выполнено, во всех официальных докумен- тах указывались только чины (боярина, ближнего боярина, окольничего и т.д.). Право писаться с наместничеством опре- делялось соответствующим царским указом. Помета о даче этого указа делалась в столпе определенного приказа, соот- ветствующего служебному назначению наместника, как пра- вило, за подписью того или иного думного дьяка. Встречаются случаи, когда указ определял различные ситуации, в одних из которых следовало именоваться наместником, а в иных это- го делать было не нужно. Так, в марте 1665 г. Яков Куденето- вич Черкасский «к графу Магнусу против его письма писался к нему из Москвы (наместником Новгородским. – Т. Г.), а с походу и с полков писался к нему ж без наместничества ближ- ним боярином и воеводою»175.

Практика присвоения наместнических титулов на строго определенный период вытекала из характера службы высших чинов русского государства. Как мы неоднократно отмечали,

174РГАДА. – Ф. 166. – № 7. – Л. 8, 8 об.

175РГАДА. – Ф. 166. – № 5. – Л. 2 об.

89

ГЛАВА IV

жесткой специализации среди них не существовало, но опре- деленные попытки в этой области предпринимались. Один и тот же боярин, окольничий, дворянин мог сначала служить воеводой, затем «сидеть» в приказе, после быть назначен в посольство. В силу этого правила книги наместнических ти- тулов очень четко фиксировали службу того или иного служи- лого человека и время этой службы (год, часто месяц и даже число, с которого назначен на службу человек). Прекращение исполнения обязанностей, связанных с переговорами или пе- репиской с представителями иного государства, означало и окончание написания с наместничеством.

Втаких случаях наместнический титул не переходил на время другому лицу, а оставался вакантным до тех пор, пока его обладатель не станет вновь заниматься дипломатической работой. В период господства местничества это правило соб- людалось практически неукоснительно. Редчайшее исключе- ние было связано с наместничеством Белгородским, которое 16 декабря 7167 (1659) г. царским указом было присвоено окольничему князю Григорию Григорьевичу Ромодановскому; 18 августа 7172 (1664) г. – боярину князю Борису Александро- вичу Репнину; и, наконец, в 7176 (1667/68) г. вновь вернулось

кГ. Г. Ромодановскому, ставшему к тому времени боярином176.

Впослеместнический период большинство правил системы наместнических титулов, сложившихся ранее, продолжали действовать, ностольпристальноговниманиякихсоблюдению уже не было. Исключений из вышеуказанного правила стало больше. Так, в 7191 (1682/83) г. наместником Черниговским был боярин князь Владимир Дмитриевич Долгорукий. 8 янва- ря 1685 г. титул был присвоен боярину князю М. Я. Черкас- скому. 9 ноября 1686 г. он вновь вернулся к В. Д. Долгоруко- му177. Титул наместника Юрьева Польского 14 мая 1683 г. был присвоен Никите Ивановичу Акинфову, тогда бывшему в чине думного дворянина. 7 января 1689 г. он перешел Н. С. Хитрово, а 8 февраля 1698 г. вновь вернулся к Н. И. Акинфову, получив- шему к тому времени чин окольничего178.

Очень редко встречались ситуации, при которых одно и тоже лицо некоторое время писалось с титулом определенного статуса, затем получало другой титул и вновь через какое-то

176РГАДА. – Ф. 166. – № 5. – Л. 48; № 6. – Л. 228, 228 об.; № 4. – Л. 13.

177РГАДА. – Ф. 166. – № 6. – Л. 43 об., 69 об.; № 7. – Л. 19, 19 об.; № 8. –

Л.21.

178РГАДА. – Ф. 166. – № 7. – Л. 48, 48 об.; № 8. – Л. 51.

90