Наместники и наместничества в конце XVI – начале XVIII века

ГЛАВА I

и, тем более, в XVIII столетиях Россия, долгое время изолиро- ванная от общеевропейских процессов ордынским игом, ста- новилась участником всего европейского. Рациональнее было заимствоватьто, чегоЕвропадостиглаперовой, ито, чтоимело общечеловеческую ценность, нежели «изобретать велосипед». Технические новшества, достижения в военной сфере, многое другое могли быть взяты не только без ущерба, но и с пользой для страны. Военное дело в этом перечне играло особую роль. Сам период предопределял значимость во внешней полити- ке войн. Воевать на равных означало обладать всем лучшим, что в плане тактики и стратегии боя, оснащения и вооруже- ния воинов имеет твой противник. Развивать те сферы, где вы лидер, заимствовать новшества в тех сферах, где ведущая роль принадлежит другим. По такому пути в развитие своего войска пошла Россия в XVII в. Военные реформы стали лишь одной из составляющих европеизации, но они показательны в том плане, что армия – явление не общественное, а государс- твенное (например, регулярная армия – один из устойчивых признаков абсолютистского государства, одно из проявлений сущности этого государства). Оказывалось, что реформирова- ние всего государственного – дело самого государства и фак- тор, повышающий государственную значимость и роль.

Если учесть, что способом структурирования общества на службе государства была чиновная система Руси (затем – Рос- сии), то европеизация России неизбежно оказывала влияние на чины. Чиновная система Руси XVI в. – исключительно рус- ская; чиновная система XVII в. – русско-европейская (генера- лы, полковники, полуполковники, майоры, капралы и дру- гие – чины полков нового строя, а такие полки – важная часть войска еще в Смоленскую войну, в военно-окружную реформу царя Федора Алексеевича европейские чины стали главны- ми чинами русской армии); чиновная система XVIII – нача- ла ХХ вв. – сугубо европейская (европейские чины в качестве чинов армейских, флотских, гражданских и придворных за- креплены петровской «Табелью о рангах» и просуществовали в России вплоть до революций 1917 г.). Отличительной осо- бенностью европейских чинов становилась их изначальная противоречивость с местничеством. Они были порождены в условиях других государств, где этого традиционно русского института не было; в определенное время сосуществовали с русскими чинами, втянутыми в систему местнических споров; иногда привлекались к местническим счетам, но полноправ-

21

ГЛАВА I

ными их участниками не стали; заменили русские чины при отмене местничества.

Вусловиях абсолютизации особенности местнической сис- темы все более стали представать в глазах царской власти как недостатки, ненужные сложности, встававшие на пути монар- шей политики служебных назначений.

Проблема состояла не столько в том, чтобы назначить на высшие государственные должности царских выдвиженцев из дворянских родов. Этот вопрос можно было решить и в рамках диктата местнических правил. Местничество препятствовало не отдельным угодным царю назначениям, оно не давало пе- рестроить политику служебных назначений в целом. Основ- ными же новшествами периода становились принцип «всякая служба государю почетна» и принцип «годности к государевой службе». Первый подготовлял внедрение второго. Второй отра- жал основную тенденцию абсолютизма в области государствен- ной службы, начал складываться во второй половине XVII в. и окончательно установился в петровской «Табели о рангах».

При внедрении в практику идеи годности к государевой службе (службе по личным способностям, а не «по роду») был особенно важен переход от принципа жалования чина в за- висимости от положения и прав рода к принципу жалования чина за личные заслуги.

Не во всех службах становление нового принципа проис- ходило одинаково. Например, в полках нового строя, менее скованных традициями в силу того, что сами эти формиро- вания были новшеством, личные заслуги оказывались более весомыми как основание для служебно-чиновного продвиже- ния. Во время разбора 1679 г. призыв учиться «новому строю» дополнялся правительством обещанием вывести за успехи в начальные люди26.

Вдьяческой среде становление принципа годности к го- сударевой службе также шло достаточно стремительными темпами и находило социальную опору в силу того, что эта среда комплектовалась как из выходцев из дворянских родов, так и из разночинцев. Для последних местничество являлось прерогативой иного социального слоя, тем институтом, кото- рый строго фиксировал социальный статус дьячества, не да- вая ему повыситься благодаря службе отдельного человека, его талантам и способностям. Между тем признание личных

26 Андреев И. Л. Дворянство и служба в XVII веке // Отечественная история. – 1998. –№ 2. – С. 171.

22

ГЛАВА I

заслуг дьяка как повода для занятия им определенного по- ложения относится только к 90-м гг. XVII в.27 До этого сущес- твовал принцип длительности (срока) службы и первенства пожалования в службу, лежащий в основе распределения должностей внутри одного приказа. Переход к этому принци- пу сыграл роль важнейшего подготовительного фактора для окончательного установления принципа личных заслуг. Оба они отделили конкретного служилого человека от его рода, поставив на первый план его службу, а не его происхождение и службы его предков.

Последовательность получения чина лежала в основе по- рядка составления боярских книг и боярских списков. Все вновь назначенные в чин писались внизу списка данного чина. Боярские списки, в отличие от боярских книг, состав- лялись ежегодно, а иногда и чаще, чем раз в год. В силу это- го именно по боярскому списку определяли старшинство вы- слуги. С самого начала царствования Федора Алексеевича (с 30 января 1676 г.) Дворцовые Разряды стали фиксировать не прежнее местническое, а новое для них старшинство на осно- вании боярского списка.

Начиная с царствования Алексея Михайловича значи- тельные изменения стали происходить в процедуре рассмот- рения и решения местнических дел. Для рассмотрения дела изначально создавалась комиссия бояр. Позднее, во второй половине XVII в. утвердилась практика, согласно которой в ряде случаев царь стал обходиться без назначения судей для предварительного решения местнического спора, а их место занялсыскв Разрядномприказе. Роль судьиприэтом замени- ла роль некоего «технического секретаря», чьей обязанностью стало предоставление на основании выписок из разрядной документации необходимых сведений для того, что бы царь мог лично вникнуть в проблему местнического спора и дать квалифицированный ответ по нему. Одновременно с этим ряд дел, по-прежнему, рассматривался судьями-боярами.

В последние годы официального существования местни- ческой системы (период правления Федора Алексеевича) при сохранении сыска в Разряде как наиболее оптимальной фор- мы проверки данных по делу, определенную роль в разбира- тельстве по делу стала играть Расправная Золотая палата28.

27Демидова Н. Ф. Служилая бюрократия в России XVII в. и ее роль в формировании абсолютизма. – М., 1987. – С. 87.

28РГАДА. – Ф. 210. Столбцы Приказного стола. – Ст. 819. Л. 99–105, 146.

23

ГЛАВА I

Традиционно решение по местническому делу оформля- лось царским указом с боярским приговором. Со второй по- ловины XVII столетия разнообразие форм постановления по местническим делам увеличилось. Все еще сохранялись цар- ские указы с боярским приговором, но с 50-х гг. XVII в. их доля стала уменьшаться. Особо следует выделить такую фор- му местнических дел, по которым окончательный приговор давался от имени государя, но при этом указывалось, что в слушанье дела принимала участие Боярская дума. Нередко боярский приговор стал выступать в качестве предваритель- ного решения, которое впоследствии изменялось государем. При этом через утверждение или изменение царем боярского приговора проводилась мысль об усилении царской власти, демонстрировалось ее положение над органами боярской аристократии29.

Когда в официальную практику окончательно вошел именной царский указ, итогом местнического спора в подав- ляющем большинстве случаев становился именно такой при- говор. Закрепление этой формы происходило через непремен- ное занесение решения о даче именного указа в разряд. При этом именной указ мог завершить как те дела, которые царь разбирал при помощи Разряда без назначения судей, так и те дела, что рассматривали судьи, назначенные из числа пред- ставителей Боярской думы.

В итоге от системы, при которой решение по местническо- му делу принимала высшая власть в лице царя и Боярской думы, перешли к системе, в которой решение принимал царь, опираясь на разветвленную сеть инстанций: Разряд, Расправ- ную палату, Боярскую думу. Таким образом, в процедуре рас- смотрения и решения местнических дел Боярская дума из ин- станции, равной с царем, превратилась в одну из нескольких инстанций, подчиненных царю.

Процесс абсолютизации царской власти приводил к значи- тельному сокращению и постепенному исчезновению тради- ционно местнических видов наказания, олицетворявших мес- тничество как систему взаимоотношения истца и ответчика. К таковым относилась «выдача головой», при которой власть формально передоверяла определение конкретного наказа- ния проигравшей стороны выигравшему местническое дело. Начиная с царствования Алексея Михайловича в определе-

29 ДР. – Т. 3. Ст. 226–228; Дополнения к тому третьему дворцовых разрядов (ДДР). – СПб., 1854. – Ст. 362; ПСЗ. – Т. 1. – СПб., 1830. – № 61–62.

24

ГЛАВА I

нии видов и сроков наказания все большую роль стала играть сама высшая власть.

Основной причиной усиления наказания в местнической сфере теперь стала выступать подача повторных челобитных «в отчестве» по одному и тому же делу, проволочки в выполне- нии службы. Все эти проявления местничества стали рассмат- риваться как попытки противоречить политике назначений, проводимых царской властью, попытки отстоять свое мнение вопреки ее решению30.

Фактором, подготовившим высшее общество к отмене мес- тничества, стала политика установления «безместия». Первое направление политики безместия было связано с отрицанием совместности служб, признававшихся таковыми в предшест- вующей практике. В данном случае для выведения из рамок влиянияправилместничестваоднойизместническихсферис- пользовались сами закономерности и правила местнической системы. Основное из них предписывало местничать только в тех службах, что считались совместными. Соответственно, официальное отрицание властью совместности тех или иных служб являлось одновременно и отрицанием возможности учинять местничества при назначении на эти службы.

Характерный пример – безместие между послами и пос- ланниками, а также между посланниками и гонцами, направ- ленными в одно государство в разное время. Еще в период правления Михаила Федоровича это безместие было установ- лено указом от 30 мая 1621 г., а при Алексее Михайловиче подтверждено указом от 21 декабря 1655 г., что по настоянию царя было записано в Разряде и в Посольском приказе31.

Другое направление гораздо в большей степени, чем пер- вое, было открытым проявлением отрицательного отношения власти к местничеству и выражалось в запрещении местни- чать впредь в тех или иных службах, традиционно считав- шихся службами с местами32.

Третье направление, особенно активно распространивше- еся во второй половине XVII столетия, было связано с уста- новлением временного безместия в службах, местническую

30ДР. – Т. 3. – Ст. 302, 1030–1031; ПСЗ. – Т. 1. – № 77; ДДР. – Ст. 99–100, 267–268, 374–375.

31ПСЗ. – Т. 1. – № 169; Собрание государственных грамот и договоров, хранящихся в государственной коллегии иностранных дел (СГГиД). – Ч. 3. – М., 1822. – № 55.

32Русская историческая библиотека (РИБ). – Т. 10. – СПб., 1886. –

С.486.

25

ГЛАВА I

природу которых правительство не отрицало, но стремилось избежать вреда от местнических счетов в тех ситуациях, когда значимость исполнения определенных служб особенно повы- шалась. Наиболее характерным примером могут послужить безместия, установленные на определенный срок в рамках военного разряда, ведущего борьбу с неприятелем в период военной кампании33.

Логичнымзавершениемпроводимыхмерсталцарскийуказ 24 ноября 1681 г. об отмене местничества. Позднее «Соборное деяние об отмене местничества» 12 января 1682 г. закрепило данное решение. Процитированное в свое время С. Медведе- вым «Деяние», характеризуя причины отмены местничества, особо обращало внимание на то, что «в мимошедшия лета во многих их, государских, ратных, и посолских и во всяких де- лех, чинилися от тех случаев великия пакости и нестроения и разрушения, а неприятелем радование, а меж ими великия продолжителные вражды». В отношении ранее существовав- шей практики безместия говорилось, что «хотя и было меж- ду ими безместие, толко совершенно случаи их и места были неискоренены»34.

Изменяя рамки местнической системы и роль этого ин- ститута в обществе, власть неизбежно наполняла новым со- держанием все остальные системы регулирования социаль- но-служебного положения, к каковым относились чины и наместнические титулы. Эти системы могли сочетаться как со службой «по роду», так и с принципом «годности к государе- вой службе». Именно последний в послеместническую эпоху должен был определить трансформацию чиновной и титуль- но-наместнической систем.

33РГАДА. – Ф. 210. Книги разрядных столов. Московский стол. Кн. 8.

Л.149 об.–150; Акты Московского государства, изданные императорскою академией наук (АМГ). – Т. 2. – СПб., 1894. – С. 561; РИБ. – Т. 10. – С. 456–457; ДР. – Т. 3. – Ст. 378, 741, 748–752, 762, 778–779, 793–796, 806, 816; ДДР. – Ст. 91, 156; Эскин Ю. М. Местничество в России XVI–XVII вв. – С. 182, 185, 190, 193.

34Козловский И. Сильвестр Медведев. Очерк из истории русского просвещения и общественной жизни в конце XVII века. Приложения: Созерцание краткое лет 7190–92 Сильвестра Медведева по списку Григоровичевскому. – Киев, 1895. – С. 14–27.

26

Глава II.

РОСПИСИ И КНИГИ НАМЕСТНИЧЕСКИХ ТИТУЛОВ

Систематизацией наместнических титулов в рассматрива- емый нами период занимался Посольский приказ, поскольку практика присвоения титулов была непосредственно связана с дипломатической деятельностью. Приказ составлял росписи и книги титулов, представляя необходимые сведения по этому вопросу государям и тщательно фиксируя решения последних о полнении списков наместничеств и изменениях в них.

Значительное число наместнических книг дошло до наше- го времени, и в настоящее время хранится в фонде Российско- го государственного архива древних актов «Дела и сочинения о титулах»35.

Наиболее ранним из сохранившихся документов являет- ся «Роспись фамилиям, коим даваны титулы наместничеств при отправлении их в розныя посольства к чужестранным государствам»36. Роспись содержит сведения, охватывающие период с 1581 до 1646 г. и характеризует состояние дел на мо- мент начала царствования Алексея Михайловича. По сравне- нию с другими аналогичными документами роспись содержит наиболее полные данные, ряд из которых не вошли в книги наместнических титулов боле позднего времени. Росписи в от- личие от книг наместнических титулов не присуща строгая последовательность записей по каждому из наместничеств. Одни и те же сведения в этом документе повторяются по не- сколько раз. Ряд из них был подготовлен для доклада госуда- рю. Большинство сведений сгруппировано по таким призна- кам, как факт посылки в одно и то же посольство, назначение для совместной службы в составе Ответной палаты и т.д. Между тем, именно эта особенность росписи позволяет более четко сгруппировать все сведения о лицах, выполнявших сов- местную службу, указания на которую при составлении на- местнических книг более позднего периода порой оказались утраченными.

При Алексее Михайловиче от составления росписей окон- чательно перешли к составлению книг наместнических титу-

35РГАДА. – Ф. 166.

36РГАДА. – Ф. 166. – № 9.

27

ГЛАВА II

лов. Этапрактика была продолжена при ФедореАлексеевиче, в период царствования Ивана и Петра, и в правление Петра Алексеевича. Для «книг» было характерно составлять оглав- ление или, по меньшей мере, приводить список всех намес- тничеств, согласуясь с их степенью. Поскольку закрепление наместнических титулов произошло в России в период гос- подства местнических представлений, то сама последователь- ность наместничеств в титульных книгах, иерархия титулов носили явные следы местнической системы. Чем выше был наместнический титул лица, тем большее место, как прави- ло, занимало оно в местнической иерархии. Однако эта зако- номерность не являлась абсолютной и сочеталась с другими принципами.

Наиболее ранней из всех книг наместнических титулов яв- ляется «Книга о наместничествах, коими бояре и разного чина люди при посольствах в другие государства именовались»37. Официально датой составления документа считается 10 мар- та 1665 г. Он охватывает период от Ивана Васильевича до середины правления Алексея Михайловича, в значительной мере отражает не только принципы титулования наместни- ков, но и официальную практику упоминания в документах середины 60-х гг. XVII в. различных чинов, как думных, так и ближних.

Следующей по времени составления является «Книга о наместнических титулах послов в разные государства 1581– 1680 гг.». Записи, вошедшие в ее состав, во многом дублируют два предшествующих документа, а также содержат сведения, характеризующие вторую половину царствования Алексея Михайловича и первую половину царствования Федора Алек- сеевича38. На первом листе книге сделана роспись всем намес- тничествам этого периода. Эта запись имеет особое значение в силу того, что впервые определяет конкретное место в рамках всей наместнической системы ряда высших наместничеств, появившихся позднее других (во второй половине XVII столе- тия). Такие наместничества, как Белгородское и Черниговс- кое, на этот раз были поставлены в росписи в соответствии с представлениями об их наместнической чести.

Очередной этап в практике присвоения наместнических титулов отразила «Книга первая о наместничествах, коими бояре и разные чиновники писались для чести по городам

37РГАДА. – Ф. 166. – № 5.

38РГАДА. – Ф. 166. – № 4.

28

ГЛАВА II

Российской империи, и по степеням, начиная с давних времен по 1685 г.». Это название документу было присвоено потомка- ми его составителей, а в оригинале (с сокращениями) он на- зывался «Великих государей, царей и великих князей Иоанна Алексеевича Петра Алексеевича < > царства и государства и княжения по степеням, и кому имяны бояром и околничим и думным людем и столником и дворяном по их государьской милости будучи в Ответех и на съездех окрестных государей с послы и в окрестных же государствах в послех и в послан- никах в порубежных городов в воеводах для пересылки пору- бежных же городов розных государств с воеводы и гетманы в посолских писмах с наместничеством писать поволено»39.

В период царствования Петра Алексеевича была составле- на «Книга (вторая) о наместничествах, коими бояре и разные чиновники писались для чести по городам Российской импе- рии по степеням по 1701 г.»40. Этот документ охватывает пери- од с 1685 до 1701 г., но при этом содержит отрывочные сведе- ния, включенные в предыдущие книги. Эта книга отразила принципы присвоения наместнических титулов, которые за- крепились в период после отмены местничества. Сравнение данных этого документа со сведениями предшествующих ему росписей и книг позволяет показать трансформацию системы наместнических титулов в послеместнический период.

«Книга третья о наместничествах, коими бояре и разные чиновники писались для чести по городам Российской импе- рииипостепеням» быладоведенаеесоставителямидо1706 г., вобрав в себя некоторые сведения из предшествующих доку- ментов, в основном «Книги второй»41. Этот документ позволяет составить более четкое представление об эволюции наместни- ческой системы в петровскую эпоху.

Все наместнические книги как тип документации характе- ризует ряд отличительных особенностей. Они составлялись не какдокументдляпрочтенияилиознакомления, акакрабочая тетрадь, в которую вносились соответствующие записи при осуществлении новых назначений. На это отчетливо указыва- ет ряд показателей. После записей по каждому наместничест- ву оставлялись свободные листы или свободное пространство; в ряде случаев именно на этих листах были вставлены при- писки, сделанные более быстрым почерком; неоднократно в

39РГАДА. – Ф. 166. – № 6.

40РГАДА. – Ф. 166. – № 7.

41РГАДА. – Ф. 166. – № 8.

29

ГЛАВА II

одном и том же документе встречаются записи типа «ныне тем наместничеством писан», но даты, стоящие после этой фразы, не совпадают. Следовательно, каждая из книг составлялась Посольским приказом для работы на несколько лет, когда она ветшала, или же когда согласно царским указам в числе наместничеств появлялось много новых и их требовалось раз- местить «по степеням», создавалась следующая книга.

Для большинства этих документов характерно отражение практики присвоения наместничеств, начиная со времен Ива- на Грозного и до даты составления документа.

На основании росписи 1646 г. и указанных наместничес- ких книг нами были сделаны три реестра (см. Приложения). В первом и втором реестрах наместничества были расставле- ны в том порядке, который за ними признавали их современ- ники. В первый реестр вошли записи по наместническим ти- тулам, которые были присвоены с 1580 по 1682 гг. Во второй были включены сведения о присвоении наместнических титу-

лов с 1682 по 1706 гг.

Существует ряд причин подобного разделения всех сведе- ний, почерпнутых нами из наместнических книг. Одна из них заключается в попытке существенного изменении порядка титулов, которая произошла в середине правления Федора Алексеевича. Другая – в реформе местничества, осуществлен- ной в 1681–1682 гг. и повлекшей за собой трансформацию на- местнической системы.

Третий реестр располагает всех наместников 1580–1706 гг.

валфавитном порядке, позволяя составить представление о повышении наместнического титула отдельными лицами, а также о наместнических титулах целых родов.

Вобщей сложности во всех документах, характеризующих период с 1580 по 1706 г., упоминается 283 человека, носивших тот или иной наместнический титул. Реестры позволяют неко- торым образом восполнить пробел во введении в научный обо- рот сведений о наместнических титулах, по всей видимости связанный со сложностью публикации самих наместнических книг, отличающихся значительным объемом, а также повто- ряемостью одних и тех же сведений в ряде документов.

Значительным недостатком, который особо следует учи- тывать при работе с документацией подобного рода, является неполнота сведений. Далеко не все назначения, связанные с присвоением наместнических титулов, нашли свое отражение

внаместнических книгах. В ряде случаев ограниченность све-

30